Маккаммон Роберт - Песня Свон 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

- Без Автора

Приключения Робин Гуда


 

Тут выложена бесплатная электронная книга Приключения Робин Гуда автора, которого зовут - Без Автора. В электроннной библиотеке forumsiti.ru можно скачать бесплатно книгу Приключения Робин Гуда в форматах RTF, TXT или читать онлайн книгу - Без Автора - Приключения Робин Гуда без регистрации и без СМС.

Размер архива с книгой Приключения Робин Гуда = 105.97 KB

- Без Автора - Приключения Робин Гуда => скачать бесплатно электронную книгу



Приключения Робин Гуда
Глава 1. РОЖДЕНИЕ РОБИН ГУДА.
Луч лунного света пробился сквозь густую зелень деревьев и осветил стену добротной, но очень маленьнкой часовни.
Лес стоял без движения, казалось, все живые существа затаили дыхание в ожидании того, что должно было случиться. Вдруг из-за деревьев появился высокий мужчина. Он направлялся к часовне, настороженно оглядываясь вокруг. Человек поднялся по грубым каменным ступеням и отпер дверь тяжелым ключом, который был привязан веревкой к его кожаному поясу. Он толкнул тяжелую дубовую дверь и быстро вошел внутрь, мягко прикрыв ее за собой.
Мужчина поднялся на алтарь и успел зажечь свечи, когда раздался легкий стук у входа. Стучали так, как-будто подавали условный знак: тук-тук, тук-тук, тук-тук.
Он чуть приоткрыл дверь и, узнав прибывших, впустил их. Его морщинистое лицо расплылось в приветливой улыбке. Затем человек осторожно запер за ними дверь.
Пока путники снимали длинные черные плащи, он сбросил верхнюю одежду и, оставшись в ризе священника, склонился перед алтарем, чтобы помолиться, и только потом повернулся к паре, а мужчина и женщина, взявшись за руки, медленно двинулись к нему.
– Мы должны спешить, – взволнованно прошептал молодой человек. – Я чувствую, что за нами погоня, мы с Джоанной должны пожениться прежде, чем нас схватят и ее увезут в отцовский замок.
– Он до сих пор против вашего брака? – печально спросил священник.
– Да, – сказала невеста. – Только из-за того, что Вильям Фитзут наполовину саксонец, а наполовину нормандец, отец запрещает мне встречаться с моим любимым. Нормандцы причинили ему много зла, поэтому он не может вынести даже капли нормандской крови в жилах моего избранника.
– Я знаю, что сэр Джордж из замка Гомвел сильно пострадал от рук нормандцев, – тихо сказал священник, – но поскольку вы так любите друг друга, я совершу обряд бракосочетания и буду молиться, чтобы вы жили вместе долго и счастливо, а ваши дети принесли семье только радость и гордость.
Произнеся эти слова, священник открыл библию и начал службу, по окончании которой молодожены быстро ускользнули в лес, сели на лошадей и по узкой тропинке добрались до дома Вильяма Фитзута – большого замка под названием Локсли Холл.
В это время сэр Джордж был занят подготовкой к морскому путешествию. Когда же он собрался попрощаться с дочерью, приехал гонец от принца Джона по столь важному делу, что сэр Джордж забыл обо всем другом и немедленно ускакал в сопровождении своей свиты. Гонец принца стремительно мчался впереди этого небольшого отряда.
Целый год он был в отъезде, поэтому узнал о побеге дочери только по возвращении домой: слуги любили ее больше, чем строгого хозяина, и преданно хранили тайну. От ярости он потерял дар речи и, сраженный известием, без сил упал в кресло, стоящее в большом зале.
Придя в себя, сэр Джордж заорал:
– Как посмели они пожениться против моей воли? Как посмели? Я немедленно положу конец этому беззаконию. В моей семье не будет нормандской крови. Как могло это случиться именно с тем, кому нормандцы принесли так много вреда? Немедленно оседлайте мою лошадь и пусть шесть лучших воинов сопровождают меня. Немедленно! Чего вы ждете? Двигайтесь быстрее и делайте то, что я говорю. Я не позволю моей дочери ни секунды больше оставаться в доме этого человека.
Слуги выполнили приказ: спешно оседлали лошадей и вывели их к главному входу.
В сопровождении своих людей лорд Фитзуолтер сбежал по ступенькам Гомвел Холла; он так громко выкрикивал приказы, что его голос был слышен на гладких зеленых лужайках около замка и в парке вплоть до Шервудского леса. Из-за шума птицы взлетели с огромных дубов и в ужасе разлетелись по лесу. Тем временем взбешенный лорд и его солдаты грубо подхлестнули лошадей и поскакали к дому Фитзута и его жены.
К концу пути лошади покрылись потом и пеной. Из ноздрей животных вырывалось тяжелое дыхание.
Вильям Фитзут в это время как раз возвращался с охоты и увидел всадников, мчавшихся к его дому. На мгновение он остановился в надежде получше рассмотреть их и подумал, что они могут принести ему только дурные вести. Ибо в это время в Англии было неспокойно. Он настороженно наблюдал, как мужчины, явно движимые яростью, соскочили с лошадей и поспешили вверх по ступенькам. Когда он увидел их разъяренные лица, рука инстинктивно опустилась на рукоять меча, но он сдержался и не вытащил оружие.
Подъехав к дому настолько близко, что его могли услышать, Вильям закричал:
– В чем дело? К чему такая спешка? Что произошло?
– Произошло! – орал сэр Джордж. – Ты спрашиваешь, что произошло? Ты должен понимать это без вопросов, разбойник! Где моя дочь? Немедленно приведи ее ко мне и оседлай для нее лошадь. Говорю тебе, немедленно!
Сэр Джордж пронзительно выкрикнул эти слова, и только в это мгновение Вильям узнал в злобном госте своего тестя, сэра Джорджа Гомвела. Сэр Джордж сорвал шляпу и рукой откинул с глаз прядь светлых саксонских волос.
Он задыхался и несколько мгновений не мог произнести ни слова. Немножко придя в себя, он прокричал:
– Приведи мою дочь. Дай ей лошадь. Она обязана немедленно уехать со мной.
– Моя жена Джоанна не способна сейчас ехать верхом, – твердо сказал Вильям.
– В любую минуту может родиться ребенок, чтобы подкрепить наш брак. Зайдите в дом, сэр Джордж. Я прикажу слугам принести вам чего-нибудь освежающего. Вам и вашим людям.
Не говоря ни слова, сэр Джордж последовал за Вильямом в дом и осмотрел большой холл, суливший долгожданную тень и прохладу. Он опустился на удобный стул и вскоре уже пил из кружки свежее молоко, а его люди, которые остались на ступеньках снаружи, наслаждались освежающим напитком.
Сэр Джордж почувствовал, как злость внезапно пропала, когда Вильям упомянул об ожидаемом ребенке. Теперь все его мысли были о дочери, а ярость сменилась беспокойством. Вильям ходил взад и вперед, озабоченно нахмурившись. Он кусал костяшки пальцев, ожидая новостей от доктора, который был наверху с леди Джоанной.
– Со временем моя любовь к Джоанне стала еще сильнее, – мягко сказал Вильям. – Она меня тоже очень любит. Мы счастливы вместе, сэр Джордж. Этот ребенок еще больше укрепит наш союз. Но наше счастье не полно, так как мы оба опечалены тем, что вы против нашего брака. Если бы вы могли забыть и простить то, что в моих жилах течет нормандская кровь, и относиться ко мне как к обычному человеку, который любит свою жену и свою семью, то наша радость была бы безгранична.
Сэр Джордж глубоко вздохнул, как-будто собирался что-то сказать, но так ничего и не произнес, потому что внезапно дом пронзил крик новорожденного. Вильям вскрикнул от радости, а сэр Джордж встал, чувствуя огромное облегчение.
– Мой внук, – сказал он, срывающимся от волнения голосом, – мой единственный внук. Ребенок моей дочери.
Перескакивая через две ступеньки, Вильям взбежал наверх.
Пока он отсутствовал, сэр Джордж смог спокойно обдумать ситуацию, расхаживая взад и вперед по безукоризненно чистому полу в огромном зале. Он пришел к выводу, что запрещая этот брак, он слишком поспешно и предвзято принял решение. В этом красиво обставленном доме с идеально ухоженным садом Вильям выглядел умиротворенным.
Все в этом семейном царстве дышало покоем и уютом и говорило о том, что здесь жили счастливые люди. На большом дубовом столе лежала детская игрушка, как бы ожидая своего нового владельца. Сэр Джордж подобрал крошечные лук и стрелы, ласково погладил их пальцами, и на его лице появилась улыбка. Если он пойдет против Джоанны теперь, то не сможет общаться ни с дочерью, ни с внуком. Ненависть к нормандцам отступила перед ожидавшими его радостью и счастьем.
– А что будут делать Вильям и Джоанна, если родится девочка? – тихо произнес он.
Сэр Джордж повернулся кругом и с нетерпением посмотрел на Вильяма, который спускался по лестнице, держа на руках небольшой сверток. Это был ребенок, завернутый в белоснежные пеленки. Вильям осторожно спустился по лестнице, пересек холл и направился к новоиспеченному дедушке.
Вильям гордо улыбнулся и сказал:
– Разрешите мне представить вам моего сына. Это Роберт, но мы будем называть его Робин.
Сэр Джордж взял младенца за пальчики, и слезы появились у него на глазах.
– Робин, – сказал он, поднимая пеленку, закрывавшую головку ребенка, – Робин Гуд. Конечно, я прощаю вас обоих и прошу вашего прощения. А теперь пойдем и повидаемся с Джоанной. Я хочу встретиться с ней, как можно скорее. Я так долго не видел ее. Нам многое нужно обсудить. Пожалуйста, разреши мне понести ребенка.
Сказав эти слова, сэр Джордж взял Робина на руки и поднялся по лестнице в спальню дочери. А Вильям шел следом, сияя от счастья и держа в сильных руках крошечные лук и стрелы.
Глава 2. РОБИН ФИТЗУТ.
Когда в 1189 году Ричард I, известный как Ричард Львиное Сердце, взошел на английский трон, его мысли были далеки от государственных дел. Он родился и был воспитан солдатом, и после года правления, который он считал самым скучным годом своей жизни из-за обилия рутинных дел, обязательных для правителей той эпохи, он стал проявлять страшное нетерпение и сделал все возможное, чтобы отправиться в Палестину на священную войну против Саладина. Он поручил управление Англией архиепископу Эльскому, своему доверенному другу, а сам полностью посвятил себя войне, которая занимала все его мысли и отнимала много энергии. У него уже не было времени думать об Англии и о том, что там происходит.
