Нейл Долли - читать и скачать бесплатные электронные книги 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

Перри Стив

Чужие - 01. Земной муравейник


 

Тут выложена бесплатная электронная книга Чужие - 01. Земной муравейник автора, которого зовут Перри Стив. В электроннной библиотеке forumsiti.ru можно скачать бесплатно книгу Чужие - 01. Земной муравейник в форматах RTF, TXT или читать онлайн книгу Перри Стив - Чужие - 01. Земной муравейник без регистрации и без СМС.

Размер архива с книгой Чужие - 01. Земной муравейник = 168.31 KB

Перри Стив - Чужие - 01. Земной муравейник => скачать бесплатно электронную книгу



Чужие – 01

«Стив Перри. Земной муравейник. Приют кошмаров»: Азбука; Москва; 1997
Оригинал: Steve Perry, “Earth Hive”
Аннотация
Уничтожено уже несколько колоний землян, и ужасная опасность нависла над родиной человечества. Выйдя в космос, люди столкнулись с чужими — ужасными чудовищами, в жилах которых течет кислота. Мало того, что твари размножаются с огромной скоростью, они к тому же используют человеческие тела как инкубаторы для своих детенышей
Стив Перри
Земной муравейник
Зверь — это тот, на кого можно охотиться и кого можно убить...
Вильям Голдинг «Повелитель мух»
Еще раз Дайанне; и Пэт Дюпрэ, бывшей арфистке Денверского симфонического оркестра, спасшей мою душу в Батон-Руже во время осени 1970 года.
Глава 1
Даже в своем громоздком защитном комбинезоне Билли чувствовала ночной холод. Хотя позади вездехода не так сильно свистел ледяной ветер и один из портативных обогревателей, заменявший костер, работал на полную мощность, все равно пробирало до костей.
Ничего другого, однако, не оставалось — на планете Ферро не росли ни кусты, ни деревья, но даже если бы они и были, то их вряд ли использовали бы на дрова: древесина ценилась здесь дороже платины.
Ледяной ветер рычал, как обиженный зверь, обтекая приземистый корпус вездехода, и выл на все голоса в острозубых гусеничных траках. Тут и там в клубящихся густых облаках появлялись просветы, сквозь которые проглядывали яркие мерцающие звезды, словно вкрапленные в черный бархат неба и сияющие, как алмазы под лучом лазера. Но и при безоблачном небе тут было бы темно — у Ферро не было лун.
Сказать по правде, уютом здесь и не пахло, но по крайней мере три девочки-колонистки предпочли холод и ветер скуке в обществе отупевших от безделья поселенцев.
— Ну хорошо, чего ради мы здесь сидим? — спросила Мэг. — Мы слопали все запасы и спели дурацкую песню об утонувших кораблях. На том и кончим забаву, Карли.
В свои двенадцать лет Мэг, хотя и была на год моложе Билли и Карли, обо всем имела собственное мнение.
Билли снова поежилась:
— Ладно, пустомели, чем еще обычно развлекаются сидя у костра?
— Если вы обе заткнетесь, я вам расскажу... — Мэг неожиданно похлопала себя ладонью по груди. — Черт возьми, что-то кольнуло, — проговорила она.
— Обычно в походах рассказывают сказки о привидениях, чудовищах и другом дерьме, — заявила Карли, игнорируя Мэг.
— Ну валяй, расскажи что-нибудь, — великодушно согласилась Мэг.
Карли пустилась в рассказы о вампирах и привидениях, и Билли вскоре поняла, что все историй взяты из старого развлекательного файла. Но одно дело просматривать его в своей теплой и ярко освещенной комнате, и совсем другое — слушать здесь, в холоде и темноте, в стороне от Главного Здания.
Порывистый ветер, пронзающий их ледяными иглами, вдруг затих, как бы подчиняясь общему настроению, когда Карли в своем рассказе достигла кульминации:
— ...и вот, каждый год один из переживших эту ужасную ночь сходит с ума! И сейчас наступила моя очередь! У-у-у!
Карли бросилась на Мэг и Билли. Те вскочили на ноги, и все трое залились смехом.
— А теперь, Мэг, давай ты!
— Да уж. Одна старая ведьма...
Мэг дошла уже до середины рассказа, когда вдруг с неба посыпался град. Вероятно, одна из градин попала в обогреватель — он ярко вспыхнул, предохранитель перегорел, и искусственный костер погас. Остались только блеск звезд да огоньки сигнальных светодиодов вездехода. Ночь навалилась на девочек, стало еще тем нее и холоднее, а Главное Здание словно отодвинулось. Град забарабанил пуще прежнего. Билли дрожала, и теперь не только от холода.
— Вот дерьмо. Надо же! Мой отец описается кипятком, когда узнает, что мы сожгли обогреватель. Я полезла в машину, — сказала Мэг.
— Подожди, закончи свой рассказик.
— Ну его. У меня сейчас отмерзнут уши.
— Черт с тобой!.. Тогда пусть Билли расскажет свою байку.
Карли кивнула Билли:
— Теперь твоя очередь.
— Я думаю, Мэг права — надо сесть в машину.
— Брось, Билли, не выпендривайся.
Билли глубоко вздохнула и выдохнула облачко холодного тумана. Она прекрасно помнила свои сны. Хотите чего-нибудь страшненького? Прекрасно.
— Так вот. Существуют такие... твари. Неизвестно, откуда они взялись, но однажды они появились на Риме. Чудища были цвета черного стекла, ростом в три метра и с зубами с человеческую ладонь. Вместо крови у них кислота: если разрезать эту тварь и кровь попадет на человека, то прожжет до костей. Только разрезать их невозможно: шкура чудовищ прочнее оболочки космического корабля. Они только и делают, что жрут и размножаются. Они напоминают гигантских насекомых. Их твердые, как алмаз, зубы прокусывали инструментальную сталь...
— Ничего себе, — проговорила Карли.
— Если они поймают человека, то счастье, если его тут же сожрут, потому что остаться в живых намного хуже, чем умереть. Эти твари помещают внутрь человека своего детеныша, проталкивая его через горло, и он растет внутри, пока не сможет прогрызть себе путь наружу через мясо, кости и кишки, — продолжала Билли.
— Ух ты! — выдохнула Карли. Мэг ударила себя в грудь.
Билли замолкла, ожидая реакции на свою страшилку.
Но тут Мэг пробормотала:
— Я... я чувствую себя... не очень-то хорошо.
— Плюнь, Мэг, это всего лишь бредни, — сказала Карли.
— Нет, нет... У меня что-то с животом — о-о-о! Билли поперхнулась.
— Мэг?
— А-а-а, как больно!!!
Мэг снова ударила себя в грудь, словно пытаясь убить какое-то зловредное насекомое, забравшееся под одежду.
И вдруг материал ее комбинезона в том месте, где находится солнечное сплетение, выпятился как от удара кулака изнутри.
— А-а-ах! — Крик Мэг потряс Билли.
— Мэг! Нет! — Билли вскочила и отшатнулась.
— Карли бросилась к подруге:
— Что с тобой?
Костюм Мэг снова вытянулся и разорвался. Фонтан крови и обрывки мяса полетели в разные стороны, и змееподобная тварь размером с руку Билли блеснула острыми, как иглы, зубами в тусклом свете звезд, выползая из тела умирающей девочки.
Карли закричала и попыталась отскочить назад, но чудовище стремительно прыгнуло с Мэг на Карли и вонзило свои страшные зубы в ее горло. В свете звезд кровь Карли казалась черной. Ее крик превратился в бульканье.
— Нет! — закричала Билли. — Нет! Это же был только сон! Не может быть! Не может быть! Нет!
Билли с криком вырвалась из цепких объятий сна. Врач склонился над ней. Она лежала на кровати. Силовое поле удерживало ее, словно гигантская рука. Чем сильнее девушка старалась освободиться, тем крепче сжимало ее поле.
— Нет!
— Спокойно, Билли, спокойно! Это всего лишь сон! Ты в порядке, все хорошо!
Билли тяжело дышала, глядя на склонившегося над ней доктора Джеррина; удары сердца молотом отдавались в затылке. Стерильные белые стены и потолок комнаты медицинского центра сияли отраженным светом. Слава Богу, это всего лишь сон. Такой же, как и остальные.
— Я поставлю тебе снотворный пластырь, — начал было Джеррин.
Она покачала головой, насколько позволило силовое поле кровати:
— Нет, нет, все нормально.
По возрасту доктор Джеррин вполне мог оказаться ее дедом. У него было доброе морщинистое лицо. Он лечил Билли от этих снов уже много лет — с момента возвращения девочки на Землю. Чаще всего ей снился Рим, мир, где она родилась. Прошло тринадцать лет с того момента, как ядерный взрыв уничтожил колонию на Риме, и почти десять — как она вернулась с Ферро. Но чудовищная пляска ночных кошмаров продолжалась каждую ночь.
Ни лекарства, ни беседы, ни гипноз, ни биообратная связь, ни синтез энцефалограмм — ничего не помогало.
Ничто не могло остановить кошмарные сны.
Доктор выключил силовое поле, и Билли отправилась к раковине, чтобы умыться. Из зеркала на Билли смотрела стройная особа среднего роста. Ее светло-каштановые волосы, обычно коротко остриженные, отросли почти до плеч, и в них поблескивали пепельные пряди. Светло-голубые глаза, прямой нос, рот чуть великоват. Не уродливое лицо, но не такое, чтобы стремиться часто видеть его в зеркале. Не уродливое, но отталкивающее, словно в нем отражается чья-то чужая боль. Но чья именно? Это Билли хотела знать.
— Черт возьми, они вокруг нас! — вскрикнул Кин.
Уилкс чувствовал, как пот стекает по спине под эластичным бронежилетом. В тусклом свете коридора трудно было различить, что творится вокруг. Фонарик на шлеме погас, инфракрасный прибор ночного видения тоже не работал.
— Заткнись, Кин! Веди огонь в своем секторе, и будет все в порядке!
— Черт возьми! Капрал, они схватили сержанта! — Это крикнул Джеспер, один из оставшихся в живых десантников. Вначале их было двенадцать, сейчас — только четверо.
— Что же теперь делать?
Одной рукой Уилкс держал маленькую девочку, в другой — карабин. Девочка плакала.
— Тише, детка, — шептал он. — Мы скоро вернемся на корабль, и все будет хорошо, просто прекрасно. Эллис, идущий последним, молился на суахили.
— Господи... из какого ада явились эти твари? — бормотал он.
Вопрос риторический, и всем было наплевать на ответ.
Удушливый жар валил с ног. Воняло паленой человечиной. Там, где чудовищные твари прикасались к стенам, плоский прочный пластик покрывался чудовищными узорами черно-серого вещества, как будто сумасшедший мясник развесил по стенам километры кишок. Эти выделения были твердыми, как пластмасса, и излучали тепло, — видимо, внутри них шла органическая реакция. Здесь было жарко, как в печи, и очень влажно.
За спиной Уилкса снова заговорил автоматический карабин Кина, грохот выстрелов ударил по ушам.
— Кин!
— Это дерьмо позади нас, капрал!
