Фет Афанасий Афанасьевич - Жду я, тревогой объят... 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

Берд Николь

Сага о семье Синклер - 6. Дебютантка


 

Тут выложена бесплатная электронная книга Сага о семье Синклер - 6. Дебютантка автора, которого зовут Берд Николь. В электроннной библиотеке forumsiti.ru можно скачать бесплатно книгу Сага о семье Синклер - 6. Дебютантка в форматах RTF, TXT или читать онлайн книгу Берд Николь - Сага о семье Синклер - 6. Дебютантка без регистрации и без СМС.

Размер архива с книгой Сага о семье Синклер - 6. Дебютантка = 233.29 KB

Берд Николь - Сага о семье Синклер - 6. Дебютантка => скачать бесплатно электронную книгу



Сага о семье Синклер – 6

OCR Roland; SpellCheck Афина Паллада
«Дебютантка»: АСТ, АСТ Москва, Хранитель; Москва; 2007
ISBN 978-5-17-043128-1, 978-5-9713-4858-0, 978-5-9762-2920-4
Аннотация
Кларисса Фаллон, вознесенная капризом судьбы от незавидной участи служанки к блестящему положению в свете, намерена вновь занять достойное место в обществе, а заодно узнать правду о трагедии, в результате которой осталась без родных и состояния.
Однако задача эта оказалась не из простых, и когда девушка уже готова сдаться, на помощь ей приходит могущественный Доминик Шей, граф Уитби.
Очарованный Клариссой, Уитби не прочь поддержать новоиспеченную леди во всех ее начинаниях, но намерен потребовать за это высокую цену – ответную любовь юной красавицы.
Николь Берд
Дебютантка
Пролог
Это она...
Женщина, чей образ преследовал ее в ночных кошмарах, появилась теперь здесь, на залитой солнечным светом улице, вынырнув из толпы. Кларисса Фаллон с трудом перевела дыхание. Этого не может быть! Всего мгновение назад она, счастливая, полной грудью вдыхала аппетитный аромат мяса и сладостей, исходящий от тележки уличного торговца. «Горячие пироги с мясом!» – восклицал торговец, перекрывая скрип колес и цокот копыт по мостовой.
Остановившись на тротуаре, Кларисса любовалась солнечными бликами, игравшими в вымытых до блеска витринах магазинов. Вот шляпка, украшенная желтыми розами, а вот пара элегантных лайковых перчаток цвета экрю, вот отрез темно-красного шелка, ниспадающий с манекена изящными складками...
Кларисса наконец-то могла, открыто наслаждаться недоступной ей доселе роскошью, могла, ничего не опасаясь, смотреть в глаза проходившим мимо джентльменам и леди. Наконец-то...
И вдруг...
Когда ее взору предстало знакомое лицо, страх пронзил ей сердце, словно коварный острый шип, скрывающийся среди нежных лепестков роз.
Брат обещал Клариссе, что теперь она будет в безопасности, тогда откуда же опять эта женщина? Еще мгновение, и ее темные глаза навыкате встретятся с взглядом Клариссы...
Девушка рванулась прочь от жуткого видения и, едва не сбив с ног мирно беседующих о чем-то леди, побежала так, словно сам дьявол гнался за ней.
«Мисс Кларисса, подождите!» – услышала она позади, но даже и не подумала остановиться. Стук ее сердца казался ей таким громким, что она не слышала ничего вокруг и лишь бежала, бежала...
Глава 1
Доминик Шей, семнадцатый граф Уитби, осторожно поднес к губам бокал портвейна. Его голова была опущена, и он, казалось, не заметил, что Тимоти Голстон, стоя у мягкого кресла, уже довольно долго молчит.
– Уитби!
Тимоти был ужасно раздражен тем, что на его приветствие не обратили должного внимания. Он давно знал графа Уитби, так что причин для раздражения вроде бы не было, тем более что граф, казалось, постоянно провоцировал своего более молодого друга, и тем не менее Тимоти был рассержен. Он уже жалел о только что произнесенной заранее отрепетированной речи и с радостью ускользнул бы прочь из этой комнаты, но – черт возьми! – разговор шел о его кузине.
Откашлявшись, Тимоти громко произнес:
– Уитби, я, кажется, с вами разговариваю! Однако лицо графа сохраняло отпечаток ледяного безразличия. Доминик нехотя поднял глаза, настолько темные, что у его собеседников неизменно мороз пробегал по коже.
– Послушайте, Голстон, выпейте лучше вина, я только что откупорил весьма сносную бутылку.