Распрощавшись с Ричардом и наблюдая, как уплывает его корабль, принц Джон радостно потирал руки. Он отлично знал, что если Ричард погибнет на войне или умрет от какой-нибудь тропической болезни, то ему по праву достанется трон Англии. Как он мечтал о том дне, когда его назовут королем Джоном!
Архиепископ Эльский был честным, но абсолютно беспомощным в отношениях с неразборчивыми в средствах людьми, которые желали Ричарду только зла. Прошло совсем немного времени, и этому достойному человеку пришлось спасаться бегством от преследовавших его людей принца Джона.
После этого в Англию пришел террор. Джон стал выкачивать из людей налоги до последнего гроша, показав тем самым, что больше всего печется о власти и деньгах. Честные отношения он рассматривал как обыкновенную мягкотелость. За вымышленные преступления он предавал суду, не забывая при этом присвоить имущество и деньги жертвы. Многие из дворян, отчаявшись, бежали в Палестину, чтобы сражаться рядом с Ричардом и таким образом вырваться из рук порочного принца.
Джон установил в стране власть шерифов и от крыто использовал их в качестве сборщиков налогов, заставляя выполнять всю грязную работу в провинциях. Шерифом Ноттингема стал худший из шерифов Вскоре его ненавидели и боялись все, кому приходи лось с ним сталкиваться; большинство таких встреч заканчивалось для людей слишком плохо.
Именно в таких условиях вырос Робин Фитзут, который уже в ранней юности научился ненавидеть шерифа и методы его правления. Робин помогал бедным, чем мог, но учитывая то, что аппетиты шерифа и принца Джона росли с каждым днем, его помощь была незначительна. Ему потребовалось бы чеканить собственные монеты, чтобы исправить зло, приносимое жадностью принца Джона.
Однажды Робин шел по Ноттингему и увидел, что к нему приближается странная процессия. Большая группа людей шерифа проезжала верхом; откормленные лошади волокли привязанного за веревку бедного лесника, которого Робин хорошо знал.
– Помогите мне! – закричал лесник, когда его тащили мимо Робина. – Они собираются повесить меня, потому что я не заплатил налоги, которые они требуют. Пожалуйста, помогите мне!
Робин пробрался через толпу, на ходу призывая людей помочь арестованному. Приблизившись к пленнику, он достал нож и перерезал веревку.
– Спрячьтесь в толпе, – прошептал Робин. – Потом поверните в переулок. Если вам понадобится помощь, зайдите в мой дом.
Толпа наступала на всадников и мешала их продвижению. И только у леса солдаты заметили, что тащат на веревке самого преданного соратника шерифа. Никто не заметил, как Робин в толпе привязал к веревке этого человека, а настоящий узник затерялся в кривых и узких улочках старого города.
– Когда шериф узнает об этом, – вскричал капитан, – он нас повесит.
Он развязал человека, умоляя его о прощении, но тот сам был растерян не меньше капитана и попросил больше не говорить об этом.
– Если известие о том, что меня привязали вместо заключенного разойдется по городу, меня засмеют, – сказал потерпевший. – Ну уж если я когда-нибудь найду того, кто сыграл со мной эту злую шутку, то страшно отомщу!
– Я видел в толпе Робина Фитзута, – сказал один из солдат. – Он был там, когда люди сильно напирали на нас, заставив шарахаться лошадей. Он не любит шерифа и готов на всякие пакости, чтобы насолить ему.
– Робин Фитзут! – взволнованно воскликнул приспешник шерифа. – Он сам напросился на неприятности! Сегодня он женится, во всяком случае, намеревается сделать это. У меня есть план, доверьтесь мне. Я отомщу ему! Подвезите меня к городу на вашей лошади, капитан. Нельзя терять ни минуты. Ваши люди могут вырыть могилу и заполнить ее камнями – на тот случай, если шерифу захочется проверить, как был выполнен его приказ.
– Но ведь лесник скрылся, – засомневался капитан.
– Это лучше, чем если вас и ваших людей накажут за невыполнение служебных обязанностей, – ответил пострадавший. – Давайте немедленно вернемся в Ноттингем. Вы высадите меня у городской стены. Через час к шерифу явился посетитель, некто Джереми Крэмп.
– Чем могу быть полезен? – довольно грубо спросил шериф, который сидел за столом, заваленным бумагами, списками и коробками с деньгами. – Говорите, да покороче, у меня много работы.
– У меня есть информация, которая может вам пригодиться, – расплылся в самодовольной улыбке господин Крэмп, над которым недавно так зло подшутил Робин Гуд. – Думаю, что вам известен некий Робин Фитзут, самозванный граф Хантингдонский?
– Вы правильно сказали, что он самозванец, – заметил шериф. – Он претендует на графский титул по материнской линии и по саксонской линии отца. Мне он не друг и, к тому же, помешан на короле Ричарде. Какие у вас вести о нем?
Джереми Крэмп угодливо улыбнулся шерифу и сказал:
– Сегодня он женится на леди Марианне, дочери лорда Фитзуолтера. Большие пиршества состоятся в Локсли Холле перед полуночью. Я подумал, что вы может быть захотите… посетить их… Ну, скажем, как незваный гость. А заодно и прихватить с собой солдат, если вы меня правильно понимаете.
– А зачем мне посещать их? – недоумевал шериф.
– Возможно, вам стоит… вернуть ему пару должков, – прошептал Джереми Крэмп. – У вас должны быть обиды на графа, потому что он всегда намеренно действует против вас. Мне бы тоже хотелось, чтобы этот самозванец, называющий себя графом, получил по заслугам.
Шериф холодно посмотрел на посетителя и отпарировал:
– Убирайтесь! И не беспокойте меня из-за глупых затей. У меня нет времени на шутки с Робином Фитзутом. Спасибо за визит, но больше не могу уделить вам ни минуты. До свидания, господин Крэмп. Кстати, вы должны мне сотню золотых за то маленькое дельце, которое вы провернули пару дней назад.
Крэмп уставился на шерифа и, заикаясь, промямлил:
– Но я ничего вам не должен. Я не заключал никаких сделок на этой неделе…
– Если вы сейчас заплатите мне, – сказал шериф, протягивая через стол похожую на клещи руку, – я получше обдумаю то дельце, о котором вы упомянули. Итак, пожалуйте сотню золотых, господин Крэмп. И может быть, я схожу на эту свадьбу. А если вы кому-нибудь скажете хоть слово, то я получу от вас еще пять сотен монет и ваш прекрасный дом впридачу. Для воскресного отдыха мне нужен замок в провинции – в летние месяцы в Ноттингеме слишком жарко, а от запаха здешней бедноты меня тошнит.
Джереми Крэмп вытащил из кармана кошелек, отсчитал сотню золотых, оставив себе всего двадцать пять монет.
– Разве я сказал сто? – улыбнулся шериф, в его глазах зажегся алчный огонь.
– Я имел в виду сто двадцать пять.
Крэмп едва не бросил кошелек в шерифа, но, встретившись со злобным взглядом, обуздал свой гнев. Он высыпал оставшиеся деньги в ладонь шерифа и, кланяясь, попятился из комнаты. Пустой кошелек болтался на руке.
Шериф слегка усмехнулся, оглянулся, дабы удостовериться, что никого нет, и положил деньги в собственный кошелек.
– Никто никогда не узнает об этом маленьком налоге, – пробормотал он. – Думаю, что господин Крэмп с радостью заплатил мне, чтобы свести счеты, ибо у него самого силенок для этого явно маловато.
Этим вечером шериф оделся скромно, набросил на плечи черный плащ. Его сопровождали четверо слуг, под одеждой которых были спрятаны кинжалы. Они направились в Локсли Холл, неся большой пакет со свадебным подарком. Это был рисунок собора в Ноттингеме, сделанный самим шерифом в редкие моменты отдыха.
Маленькая группка присоединилась к людям, направлявшимся к Локсли Холлу, в котором жила семья Фитзутов. Так им удалось пробраться в дом незамеченными. Шериф преподнес свадебный подарок и направился в банкетный зал, где с трудом устроился на переполненной скамье.
Жених и невеста выглядели прекрасно. Робину исполнилось 30 лет, а Марианне
– 25. Произнеся приветственные речи, они сели, чтобы насладиться роскошными яствами.
– Робин, – прошептал Уилл Скарлет после трапезы, когда пара собиралась отправиться в аббатство Фаунтейнз для бракосочетания. – У меня есть причина утверждать, что шериф Ноттингема находится среди гостей. Несколько минут назад среди свадебных подарков я заметил картину, на которой изображен собор в Ноттингеме. Я когда-то видел, как шериф рисовал его. Затем картина висела в его рабочем кабинете. Так у меня появились подозрения, а пару минут назад я заметил шерифа среди гостей. У него на уме недоброе, Робин, будь настороже.
Жених и невеста верхом отъехали от дома, за ними на разукрашенных повозках последовали сотни гостей. Шериф и его люди обнаружили, что зажаты со всех сторон и не могут пробраться сквозь толпу приглашенных.
– Боюсь, что нам придется оторваться от гостей, – тихо сказал Робин Марианне. – Уилл предупредил меня, что шериф покинул застолье и сейчас преследует нас. Уверен, что он попытается помешать нашей свадьбе. Поэтому мы должны уехать вперед и убедить священника обвенчать нас без гостей, а потом повторить обряд для тех, кто приедет на церемонию венчания. Так мы сможем узнать, что задумал шериф. Давай поспешим, по дороге я расскажу тебе все.
Под покровом темноты Робин и Марианна ускользнули от собравшихся, пришпорили лошадей и добрались до места на добрый час раньше, чем остальные приглашенные.
В одной из маленьких часовен священник без свидетелей объявил их мужем и женой, и в ожидании гостей они устроились в ризнице. Когда все приехали, началась официальная церемония бракосочетания.
Священник как раз дошел до той части службы, когда нужно спросить присутствующих, нет ли у кого-нибудь возражений против этого брака. В этот момент из глубины часовни раздался голос:
– Я протестую! – воскликнул шериф Ноттингема. – Робин Фитзут – предатель! Король приказывает отобрать его земли, имущество и лишить его всех прав. Да свершится это во имя короля Ричарда!
– Представьте доказательства! – закричал Робин, поворачиваясь к собравшимся. – Покажите документ, печать короля или епископа Эльского, который должен управлять страной, пока король Ричард сражается на священной войне. Покажите документ, шериф.
– Документ еще находится у архиепископа, но я смогу представить его вам через несколько дней, – злорадно заявил шериф.
– Я также протестую против этого брака, – раздался другой голос. Гай Гисборн встал и двинулся к алтарю. – Претензии Робина Фитзута на графский титул необоснованны. Старые саксонские графы были лишены всех прав и объявлены вне закона за отказ подчиниться королю. Среди них только Вильям Нормандский, чей графский титул был дарован королем, имеет на него полное право.