— Бей прицельно. Только тройными очередями! — приказал Уилкс. — Для заградительного огня у нас мало зарядов!
Впереди коридор разветвлялся, но сверху опустился аварийный экран, перекрывший оба выхода. Раздались прерывистые звуки сирен, замигали сигнальные огни, голос компьютера начал повторять предупреждение о том, что реактор вот-вот взорвется.
Нужно поскорее уносить ноги, иначе их сожрут эти твари, или они превратятся в радиоактивную пыль. Чертовски приятный выбор.
— Джеспер, возьми ребенка.
— Нет! — закричала девочка.
— Я собираюсь поднять экран. Джеспер позаботится о тебе, — сказал Уилкс.
Чернокожий десантник шагнул вперед и поднял малышку на руки. Девочка ухватилась за него, как маленькая обезьянка — за свою мамашу.
Уилкс повернулся к двери, снял с пояса плазменный резак и включил его. Горячая белая струя плазмы с полметра длиной рванулась вперед. Десантник направил ее на замок, водя резаком из стороны в сторону. Изготовленный из углепластика замок был надежен, но устоять перед звездным огнем он не мог. Пластик раскалился, начал пузыриться и стек, словно вода.
Экран взмыл вверх.
За ним стояла мерзкая тварь. Из открытой пасти прямо в лицо Уилксу стремительно вылетел длинный зубастый стержень, слюна стекала с челюстей каплями, напоминающими желе.
— Твою мать! — Уилкс шарахнулся вправо и направил резак вверх. Струя прошла по шее чудовища, выглядевшей слишком тонкой, чтобы держать такую большую голову. «Как вообще такая тварь может стоять?» — подумал десантник.
Тела чужих были очень крепкими, но плазма могла резать и алмазы. Голова чудовища отлетела и свалилась на пол. Отделенная от тела, она все еще пыталась схватить Уилкса, щелкая зубами. Наверное, тварь даже не знала, что умерла.
— Вперед! И осторожнее — эта дрянь все еще опасна!
Послышался крик — Джеспер!
Одна из тварей схватила десантника и откусил ему голову, как это делает кот, поймав мышь. А маленькая девочка?
— Уилкс! Помогите, помогите!
Другое чудовище подхватило ребенка. Уилкс повернулся и прицелился. И тут же он понял, что если выстрелит, то кровь твари брызнет во все стороны кислотным дождем и убьет девочку. Он уже видел однажды, как кровь тварей проела насквозь броню, которую не могла пробить и десяти миллиметровая пуля. Уилкс опустил прицел ниже, нацелив карабин на ноги чудовища. Тварь не сможет бежать, если у нее не будет ног...
Чудовища уже заполнили коридор. Кин перевел карабин на автоматический огонь, бронебойные и разрывные пули начали косить чудовищ, рикошетом отлетая от стен. Запах пороховых газов пропитал воздух.
Поток пламени из огнемета Эллиса заполнил коридор, заливая чудовищ и изгаженные ими стены.
— Помогите!
— кричала девочка. — Пожалуйста, помогите! Боже мой!
— Нет!
Уилкс проснулся. Пот, стекая по лицу, попадал в глаза, волосы слиплись. Даже комбинезон промок. Ну дела!
Десантник сел. Его по-прежнему окружали темные пластиковые стены камеры.
Дверь отъехала в сторону. За ней стоял робот-охранник, двух с половиной метров ростом, на гусеничном ходу, сияющий в свете тюремного коридора. Электронным голосом робот скомандовал:
— Капрал Уилкс! Встать!
Уилкс протер глаза. Даже военный корабль со всей своей мощью не смог бы разогнать его кошмары. Ничто ему не поможет.
— Уилкс!
— Что?
— Вы, отставник, должны явиться в Генеральный Штаб Армии.
— А пошел ты, жестяной болван. Мне положено еще два дня отдыха среди тихо— и буйно-помешанных.
— Это вам так хотелось бы, а ваши высокопоставленные друзья думают иначе. Начальство хочет видеть вас, — проскрипел робот.
— Какие еще высокопоставленные друзья? — удивился Уилкс.
Один из арестантов, толстяк из Бенареса, поинтересовался:
— Ну-ка выкладывай, что за друзья такие?
Уилкс уставился на робота. Какого черта он понадобился начальству? Каждый раз, когда они поднимают шум, у такой мелкой птахи, как он, начинаются неприятности. В животе у него появилось мерзкое ощущение, и вовсе не от переедания. Как бы там ни было, этот вызов не сулил ничего хорошего.
— Вперед, десантник, я должен отвести вас в штаб как можно скорее, — настаивал робот.
— А я должен принять душ и почиститься.
— Исключено. Приказано явиться немедленно.
Шрам от ожога на левой половине лица Уилкса вдруг немилосердно зачесался. Дело дрянь. Не просто плохо, а хуже некуда.
Что же он такого натворил?
Глава 2
На орбите Земли крутилось немало космического мусора. За сотни лет с момента запуска первых спутников беззаботные астронавты и космические строители теряли болты, инструмент и разные другие предметы. Любая такая мелочь, делая вокруг Земли пятнадцать оборотов в секунду, могла пробить дыру почти в любом материале. Такой же опасности подвергались и люди, находящиеся внутри прилетающих и улетающих кораблей. Даже отколовшийся кусочек краски мог сделать ямку на обшивке. Хорошо еще, что большая часть этой дряни сгорала при входе в плотные слои атмосферы. Остальное собирали специальные роботы, которых кто-то метко окрестил «космическими швабрами».
Но все-таки время от времени случались аварии. Иногда крупные предметы даже долетали до Земли — так было, когда загорелся и упал космический корабль строителей. Тогда погибла сотня тысяч человек на Мадагаскаре (из-за этого кофе «Кона» стал исключительной редкостью). Подобные случаи заставили наконец задуматься о проблеме космического мусора. Были приняты соответствующие законы: теперь любой предмет крупнее человеческого тела требовалось пометить и в определенный срок удалить с орбиты. В придачу к этому закону неплохо было бы создать и специальную службу, но вместо того все задачи были поручены уже существующей.
Именно по этой причине катер «Даттон», входящий в состав Охраны Ближнего Космоса, двигался по высокой орбите над Северной Африкой, сверкая своим бронированным корпусом. Его команде из двух позевывающих от усталости людей предстояло обследовать брошенный космический корабль. Компьютер контроля за космическим мусором выдал информацию о том, что этот корабль вот-вот войдет в плотные слои атмосферы; следовательно, его надо срочно осмотреть — нет ли кого-нибудь внутри — и затем взорвать на достаточно мелкие части, а далее пусть поработают «космические швабры».
— Зонд готов к запуску, — сказал младший офицер Лайл.
Командир катера капитан третьего ранга Бэртон кивнул в знак согласия:
— Внимание! Запустить зонд. Лайл начал нажимать кнопки.
— Зонд отделился. Телеметрия в порядке, визуальное наблюдение включено, сенсоры включены, частота двигателей — одна секунда.
Миниатюрный космический робот-зонд направился в сторону брошенного корабля, передавая информацию на катер.
— Может быть, он набит слитками платины, — мечтательно произнес Лайл.
— Ага. Они прямо лезут из всех щелей.
— Что это с тобой, Бэр? Ты не хочешь разбогатеть?
— Конечно — и провести десять лет в тюряге, давя клопов на нарах. Или у тебя есть способ отключить «черный ящик»?
Лайл рассмеялся. «Черный ящик» записывал абсолютно все: события на катере и сообщения зонда. Даже если корабль и в самом деле набит платиновыми слитками, скрыть это от начальства все равно было невозможно. Да и нет у них прав на сбор трофеев.
— Ну не совсем так, — продолжил Лайл. — Вот если бы мы нашли спонсора, выделившего нам несколько миллионов, то наняли бы кого-нибудь, кто вскрыл бы эту консервную банку и поделился с нами.
— Да, черт побери, — согласился Бэртон.
Лайл взглянул на плоский экран компьютера. Это было дешевое устройство — только у Космофлота хватало денег на голографическую аппаратуру, а Охрана Ближнего Космоса обходилась самой низкопробной электроникой Гильдии Суматры. Зонд приблизился к корпусу брошенного корабля. Тормозные двигатели полыхнули пламенем.
— Ну вот, мы и приехали. Удачный полет, не так ли?
Бэртон хрюкнул:
— Посмотрите-ка на люк. Его аж выгнуло наружу.
— Думаешь, от взрыва?
— Не знаю. Открывай эту жестянку.
Лайл снова принялся нажимать кнопки. Из зонда выдвинулся универсальный ключ для люков, и зонд вставил его в отверстие замка.
— Не получается. Замок сломан.
— Вижу, не слепой. Взорви его.
— Надеюсь, внутренний люк закрыт.
— Да брось. Эта штука летает здесь лет шестьдесят, и если в ней кто-нибудь и был, то уже давно умер от старости. Воздуха в ней нет, и если каким-то чудом все же кто-то уцелел, то он наверняка во внутреннем герметичном помещении. И еще учти, что самое позднее через тридцать минут внутри этой жестянки станет так жарко, что даже свинец закипит. Так что взрывай.
Лайл пожал плечами и занялся кнопками управления.
Зонд прикрепил к люку небольшой заряд взрывчатки и отлетел на сотню метров. Благодаря космическому вакууму заряд рванул беззвучно, и крышка люка разлетелась на куски.
— Тук, тук. Есть кто дома?
— Посмотрим. Только на этот раз не ударь зонд обо что-нибудь.
— И в тот раз моей ошибки не было, просто забило один из тормозных двигателей, — возразил Лайл.
— Ну уж!
Зонд влетел в открытый люк.
— А внутренний-то люк открыт.
— Тем лучше. Сэкономим время. Давай вперед.
Как только зонд оказался внутри корабля, галогенные прожекторы включились и осветили коридор.
На экране компьютера появилось обозначение радиационной опасности.
— А внутри-то горячо, — сказал Лайл.
— Вполне годится, чтобы приготовить завтрак.
— Хм. Думаю, что любой в этой банке давно бы изжарился. Когда наш малютка вернется на базу, его придется хорошенько искупать.
— Мать честная, посмотрите-ка! — воскликнул Бэр-тон.
Прямо перед зондом висел человек. Радиация убила бактерии, которые могли бы вызвать разложение его плоти, а холод сохранил то, что не смог высосать вакуум. Обнаженный человек выглядел как гигантская высушенная слива.
— Господи, посмотри на стену позади него! — ужаснулся Лайл.
Он стал нажимать кнопки, и изображение увеличилось: расплывающимися коричневыми буквами на переборке было написано: «Нас всех убили».
— Черт возьми, похоже, это написано кровью.
— Хочешь сделать анализ?
— И не думай. Это корабль сумасшедших.
Лайл кивнул. Он слышал жуткие истории о кораблях, набитых мертвецами, но сам столкнулся с таким впервые. Видно, кто-то из команды сошел с ума и расправился с остальными. Безумец открыл люк и выпустил воздух или наполнил корабль радиацией. Быстрая или медленная — все равно смерть. Лайл поежился.
— Отыщи панель управления и посмотри, не можем ли мы перекачать к себе данные памяти корабля. Приборы ведь работают.