Тимоти раздраженно отмахнулся. Он не даст сбить себя с толку, пока до конца не выскажет то, зачем сюда приехал.
– Как вы могли так поступить? Зачем вы насмехались над девушкой, которая только-только начала выходить в свет? Ей и так не приходится рассчитывать на многое с ее веснушками и привычкой глупо улыбаться... – Голстон запнулся. Кажется, он говорит что-то не то. – Я хочу сказать, она милая девушка со скромным приданым, и вы не должны были говорить, что она танцует, словно жираф, выпивший слишком много домашнего вина. Разве она виновата, что Бог наградил ее таким ростом?
Граф нахмурился, хотя, казалось, он был скорее озадачен, нежели рассержен.
– О ком вы говорите, Голстон? У вас появилась новая дама сердца?
Тимоти упрямо покачал головой:
– Да нет же, черт возьми! Она моя кузина и заслуживает лучшего. Неужели, лишив ее шанса на удачу своей необдуманной остротой, вы даже не помните об этом? Мисс Эммалин Мопер – вот о ком я говорю!
Граф продолжал с удивлением смотреть на Тимоти.
– В «Олмаке». Неужели не помните? Доминик пожал плечами:
– У меня было плохое настроение, старина, и мне вообще не стоило появляться в этом пристанище сводниц. Все же я уверен, что все давно забыли о моем опрометчивом высказывании.
– Смею уверить, вы ошибаетесь, – поспешно возразил Тимоти. – Я сегодня уже дважды слышал эту вашу шутку. Говоривший и от себя кое-что добавил. Моя тетушка сказала, что Эммалин постоянно плачет. Тетя Мэри вытащила меня из постели – в недобрый час, должен признаться, – чтобы рассказать об этом, но только я-то чем могу помочь... Все взоры обращены на вас с того самого момента, как Бо Браммелл сбежал от кредиторов на континент. Если бы вы не были самим совершенством, не носили бы элегантных галстуков и отлично скроенных костюмов... Я уже не говорю о вашем безупречном греческом профиле, от которого женщины теряют голову...
На этот раз граф тряхнул головой с такой силой, что его волосы, открыв лицо, явили взору Тимоти безобразный шрам на левой щеке. Шрам начинался у виска, проходил вдоль уха и терялся за накрахмаленным воротом рубашки. Черт возьми, молодые франты из высшего общества, подражая Уитби во всем, ввели в моду такие же длинные волосы, но они вряд ли знали причину их появления.
– Безупречный профиль? – ледяным тоном переспросил граф.
Тимоти сглотнул.
– О, это ничего не значит: шрам лишь добавляет притягательности вашей внешности. Вы ведь знаете, как романтичны леди – они особенно ценят рассказы о полученных в бою ранах, – попытался успокоить графа Тимоти, хотя прекрасно понимал, что его слова звучат совсем неубедительно. Черт, как он мог забыть об этом шраме? – И все же... Все же вы не заставите меня изменить мое мнение. Общество равняется на вас, а это неправильно, потому что вы злоупотребляете вашей властью над общественным мнением.
– Возможно, но я не стремлюсь к этому и уж тем более не собираюсь относиться к этому серьезно. – Уитби вновь перевел взгляд на бокал.
Тимоти помолчал, потом решительно произнес:
– Однако все это не так просто для тех, о ком вы нелестно отозвались. – Он вновь пошел в наступление: – Очень легко унизить человека, и совсем не просто вернуть ему репутацию в глазах общества. Почему бы вам не сделать что-нибудь хорошее?
– Голстон, обещаю вам, при следующей встрече с мисс Мопер я буду само обаяние...
В этот момент беседу прервал возбужденный возглас:
– Смотрите, молодая женщина, я бы даже сказал, леди...
Граф повернулся к окнам клуба, возле которых столпились молодые джентльмены. Это была мужская территория. Всякая уважающая себя леди знала об этом и обходила Сент-Джеймс-стрит стороной.
Так почему же теперь по ней бежала молодая, очень хорошенькая девушка, преследуемая дородной краснолицей женщиной?
Тимоти замолчал и стал с интересом наблюдать за странной картиной. Все видели, что пожилая женщина в конце концов схватила девушку за руку и принялась браниться, но никто не мог разобрать слов.