– Хорошо, – закричал Робин. – Пусть будет так! С этого момента не существует Роберта Фитзута, графа Хантингдонского. С этого дня пусть меня называют Робин Гудом. Это прозвище дал мне дедушка, сэр Джордж Гомвел. Пока Ричард не вернется в Англию, я буду жить там, где существуют свобода и справедливость, только тогда честность и счастье вернутся на эту истерзанную и униженную землю. Я возьму свои богатства и использую их, чтобы помочь обиженным.
– Я забираю твои земли и имущество для короля! – злобно закричал шериф.
– Король Ричард все возвратит мне, когда приедет со священной войны, – громко сказал Робин. – Я могу подождать, пока ко мне вернется то, что принадлежит по праву.
– Предатель! – вне себя от ярости выкрикнул Гай Гисборн.
– Вы вскоре услышите обо мне, – продолжил Робин, – и будете удивлены, потому что я намерен и впредь помогать бедным и угнетенным. Никто не остановит меня, ибо я считаю это справедливым. Что же касается препятствий для брака, то они не имеют никакого значения, потому что мы с Марианной тихо поженились в боковой часовне этого аббатства еще до того, как приехали остальные. Пусть завершится эта вторая церемония, а потом я спрошу у Марианны, уедет ли она со мной и будет ли жить там, где я сочту нужным.
– Я последую за тобой на край земли, Робин, – гордо сказала Марианна. – И никто не остановит меня. Пусть служба продолжается.
Бракосочетание достойно закончилось, и Робин с женой спустились в ризницу в сопровождении ближайших родственников.
– Лорд Фитзуолтер, – тихо сказал Робин, когда пара расписалась в церковной книге, – пожалуйста, отвезите Марианну в лесное убежище, о котором она знает. Я направлюсь туда, как только смогу. Мне нужно завершить одно маленькое дело, прежде чем я присоединюсь к ней.
Робин поцеловал невесту и проследил, чтобы она беспрепятственно скрылась в лесу в сопровождении отца, а затем вернулся в костел, намереваясь отыскать Гая Гисборна.
Увидев Робина, рыцарь рассмеялся ему в лицо. Робин ответил обидчику улыбкой.
– Если храбрый рыцарь захочет немного поупражняться, – вежливо, но с издевкой сказал Робин, – я готов за определенную плату составить ему компанию.
– Как прикажете, – оскалился Гай, и его уродливое лицо стало еще страшнее от ненависти. – Все, что прикажете.
Его рука потянулась к мечу, но Робин спокойно сказал:
– Не в храме, добрый рыцарь, вы же знаете, только не в храме.
Мужчины пошли рядом, не доверяя друг другу. Покинув собор, они направились на лесную поляну, обнажили мечи и начали поединок, о котором еще долго говорили в Ноттингеме. После жестокой схватки Робину наконец-то удалось поразить Гая Гисборна острием меча. Тот упал на землю и лежал без движения, истекая кровью от множества нанесенных ему ран. Сам же Робин не получил даже царапины.
Он стоял и несколько мгновений смотрел на врага, потом вытер меч о мягкую зеленую траву и спрятал его в ножны. Робин повернулся, сел на лошадь и поехал в лес в сопровождении Уилла Скарлета и нескольких близких друзей.
Шериф наблюдал за схваткой из-за деревьев и от волнения грыз ногти на руках. Несколькими минутами позже именно он помог Гаю подняться на ноги.
Гай холодно посмотрел на него и со злостью сказал:
– Это плохая ночь для нас обоих, шериф. Мы нажили себе смертельного врага. С этого момента и вам, и мне придется забыть, что такое покой. Робин всегда будет держать нас за горло. Это действительно ужасная ночь для нас.
Лицо шерифа побелело, он кивнул и отвернулся, но думал он только о мести. Еще какое-то время он не мог прийти в себя.
Уезжая домой, он бормотал себе под нос:
– Не я один нажил себе врага, Робин Гуд – тоже. А я умею быть страшным врагом, и он скоро поймет это.
Глава 3. НОВЫЙ ОТШЕЛЬНИК ИЗ КОПМАНХЕРСТА.
Монах Майкл Тук вымыл усталые ноги в прохладной речной воде, одел сандалии и принялся за еду, которую утром прихватил в монастыре. Хлеб был черствым, мясо – жестким, вода пахла плесенью, но вряд ли можно было рассчитывать на первоклассную еду после страшной ссоры с аббатом, в результате которой его выбросили за мрачные, но надежные стены, где он провел последние пять лет.
Принц Джон почернел от злости, когда монах Тук отказался преклонить колени в знак покаяния и поцеловать ногу принца. Монах не стал выполнять прихоть принца, поскольку всем сердцем ненавидел его. Чтобы спасти собственную шкуру, аббат вынужден был выкинуть Тука из монастыря. Если бы он не оказал уважение Джону, принц повесил бы аббата и забрал бы все богатство монастыря себе.
Вспоминая происшедшее, Тук кипел от гнева, по отдых на берегу реки немного охладил его, он понял, что наконец освободился от строгих монастырских правил и волен идти в жизни своей дорогой.
В Шервудском лесу было необычайно хорошо, и монах чувствовал в себе силы, чтобы справиться со всеми опасностями, которые могут возникнуть на пути. Он опирался на надежный посох, а большой широкий меч, спрятанный под коричневой рясой, служил надежной защитой в схватке с неприятелем. В этот момент монах был готов противостоять любому злу в мире.
Внезапно, откуда ни возьмись, из кустов выскочил кролик, бросился к воде, но неожиданно подпрыгнул в воздухе, ибо стрела поразила его в сердце. Он умер прежде, чем упал на землю.
Монах Тук выпрямился и огляделся вокруг. Шорох в кустах заставил его повернуть голову и он очутился лицом к лицу с самым страшным разбойником, которого когда-либо видел. Мужчина был в лохмотьях неизвестного происхождения, в правой руке он держал лук, изношенный колчан со стрелами висел на плече. Он испуганно уставился на монаха, но потом его грязное лицо осветилось улыбкой, обнажившей два ряда грязных, гнилых зубов.
– Доброе утро, монах! – сказал мужчина высоким пронзительным голосом. – Я отшельник из Копманхерста. Я ищу убитого кролика. Ты его не видел?
– Этот несчастный лежит здесь, потому что одна из твоих стрел пронзила его сердце! Значит ты отшельник из Копманхерста? Ну и ну!
– Это действительно я! – настаивал грязный человечек. – Я к вашим услугам, монах!
– Отшельник из Копманхерста, – все еще не верил монах, – я думал, что знаю всех отшельников в этой части света, но ты мне неизвестен. Когда-то здесь действительно жил отшельник, он был моим добрым другом, но бедняга умер много лет назад.
– Это был мой дядя, – трагическим тоном сказал человек. – Бедный дядя Мендикус, я так его любил! Когда он умер, я занялся его делом, то есть стал отшельником, я имею в виду.
– Неужели? – недоуменно сказал монах Тук. Его брови поднялись так высоко, что почти касались волос, ровно подстриженных вокруг головы. На макушке сияла тонзура. – Я не помню, чтобы отшельник Альфред… имел племянника. Насколько я знаю, у него не было родственников.
– Ну, – запинался мужчина, – он был мне вроде приемного дяди, я, любя, называл его Мендикус, а теперь позволь мне взять кролика, его нужно освежевать, вымыть и положить в котел, иначе у меня сегодня не будет еды.
– Мне так часто хотелось вновь посетить его пещеру, – сказал Тук, поднимаясь на ноги. – Я пойду с тобой и побуду там несколько часов, вспоминая добрые старые времена, которые я проводил с другом. Показывай дорогу, дорогой отшельник! Я последую за тобой со своими нищенскими пожитками. Пошли, дорогой друг, пошли!
Отшельник подобрал кролика и двинулся через лес, а монах Тук последовал за ним.
– Надеюсь, что ты – святой человек и строго соблюдаешь заповеди, – сказал Тук, тащась за мужчиной, хотя с легкостью мог бы обогнать его и пройти путь туда и обратно быстрее, чем отшельник.
– Я настоящий святой, – сказал человек.
– Этот кролик для сегодняшнего обеда? – тихо спросил Тук.
– Да, – ответил человек, собирая орехи и ягоды по дороге.
– Значит кролик предназначен на сегодня? – пробормотал Тук, глядя на человека с подозрением. – Мясо на обед. Ты что забыл, что сегодня пятница, и никто не имеет права есть мясо в святой день? Тебе следовало бы знать это, друг отшельник.
– Ну, – запнулся отшельник. – Я ошибся. Кролик будет на завтра. Из-за старости я становлюсь рассеянным.
Человек не показался монаху слишком старым, но он ничего не сказал.
Отшельнику явно не хотелось возвращаться домой и мужчины, наловив рыбы и поохотившись, добрались до пещеры лишь к ночи. Когда они наконец достигли жилища отшельника, монах Тук устал и разозлился, потому что этот человек был лгуном.
Монах был очень сильным, но грузным человеком и поэтому не любил физических упражнений. Ноги болели от напряжения. Он с радостью присел перед пещерой отшельника и ждал, пока человек приготовит ужин и подаст его.
Еда появилась на удивление быстро. Тук увидел перед собой грязную деревянную тарелку, на которой лежал кусок черствого хлеба и засохший сыр, и кружку, наполненную затхлой водой.
– Это плохая плата за сегодняшнюю охоту, – сказал монах.
– Ничего лучшего я быстро собрать не смог, – ответил отшельник. – Рыба не очищена и не разделана. Это займет время. Если вы подождете, то я приготовлю еду и получше. За плату.
– Ты хочешь взять с меня деньги за еду, которую я добыл сегодня? – возмутился монах. – Неужели ты попросишь деньги и за ночлег? За постель на голой земле?
– Конечно, – ответил отшельник. – Я беден. Неужели не видно?
– Человек не может быть бедным, получая от леса все, – сказал Тук. – Свари мне пару форелей. И поторопись, отшельник!
Человек скорчил отвратительную гримасу, но занялся приготовлением еды, а Тук побрел в пещеру, чтобы осмотреть жилище.
Там было темно и страшно грязно, тощая голодная собака бешено лаяла, как-будто хотела наброситься на него.
– Не беспокойся, собака, – сказал Тук. – Я не трону твои нищенские мешки и свертки, хотя мне и интересно, что там внутри. Тут огромное количество всякой всячины.
Потом Тук пошел к реке и осмотрел привязанную к берегу плоскодонку. Лодка не пропускала воды, по выглядела запущенной и нуждалась в ремонте.
Еду можно было бы приготовить и получше, но она, во всяком случае, была свежей и не пахла плесенью. Тук бросил хлеб и сыр собаке, она схватила их и жадно съела.