— Если батареи все еще в порядке... Интересно: детектор отмечает движение.
— Вижу. Не могу поверить, но вижу. Никто не мог остаться в живых, даже в специальном костюме от радиации.
— Нет, что-то все же есть. А-а, это грузовой транспортер.
Небольшой приземистый робот полз по потолку вдоль стены.
— Он, должно быть, включился, когда мы взорвали люк.
— Ладно, Бог с ним. Доберись до памяти. Зонд двинулся к панели управления.
— Надо же, глянь на эти дыры — они выглядят так, будто что-то растворило пластик. Радиация с ним так расправиться не могла, так ведь?
— Кто знает, что тут случилось. Да и что нам за дело! Кончай с памятью поскорее, возвращай зонд, и взорвем этот старый башмак. У меня на вечер назначена встреча, и я не собираюсь торчать тут даже за сверхурочные.
— Что ж, ты командир, ты и решаешь.
Зонд ткнулся в панель управления и подключился к ней. Энергии на корабле почти не осталось, но все же данные из памяти компьютера корабля считать удалось.
— Вот, смотри, — проговорил Лайл.
— Ничего особенного: ядерные двигатели пятого типа... корабль долго болтался в дальнем космосе... защита уже плохая... реактор дохлый. Неудивительно, что это помойное ведро забросили. Ладно, развернись со стороны солнца, установи заряд 10-СА, и отправимся домой.
Лайл заработал кнопками. Зонд приклеил к стенке корпуса корабля атомный заряд малой мощности.
— Порядок, через три минуты... — Экран вдруг погас. — Тьфу ты! Ну дерьмо!
— Что ты натворил?
— Ничего я не делал! Камера вышла из строя.
— Переключайся на управление через память компьютера. Не дай Бог потерять второй зонд — старик просто съест нас!
Лайл нажал кнопку — управление зонда перешло к компьютеру. В его памяти был весь маршрут зонда, поэтому он мог вслепую возвратить зонд "а катер.
Спустя мгновение Лайл проговорил:
— Так, ясно. Что-то он топлива жрет больше, чем надо.
— Может, зацепился за что-нибудь, ну да это не важно.
— Зонд подходит. Открыть внешний люк. Взгляну я пожалуй, чего это он так неохотно возвратился...
Лайл опытными движениями прошелся по кнопкам.
— Б...! — выдохнул Бэртон.
Лайл глянул — что за черт? Какая-то тварь сидела верхом на зонде, приближающемся к катеру. Она напоминала рептилию, нет, скорее гигантское насекомое. Минутку, на ней должно быть, что-то вроде космического костюма, ведь в вакууме без костюма жизнь невозможна...
— Закрыть люк! — закричал Бэртон.
— Поздно! Он уже внутри.
— Заполнить отсек антирадиационным веществом! Выпустить воздух! Выдуть тварь наружу через этот проклятый вход!
Вибрирующий удар встряхнул катер. Астронавтам показалось, что кто-то кувалдой ударил по тонкому металлическому листу.
— Оно пытается открыть внутренний люк! Лайл лихорадочно нажимал кнопки.
— Антирадиационный душ на полную мощность! Насосы откачки включены!
Удары следовали один за другим.
— Не беспокойся, сюда ему не добраться. Люк закрыт. И проломить его голыми руками невозможно!
Что-то громко хрустнуло, затем раздался звук, которого астронавты боятся больше всего на свете, — звук вытекающего из кабины воздуха.
— Закрыть внешний люк! Проклятье!
Но поток воздуха отшвырнул Лайла от пульта. Кабина наполнилась сорванными с мест предметами, которые затягивало в заднюю часть катера. Световые перья, кофейные чашки, журналы, дергаясь, летели по воздуху. Астронавт бросился к кнопкам управления, пытаясь нажать аварийную, но промахнулся.
Бэртон, также выдернутый из своего кресла, потянулся к красной кнопке, но вместо этого нажал кнопку отключения компьютера: катер перешел на ручное управление.
Давление в кабине стремительно падало. Дыра открытого люка со страшной скоростью вытягивала воздух в открытый космос. Глаза Лайла вылезли из орбит и начали кровоточить. В одном ухе лопнула барабанная перепонка. Он вскрикнул, но тут ему удалось дотянуться до кнопок управления внешним люком.
— Я закрыл его!
Внешний люк стал рывками закрываться. Включилась установка аварийной подачи воздуха, и мощная струя швырнула астронавтов обратно к креслам.
— Черт побери! — выкрикнул Бэртон.
— Да ладно, люк закрыт!
— Охрана Ближнего Космоса, говорит катер «Даттон», — начал Бэртон. — У нас нештатная ситуация!
— О, черт! — воскликнул Лайл.
Бэртон обернулся.
Проклятая тварь возвышалась позади них!
Какие у нее зубы! Она шагнула вперед. Похоже, она была голодна.
Бэртон попытался встать, но упал, успев, однако, дотянуться до пульта. Подчиняясь команде, катер — он все еще был на ручном управлении — рванулся вперед. Ускорение отшвырнуло чудовище назад, а Лайла и Бэртона вжало в кресла. Они были не в состоянии пошевелиться, а чудовище пыталось ползти вперед.
Кошмар! Такого просто не могло быть.
Чудовище вырывало куски из железной рамы кресла, пытаясь добраться до Лайла. Вот оно схватило астронавта за плечи. Хлынула кровь. Чудище разинуло пасть: оттуда вылетел зубастый стержень. Он пронзил голову Лайла, словно та была из картона. Раздался предсмертный вопль.
Катер, по-прежнему разгоняясь, направлялся прямо к радиоактивному кораблю.
Чудовище выдернуло из головы Лайла свой дьявольский стержень с чмокающим звуком и повернулось к Бэртону.
Бэртон вдохнул воздуха, чтобы закричать, но не успел — с разгона катер врезался в старый корабль, и в этот миг сработал поставленный зондом атомный заряд. Взрыв разрушил оба корабля. Все разлетелось в клочья, за исключением «черного ящика».
Уилкс смотрел на экран, пока тот не отключился, я удивлялся, как здорово защищены «черные ящики», если они могут выдерживать атомный взрыв наподобие этого.
Он оглянулся на робота-охранника:
— Ладно, я просмотрел это.
— Идемте, — сказал робот.
Они были одни в конференц-зале Генерального Штаба Армии. Уилкс встал и последовал за роботом. Будь у него оружие, он избавился бы от охраны и попытался бежать. Почему бы и нет?
Пока они шли по коридору, Уилкс понял, в чем дело. Ему было ясно, почему его никогда не выгонят из Корпуса. Это только вопрос времени, когда именно люди снова столкнутся с чужими. Командование не хотело верить его версии событий на Риме, но информация, вытянутая из его мозга компьютерами детектора лжи, не позволяла так просто отмахнуться от его рассказов, а Корпус никогда не выбрасывал того, кто может оказаться полезным.
Уилкс почувствовал холод в животе, как будто кто-то плеснул в его кишки жидкого азота. Взрыв на Риме погубил не всех. Военным требовался эксперт по чужим, а капрал Уилкс как раз и был им. Командование это не слишком обрадует, но выбирать не приходилось.
Десантнику не хотелось думать о предстоящей встрече — наверняка ничего хорошего его там не ожидает...
Глава 3
Резиденция Сальвахэ помещалась почти под экраном огромного реактора Коммутационной Станции силовой сети Южного Полушария. Огромное пространство, занимаемое Станцией, позволяло создавать собственную погоду, и чаще всего это был дождь. Днем и ночью — монотонный унылый дождь, стекающий по стенам из пластиковых плит, стойких к более или менее постоянному потоку воды. Тусклый серый цвет плит на фоне неба напоминал расплавленный свинец. Здесь было очень удобно прятаться. Без причины сюда никто не заходил, даже полиция старалась, по возможности, не попадать в эти места.
Пинар, специалист по голографии, шлепал по глубоким — доходящим до лодыжек — лужам, от которых не избавляла даже постоянная работа дренажных насосов. Он охотно исчез бы из этой поганой дыры, не будь у Сальвахэ лишних денег, — так много денег, что он не прочь был ими поделиться. Плесень толстым слоем покрывала стены. Ее не останавливала даже защитная краска. Ходили слухи, что тут можно подхватить особый вид лихорадки, убивавшей прежде, чем пострадавший доберется до врача. Впрочем, тут и врач не поможет: даже рекомбинированные антивирусные препараты не действовали на эту гадость. Очень мило.
Дверь откатилась в сторону на скрипучих роликах, когда Пинар поднялся по склону к дому Сальвахэ.
— Вы опоздали, — раздался голос, вполне подходивший какому-нибудь призраку.
Пинар шагнул внутрь, содрал с себя пленку-дождевик и швырнул обрывки на пол.
— Ну и что? Я радуюсь, когда мне удается поспать после работы.
— Мне нет дела до вашего сна. Я вам хорошо плачу.
Пинар посмотрел на Сальвахэ. Тот выглядел совершенно обыкновенным человеком: облаченный в черный костюм господин среднего роста, прямые волосы зачесаны назад, короткая борода и усы, на ногах мягкие туфли. Ему можно было дать и тридцать и пятьдесят лет — его лицо мало менялось с годами. Пинар не имел четкого представления о том, как должен выглядеть святой человек, но Сальвахэ на него явно не походил.
— Вот, — показал Сальвахэ.
Пинар увидел лежащую на столе камеру.
— Ну и ну, где вы откопали такую древность? Она выглядит как камера наблюдения со старинного корабля...
— Где я ее взял — не имеет значения. Можно использовать ее для связи с Сетью?
— Сеньор, я могу вас связать с Сетью с помощью тостера и двух плат от микроволновых печей. Я квалифицированный техник.
Сальвахэ ничего не ответил, а только уставился на Пинара холодными серыми глазами. Пинар пожал плечами. Но от его взгляда по телу техника побежали мурашки.
— Да, я могу выйти в эфир, но передавать только изображение и звук — без объема, без инфразвука и запаха. Все равно отсутствие этих побочных эффектов с лихвой компенсируется вашей эрудицией.
— Да. Жаждущие Очищения услышат истину моего послания и без этих трюков. И они увидят изображение Истинного Мессии. Этого будет достаточно. Смотрите!
Сальвахэ нажал на кнопку старого проектора, стоявшего на соседнем столе, и позади него ожила голограмма.
— Матерь Божия! — прошептал Пинар.
Перед ним возникло кошмарное темно-серое, почти черное, создание; его длина — от кончика острого хвоста до верхушки уродливой головы, напоминающей банан — составляла не менее трех метров. Глаза, если они у него и были, похоже, помещались сразу над пастью с двумя рядами острых как кинжалы зубов. Пинар шагнул в сторону и увидел толстые наружные гребни, выступающие из спины существа. Божественная шутка: насекомоподобный человек! Ни при каких обстоятельствах не хотелось бы с ним встретиться. Пинар не знал, как предположительно должен выглядеть Мессия, но мог поклясться, что, безусловно, не так.
— Я могу передать вас в эфир через пять минут, вместе с вашим... Мессией, — произнес Пинар, взяв старинную камеру. — Вы платите, я работаю. Но я сомневаюсь, что кто-нибудь будет видеть в этом существе Спасителя, сеньор. Он скорее похож на выходца из ада.
— Не кощунствуй, если ничего не понимаешь, техник.
Пинар снова пожал плечами. Он добрался до компьютера, вмонтированного в камеру, включил его и подсоединил к передатчику, затем быстро подошел к панели управления и набрал на ней украденные коды для передачи на вещательный спутник. Остановившись на последней цифре, Пинар повернулся к Сальвахэ и сказал:
— Когда я нажму последнюю кнопку, у вас будет три минуты до того, как Мировой Контроль Связи поймает этот сигнал. Две минуты им понадобится, чтобы найти параболическую антенну, спрятанную в Мадрасе, и еще две минуты на определение места, откуда ведется передача. После этого у вас остается всего тридцать секунд — и все автоматически отключится. Если вы захотите повторить передачу, я должен буду найти еще одну подходящую параболическую антенну.
— Это не имеет значения, — отмахнулся Сальвахэ. Пинар пожал плечами:
— Что ж, это ваши деньги.
Сальвахэ встал, как бы собираясь погладить жуткое изображение, парящее в воздухе позади него. Пальцы его прошли сквозь голограмму.
— Другие услышат призыв. Я должен говорить с ними.
«Спятил, как помойная крыса», — подумал Пинар, но промолчал.
— Все в порядке.
Четыре секунды...
Три... Две...
Одна...
Он набрал последнюю цифру. Сальвахэ улыбнулся в объектив камеры:
— Добрый День, братья! Я пришел к вам с Великой Правдой. Пришествие Истинного Мессии...
Пинар потряс головой. Он скорее стал бы молиться своему псу, чем этой жуткой твари, которая, похоже, была лишь компьютерной картинкой. В реальной жизни такого не бывает.
Кафетерий для пациентов был почти пуст, лишь возле стоек с десяток одурманенных лекарствами людей вяло перемешались с пластиковыми подносами. Билли двигалась как в тумане, чувствуя себя смертельно уставшей.
Саша сидела за столом рядом с голографическим проектором, ковыряя пластиковой вилкой неаппетитную лапшу на тарелке. Вся посуда, сделанная из тонкого пластика, напоминающего картон, годилась лишь для еды, и ей нельзя было поранить кого-нибудь, например себя.
— Эй, Билли, — окликнула Саша. — Посмотри-ка на Диди, она переключает каналы на проекторе каждые три секунды. Я думаю, у нее с головой не все в порядке!
Саша засмеялась. Билли знала Сашину историю: когда той было девять лет, она толкнула своего отца в ванну с кислотой для очистки ювелирных изделий. Саша находилась здесь уже одиннадцать лет, потому что каждый раз на вопрос — поступила бы она таким же образом снова, — улыбаясь, отвечала: «Да, обязательно, а в воскресенье я готова проделать это дважды!»
Билли взглянула на Диди. Как загипнотизированная Девушка смотрела в проектор. Миниатюрные голограммы мелькали одна за другой, когда она переключала каналы. Их было четыре или пять сотен, так что даже Диди потребовалось бы порядочно времени просмотреть их все.
— Садись сюда, Билли. Попробуй этих тошнотворных червей. На вкус они не так плохи. Билли повалилась на стул.
— Снова в тоске? — Билли вздохнула.
— Цвету и пахну, — мрачно произнесла она.
— Сиделку, что ли, задушила?
— Кошмары.
Билли посмотрела на изображение на экране перед Диди. Вот космический корабль летит в пустоте. Щелк! Автомобильные гонки по пересеченной местности. Щелк! Документальные кадры о диких животных. Щелк!
— Послушай, Билли, а что — до твоего следующего обследования остался месяц? — спросила Саша.
— Меня и в этот раз не выпустят. Они говорят, что мои родители погибли от взрыва, но я-то знаю лучше, как все происходило. Ведь я была там!
— Спокойнее, детка. Подслушивающие устройства...
— Плевать я на них хотела! — Билли швырнула тарелку, вывернув лапшу на стол. Пластиковая тарелка совершенно бесшумно упала на мягкий пол и подпрыгнула.
— Они могут послать космический корабль на сотни световых лет в другую систему. Они могут из аминокислот и пластика сделать андроида, но вылечить меня от кошмаров не могут!
Как по волшебству появились санитары, хотя гнев Билли не мог продолжаться долго из-за введенных ей успокаивающих лекарств. Девушка без сил рухнула на пол.
Позади нее Диди тихо произнесла:
— Вот так канал.
Перед ней в воздухе висело изображение человека с зачесанными назад волосами и небольшой бородкой. А позади него застыл!..
— Присоединяйтесь к нам, друзья мои, присоединяйтесь к Церкви Непорочного Зачатия, примите последнее причастие. Будьте сторонниками Истинного Мессии... — звучал голос человека в громкоговорителе.
Диди улыбнулась. Истинного Мессию Билли увидеть не могла.
— Отпустите, черт возьми!
Но тут кто-то из санитаров наклеил на сонную артерию Билли кусочек зеленого пластыря, и девушка затихла.
Уилкс вместе с роботом дошли до защитной двери, ведущей в Первый Разведывательный Отдел Генерального Штаба Армии. Лазер, контролирующий пропуск посетителей, направил в глаз Уилксу мигающий красный луч для опознавания по сетчатке. Когда луч погас, компьютер, подтвердив правильность идентификации пришедшего, открыл дверь.
Робот объявил:
— Дальше вы пойдете один, я буду ждать здесь.
Уилкс повиновался. Он чувствовал, что за ним наблюдают компьютеры, а может быть, и охранники. Ну и черт с ними!
В коридор выходила только одна дверь, и заблудиться было трудно. Когда Уилкс подошел, дверь открылась, и он попал в кабинет. Овальный стол, достаточно большой, чтобы за ним могло поместиться с десяток человек, три стула — два из них заняты, — вот и вся обстановка. На одном из стульев сидел полковник со знаками различия внутренней службы, без боевых наград, типичный кабинетный работник. Похоже, он был офицером разведки.
Второй — сугубо гражданский — выглядел примечательно. Уилкс мог бы поспорить на свое месячное жалованье, что этот тип — из Земного Разведывательного Корпуса. Интересно, кому же он понадобился?
— Вольно, капрал, — сказал полковник. Уилкс даже не заметил, что он стоял по стойке «смирно». Старая привычка.
Уилкс обратил внимание, что полковник (на табличке с именем значилось — Стефенс) держит руки за спиной, как бы опасаясь прикоснуться к нему.
Гражданский поступил иначе — он протянул руку:
— Капрал Уилкс?
Уилкс не ответил на рукопожатие: попробуй-ка пожми такому руку, а потом потребуется пересадка пальцев. Гражданский кивнул, опуская руку.
— Вы видели запись? — спросил Стефенс.
— Видел.
— Что вы думаете об этом?
— Ребятам повезло, что их разорвало на атомы. Полковник и гражданский обменялись быстрыми взглядами.
— А это... Ах да, это господин... Орон, — пояснил Стефенс.
«Если он — штатский, я — Георг Второй», — подумал Уилкс.
— Раньше вы встречались с такими тварями, так ведь? — спросил тот, кого назвали Ороном.
— Да.
— Расскажите мне об этом.
— Что я могу рассказать вам о том, что вы уже знаете? Вы видели записи моих допросов, так ведь?
— Я хочу услышать ваш рассказ.
— А если я не хочу вам рассказывать? Стефенс внимательно посмотрел на капрала:
— Я приказываю вам все рассказать этому человеку.
Уилкс едва удержался от смеха. «А иначе вы меня отправите обратно в тюрьму? Так это меня устраивает больше, чем находиться здесь. Но с другой стороны, они в состоянии буквально выдавить из вас сведения: у военных есть лекарство, от которого и немой запоет в опере». Он пожал плечами:
— Хорошо. Я входил в подразделение, отправленное на Рим. Мы потеряли контакт с колонией и нашли в живых только одного человека, маленькую девочку по имени Билли. Все остальные были разорваны на куски такими же чудовищами, какое погубило этих ребят на катере. Когда мы удирали оттуда, одна тварь проникла на корабль. Погиб пилот, а корабль получил повреждения. Когда мы приземлились на Риме, нас было двенадцать. Я — единственный, кто вернулся оттуда, да еще эта девочка. Ее отправили жить к родственникам на Ферро, после того как стерли память. Она была хорошим ребенком, учитывая то дерьмо, что ей довелось пережить. Мы общались некоторое время на корабле. Она мне понравилась своей выносливостью... Потом я слышал еще про одно гнездо этих тварей, уничтоживших колонию на другой планете. Там вроде бы спаслись один десантник и пара гражданских. Когда я вернулся, медики залатали меня, затем разобрали на части мои мозги. И что интересно: никто не хотел знать ничего о чужих, пожирающих колонистов и откладывающих яйца в людей. Информацию засекретили и угрожали промыть мне мозги, если я открою рот. Это случилось больше двенадцати лет назад. Вот и все, конец истории.
— Уилкс, о вас остались не очень хорошие отзывы, — заметил Стефенс. Орон улыбнулся:
— Полковник, а что если я поговорю с капралом наедине?
Подумав, Стефенс согласно кивнул:
— Хорошо, я встречусь с вами позже, — и вышел. Орон улыбнулся:
— Теперь мы сможем побеседовать с вами свободно. Уилкс рассмеялся:
— Что? У меня на лбу написано, что я дурак? Разве здесь нет целой груды записывающих устройств, а полковник в соседней комнате не рассматривает нас в полном голографическом изображении? Не валяйте дурака, Орон, или как вас там зовут.
— Хорошо. Давайте сыграем в другую игру. Остановите меня, если я в чем-то ошибусь. После того как вы выбрались с Рима, вам пришлось провести шесть месяцев в карантине, чтобы мы могли убедиться, не заразились ли вы от чужих каким-то вирусом или бактериями. Никому не разрешалось видеть вас, никаких посетителей. Вы не позволили врачам восстановить ваше лицо.
— Женщины любят шрамы.
Проявляют больше симпатии, — усмехнулся Уилкс. Орон продолжал:
— Когда вы вернулись на службу, вы превратились во взбесившегося пса. Девять арестов и соответствующие сроки в тюрьме для тихо— и буйно-помешанных. Три судимости — за нападение, две — за повреждение собственности, и еще одно — за попытку убийства.
— Парень слишком много болтал, — пояснил Уилкс.
— Я специализируюсь в генетике, капрал, но любой, кто посещал курсы по психологии, поймет, что вы катитесь по наклонной плоскости.
— Разве? Ну а вам-то какое дело? Это моя жизнь.
— До того, как эти два парня из Охраны Ближнего Космоса взорвались, они успели перекачать данные с компьютера старого корабля, и теперь нам известна траектория его движения. Мы знаем, куда он залетал, прежде чем вернулся домой.
— А я-то здесь при чем?
— Вы завязли в этом по самые уши, капрал, ведь вы отправитесь туда. Какие бы ни были у вас проблемы здесь, меня они не интересуют. Мне нужен живой экземпляр твари, с которой встретились ребята из Охраны. И вы его мне доставите.