К тому времени, как они убрали остатки еды, уже стемнело. Тук бросил еще несколько кусков явно умиравшей от голода собаке, которая виляла хвостом и умоляюще смотрела на него. Она лаяла и рычала на отшельника, будто намеревалась ухватить его за горло, если тот подойдет ближе.
– Когда-нибудь я пущу стрелу в это мерзкое животное, – пробормотал отшельник.
Монах Тук понял, что между хозяином и собакой не было никакой привязанности.
– Думаю, что сегодня я посплю на воздухе, – зло сказал монах. – Здесь и воздух более свежий, да и голову можно положить на ветки.
Он коротко пожелал доброй ночи негостеприимному хозяину, затем отошел на расстояние пятидесяти ярдов от пещеры и расположился в кустах так, чтобы его не было видно и чтобы шум из пещеры, издаваемый ее презренными обитателями, не доходил до него.
Через некоторое время отшельник зажег светильник и сел у пещеры, прихватив с собой кусок сладкого и очень вкусного на вид пирога. Он жадно ел, а у Тука текли слюнки от вида поглощаемой пищи.
Ворча про себя на жадность этого человека, монах уже почти задремал, когда вдруг услышал приближающийся к пещере топот копыт и яростный лай собаки.
Через пару минут он увидел на поляне двух человек и тяжело нагруженного мула. Так называемый отшельник поднялся и поспешил встретить их.
Он показал на место, где по его предположению спал монах; мужчины заговорили тише, и Тук не смог ничего расслышать. Они привязали мула, который стал жадно жевать траву. В мешках были золотые и серебряные монеты, кувшины и тарелки из серебра. Каким-то образом эти люди захватили богатую добычу.
Голодный Тук следил, как мужчины уселись и разложили богатое угощение, оставив котел с супом на огне. От запаха еды собака жадно завыла. Этого монах Тук стерпеть не смог и направился к месту ночной пирушки, отлично понимая, что находится среди воров.
– О! – добродушно воскликнул он. – Здесь как раз то, что мне нужно. Парочка маленьких форелей лишь раздразнила мой аппетит, я присоединюсь к вам, мои дорогие друзья.
Мужчины уставились на рясу монаха, и он понял, что если бы не церковная одежда, они моментально убили бы его. Они бы избавились от него ради того немногого, что он имел. А владел он действительно малым. Пригоршня монет, несколько смен белья, немного еды, святой сан да широкий меч. Он понимал, что они вряд ли позарятся на его библию и молитвенник, но ясно представил, как они бросают в огонь священные книги.
Прежде, чем выйти из укрытия, он взял свой посох и прикрепил под рясу меч, ибо твердо верил, что даже служитель Господа имеет право постоять за свою жизнь. Кроме того, от живого больше пользы, чем от мертвого, что было доказано неоднократно.
Он наклонился для того, чтобы взять холодную козью голень и несколько раз с аппетитом откусил от нее, а остаток бросил собаке, которая тут– же схватила еду. Потом монах взял кувшин с пивом, который мужчины прятали в камнях, и, отлив немного во флягу, сказал:
– Выпьем за здоровье и долгую жизнь короля Ричарда, пусть он и дальше славно правит нами! Да благословит его Бог! – с этими словами монах Тук опустошил кувшин.
– Король Ричард? – задохнулся отшельник. – Пусть сгинет эта никчемная тварь. Он предпочитает оставаться за границей и сражаться неизвестно за что, лишь бы не быть в Англии и не заниматься делами. Мы за принца Джона.
– Это решает все, – воскликнул монах Тук. Он бросил кувшин и тот разбился о камни.
– Я ненавижу принца Джона, – громогласно заявил монах. – Он заставляет своих людей обкрадывать бедных, дабы набить собственные закрома, дабы вольготно есть, пить и развлекаться с женщинами, попусту тратя время и деньги. Я догадался, что все то, что вы собрали в пещере, украдено, и при первой возможности вы переправите это принцу.
Мужчины со злостью вскочили, их руки потянулись к рукояткам мечей.
– Могу поклясться, что он пообещал хорошо заплатить вам за кражу золота и серебра, – возмущался Тук. – Я много слышал о его проделках. Он повесит вас, как только завладеет этими богатствами. Да вы обыкновенные дешевые воришки!
Мужчины без предупреждения вытащили мечи и ринулись в атаку на монаха, который попытался отбиваться посохом. Но после нескольких ударов это простое оружие было сломано.
Думая, что он безоружен, мужчины отошли и стали издеваться над Туком. Но монах вытащил свой меч и избил воров так, как никогда и никто раньше. Вскоре они убежали в лес, позабыв о своих вещах.
– Если вы вернетесь сюда, – кричал вслед монах, – я вас убью или сделаю что-нибудь похуже, например, выдам вас принцу Джону и скажу ему, что вы обманщики. Тогда он повесит вас, вы умрете медленно и мучительно. Если вы вернетесь в пещеру в мое отсутствие, собака разорвет вас, поэтому не торопитесь за золотом и серебром.
Когда монах удостоверился, что разбойники скрылись, он вошел в пещеру. Собака виляла хвостом, преданно смотрела на Тука и лизала ему руки. Тук осмотрел пещеру и нашел там целое состояние из золотых и серебряных монет, столовое серебро и даже немного драгоценностей.
– Робин Фитзут забирает у богатых и. отдает бедным, – радостно сказал Тук,
– вот и я буду поступать также. Эти сокровища были отобраны не у бедных людей, поэтому нужно дождаться случая и использовать их на какое-нибудь доброе дело.
Собака была настроена дружелюбно, и монах понял, что впредь, если возникнет нужда поохотиться или сходить куда-нибудь, можно оставлять сокровища под ее охраной. Никто не осмелится войти в пещеру и украсть что-нибудь, пока пес сторожит ее.
– Я откормлю тебя, и силы вернутся, – сказал он. – И ты станешь самой сильной собакой в мире. Небольшие тренировки завершат дело.
Эту ночь монах проспал у входа в пещеру. На следующее утро он навел в ней порядок, уложив вещи настолько аккуратно, что трудно было поверить. Он накормил животных и отправился к крестьянину, который жил в нескольких милях вверх по реке, чтобы купить у него бобы и корм для мула.
Когда он вернулся, собака сторожила вход в пещеру, все внутри оставалось в неприкосновенности.
После трапезы монах сказал:
– Я назову мула Кисмет, потому что судьба принесла мне богатство, которое он вез на своей спине. А пса – Геркулес, ибо он станет очень сильным.
Этой ночью Тук спал значительно спокойнее, чем накануне. Теперь он отдыхал, так как не сомневался, что Геркулес будет охранять и богатство, и его самого. Никто не сможет подойти незаметно, ибо пес поднимет шум.
Перед тем, как глубоко заснуть, монах думал о важной работе, которую предстояло проделать завтра: нужно было привести в порядок и почистить лодку, чтобы за небольшую плату перевозить путников через реку и иметь от этого некоторый доход. Если же появятся друзья принца Джона, то с них он возьмет вдвойне и к тому же искупает на середине реки.
Действительно, новая жизнь выглядела и счастливой, и благополучной.
Он погрузился в глубокий сон праведника.
Глава 4. НОВОЕ ПОСЕЛЕНИЕ.
Первая ночь, проведенная в Шервудском лесу Робин Гудом, Марианной и его друзьями, прошла в постоянном беспокойстве и заботах. Марианна легла спать в маленькой пещере, у входа в которую поставили охрану. Она лишь слегка задремала и была счастлива, когда рассвело, и появилась возможность умыться в ручье, сбегавшем по склону холма.
Все позавтракали холодным мясом, хлебом и водой, так как запахи приготавливаемой пищи могли бы привлечь преследовавших их солдат и привести погоню к ночному убежищу беглецов.
Закончив скромную трапезу, они убрали остатки пищи и в полной тишине двинулись в сердце большого леса. Робин Гуд и Уилл Скарлет скакали впереди, за ними – Марианна с охраной, остальные шли цепочкой по узкой тропинке, которая вскоре исчезла в зарослях.
Уже стемнело, когда Робин Гуд нашел место, которое искал. Это был едва различимый для постороннего клочок земли – окруженный трясиной, покрытый деревьями и огромными валунами холм. Путники страшно устали, пока добрались до этого безопасного места, но Робин заставил их найти пещеры, соорудить постели из веток и основательно подготовиться к ночлегу.
– Когда мы купим провизию и вещи, станет легче, – сказал он. – Я спрятал большую сумму денег в Ноттингеме, мы сможем получить у моего друга луки и стрелы со стальными наконечниками. Мы приобретем ткани, чтобы сшить одежду, а также простыни и одеяла. Но для этого потребуется время, а пока нужно потерпеть и обойтись тем, что есть.
Так постепенно и медленно Робин Гуд, его жена и добрые друзья налаживали быт в новом доме, и со временем поселение превратилось в неприступную для врага крепость.
Марианна отлично свыклась с новыми условиями: на открытом воздухе под ярким солнцем она загорела, как орех. Робин почувствовал себя значительно спокойнее и счастливее.
Люди были постоянно заняты охотой, рыбной ловлей и устройством лагеря. Однажды вечером у костра, когда они обсуждали события прошедшего дня, Уилл
Скарлет сказал:
– Ты когда-нибудь слышал о благословенном роге, спрятанном в Шервудском лесу, Робин?
– Думаю, что все слышали эту легенду, – сказал Робин. – Я уверен, что это не просто вымысел. В ней есть доля правды. Но я не представляю, где он спрятан.
– Я знаю где, – вставил Мартин Мач, лесник, который присоединился к лесному отряду. – Я могу отвести вас прямо туда, но хочу предупредить, что добыть его будет весьма трудно, ибо рог тщательно охраняется.
– Нам придется научиться раскалывать самые твердые орешки, поскольку теперь мы живем в постоянной опасности, – ответил Робин. – Поэтому мне бы особенно хотелось добыть этот рог. Он может пригодиться для сбора людей, когда мне понадобится помощь, или когда я окажусь в опасности, или когда мне потребуется пополнение. Ты сможешь отвести меня к этой пещере, Мартин?
– Уверен, что смогу, – ответил Мартин, и его лицо посветлело от удовольствия, ибо им предстояло приключение. Жизнь в лесу становилась скучной, так как кроме охоты и рыбной ловли заняться было нечем. Поэтому Мартин с радостью подумал о походе.
– Предлагаю отправиться, как только стемнеет, но только небольшой группой.
Робин тщательно подобрал людей для похода, оставшимся дал указания по охране лагеря. Когда настала ночь, Марианна пожелала ему счастливого пути и попросила быть осторожным и не рисковать без надобности.
– Я буду ждать тебя, – сказала она, – и молить Бога о твоем благополучном возвращении.