— Не собираюсь.
— Вы согласитесь, — с улыбкой сказал Орон.
Уилкс заморгал. Что-то мерзкое зашевелилось в его животе, как будто пойманное животное, пытающееся вырваться на волю. Пока он вспоминал, что бы такое из съеденного могло вызвать тошноту Орон огорошил его еще раз:
— Вы помните спасенную вами девочку? Она здесь, на Земле, в Медицинском Центре. Ее держат на успокаивающих средствах и проводят разные тесты. Она страдает от кошмаров. Похоже, что прочистка мозгов полностью не помогла: в снах она вспоминает то, что с ней случилось. Вы тоже можете закончить свою жизнь в аналогичном месте, если не поступите разумным образом.
Билли, оказывается, здесь? Капрал и представить себе не мог, что увидит ее еще раз. Он несколько раз вспоминал о ней. Билли — единственный человек, кроме него, видевший чужих. По крайней мере единственный, о котором Уилкс знал. Он поднял взгляд на Орона и кивнул в знак согласия. Если они хотят, то все равно заставят его лететь. Уилкс слишком долго служил в армии, чтобы не знать этого. Ему придется согласиться. Есть вещи похуже, чем просто смерть.
Он глубоко вздохнул.
— Хорошо, я согласен, — сказал он. Орон улыбнулся, и его улыбка напомнила Уилксу тех чудищ.
Проклятье!
Глава 4
Билли спала. Во сне она слышала голоса — далекие призрачные звуки; они сплетаются с жуткими мерцающими картинами прошлого.
— Снова видит сон. А что вы ей даете?
Билли неясно различала приоткрытую дверь. За дверью темнота. В этой темноте — только глаза и временами — вспышкой света — ряд редких зубов.
— Тридцать таблеток феназепама... Колеблющаяся створка двери с громким скрипом широко распахнулась.
Она чувствовала, что кто-то прячется в темноте... Билли не могла различить ясно, кто это...
— Тридцать? Но ведь это двойная доза. Вы не боитесь повредить ее мозг?
Непонятное ощущение отступило, Билли разглядела зыбкие черты черного, высокого чудовища с жуткими зубами. Оно улыбалось Билли. Вот оно заскрежетало зубами и шагнуло к девушке. Билли замерла. Она не могла даже отвернуться, чтобы не видеть, как тварь подбирается к ней...
— Да, конечно, риск есть. Девочка и так наполовину сумасшедшая, и ни один из обычных видов терапии не помогает. Кроме того, известно, что андроиды выдерживают до сорока миллиграммов без значительных повреждений...
Чудовище уже стояло перед Билли. Оно открыло пасть. Медленно выдвинулся зубастый стержень. Медленно, ой как медленно приближался он к Билли, а девушка... она... не могла... пошевелиться...
— Но она все же не андроид, хотя...
— Почти...
Кто-то прикоснулся к ее плечу. Вся в поту, Билли проснулась с бешено колотящимся сердцем. Перед ней стояла Саша.
— Саш! Что ты тут делаешь?
— К тебе посетитель. Доктор велел предупредить тебя.
— Что за посетитель? На Земле я не знаю никого, кроме врачей и местных больных. Саша пожала плечами:
— Доктор сказал, что тебя ждут в комнате V4. Хочешь, я пойду с тобой?
— Нет, управлюсь сама.
Сказать по правде, после лекарств Билли чувствовала себя скверно, да и последний кошмар все еще держался в ее памяти. Но если она собирается когда-нибудь покинуть лечебницу, надо научиться выглядеть так, словно она полностью владеет собой.
Билли спустилась в холл, и ее пропустили в отделение для посетителей.
Компьютер опознал Билли, дверь отворилась, открыв девушке доступ в комнату V4, предназначенную для «частных встреч». Внутри на правой стене помещался экран монитора и перед стеной из поляризованного материала, сверкавшего, как черное зеркало, стояло одно кресло.
Билли села в кресло.
Кто бы это мог быть?
Монитор заработал — на экране возникло компьютеризированное изображение доброй седой бабушки. Когда она заговорила, синтезированный голос оказался одновременно и добрым и властным. Билли знала, что вместе с голосом передаются неслышимые инфразвуковые сигналы и запахи, которые должны успокаивать слушателя, а также обеспечивать послушное поведение.
Между тем бабушка говорила:
— За вами ведется непрерывное наблюдение. Любое обсуждение способов лечения в больнице приведет к прекращению свидания. — И тут бабушка улыбнулась, отчего возле глаз ее появились морщинки. — Свидание — это привилегия, а не право. В вашем распоряжении десять минут. Понятно?
— Да, конечно.
— Очень хорошо. Пусть свидание доставит вам удовольствие.
Бабушка еще раз улыбнулась и исчезла. Вместо нее на экране появилась небольшая красная мигающая точка. Это был сигнал о том, что беседа записывается.
Черная поляризованная стена стала прозрачной.
За ней, в двух метрах от Билли, сидел в кресле человек в военной форме, со шрамами на одной стороне лица.
Кто это?..
— Здравствуй, Билли!
Девушку словно кулаком ударило в висок. Все ее существо содрогнулось. Она пристально вглядывалась в незнакомца, в то время как ее память, которую врачи так долго стирали, лихорадочно заработала. Воспоминания всплывали на поверхность из глубины, подобно киту, которому не хватило воздуха.
Это был он — тот, кто всегда спасал ее в кошмарных снах.
— Уилкс!
— Да, это я. Ну, как тебя тут лечат?
— Это вы, в самом деле вы!
— Я, да.
— Боже, Уилкс!
— Я не был уверен, что ты вспомнишь меня.
— Вы... вы теперь выглядите иначе. Он потрогал шрамы на лице:
— Работа хирургов из колониальных десантных войск. Мясники.
— Что... что вы здесь делаете?
— Мне сказали, что ты здесь. Я решил повидать тебя, когда узнал, что у тебя такие же сны.
— С чудовищами?
— Да. Я и сам не могу спать. После возвращения с Рима.
— Это ведь было на самом деле, правда?
— Да. Именно так все и происходило. Недавно раскопали мое секретное донесение о событиях на Риме, меня разыскали и приспособили к делу. Ну а ты — человек гражданский, поэтому они решили стереть из твоей памяти все случившееся тогда, но что-то не сработало или, по крайней мере, полностью не сработало.
Ошеломленная сказанным, Билли тем не менее почувствовала огромное облегчение: значит, все, что она видит в снах, происходило на самом деле! Значит, она вовсе не сумасшедшая! Просто во сне она вспоминала то, что случилось с ней на Риме.
Уилкс поглядел на нее. Да, Билли уже не ребенок. Она превратилась в очаровательную женщину, ее не портили ни белая больничная одежда, ни явные следы усиленного лечения. Он и сам точно не знал, зачем пришел сюда. Пожалуй, потому, что из всех людей только Билли могла понять его сны. Когда-то он пытался отыскать и ее, и десантников, и колонистов, спасшихся и выбравшихся из другого гнезда чужих. Но власти их видимо, очень хорошо спрятали. Возможно, их содержали в каком-нибудь медицинском центре вроде этого или отправили куда-нибудь подальше, за несколько световых лет. А может быть, их уже нет в живых.
— Что же привело вас сюда? — спросила она. Уилкс снова внимательно посмотрел на молодую женщину по ту сторону толстой прозрачной стены.
— Командование решило, что обнаружен родной мир этих... тварей. Меня посылают туда с небольшим отрядом, — ответил он.
— Чтобы уничтожить их? Уилкс криво улыбнулся:
— Чтобы привезти живой экземпляр чудовища. Я думаю, военные намереваются использовать их в качестве оружия.
— Нет! Вы не должны этого допустить!
— Детка, мне их не остановить, я всего лишь капрал («...и еще пьяница и наркоман», — добавил он мысленно).
— Вытащите меня отсюда, — попросила Билли.
— Зачем?
— Ведь я же не сумасшедшая. Мои воспоминания не галлюцинации! А они пытаются убедить меня, что это просто бред, но вы-то знаете правду! Скажите им это. Один раз вы спасли меня, Уилкс, спасите и на этот раз! Меня убивают здесь лекарствами. Всей этой химией! Мне надо выйти отсюда!
Экран монитора сбоку от девушки расцвел красками, и на нем появилась улыбающаяся пожилая седая леди.
— Обсуждение терапевтических методов Центра не разрешается, — заявила она. — Пожалуйста, немедленно покиньте отделение для посетителей.
Билли вскочила с кресла и бросилась к прозрачной стене. Она колотила кулаками о твердый пластик.
— Выпустите меня! — кричала она.
Дверь отворилась, и двое дюжих мужчин ворвались в комнату. Они схватили Билли, бесполезно пытавшуюся отбиваться. Стена начала темнеть.
— Отпустите ее, сволочи! — кричал Уилкс. Он подскочил к стене и ударил изо всех сил. Затем отпрыгнул и снова ударил в стену плечом — стена не шелохнулась.
Заработал монитор в его части комнаты свиданий. Та же пожилая женщина объявила:
— Свидание закончено. Пожалуйста, выйдите отсюда. Спасибо за посещение и всего наилучшего.
— Уилкс! Помогите мне! — послышался голос Билли.
Затем звуки затихли. Стена стала совершенно черной.
Уилкс отошел от стены опустив голову.
— Ах, детка. Очень жаль, — прошептал он.
Глава 5
Выдержки из сценария сверхсекретного аудиовизуального фильма «Теория распространения Чужих», автор Вайдслав Орон, д-р философии.
Примечание: настоящий сценарий и видеофильм считаются секретными военными документами и требуют допуска формы А-1/а для просмотра. Наказание за незаконное использование этих секретных данных могут включать полную реконструкцию мозга, штраф до 100 000 крон или заключение в федеральную колонию на срок до 25 лет.
ИЗОБРАЖЕНИЕ: Глубокий космос, сияют звезды.
В центре экрана появляется ЧУЖОЙ, он виден сбоку, свернувшимся в виде шара.
МУЗЫКАЛЬНОЕ СОПРОВОЖДЕНИЕ:"Полет валькирий" Вагнера.
ГОЛОС: Человечество страдает от эгоистического представления о себе как о хозяевах космоса.
ИЗОБРАЖЕНИЕ; ЧУЖОЙ медленно разворачивается.
РЕЗКИЙ ВСПЛЕСК МУЗЫКИ.
ГОЛОС (продолжение): Люди предполагают, что чужеродные формы жизни должны подчиняться правилам человеческого общежития, включая логику и мораль.
ИЗОБРАЖЕНИЕ: ЧУЖОЙ полностью развернулся, медленно поворачивается лицом к камере.
РИТМ МУЗЫКИ УСКОРЯЕТСЯ.
ГОЛОС (продолжение): Людям вполне свойственно пренебрежение нормами морали, когда это целесообразно. Почему мы должны ожидать от ЧУЖИХ больше, чем требуем от самих себя?