Мач вел их через лес целых пять миль, потом приказал замедлить шаг, поскольку они приближались к нужному месту.
Вдруг среди деревьев послышалось рычание. Ожидая нападения, мужчины мгновенно вытащили свои мечи. Звук несколько раз эхом отозвался среди деревьев и стих.
Мач показал им, что надо двигаться вперед, и они очутились перед входом в пещеру. Через несколько мгновений он махнул Робину и остальным, приглашая их войти вовнутрь.
– Пока все хорошо, – сказал Мач, – но мы должны быть осторожны.
В это мгновение снова послышалось рычание, но на этот раз сзади, и они поняли, что оказались в ловушке: огромный зверь закрыл вход в пещеру. Это была самая большая собака из всех, каких они видели когда-либо в жизни. Ее глаза казались красными и сверкали, как уголья.
– Взять их, Бейн. Нам не нужны здесь люди принца Джона. Они пришли за волшебным рогом, но они его не получат, – прокричал голос откуда-то сверху.
Собака уже была готова к прыжку, когда слабый огонек наверху заставил Робина поднять голову. Он увидел огромное бородатое лицо, выглядывавшее из дыры в крыше пещеры, мускулистая рука держала горящий факел.
– Возьми их! – кричал человек. – Чего ты ждешь?
– Бейн, – ласково сказал Робин, – успокойся, мы не причиним тебе зла.
Несколько мгновений огромное животное недоуменно смотрело в темноту, а потом бросилось на них, готовое проглотить всех разом. Чтобы избежать нападения, люди забрались на высокий выступ.
– Не убивайте собаку без крайней необходимости, – закричал Робин. – Это настроит хозяина против нас. Я постараюсь успокоить ее.
Робин отбросил свой меч и спрыгнул на пол пещеры, схватив пса за холку. Несколько страшных мгновений он боролся с ним, постоянно шепча что-то на ухо зверю и, как-будто заколдованное, животное внезапно затихло, скалясь, отползло в угол пещеры и легло там.
Робин тихо и дружелюбно говорил с ним, потом потянулся и потрепал его за мохнатое ухо. Его друзья издали вздох облегчения и на какое-то время расслабились. Но раздавшийся сверху злой крик снова встревожил их:
– Я не позволю своей собаке подружиться с людьми принца Джона. Прежде, чем допущу это, я убью и вас, и ее.
Он грузно спрыгнул на пол пещеры, взмахнул огромной дубиной. Мускулы на его могучих руках и ногах напряглись.
– Я не сторонник Джона, – заявил Робин, – поэтому успокойся, мой друг. Думаю, что мы оба на одной стороне. Я за короля Ричарда. Да благословит его Бог!
Человек поднял свой факел, чтобы разглядеть лицо Робина.
– Клянусь всеми святыми! – выдохнул он. – Это граф Хантингдонский. Ваше высочество, что вы делаете среди ночи в этой презренной пещере? Объясните мне.
– Я был графом Хантингдонским, – ответил Робин. – Но на моей свадьбе произошел спор, который заставил меня полностью изменить жизнь. Теперь я живу в Шервудском лесу с группой единомышленников и женой. Я думал, что благословенный рог не имеет хозяина, и пришел, чтобы забрать его себе.
– Я заключу с вами сделку, – сказал человек. – Если в поединке без оружия вы одержите победу надо мной, рог – ваш. Естественно, если вы минуете Бейна после схватки и сможете вынести рог.
– Решено, – воскликнул Робин. Вместе с друзьями он вышел из пещеры и лицом к лицу встретился с одним из самых огромных людей, которых когда-либо видел.
Последовала жестокая борьба, несколько раз Робину казалось, что он действительно проиграл. Схватка все продолжалась и продолжалась, оба сражающихся покрылись потом, их одежда была разорвана в клочья. Но как только Робин почувствовал, что его противник ослабел, он бросил его на землю, наступил коленом на массивную грудь, схватил за бороду и таскал за нее до тех пор, пока мужчина не взмолился о пощаде, боясь, что ему просто оторвут голову.
Робин поднялся на ноги, а человек, еле дыша, стал на колени:
– Вы выиграли, сэр Робин, вы победили. Вы заслужили рог, если Бейн позволит забрать его.
Робин с трудом поплелся в пещеру и чуть-чуть не упал на землю, потому что огромный пес прыгнул ему на плечи и начал лизать лицо. Потрепав лохматую голову, Робин отодвинул собаку и осмотрелся вокруг, ища рог.
Уилл Скарлет вошел за ним в пещеру, поднял горящий факел, и Робин впервые увидел знаменитый рог.
С этих пор священный рог всегда будет связан с именем Робин Гуда.
Робин забрался на выступ, где стоял рог, взял его и прежде, чем поднести к губам и подуть, несколько мгновений восторженно разглядывал. Звук получился чистый и ясный, он заворожил Робина. Потом он веревкой привязал рог к поясу и вышел из пещеры, чтобы показать его своим людям. Бейн следовал за ним по пятам, а избитый человек выглядел настолько одиноким, что Робин предложил:
– Почему бы вам не присоединиться к нам, мой друг? Тогда вы не потеряете рога и сможете видеть его каждый день и даже изредка слышать его звук. Мне нужно как можно больше бойцов. Ну, так как?
– С радостью, – сказал человек. – Я последую за сэром Робином на край земли и вернусь оттуда, ибо ничто не остановит меня. Бейн пойдет со мной, не так ли, пес?
Бейн громко залаял и сел рядом с хозяином.
– Завтра утром портной Уилл сошьет вам костюм зеленого цвета, – сказал Робин. – Мне тоже понадобится новая одежда.
Обратное путешествие в лагерь было более веселым, чем дорога в поисках благословенного рога. В лагере их радостно встретили друзья.
На следующий день был организован пир в честь приобретения рога. После того, как люди полакомились жареной дичью, овощами и сладким пирогом, Робин произнес речь, которую члены отряда выслушали, затаив дыхание. Тому, что было сказано в ней, они будут следовать до конца дней.
– Мужчины, – произнес Робин Гуд. – Я ваш вождь и молюсь, чтобы все мои дела были честными и справедливыми, чтобы с годами мы становились все более и более близкими друзьями. Добро пожаловать всем в мой отряд: от первого его бойца – Уилла Скарлета, до самого нового – Лесного Силача, который присоединился к нам только прошлой ночью. Мы в полной безопасности в нашем маленьком убежище, но я не намерен вести праздную жизнь, нам предстоит много рисковать. Мы должны помочь бедным, угнетенным и тем, кто в опасности, – за счет богачей, что проезжают по проходящей через лес большой Северной дороге. Это означает грабить богатых и отдавать все бедным. Я не вижу в этом ничего плохого. Мы – за короля Ричарда и против принца Джона, а также тех, кто делает за него грязную работу. Клянусь, что шериф Ноттингема
– наш враг, а также Гай Гисборн. Если кто-нибудь из нас попадет к ним в руки, его обязательно повесят. Предстоит сделать очень многое, мы должны регулярно прочесывать весь лес маленькими и большими группами, но никогда в одиночку. Иначе мы накличем беду. Вылазки для спасения пленных будут очень рискованны, так что постарайтесь, чтобы вас не схватили.
Люди восторженно приветствовали его. Робин продолжал:
– Вчера мне удалось получить этот рог после удивительного приключения, – сказал он, – но он не мой, он принадлежит всем. Я буду носить его, пока жив, и использовать только в случае крайней необходимости. Я буду трубить в него, если мне понадобится помощь или если мои люди и я не сможем одни справиться с каким-то делом. Я также буду трубить в него, если окажусь в опасности или же в опасности окажется кто-то из вас, и мне нужна будет помощь для вашего спасения. Это – сигнал тревоги. Сейчас я продемонстрирую его, чтобы вы знали этот звук.
Робин глубоко вдохнул, и из рога раздался длинный чистый звук.
– В следующий раз, услышав этот звук, – сказал он, – вы немедленно придете к тому месту, откуда он раздался, ибо я буду нуждаться в вашей помощи. Теперь я хочу, чтобы вы все встали и выпили за доброе здоровье и удачу в наших делах, затем поднимем тост за мою любимую жену Марианну из Шервудского леса.
Бокалы были выпиты, и три громких «Ура!» пронеслись над лесом.
Готовые заняться любой работой, если она честна и справедлива, Робин Гуд и его веселые соратники обосновались в лагере.
Глава 5. СБОРЩИКИ НАЛОГОВ.
– Отличные деревья, – сказал шериф, потирая похожие на клещи руки. – Принц Джон будет доволен. Но вы, конечно, не получите ту цену, которую дадут в Лондоне, поскольку должны заплатить налоги. Деньги останутся в казне принца, а остальные вам придется выложить из собственного кармана. Ваш долг – две сотни гиней.
Онемев, лесник и его жена растерянно уставились на шерифа. Он же продолжил:
– Надеюсь, вы понимаете, что я имею в виду. Вы должны мне еще двести гиней в счет налогов и обязаны заплатить эту сумму в течение недели, иначе вас ожидают серьезные неприятности. Принц не любит, когда его заставляют ждать.
– Но у меня нет двухсот гиней, – вздохнул лесник. – Мы едва наскребли, чтобы купить провизию на неделю. Каким образом я мог задолжать принцу такую сумму?
– Возможно, я должен был объяснить, – сказал шериф. – Введен новый налог на каждое сваленое дерево. Его будут платить все лесники.
– Но я уже плачу принцу дополнительную ренту за эту часть леса, – осмелился заперечить лесник. – К тому времени, как я выплачу ренту и известные мне налоги, практически ничего не останется. Налоги лишают смысла мою работу.
Шериф холодно посмотрел на него и с издевкой сказал:
– Если ты не хочешь платить ренту и различные налоги, мы можем изменить это. Принц заберет твою часть леса, а ты найдешь другой способ зарабатывать себе на жизнь.
– Заберет у меня землю? – воскликнул лесник. – Он не может этого сделать.
– Он поступал так с другими, – холодно сказал шериф, – и может с легкостью сделать это с тобой.
– Дай мне подумать, – простонал лесник. – Я не знаю, что делать, я даже не знаю, что думать! Шериф сел на лошадь и сказал:
– Я приеду к тебе завтра, сейчас мне нужно спешить, чтобы собрать другие налоги. Как можно больше денег для нашего дорогого принца Джона!
Он пришпорил лошадь и скрылся в лесу в сопровождении двенадцати солдат, охранявших его от врагов, которые могли прятаться среди деревьев.
Прежде чем лесник и его жена успели собраться с мыслями, они услышали скрип колес на ухабистой дороге, и через несколько мгновений из лесу появилась пустая деревянная повозка, запряженная шестью огромными грузовыми лошадьми. Повозкой правил жуткого вида человек, а его помощник выглядел еще хуже.
– Мы приехали за твоими бревнами, – прокричал возчик леснику и соскочил, чтобы начать погрузку.
Когда деревья были погружены, лесник и его жена расплакались, потому что у них забрали прекрасный, добытый с огромным трудом лес. Его украли для ненавистного принца Джона.
– Он ворует мои бревна, – жаловался лесник жене, – да еще хочет получить две сотни золотых гиней. Лучше пойти и утопиться в реке, у нас не осталось никакой надежды на помощь.
– Тише, – сказала жена, – не нужно, чтобы эти люди слышали твои слова, иначе они передадут их шерифу и принцу, и с нами случится нечто более страшное. Людей вешали и за меньшее.
Плача и прижимаясь друг к другу, они стояли и смотрели, как бревна увозили по направлению к Лондону.
– Мы разорены, – рыдал лесник. – Нам не на что больше жить.
Вдруг из леса вышел на дорогу человек, который обратился к ним:
– Я слышал все, что произошло, досточтимый лесник. Не беспокойтесь, мы вам поможем.
Лесник и его жена настороженно посмотрели на мужчину в костюме зеленого цвета, в сердцах затеплилась искра надежды.
– Я уверен, что это – Робин Гуд, – сказал лесник. – Да, конечно, это он! Какое чудо!
– Мы попали в такую беду, – пожаловался лесник. – Что нам делать, добрый Робин?
– Доверьтесь нам, – ласково сказал Робин. – В меру своих сил мы поможем вам. У меня уже созрел план, поэтому возвращайтесь в свой дом и позаботьтесь об обеде, ведь шериф не вернется до завтра. Вот вам немного дичи, поджарьте ее и поешьте в свое удовольствие, а потом поспите, чтобы восстановить силы. Я вернусь, как только вы откроете глаза. А теперь, до свидания.
Робин протянул мясо, которое вытащил из небольшого мешка, висевшего на спине, весело улыбнулся и пошел по дороге, помахав на прощание леснику и его жене.
Он следил за шерифом из-за деревьев, поэтому слышал каждое сказанное слово и теперь радовался при мысли, что сможет свести счеты с принцем Джоном и шерифом. На ходу он вытащил из-под мышки свернутый коричневый плащ, одел его и, чтобы не быть узнанным, накинул на голову и лицо капюшон. Через несколько минут впереди на дороге он увидел лошадей и повозку.
– Эй! – позвал он возчика, который, как сова, уставился на спешившего к нему мужчину. – Эй, я хочу поговорить с тобой, добрый человек!
– Чего ты хочешь? – сердитым голосом прорычал человек, глупо уставившись па Робина.
– Куда ты везешь эти деревья? – спросил Робин. – В Лондон?
– Да, – ответил человек, – в Лондон. Нам предстоит очень длинная дорога, а груз тяжелый. Не знаю, почему нельзя продать деревья па месте. Но вроде у шерифа есть какой-то важный покупатель на юге, поэтому приходится подчиниться его воле. Мне совсем не нравится это путешествие, потому что в лесу полно разбойников, воров и убийц, они есть и на большой Северной дороге, которая ведет в Лондон. У нас не слишком много шансов добраться до места живыми.
– А почему бы вам не подумать о том, чтобы продать эти бревна мне дороже, чем пообещал лондонский покупатель? – спросил Робин, звеня монетами в кошельке. – Впридачу я куплю лошадей и повозку, так как мне нужны сильные животные.
Глаза возчика засверкали от жадности, когда он понял, что сможет положить прибыль себе в карман, отдав шерифу лишь часть денег, полученных за продажу бревен, лошадей и повозки.
– По рукам, – сказал он, слезая с телеги и приказывая сойти помощнику.
Робин Гуд вытащил из кармана кошелек и высыпал в руки возчика блестящие золотые монеты, бросив сверху кошелек.
– Он понадобится вам, чтобы сложить деньги, – сказал Робин, – так что возьмите и кошелек, мне он не нужен. Когда-то мне дали его полным, теперь он пуст и совершенно бесполезен.
Робин забрался на повозку, хлестнул лошадей и тронулся в путь.
Возчики остались на дороге считать золотые монеты. Робин довольно ухмыльнулся, первая часть плана удалась.
Когда-то эти деньги заплатил ему шериф Ноттингема, тогда Робин был еще графом Хантингдонским, но монеты оказались поддельными. Шериф сознательно обманул его. Теперь Робин отплатил ему той же монетой. Он отдал бы многое, чтобы увидеть лицо шерифа, когда тот будет рассматривать фальшивые гинеи и слушать историю возчиков.
Робин заехал далеко в лес и, остановившись, издал звук, который напоминал крик совы. Робин еще не успел распрячь лошадей, как его окружили двадцать человек из отряда. Он быстро рассказал им о случившемся.
– Мы накроем повозку ветками, – сказал Робин, – так, что она будет полностью спрятана, а лошадей отведем пастись на луг. Я хочу, чтобы шесть человек остались для охраны бревен до моих дальнейших указаний. Я свяжусь с вами до ночи.
В это время двое возчиков вернулись в Ноттингем, их провели к шерифу. Когда он услышал их рассказ, его лицо покраснело от ярости. А когда они высыпали деньги на стол, он чуть не захлебнулся от злости, узнав собственные фальшивые монеты.
– Итак, Робин Гуд начал свои проделки в новой роли, – закричал он. – Мне следовало бы послать с вами солдат для охраны деревьев. Дураки, идиоты! Эти монеты – фальшивые и ничего не стоят Мы потеряли бревна, а впридачу – лошадей и повозку. Мне следовало бы выпороть вас, но я вас повешу. Задыхаясь от гнева, дрожа и почти плача от злости, он упал в кресло.
– На рассвете я повешу вас в лесу, – наконец выпалил шериф. – Я не позволю лжецам работать на себя. От вас никакой пользы. Стражник, до казни отведи заключенных в темницу. Пусть их повесят в лесу.
Кое-кто из слуг слышал крики шерифа и имя Робин Гуда. Подобно лесному пожару Ноттингем облетела весть, что Робин Гуд обвел шерифа вокруг пальца. Слухи об этой истории донеслись и до четверых людей Робина, которые пришли в город переодетыми, чтобы купить хлеб и кое-что из провизии. Рассказ о поддельных монетах вызвал прилив радости у всех, кто ненавидел шерифа. Когда он докатился до Робина, он громко рассмеялся.
– Я с удовольствием отдал бы двадцать золотых монет, чтобы увидеть лицо шерифа, когда он рассматривал фальшивки, которые сам дал мне, – хохотал он.
– О! Чудесно!
Деревья в лесу дрожали от смеха, и еще много дней люди довольно хмыкали, вспоминая это происшествие.
– Шериф приказал повесить этих двоих завтра утром в лесу, – сказал Уилл Скарлет.
Вдруг Робин стал серьезным и вскрикнул:
– Он заходит слишком далеко и хочет испортить такую прелестную шутку. Но два поддавшихся на обман дурака не должны платить жизнью за то, что я посмеялся над шерифом. Нам придется спасти их и отослать в безопасное место, может быть, даже в Лондон. Они не посмеют вернуться в эту часть страны и не будут совать нос в наши дела.
На следующее утро небольшая группа людей шерифа вошла в Шервудский лес, таща за собой на веревке двух здоровенных мужчин. По дороге к лесу трусы выли от ужаса, а когда им на горло накинули петли, устроили такую шумиху, что люди шерифа вздернули их и ушли, не дожидаясь последних конвульсий.
От недостатка кислорода у казненных почернели лица, казалось, что смерть наступит с минуты на минуту, но вдруг раздались два звенящих звука, как-будто разорвались струны, веревки лопнули, а мужчины оказались на земле. Дыхание с трудом возвращалось к ним. Еще мгновение, и было бы поздно.
Они еще не успели подняться на ноги, как из лесу появились два человека в костюмах зеленого цвета и стали наблюдать за спасенными висельниками, дожидаясь пока к ним вернется способность стоять прямо, а взгляд приобретет осмысленность.
– Добрый друг послал нас, чтобы спасти ваши жизни, – сказал один из мужчин, одетых в зеленое, – кроме того, он посылает вам деньги. На этот раз они не фальшивые. У нас есть приказ посадить вас в повозку, которая направляется в Лондон. Скоро она выедет на большую Северную дорогу. Приказано также передать, чтобы вы оставались в Лондоне и никогда не возвращались обратно.
– Даю слово, – задыхаясь, проговорил извозчик. – Мы сами рады уехать в Лондон. Подальше от Ноттингема! Подальше от шерифа и его помощников! Мы благодарны за то что вы спасли нас от смерти. Хотя, это самое малое из того, что вы могли сделать, сыграв с нами злую шутку, которая едва не стоила нам жизни. Сначала вы отправили нас с фальшивыми монетами к шерифу, потом украли наши деревья, лошадей и тележку. Но, кто старое помянет, тому глаз вон. Чем быстрее приедет повозка, тем лучше.
Через несколько минут на дороге показалась повозка. Кучер быстро остановил лошадей и, опасаясь захвата и ограбления, с ужасом уставился на людей в зеленом.
– Не беспокойся, кучер, – прокричал один из людей Робин Гуда, – мы не собираемся грабить тебя. Просто хотим, чтобы ты отвез в Лондон двух наших друзей. И хотя у них достаточно денег, чтобы ускорить отъезд, мы заплатим сами.
Сказав это, человек из леса протянул кучеру мешочек с монетами и помог двум мужчинам забраться в повозку. Через несколько мгновений лошади тронулись, и повозка вскоре скрылась из вида.
Позднее шериф нанес визит леснику и его жене. Во всяком случае, он намеревался сделать это, но обнаружил, что хижина закрыта, а ее обитатели отсутствуют.
Он порыскал в ближайшем лесу, но не нашел и следа своих жертв.
Вдруг перед носом его лошади пронеслась стрела. Испуганное животное чуть не сбросило шерифа. Когда лошадь чуть успокоилась, шериф слез с нее, чтобы осмотреть стрелу, и, заметив, что к ней прикреплена записка, злобно зарычал.
В ней говорилось:
«Если ты хочешь получить назад бревна, приходи сегодня ночью к подножью холма Дингл. Подписано защитником всех бедных и угнетенных».
Шериф от злости выругался про себя и сказал вслух:
– Глупая приманка. Но я явлюсь туда и посмотрю, что меня ожидает, а для безопасности прихвачу с собой нескольких солдат. Нет сомнения, это еще одна проделка Робин Гуда.
Ночью шериф поехал к холму Дингл с четырьмя солдатами. Достигнув места встречи, он прокричал:
– Эй, есть здесь кто-нибудь? Я шериф Ноттингема! Я приехал за бревнами, которые мне обещали!