ИЗОБРАЖЕНИЕ: ЧУЖОЙ расправляет лапы и вытягивает хвост таким образом, что становится пародией на рисунок Леонардо да Винчи, изображающий человека правильных пропорций с вытянутыми в стороны руками и ногами. Изображение ЧУЖОГО увеличивается, заполняя весь экран.
ГОЛОС (продолжение): Мы мало знаем о ЧУЖИХ и должны помнить: первое — они не такие, как мы, второе — понять их правильно почти невозможно.
ИЗОБРАЖЕНИЕ: ЧУЖОЙ занимает весь экран. Экран постепенно темнеет.
МУЗЫКА ПОСТЕПЕННО СМОЛКАЕТ.
СЮЖЕТ: ПОЯВЛЕНИЕ ЧУЖИХ.
ИЗОБРАЖЕНИЕ: Голая каменистая поверхность какой-то планеты. Немного зелени, обширные пустыни.
ГОЛОС: Судя по плотности костных останков ЧУЖИХ и их исключительной приспособляемости, можно предположить, что их планета-прародина представляет собой суровое и заброшенное место.
СЮЖЕТ: ЖИЛИЩЕ.
ИЗОБРАЖЕНИЕ: Похожее на термитник сооружение, возвышающееся посреди пустыни. Оно построено из выделений ЧУЖИХ и костей их жертв, переплетено стеблями растений.
ГОЛОС: Из прошлых встреч с ними мы знаем, что их сообщество построено по иерархическому принципу. Во главе его стоит королева-матка. Для защиты отложенных ею яиц и молодого выводка ЧУЖИЕ строят жилища вроде термитников.
ИЗОБРАЖЕНИЕ: КАМЕРА МАТКИ.
Гигантская матка, с огромным яичником в задней части тела, откладывает яйца на дно камеры.
ГОЛОС: В определенное время РАБОЧИЕ доставляют животных-жертв для вылупляющихся из яиц существ.
СЮЖЕТ: ВНУТРЕННОСТЬ ХРАНИЛИЩА ЯИЦ.
ИЗОБРАЖЕНИЕ: Группа РАБОЧИХ удерживает животных, на которых нападают вылупившиеся из яиц личинки ЧУЖИХ (тела их похожи на человеческую РУКУ с пальцами, но имеют еще и хвост, которым обертывают шею животного, чтобы удержаться на нем, пока высовывают яйцеклад и вводят его в горло жертве.
ГОЛОС: В некоторых научных сообществах процесс паразитического размножения считается отвратительным, но для ЧУЖИХ, живущих в суровых условиях, он вполне естествен.
СЮЖЕТ: ЖИВОТНОЕ-ЖЕРТВА.
ИЗОБРАЖЕНИЕ: Живот жертвы выпячивается изнутри. Несчастное создание громко кричит.
ГОЛОС: Следующая стадия рождения ужасна и смертельна для животного-жертвы.
ИЗОБРАЖЕНИЕ: ЖИВОТ ЖЕРТВЫ КРУПНО. Кожа трескается, разрываются мышечные ткани, выползает ДЕТЕНЫШ ЧУЖОГО: он выглядит как толстая лоснящаяся змея с острыми зубами.
ГОЛОС (продолжение): ДЕТЕНЫШ прогрызает путь во внешний мир, где ему, несомненно, предстоит борьба с другими детенышами за выживание. Впрочем, это лишь предположение.
ИЗОБРАЖЕНИЕ: Группа молодых ЧУЖИХ терзает друг друга в общей свалке.
СЮЖЕТ: У ЖИЛИЩА ЧУЖИХ.
ИЗОБРАЖЕНИЕ: Над жилищем завис космический корабль; группа РАБОЧИХ ЧУЖИХ наблюдает за ним.
ГОЛОС: Мы можем только строить предположения о способах расселения ЧУЖИХ по другим мирам.
ИЗОБРАЖЕНИЕ: Корабль садится. Из него появляется фигура астронавта в скафандре, с различным оборудованием и оружием в руках.
ГОЛОС: Однако, похоже, что какие-то существа, совершающие космические перелеты, вступали в контакт с ЧУЖИМИ задолго до людей.
ИЗОБРАЖЕНИЕ: Астронавт возвращается на корабль, яйцо ЧУЖОГО просвечивает сквозь прозрачную стенку контейнера для сбора образцов. По размерам яйцо ЧУЖИХ сравнимо с ростом астронавта. Видно, что оно значительно выше человека, по крайней мере в три раза.
СЮЖЕТ: ВНУТРИ КОРАБЛЯ.
ИЗОБРАЖЕНИЕ: Астронавт приближается к яйцу и наклоняется над ним. Внезапно яйцо раскалывается. Астронавт рассматривает внутренность яйца.
ГОЛОС: Небольшая ошибка в обращении с такими хищными существами может иметь неприятные последствия. Может привести к смерти.
СЮЖЕТ: КОСМИЧЕСКИЙ КОРАБЛЬ.
ИЗОБРАЖЕНИЕ: Корабль лежит после катастрофы на поверхности какой-то планеты, над ним клубится туман. Камера входит внутрь.
СЮЖЕТ: КОРАБЛЬ ИЗНУТРИ.
ИЗОБРАЖЕНИЕ: Скелет астронавта, сидящего в кресле управления кораблем; грудная клетка разломана изнутри. На заднем плане трое людей в скафандрах. Яркий свет направлен на мертвого гиганта, люди осматривают его.
ГОЛОС: Люди полагаются на технологию до такой степени, что считают себя полностью неуязвимыми. Однако при обращении с существами, приспособившимися к исключительно трудным условиям, такая уверенность крайне опасна.
СЮЖЕТ: КОСМИЧЕСКИЙ КОРАБЛЬ ЗЕМЛЯН.
ИЗОБРАЖЕНИЕ: Корабль взлетает с поверхности планеты. Крупным планом — ЧУЖОЙ, держащийся за выступ на обшивке корабля.
ГОЛОС: Хотя человек без скафандра не может существовать в безвоздушном пространстве, это не означает, что другие сложные жизненные формы не могут выживать в вакууме.
СЮЖЕТ: ВНУТРИ КОРАБЛЯ, В ГРУЗОВОМ ОТСЕКЕ.
ИЗОБРАЖЕНИЕ: По отсеку идут двое. Сверху на них смотрит ЧУЖОЙ. С его страшных челюстей стекает слюна.
СЮЖЕТ: НАПАДЕНИЕ ЧУЖОГО НА ЛЮДЕЙ.
ИЗОБРАЖЕНИЕ: Тварь бросается на людей, они в ужасе отбиваются. Потоки крови заливают экран.
СЮЖЕТ: ЛЮК СНАРУЖИ КОРАБЛЯ.
ИЗОБРАЖЕНИЕ: Люк распахивается, ЧУЖОЙ выбрасывается наружу потоком воздуха. Камера следит за ним по мере того, как он удаляется, медленно вращаясь в пустоте.
ГОЛОС: Так или иначе, наши ограниченные контакты с этими существами показывают, что жизнь их управляется простыми инстинктами — убивать, размножаться и выживать.
ИЗОБРАЖЕНИЕ: ЧУЖОЙ плывет в вакууме. Он, похоже, мертв, но это только кажется: существо медленно сворачивается в шар, оборачивая хвостом массивную голову и колючее тело.
ГОЛОС: При соответствующем подходе ЧУЖИЕ могли бы стать прекрасными воинами. Их изучение привело бы к новым успехам в создании различных систем индивидуальной защиты, в разработке химического и биологического оружия и, возможно, в устройстве колоний на труднодоступных планетах.
СЮЖЕТ: ЧУЖОЙ.
ИЗОБРАЖЕНИЕ: Постепенно уменьшается до точки и исчезает в холодной черноте.
Конец выдержек из сценария и видеофильма. Повторное предупреждение: неразрешенное использование указанного материала может привести к серьезному наказанию.
Генеральный Штаб Армии, регистр номер 342544-А, редакция II.
Глава 6
Билли спала. Во сне она снова очутилась на Риме. Увидела родителей, колонию, люди которой планировали переустроить планету и превратить ее в рай. Она была счастлива.
Вдруг все исчезло. Появились чудовища.
Теперь ее жизнь состояла из приступов страха, попыток спрятаться и ожидания смерти. Она пряталась под фальшполом вместе с крысами, ее мысли и поступки были направлены только на то, чтобы уцелеть. Выжить — это самое главное. И в любой момент все может закончиться.
Она видела Уилкса и остальных, стреляющих из карабинов. Она слышала выстрелы и смертельно пугалась.
Она чувствовала, как рядом с ней палил карабин Уилкса, ощущала вибрацию при каждом выстреле. Видела, как твари качаются и падают, но понимала, что чудовищ слишком много.
И вот наступил самый страшный момент, когда когти чудовищ вонзились в ее тело. Ее схватили и потащили, чтобы убить. Но тут тварь упала с отстреленными по колени ногами. Капли жуткой крови прожгли в полу дымящиеся дыры. Чудовище отпустило ее. Девочка стремительно отползла, чтобы не быть схваченной снова. Воздух затянуло едким дымом. Крики Уилкса и грохот выстрелов его карабина слились в непрерывный рев. Челюсти раненого чудовища щелкали в воздухе, когда оно пыталось дотянуться до Билли.
Девушка вскрикнула. Она назвала единственное имя, которое имело сейчас значение.
— Уилкс!
Только он может спасти ее.
Глава 7
По обширному холлу с неприметными дверями, в недрах Генерального Штаба, прогуливалось два человека — Орон и Стефенс.
— Уилкс весьма крепкий орешек. Не будь нужды держать его под рукой, мы бы много лет назад сгноили его в психушке, — начал Стефенс.
— Верно, — согласился Орон. — Но он — единственный, кто у нас есть, и Генеральный Штаб требует использовать именно его. Вы знаете, как действуют эти политики.
— Да, Генштаб считает его истребителем чудовищ, но мне он кажется просто виновником гибели собственных товарищей.
— Вам нужен был боевой командир, я вам его нашел.
— Ну да, чтобы снова бросить этого беднягу в пасть Смерти.
— Вот что я вам скажу по этому поводу, Билл, — заговорил Орон. — По мнению Генштаба, в этом проекте должен участвовать опытный человек, а тот десантник, который тоже встречался с этими тварями лицом к лицу и выжил, исчез. Спасенные им женщина и ребенок также исчезли, и мы не знаем, где их искать. Девочка, которую спас Уилкс, по горло напичкана лекарствами. Был еще сильно пострадавший андроид, но и его мы потеряли из виду. Таинственная история... И остается один Уилкс.
— Мне он не нравится. Он ненадежен.
— Я не прошу вас любить или не любить его. Я просто говорю вам, как — по мнению Генштаба — все должно происходить, а если вы устали быть десантником, обратитесь в Генштаб и заявите, что вам не нравится это дело.
Стефенс покачал головой.
— Его уже повысили до сержанта, и он занимается погрузкой, — продолжал Орон. — Какой от этого вред?
Полковник Стефенс стоял в доке, наблюдая, как роботы загружают корабль. Он остановил рядового, управляющего гидравлическим погрузчиком:
— Что в этих клетях, десантник? Рядовой вытянулся по стойке «смирно»:
— Плазменные ружья и заряды к ним, сэр. Стефенс посмотрел на черные коробки из твердого пластика:
— Какого черта! Кто разрешил взять плазменное оружие?