Он внимательно разглядывал гладкий зеленый склон холма Дингл. Вдруг его глаза сузились: он заметил, как надвигается что-то непонятное. Это испугало его лошадь. Она рванула вперед, и шериф оказался на земле. Он приподнялся на разбитом локте и увидел, как лошадь без ездока с бешеной скоростью помчалась в сторону Ноттингема. Жители города наверняка заметят лошадь без хозяина. Он молил Бога о том, чтобы никто не увидел его жалкого возвращения домой.
Лошади солдат поскакали за конем шерифа, увозя потерявших всякий контроль всадников.
Рана оставшегося в полном одиночестве шерифа кровоточила. Однако он смог подняться с земли, с ужасом заметив, как нечто надвигается прямо на него.
По склону катились старые бревна, прогнившие настолько, что на ходу разваливались на куски. Переворачиваясь и подпрыгивая, масса приближалась к шерифу. Он успел отскочить в сторону, и бревна на огромной скорости промчались мимо, однако деревья кишели жуками, древесными вшами и другими насекомыми, так что шериф оказался усыпан пылью и паразитами. Весь в отбросах и червях, злой и испуганный, он стоял на дороге и проклинал весь свет.
Когда шум стих и все успокоилось, шериф посмотрел на вершину холма и увидел нескольких человек, которые покатывались от смеха. Среди них был и Робин Гуд.
– Что ты сделал с моими прекрасными бревнами? – закричал шериф.
– С твоими бревнами? – с издевкой спросил Робин Гуд. – Наверно, ты имеешь в виду бревна, которые украл? Сегодня утром их настоящий хозяин и его жена повезли их в Лондон. Кстати, извозчик и его помощник, которых ты приказал казнить на рассвете, тоже уехали в Лондон.
– Еще одна подлая проделка, – зарычал шериф. – Ты заплатишь за это, Робин Гуд! Я повешу тебя и всех твоих людей, как только поймаю!
– Для тебя это будет настоящим праздником, – прокричал один из друзей Робин Гуда.
– Да, – отозвался Робин, – шериф, ты не умеешь ценить хорошее дерево. Лесник с женой продадут свои бревна моему знакомому в Лондоне за плату вдвое большую той, что давал твой покупатель. За вырученные от продажи леса деньги эта пара сможет купить себе хороший домик на юге страны и будет наслаждаться жизнью до конца дней. Они спокойно заживут там и будут разводить овощи, не боясь, что каждый выращенный ими капустный кочан будет украден для твоего стола, шериф. Сейчас они уже далеко от Ноттингемского графства и приближаются к Лондону, их сопровождают и охраняют люди из моего отряда. И ты ничего не сможешь сделать. А если ты кому-нибудь расскажешь об этом, то над тобой будут потешаться еще больше, чем сейчас, шериф.
Действительно, шериф был бессилен. Даже самому близкому другу он не мог рассказать о том, что Робин Гуд опять выставил его дураком.
Морщась и ругаясь, он повернулся и со слабой надеждой незаметно пробраться в город побрел в Ноттингем, где ему не оставалось ничего другого, как запереться в своей комнате и от стыда спрятать голову под подушку.
Глава 6. ОХОТА И НОВЫЙ ЧЛЕН ОТРЯДА.
Жаркое солнце так ярко светило над Шервудским лесом, что Робин Гуд и его люди едва могли охотиться. В поисках диких кабанов, голубей, зайцев, оленей или хотя бы пары лебедей и другой съедобной живности, чтобы накормить постоянно растущий отряд так называемых разбойников, они медленно пробирались через заросли.
Стоя на колене, Робин, как всегда метко, выпустил стрелу в воздух. Добычей оказался голубь, который умер прежде, чем упал на землю.
Дождь стрел, выпущенных другими охотниками, принес двадцать птиц. Это будет добрый ужин для мужчин, а перья наполнят подушки, которые собственноручно сделает Марианна.
Внезапно раздавшийся крик «Кабан!» отвлек их внимание от птиц. Оставив одного человека, чтобы собрать и упаковать добычу, Робин и остальные охотники начали утомительное преследование по узким и опасным тропам леса вдоль ручья.
Загнанное животное хрюкало и пронзительно визжало, раскидывая стрелы, которые впивались в землю рядом с ним, и каким-то чудом избегало смерти.
– Этот зверь, наверно, заколдован, – прокричал Робин, перепрыгивая через упавшее дерево.
Охотиться в лесных зарослях было трудно. Необходимо было обходить болотца, перепрыгивать через маленькие, но глубокие речушки. Кабан казался неуловимым, но Робин решительно настроился поджарить его на ужин, и погоня продолжалась.
Кабан выскочил на поляну, расположенную на берегу быстротекущего ручья, и бросился к воде. Вдруг он страшно вскрикнул, подпрыгнул на сильных ногах, дернулся в воздухе и, пронзенный стрелой, упал замертво.
Он вздрагивал еще несколько мгновений, потом наконец затих. Робин и его друзья замерли, внимательно осматривая окрестности, потому что стрела была выпущена откуда-то спереди, а дикий кабан случайно попался на ее пути. Никто из людей в зеленом не стрелял.
Робин жестом приказал своим парням оставаться в укрытии, а сам пробрался вперед. Спрятавшись за упавшим деревом, он спросил:
– Кто здесь? Кто убил моего кабана?
– Сожалею, что помешал вашей охоте, – с противоположного берега раздался зычный голос. – Но этот огромный зверь бежал прямо на меня, и я выстрелил в него прежде, чем заметил, что за ним охотятся. Думаю, никто от этого не проиграл, правда? Мы убили зверя вместе.
Робин вышел из-за дерева и подошел к хрупкому мосту, который при ближайшем рассмотрении оказался скользким, поросшим мохом бревном. Коричневая вода из ручья перекатывалась через него.
– Но теперь мы не знаем, кому принадлежит кабан! – вскричал Робин. – Мы пригнали его сюда, намереваясь убить, но попали в него вы. Если хотите, давайте устроим поединок, который решит все.
– Мне это очень нравится, – ответил человек. – Отбросим стрелы, луки и мечи и просто подеремся. Пусть эта схватка будет дружеской. Срежьте себе палку, я сделают тоже самое, и мы сразимся на мосту. Три падения в воду – и вы проиграли! Что скажете, сэр?
– Подходит, – ответил Робин. – Я только срублю оружие.
Он вытащил из ножен кинжал и, выбрав толстую ветку со множеством мелких сучков, отрубил ее, затем несколько раз подбросил, чтобы приноровиться к ней и проверить, подойдет ли она для боя.
Подготовившись, Робин двинулся к центру перекинутого через реку бревна и окинул взглядом противника. Человек выглядел настоящим великаном: на 8 дюймов выше, чем Робин Гуд, хотя и Робин не был коротышкой. Рост мужчины доходил до семи футов, а может и больше. Его мускулы были больше, чем у недавно присоединившегося к отряду Силача.
У Робина мелькнула мысль, что этот человек может стать добрым помощником героям Шервудского леса. В случае, конечно, если их взгляды совпадают, ибо даже самому прекрасному человеку было не по пути с Робином и его друзьями, если он отдавал предпочтение ненавистному принцу Джону.
Мужчина стал лицом к Робину и слегка замахнулся палкой, Робин тоже сделал пробный выпад. Потом началась настоящая схватка.
Великан попробовал ударить Робина по ногам, и только быстрый прыжок помог человеку в зеленом не свалиться в коричневую воду ручья. Робин нанес ответный удар, но противник ценой невероятных усилий сохранил равновесие на скользком бревне. Затем последовала серия ударов палками, заставившая закачаться обоих мужчин. Внезапно Робин поскользнулся и свалился в воду. Быстрое течение отнесло его ярдов на двадцать, прежде чем он смог ухватиться за свисавшую над водой ветку. Выбравшись на берег, Робин побежал к мостику, чтобы подобрать свое нехитрое оружие. Один из его людей успел поймать палку в ручье, пока пенистая бездна не проглотила ее. Прежде, чем великан успел опомниться, Робин столкнул его в воду.
Гигант так крепко уцепился за бревно, что Робин снова оказался в воде.
– Вы упали дважды, а я – один раз, – захлебываясь, сказал человек и опять взобрался на бревно.
Но вскоре, когда Робин с невероятной силой ударил великана дубиной в грудь, счет сравнялся. Только ловкость не дала Робину свалиться вслед за гигантом.
– Два – два, – воскликнул Робин, отступив на сухую землю, пока противник взбирался на бревно. – Следующее падение решит все.
Последняя часть поединка происходила на пределе сил. И когда зрители решили, что схватка рискует затянуться до бесконечности, плывшее по течению дерево внезапно ударилось о перекинутое через ручей бревно и разрешило спор: противники потеряли опору. От неожиданности Робин и великан закричали, протянули друг другу руки и в комических объятиях свалились в воду. Наблюдая за этим представлением, люди на берегу корчились от смеха.
Помогая друг другу, Робин и гигант вылезли на берег, где целую минуту лежали без движения, стараясь немного отдышаться и прийти в себя.
– Ничья, – выдохнул Робин, когда обрел способность говорить. – Нужно разделить зверя пополам, чтобы все было по справедливости.
– Клянусь королем Ричардом! – воскликнул великан. – Это была чудесная схватка. Мне было приятно встретиться с таким честным воином, как вы, сэр.
Он протянул огромную руку и пожал такую же внушительную ладонь Робина.
– Вы назвали короля Ричарда? – настороженно поинтересовался Робин, наблюдая за мужчиной.
– Конечно! – уверенно зарычал тот. – Король Ричард и никто другой, потому что я всей душой за великого короля и против принца Джона – этого брата-предателя, который обманным путем присвоил мою ферму, мой скот и все мои деньги. А все из-за того, что я был недоволен им. Теперь ради спасения жизни мне не остается ничего другого, как прятаться в лесу. За мной охотятся так же, как вы только что охотились за этим диким кабаном. Я стал изгнанником. Поэтому я ищу Робин Гуда и хочу присоединиться к его отряду, чтобы помогать несправедливо обиженным, пока настоящий король не вернется к власти. Я за короля Ричарда и Англию!
– И мы все тоже, – по-доброму сказал Робин. – А теперь, дорогой друг, как вас зовут?
– Меня зовут Джон Литл, – проговорил гигант, – но из-за моего «низкого» роста и «тщедушности» шутники прозвали меня Маленьким Джоном. А как вас зовут, сэр?
– Я тот человек, которого ты ищешь, – сказал Робин. – Мое имя – Робин Гуд, когда-то меня называли графом Хантингдонским и Робертом Фитзутом. А теперь называй меня Робин Гудом. Буду рад, если ты присоединишься к отряду. Добро пожаловать в Шервудский лес, Джон Литл! С этого дня все будут знать тебя, как Маленького Джона.