— Я не знаю, сэр. Сержант Уилкс приказал мне погрузить их, сэр. Это все, что я знаю, сэр.
— Отставить!
Стефенс поднялся на лифте на площадку управления погрузкой и увидел Уилкса, руководившего одновременно работой трех роботов-грузчиков.
— Уилкс!
— Сэр?
— Кто разрешил вам взять плазменное оружие?
— Я получил приказ снабдить отряд необходимым вооружением, сэр.
— И вы считаете плазменные ружья необходимым вооружением? Мы не собираемся воевать, сержант. Предполагается, что мы будем собирать живых тварей, а не их куски.
— Мой опыт... — начал Уилкс.
— У вас мозги наперекосяк, — закончил Стефенс. — Вы взяли это оружие для того, чтобы иметь гораздо более мощное разрушительное средство, чем обычные карабины. Те самые, которые вы использовали раньше, так ведь? А по вашим собственным словам, десятимиллиметровая пуля из такого карабина способна остановить любое из этих существ.
Ярость охватила Уилкса.
— Когда вы встретитесь в первый раз с этими зверюшками, вам захочется иметь что-нибудь помощнее карабина, сэр.
— Генштаб хочет, чтобы вы участвовали в этой операции, Уилкс. Вы здесь только по этой причине. Но я не желаю ставить под угрозу всю экспедицию, разрывать в клочья потенциально полезные экземпляры оружием, предназначенным для борьбы с танками. Убрать плазменное оружие с корабля! Ясно?
— Так точно, полковник, — ледяным тоном ответил Уилкс.
Два игрока в электробол носились внутри шестиугольного, огороженного стенами корта, ударяя по мячу заряженными ракетками. Для того чтобы получить очко, мяч размером с кулак должен был пролететь по сложной траектории — и отскочить по крайней мере от трех стен. Мяч при этом развивал скорость более ста двадцати километров в час.
Игрок слева выполнил превосходную атаку с отражением от шести стен. Игрок справа на полсекунды замешкался, и мяч ударил его в грудь с такой силой, что сбил с ног. — Ух ты! Побежденный поднялся:
— Ваше очко.
— Готовы?
— Да, подавайте.
Игрок справа улыбнулся:
— Минутку... А вот такой вопрос: есть какие-нибудь новости относительно предложения о слиянии Климатических Систем?
Левый игрок пожал плечами:
— Мне казалось, что я уже рассказал вам.
Наш деятель Мэсси убедил их согласиться. Игрок справа захохотал:
— Он так их убеждал, что они не смогли отказаться?
— Да. Но вы не знаете Мэсси... Подавайте...
Двое сидели, склонившись над голографическим столом, и играли в малый электробол: руки, затянутые в специальные перчатки, нажимали на кнопки и гоняли миниатюрные фигурки по прозрачному шестиугольному полю. Сами игроки, одетые в дорогие деловые костюмы из шелка, выглядели гораздо свежее спортсменов. У них были ухоженные лица и модные дорогие прически, воротнички их рубашек украшали запонки с драгоценными камнями. Они выглядели как вице-президенты корпораций, кем и являлись в действительности.
Миниатюрный мяч отскочил поочередно от четырех стен и упал за фигуркой принимающего спортсмена.
— Хороший удар, — констатировал человек, одетый в ярко-зеленый шелк. На шее его красовался рубин размером с фалангу пальца, красный цвет камня приятно контрастировал с зеленью одежды.
— Да, матч получился вполне приличный, — отозвался второй, в красном шелке: его запонка была украшена алмазом, вдвое крупнее рубина его коллеги. Да и по должности он был выше.
Топографическое изображение замелькало и исчезло.
— А знаете, нам надо бы потолковать о проекте биологических войн, — заговорил Зеленый Шелк. Красный кивнул в знак согласия:
— А правительство что-нибудь сообщало по этому поводу?
Игроки встали и отошли от стола.
— Вы же знаете, как ведут себя эти ребята, когда хотят сохранить свои секреты, — ответил Зеленый.
— Нам необходимо быть в курсе, — продолжил Красный. — Мы договаривались о крупных кредитах, и если сможем предложить достойный продукт, то должны получить заказы от всех компаний, поставляющих вооружение. И мы не можем допустить, чтобы федералы нас обскакали.
Зеленый улыбнулся:
— Не беспокойтесь. Я собираюсь привлечь к этому делу Мэсси.
Они подошли к двери, и та открылась в помещение таких размеров, что в нем мог бы свободно поместиться небольшой дом. В такой ясный, как сегодня, день через стеклянную стену кабинета, расположенного на восьмидесятом этаже, открывался замечательный вид на раскинувшийся внизу мегаполис.
— Это хорошо. Я кое-что слышал об этом Мэсси, но лично с ним незнаком. Расскажите-ка о нем поподробнее.
Красный направился к столу, за которым, не теснясь, могли бы усесться пятеро, а Зеленый подошел к встроенному в стену раздаточному устройству.
— Полграмма Дьявольской Пыли, — сказал он в микрофон. — А вы ничего не хотите?
— Закажите мне «Оргию».
Зеленый добавил заказ Красного к своему: через секунду из машины на миниатюрном подносике выехали полусферическая чашка, с горкой наполненная розовым порошком, и одноразовая трубка-ингалятор. Зеленый передал трубку Красному, а сам взял чашку и прижал горку порошка к левому глазу. Красный в это время выпустил заряд сжатого газа из ингалятора в правую ноздрю. Когда химия начала действовать, оба заулыбались от удовольствия.
— Вы хотели рассказать Мэсси.
— Да. Этот парень — нечто совсем особенное. Степень бакалавра в Нью-Гарварде, степень доктора по корпоративному праву в Корнельском университете, постдокторская работа в Университете Мицубиси. Его взяла бы на службу любая компания, но он поступил в Колониальную Морскую Пехоту. За участие в Нефтяных Войнах получил Серебряную Звезду и четыре Пурпурных Сердца. Командовал отрядом во время подавления восстания Тансу на планете Ванаси, получил и за это несколько наград.
— Похоже, настоящий патриот? — сыронизировал Красный. Он скорчился в своем кресле от очередного оргазма, вызванного действием химии.
— Ну уж. Просто ему нравится убивать. Он высоко взлетел бы, да попал под военный суд — за попытку убить командира.
— Нешуточное дело!
— Да. Он решил, что тот струсил или тайно симпатизирует врагу, поэтому и не отдал приказ напасть на толпу гражданских. Возможно, так оно и было. Мэсси ударил офицера, тот потерял сознание, а Мэсси лично возглавил атаку. Было убито восемьдесят пять человек, в том числе женщины и дети. Говорили, что не меньше половины их прикончил сам Мэсси.
— Парень, похоже, любит свое дело?
— Да. Нам пришлось подкупить трибунал и взять его к себе на работу. Хорошего помощника трудно найти, вы ведь знаете.
Зеленый довольно захохотал. Красный присоединился к его смеху.
Мэсси сидел за столом в кухне, держа на коленях шестилетнего сына. Позади него Марла возилась с кофейным автоматом.
— Кофе будет готов через несколько секунд, дорогой! — сказала она и поцеловала мужа в шею. Мэсси улыбнулся.
— Спасибо, детка, — ответил он и, повернувшись к сыну, спросил:
— А что сегодня собирается делать мой мальчик?
— Мы пойдем на экскурсию в зоопарк, чтобы посмотреть на Денебийского слизистого паука и, может быть, на змей Бартлетта, если они выползут, — ответил ребенок.
— Совсем неплохо, — сказал Мэсси. Он поднял мальчика со своих колен и поставил на пол.
— Папе пора на работу. Передай от меня привет слизистому пауку.
— О, папочка, но слизистый паук не умеет говорить!
Мэсси улыбнулся:
— Разве нет? Как твой дядя Чед?
Марла игриво хлопнула его рукой.
— Мой брат — не слизистый паук! — со смехом заявила она.
— Ну конечно, у него ведь только четыре конечности, а не восемь! — согласился Мэсси.
— Ну ладно, давай скорее, а то опоздаешь. Вот тебе кофе.
Не переставая улыбаться, Мэсси вышел. Да. Работа. Ничего нет важнее работы.
Ничего.
Ее зубы блестели, как звезды. Красивые клыки. Она подходила все ближе, величественная, черная, смертельно опасная и целесообразная...
Ее внешний костяк блеснул на фоне черноты тела, когда она наклонилась к Билли. Это была королева-матка.
«Я люблю тебя. — Эта ее невысказанная мысль достигла сознания Билли. — Ты нужна мне».
«Да», — подумала Билли.
Она была королевой, и она, сверкая когтями, двигалась к Билли.
— Иди и... присоединись ко мне, — прошептала королева.
«Да, — думала Билли. — Да, я сделаю это».
Королева подошла ближе...
Исли и Бюллер сидели на корточках, спрятавшись за остатками разрушенного дома. От снарядов автоматической самонаводящейся пушки, размещенной в доте напротив, их защищала кирпичная кладка высотой до пояса да скрученные куски балок. Они не высовывались, но время от времени пушка стреляла по ним, посылая по паре десятков тридцатимиллиметровых снарядов. По-видимому, управляющий ею компьютер регистрировал тепло их тел через защитные комбинезоны.
— Дело дрянь, здорово они нас прихватили! — заговорил Бюллер.
— Ну, может, и обойдется, — отозвался Исли. — У этой штуки где-то есть зарядное устройство. Я брошу в него гранату и утихомирю пушку, а потом мы вместе нападем на дот сзади.
Три снаряда один за другим отбили несколько сантиметров верхнего края стены над головой Бюллера. Солдат присел еще ниже.
— Проклятье!
— Вот, смотри, сыграем так. Отползи метров на двадцать, высунь карабин и пали в эту суку, а я обойду ее сзади и рвану, пока она лупит в тебя.
Под прозрачным забралом каски Бюллер нахмурился. Его лоб избороздили морщины.
— У тебя есть идея получше Бюллер покачал головой:
— Что за черт, ничего не приходит в голову. Действуй! И дай мне сигнал, когда будешь готов.
— Принято, — ответил Исли.
Голос его слишком резко прозвучал в шлемофоне. Стандартная военная система связи между солдатами была узконаправленной и закодированной, поэтому сидящие в доте все равно не смогли бы понять этот разговор, даже если бы и подслушали.
Бюллер, пригнувшись, сорвался с места. Пушка, исправно выслеживая его, время от времени выпускала очередную порцию снарядов.
Исли зажег и бросил низкотемпературную шашку, рассчитывая обмануть компьютер и заставить пушку целиться вместо живого десантника в мерцающий огонек. Пока пушка палит в шашку, ему нужно успеть подобраться поближе и разнести эту тварь. Исли двинулся вперед. Хорошо подготовленный, один из лучших в Корпусе Морской Пехоты, он обязательно справится, если, черт возьми, до этого кто-нибудь не успеет прошить его.
Выйдя на удобную позицию, Исли крикнул:
— Давай!
В тридцати метрах от него, скорчившись под руинами того, что когда-то было домом, Бюллер выставил ствол карабина и, переведя его на автоматический огонь, начал пальбу. Он поводил карабин из стороны в сторону, чтобы ультразвуковые сенсоры пушки успели засечь цель. Как только снаряды — а они были из мягкой стали — начали колотить по руинам, Бюллер тут же убрал карабин со стены, чтобы не остаться без оружия.
В следующие пять секунд произошли два события: взорвалась граната и замолчала пушка.
Бюллер улыбнулся:
— Так-с, можно двигаться!
Исли, похоже, сунул гранату в сточную трубу дота. Поставил им дьявольскую клизму.
Прошло десять секунд.
ИСЛИ?
— Вечером покупаешь пиво ты! — раздалось в ответ. Бюллер вскочил. Ах ты, черт возьми, думаешь, так можно сыграть с лучшим...
В грудь Бюллера ударила пуля.
— Ну дерьмо! Он осмотрел себя — против сердца расплывалось пятно зеленой фосфоресцирующей краски. Будь пуля бронебойной, ему уже понадобился бы свинцовый гроб.
— Дерьмо... дерьмо... дерьмо!..
— Вы абсолютно правы. Как вы поживаете, мистер Дерьмо? — послышался голос Уилкса.
Он шел к Бюллеру, размахивая учебной снайперской винтовкой. А позади него стоял Исли: прозрачное забрало шлема откинуто назад, и по нему тоже стекает зеленое пятно...
А еще дальше, наблюдая за происходящим, построилось отделение десантников в полевой одежде. Сам Уилкс был в комбинезоне и пластиковых сапогах.
— Вы просто сопляки. Хотя вам и удалось обойти несколько мин и не попасть в пару ловушек, да еще управиться с пушкой-роботом, все равно вы мертвецы, потому что действовали по-глупому.
Исли наклонился к женщине-десантнику, оказавшейся рядом с ним:
— Вы согласны с этим, Блэйк? Невысокая женщина с светлыми волосами, убранными в стандартную боевую прическу, кивнула:
— Да. Это настоящий боевой опыт. Он сделал вас, как обкаканных птичек.
Исли замер.
Эй Бюллер решил вмешаться:
— Минутку, сержант. Я же слышал Исли по нашей направленной связи.
— Нет, ты слышал меня!
— Но как... как... же... это.
— Просто военная хитрость, — закончил за него Уилкс. — Жизнь — сложная штука. Вы что думаете, те твари, с которыми мы собираемся поиграть, соблюдают какие-нибудь правила?
Бюллер посмотрел на пятно, расплывшееся на комбинезоне.
— Итак, мальчики и девочки, в честь шума, который подняли Исли и Бюллер, мы проведем остаток дня на стрельбище. В полном боевом снаряжении. Будете действовать как в настоящей боевой обстановке, пока не научитесь не получать пятна. — Тут Уилкс улыбнулся Бюллеру, затем Исли:
— Если потрепанный старикашка вроде меня может обвести двоих из предположительно лучшего ударного отряда морской пехоты таким незатейливым способом, то колонии окажутся в глубоком дерьме, когда им понадобится нечто более серьезное, чем просто обрить голову.
Отделение с ворчанием построилось.
— ...Ну и задница же ты, Бюллер...
— ...Проклятье, Исли, смотри, втянул нас в...
— ...Боже мой, вы двое как игральные кости...
Уилкс с удовольствием смотрел на марширующее отделение. Конечно, всыпать каждому по заднице входило в его обязанности, да и делать ему больше нечего, поскольку Стефенс отстранил его от загрузки корабля. Но все-таки хотя он и обругал ребят, бойцами они были неплохими. Уилкс натаскивал их уже целый год. Они научились прекрасно владеть стрелковым оружием, обращаться с взрывчатыми веществами, усвоили приемы типовой стратегии и тактики. Сегодня только хитрость помогла ему выкрутиться. Они действовали гораздо лучше, чем ожидал их командир. Пожалуй, с этой группой он готов будет идти в бой.
Когда ворчащие десантники стали вынимать из вещевых мешков бронежилеты и надевать их, Уилксу вспомнилось отделение, с которым он был на Риме. Можно ли этих новобранцев сравнить с теми? Трудно сказать. Только критическая ситуация поставит все на свои места. Никакие учения не сравнятся с реальными боевыми действиями. Это отделение тренировано явно лучше и сражается как надо, по крайней мере пока противник отстреливается не пулями, а каплями краски. И если при встрече с чужими они станут действовать таким же образом, как на устроенных им учениях, тогда можно будет сказать: они лучше, чем ребята, которые погибли на Риме.
Уилкс молился всем богам, чтобы его новые подчиненные подготовились как можно серьезнее. Одно дело — напасть на одно-единственное гнездо чужих, и совершенно другое — оказаться на планете, населенной этими тварями. И безусловно, обстановка там будет намного хуже. Не исключено, что те чужие, с которыми он сражался, просто мышки сравнительно с теми, с кем ему предстоит встретиться. Эта мысль действовала отрезвляюще.
Если эта команда должна не только добраться туда, но и вернуться, она обязана быть квалифицированной. Быть высококвалифицированной.
Так будет, если Уилкс научит их всему, что помнит; если выдрессирует их попадать в половинку кредитки, летящей в воздухе; если он научит их побеждать...
«Если» — великое слово, хотя на первый взгляд этого не видно. Для ошибок просто не должно быть места. А из-за неумех кто-то окажется мертвым. И не просто мертвым. Старая поговорка сюда не подходит. Чужие могут убить тебя, а затем съесть. А если оставят в живых, то будет еще хуже. Живые позавидуют мертвым...
Уилкс заставил себя не думать о том, что их ждет.
— Все в порядке, ребята. Теперь посмотрим, можем ли мы перейти улицу, чтоб не попасть под колеса. Блэйк, вы прикрываете, а вы, Исли, будете командовать; Бюллер и Рамирес...
Он распределил обязанности и начал объяснять задачу.
Решено, он расскажет, с чем им предстоит встретиться, позже, в полете, а сейчас...
— Голографическому компьютеру потребуется сорок пять секунд, чтобы возвести новые боевые декорации. А после этого — действуйте. И постарайтесь на этот раз выглядеть настоящими десантниками, а не мешками с дерьмом.
Уилкс заговорил в микрофон управления компьютером.
Разрушенные стены и дот начали мерцать и растворяться по мере того, как компьютер перестраивал сцену. Уилкс повернулся и отошел в сторону, глядя, как из пустоты возникают новые препятствия. Они выглядели настолько реально, что их можно было даже потрогать, но все же это была иллюзия.
А вот то, с чем они встретятся, когда придет время, не будет иллюзией. Но все же плюньте на это, ребята, и разотрите в порошок все, что блестит.
Глава 8
Вход в конференц-зал показался Билли вратами судьбы. В этом помещении заседала комиссия; так было много раз и прежде. Она глубоко вздохнула и вошла. Доктор Джеррин стоял у входа и не улыбался, как обычно.
Плохой признак.
— Садитесь, Билли, — сказал он.
Она посмотрела на остальных.
Трое — знакомые врачи, затем администратор медицинского центра, представитель правительства, ее адвокат и еще один — для создания полного комплекта для «правильного и легального» линчевания. Билли села.
Джеррин взглянул на остальных членов комиссии и, откашлявшись, стал постукивать по черному плоскому экрану, стоящему на столе.
— Ах, Билли, похоже, в вашем лечении мы зашли в тупик.
— В самом деле? — спросила Билли. Она старалась, чтобы в вопросе не прозвучала ирония, но это не имело никакого значения. Похоже, они не собираются отпускать ее. Ни сейчас, ни потом. Ей предстоит провести здесь всю жизнь.
— Доктор Хэннэх предложила новый способ лечения, который — хотя и несколько... э-э-э... опасен — все же дает нам шанс вырвать вас из плена ночных кошмаров.
Билли слегка дернулась.
— В самом деле? — удивленно повторила она почти без сарказма.
Джеррин посмотрел на Хэннэх, толстую блондинку, приехавшую, вероятно, откуда-то с севера, по крайней мере если судить по ее холодным словам.
— Да, мы добились некоторых успехов в лечении людей в колонии строгого режима. Это довольно простая процедура, операция с помощью хирургического лазера, устраняющая определенные участки мозга...
— Что?! Вы хотите выжечь мои мозги!
— Ну, Билли... — начал было Джеррин.
— А пошли вы!.. Я не хочу! Хэннэх кисло улыбнулась:
— Это не вы решаете, милочка. У государства есть в этом отношении определенные права. Из-за своих фантазий вы представляете опасность для самой себя и для других...
— Это не фантазии! Уилкс там был, Уилкс, десантник, который спас меня на Риме! Спросите его! Найдите и спросите!
Выкрикнув все это в лицо Хэннэх, Билли вскочила. Дверь открылась, и в нее ввалились два санитара с электрическими дубинками в руках.
— Что вы ей даете? — спросила Хэннэх, как будто Билли отсутствовала или была глухой.
— Феназепам, триазопан, хлоропромазин в двойных Дозах, — ответил Джеррин.
— Вот видите! Это же привыкание! Вы же испробовали все, чем мы располагаем, и ко всем лекарствам она привыкла. Ей надо оставить только возможность ходить — смотрите сами!
Билли так билась в руках санитаров, что дюжие парни с трудом удерживали ее.
Джеррин вздохнул:
— Пожалуй, вы правы.
— Доктор Джеррин! Пожалуйста, не надо!
— Тебе же будет лучше, Билли. Ты больше не будешь видеть снов.
— Но чего это будет мне стоить? Вы избавите меня только от снов?
Джеррин тупо уставился в стол.
— В самом деле? Только от снов?
— Могут быть и небольшие сопутствующие эффекты, вроде частичной потери памяти.
— Вы, сволочи, хотите уничтожить меня как личность! Превратить меня в зомби?
— Ну, Билли...
Страх вызвал такой прилив силы, что Билли смогла наконец растолкать санитаров и вырваться. Когда она достигла двери, третий санитар ткнул ее в бок дубинкой — и девушка упала, потеряв контроль над своим телом. Боже, они собираются уничтожить ее мозг. Она будет тогда все равно что мертвая! Никто ее не спасет!
Глава 9
На экране дисплея перед глазами Уилкса цифры и слова сменяли друг друга как в водовороте и уносились в забвение. Проклятье! Ну и как, Уилкс, посмотрел? Удовлетворил любопытство? Да, теперь ты знаешь! И что же ты с этим собираешься делать?

Перри Стив - Чужие - 01. Земной муравейник => читать онлайн электронную книгу дальше


Было бы отлично, чтобы книга Чужие - 01. Земной муравейник автора Перри Стив дала бы вам то, что вы хотите!
Если так получится, тогда можно порекомендовать эту книгу Чужие - 01. Земной муравейник своим друзьям, проставив гиперссылку на данную страницу с книгой: Перри Стив - Чужие - 01. Земной муравейник.
Ключевые слова страницы: Чужие - 01. Земной муравейник; Перри Стив, скачать, бесплатно, читать, книга, электронная, онлайн
 Прекрасная Аза