Мужчины снова пожали руки, потом Маленький Джон поднял мертвого кабана за ноги, связал их веревкой, которую достал из кармана, и забросил животное на правое плечо с такой легкостью, будто это был кролик. Он повернулся и пошел рядом с Робином. Так в Шервуде появился еще один полезный и преданный человек.
Глава 7. МОНАХ ТУК НА СВОБОДЕ.
– Неужели, – усомнился монах Тук, – в Шервудском лесу идет дождь? Кто мог о таком даже подумать? Я-то считал, что здесь всегда прекрасная летняя погода, неподвластная человеческим порокам и жадности. Однако ливень – небольшой, после него установится отличная погода для большой гусиной ярмарки. Я нарушу пост и съем пару жирных свежих форелей с хрустящим хлебом, запив их фляжкой пива. Только нужно поторопиться. Несомненно, там будет много людей, которые захотят купить молитвы, переписанные мною на пергамент, людей, которые заплатят за то, чтобы я помолился за них в Ноттингеме. Благодаря злодею-шерифу, который всех держит за горло, им, беднягам, без божьей помощи не обойтись.
Выйдя из пещеры на берегу ручья в Копманхерсте, монах обнаружил, что легкий дождь уже не только перестал, но и не оставил никаких следов.
Тук положил охапку сухих дров в костер, и вскоре затрепетал веселый огонек. Он приготовил завтрак и от души поел.
После трапезы монах покормил мула и собаку, навел порядок и осторожно затушил огонь.
Он оставил пса сторожить вход в пещеру, привязал мула, чтобы тот не забрел далеко в лес, и на лодке переплыл речушку. Он как раз привязывал суденышко, когда с противоположного берега послышался оклик.
Подняв глаза, монах увидел менестреля, который просил его вернуться обратно.
– Вы не могли бы меня перевезти? – кричал человек. – Я не люблю мочить ноги!
– А ты не боишься их запачкать, странник? – прокричал в ответ Тук. – Мне не очень нравятся бродячие музыканты и певцы. У них обычно не оказывается платы за перевозку.
– Платить за то, чтобы меня перевезли в этом несчастном гробу? – разозлился менестрель. – Да я лучше перелечу по воздуху!
После продолжительного спора братец Тук, ворча, вернулся на другой берег и язвительно сказал:
– Некоторым везет. С какой стати ты, нищий, решил, что имеешь право навязываться мне безо всякой благодарности.
– А за это оскорбление, – прокричал менестрель, и в его карих глазах мелькнул шутливый огонек, – вы перенесете меня через ручей на своей толстой спине, если вообще способны поднять что-нибудь тяжелее вилки.
– Смогу ли я перенести тебя? – заорал монах Тук. – Я могу перенести двух таких, как ты, по одному в каждой руке.
– Но поскольку я здесь один, – выпалил менестрель, – вам придется довольствоваться этим и перенести меня через крошечный ручеек.
Тук издал гневный стон, грубо, как мешок с картошкой, поднял менестреля, забросил его на плечо, перенес через ручей и со злостью сбросил на противоположный берег.
– Благодарить вас не за что, – разозлился менестрель, давая монаху подзатыльник. – Большего это маленькое путешествие не стоит.
– Поскольку ты считаешь себя таким прекрасным парнем, – взревел монах, – отнеси меня обратно. Могу поклясться, что ты не поднимешь и моего мизинца, не говоря уже обо всем теле.
Менестрель принял вызов:
– Ловлю вас на слове, злобный, старый монах. Если желаете, могу отнести вас туда и обратно.
Он собрал все силы, глубоко вздохнул, поднял монаха на правое плечо и понес его обратно через ручей. Но на середине брода, который менестрель неуверенно нащупывал ногой, оказалась глубокая яма, и, несмотря на то, что монах знал о ней, ему пришлось искупаться вместе с менестрелем.
– Честно говоря, – сказал менестрель, – скоро я стану даже слишком чистым, ибо последнее время постоянно попадаю в воду одетым.
– Неразумный рыцарь! – вопил монах Тук так громко, что все птицы в радиусе мили взметнулись в голубое небо. – За это я получу те презренные деньги, которые ты припрятал.
Менестрель схватил свой посох и, строя насмешливые гримасы, принялся танцевать вокруг монаха.
– Ну, что ж, пусть будет так, – взбесился Тук. – Хорошо, мой друг, хорошо.
Он схватил свой посох, и началась шумная схватка, от которой задрожали деревья.
Двое мужчин сражались до изнеможения, потом полностью обессиленные, обнялись.
– Достаточно, парень, – хватая воздух, сказал Тук. – Я не хочу тебе зла, это была шутка.
– И я тоже, – ответил менестрель, – а сейчас давайте-ка лучше разожжем огонь, подсушим одежду и поедим перед дорогой.
Через час, поев, отдохнув и высушив вещи, мужчины подружились и уже были готовы двинуться по лесной дороге, когда менестрель дал монаху золотую монету и сказал:
– Это за те неприятности, которые я причинил вам, дорогой братец Тук. Возьмите ее и купите то, что вам нужно. Если же у вас есть все необходимое, придержите ее на случай нужды. Богачи платят мне хорошо, а я все отдаю бедным.
Монах долго и с недоверием смотрел на него, а потом произнес:
– Прямо как известный Робин Гуд. Премного благодарен, друг. Эта монета мне пригодится.
Вдвоем они отправились в Ноттингем, где их встретили толпы нарядных людей.
Они добрались до базарной площади, и пока монах продавал переписанные им на кусках пергамента молитвы, менестрель бродил в толпе, играл на лире и пел песни чудным баритоном. Торговля у монаха шла бойко, потому что он неустанно веселил народ шутками и прибаутками. Но в течение всего весьма напряженного дня он не спускал глаз с менестреля. Тот то и дело возвращался к монаху, чтобы обменяться парой слов. Казалось, ему ни на минуту не хотелось оставлять монаха в одиночестве.
С приближением вечера ярмарка становилась все более веселой и шумной, народ танцевал и пел на улицах под цветными фонарями, которые зажгли ради такого случая, – все старались хоть на время позабыть о неприятностях.
Когда праздник закончился и люди стали потихоньку расходиться, менестрель и монах отправились в Шервудский лес, чтобы отдохнуть и поесть. Однако менестрель все время был в напряжении и не находил себе места, будто ждал кого-то.
Костер весело горел, менестрель взял свою лиру и запел во весь голос. Монах заткнул уши, но услышав слова, почувствовал настоящую радость, потому что песня славила короля Ричарда. И тем не менее, петь на открытом воздухе было опасно, ибо музыканта могли услышать враги.
Менестрель продолжал петь очень громко, будто хотел, чтобы слова донеслись до чужих ушей и, едва закончив первую песню, он начал другую в честь короля.
Вдруг неподалеку от того места, где они отдыхали, послышался стук копыт. Голос менестреля зазвучал еще громче. Цокот копыт все приближался, и через несколько мгновений четверо всадников и нагруженная лошадь появились на поляне.
Монах Тук поднял глаза и увидел Гая Гисборна. Он не понимал, зачем менестрель втянул себя в эту историю.
Гай Гисборн выглядел раздраженным и сразу поднял крик:
– Что это, менестрель? Песня о предателе Ричарде? Тебе бы следовало петь во славу полноправного короля Англии принца Джона.
– Я верен своему королю, королю Ричарду – Львиное Сердце! – поднимаясь, воскликнул музыкант. – Как всякий добропорядочный англичанин.
Глубокие голубые глаза монаха Тука блеснули при этих словах. В глубине души он восхищался смелостью менестреля, который не побоялся возразить презренному Гаю Гисборну.
– Такие речи заслуживают наказания, – взорвался Гай Гисборн. – Бери этот меч, парень, посмотрим, на чьей стороне правда, на твоей или на моей.
Гай взял меч у одного из своих людей и бросил его Робину, ибо это был он, переодетый менестрелем. Потом выхватил собственный меч и без предупреждения бросился на певца.
– Ах ты, разбойник, – почти неслышно пробормотал монах Тук, но вскоре его так захватила схватка, что времени на слова не осталось. Солдаты вытащили свои мечи, спрыгнули с лошадей и окружили менестреля.
Монах Тук вытащил из ножен широкий меч, занял позицию рядом с менестрелем и начал драться совсем не по-дилетантски. Быстрым движением монах схватил одного солдата за руку и отрезал рукав его рубашки. Еще одно движение заставило этот рукав сползти на кулак, сжимавший меч. Прежде чем человек успел освободиться от отрезанного рукава, монах разорвал его рубаху снизу доверху и занялся вторым рукавом. Солдат сходил с ума от ярости, но монах продолжал, как бы играючи, резать его одежду мечом, и она вскоре превратилась в лохмотья. Тук бросился на мужчину и сильно ранил его в руку, от боли солдат отпрянул и, пытаясь остановить страшное кровотечение, побежал к деревьям.
Тук закончил забавы: он быстро расправился с двумя солдатами, отбросил стонущих, окровавленных воинов в кусты и вернулся, чтобы понаблюдать за главной схваткой, так как драка шла не на жизнь, а на смерть.
Здесь не просто играли мечами, наслаждаясь уловками противника. Силы обоих мужчин были равны, и драка велась не на жизнь, а на смерть. Гай Гисборн и менестрель сражались с такой яростью, что монах Тук понял – этот поединок вызван сильными чувствами. Он выявил всю ненависть, существовавшую между двумя людьми, поэтому Тук воздержался и не стал вмешиваться в сражение.
Ожесточенная борьба продолжалась так долго, что Тук начал беспокоиться о своем друге, который выглядел очень измученным. Монах решил принять удар на себя, прежде чем менестрель будет ранен, поэтому держал меч наготове.
Однако его беспокойство было преждевременным. Внезапно менестрель собрался с силами и вонзил острие меча в толстую шею Гая Гисборна, сэр Гай свалился на землю, как бью, зарубленный топором.
Казалось, что сэр Гай просто закрыл глаза и спит, а его спрятавшиеся в кустах солдаты потеряли всякую способность к сопротивлению.
Менестрель аккуратно залил костер водой, взял нагруженную лошадь и подмигнул монаху.
– Мы должны поступать так же, как Робин Гуд, – тихо сказал он.

- Без Автора - Приключения Робин Гуда => читать онлайн электронную книгу дальше


Было бы отлично, чтобы книга Приключения Робин Гуда автора - Без Автора дала бы вам то, что вы хотите!
Если так получится, тогда можно порекомендовать эту книгу Приключения Робин Гуда своим друзьям, проставив гиперссылку на данную страницу с книгой: - Без Автора - Приключения Робин Гуда.
Ключевые слова страницы: Приключения Робин Гуда; - Без Автора, скачать, бесплатно, читать, книга, электронная, онлайн
 Политов Дмитрий