Лицо девушки исказила гримаса отвращения. Интересно, подумал Тимоти, леди она или нет? Незнакомка была одета вполне прилично и довольно дорого, но ее отношение к пожилой женщине – матери, тете, воспитательнице, или кем там она ей приходилась – никак не вязалось с ее юным возрастом. Более того, она, казалось, ни капельки не стыдилась своего поведения.
Мужчины как завороженные наблюдали за тем, как девушка, вырвавшись из рук преследовательницы, изловчившись, нанесла ей удар в бок.
Женщина пошатнулась, между тем девушка спокойно стояла и ждала, пока женщина придет в себя.
– Ставлю десять фунтов на молодую леди! – выкрикнул кто-то.
– Идет. Только вряд ли это леди, – возразил кто-то, и вслед за этим замечанием последовал громкий хохот, а затем мужчины наперебой стали делать предположения относительно положения девушки в обществе и рода ее деятельности.
Граф нахмурился. Едва один из молодых повес заметил это, как смех сразу стих, присутствующие молча отвернулись к окну и продолжали наблюдение за потасовкой.
– Вот видите, – пробормотал Тимоти. – Я же говорил, что люди к вам прислушиваются. Стоит вам лишь нахмуриться или улыбнуться – и общество у ваших ног... – Он замолчал и снова посмотрел в окно на дерущихся женщин. Кто-то должен проучить надменного графа, показать ему, что он бывает не прав, но теперь долг был выполнен. Так почему же он чувствовал такую неудовлетворенность?
Тем временем на улице происходило следующее. Пожилая женщина, очевидно, окончательно выйдя из себя, ударила девушку по щеке, но та и не думала сдаваться. Пригнувшись, она избежала очередной пощечины, а когда подняла голову, ее глаза пылали огнем.
Тимоти заметил, как напрягся граф.
– Повторю еще раз, возвысить человека в глазах общества гораздо сложнее, чем унизить его, – тихо произнес он. – Готов поспорить на сотню фунтов, что вам не удастся сделать леди из этой... этой девушки.
– Возможно, это дочь богатого горожанина, который не уделял должного внимания ее воспитанию, – с сомнением покачал головой граф. – А может, она сбежала из сумасшедшего дома. Кривое веретено не выпрямишь. И, кроме того, мы даже не знаем ее имени.
– А если я его узнаю, вы готовы заключить пари?
– Пари? Но я не смогу изменить ее происхождение, и больше чем уверен, что ни одна воспитательница не сможет привить ей благородные манеры. – Темные глаза графа, казалось, стали еще чернее.
Тимоти почувствовал, что граф идет на попятную.
– Так что же, выходит, вы принимаете мою точку зрения? Вы без колебаний разрушили надежды беззащитной дебютантки, но не хотите заставить общество уважать девушку, не только не имеющую ни малейшего представления о правилах поведения, но и не прикладывающую ни малейших усилий, чтобы ими овладеть. Неужели вы боитесь, что эта задача окажется вам не по плечу?
Уитби прищурился.
– Узнайте ее имя, и если окажется, что она не имеет никакого отношения к аристократии, я попробую сделать ее светской львицей. Надеюсь, теперь вы удовлетворены?
Победно улыбнувшись, Тимоти посмотрел в окно, и очень вовремя, потому что пожилой женщине удалось-таки схватить упирающуюся изо всех сил девушку за руку, после чего она потащила ее по улице. Еще немного, и они скрылись бы из виду...
Кто-то из джентльменов досадливо простонал, когда его приятель потребовал выплаты выигранных денег.
– Я сообщу вам ее имя, как только узнаю его. – С этими словами Тимоти не мешкая поспешил к двери и выскочил на улицу.
Кларисса сидела в шкафу, где горничные прятали веники, и это было далеко не в первый раз.
Серый, с черными полосками, кот, обитающий на кухне, проскользнул следом за ней, едва только она открыла дверцу, и, мурлыча, потерся о ее ноги.
– Ш-ш. – Кларисса приложила палец к губам и почесала кота за ухом, а кот, устроившись подле нее, аккуратно подвернул под себя лапки, глядя на нее большими золотистыми глазами.
Кларисса потерла руку – воспитательница больно ущипнула ее, когда тащила домой. Затем, обхватив колени, она замерла, стараясь не издавать ни звука, и тут же до ее слуха донесся стук тяжелых шагов воспитательницы миссис Баткорт.
– Кларисса! Куда ты опять подевалась, несносная девчонка? – Прошагав мимо шкафа, воспитательница распахнула дверь кладовой. Кларисса знала, что сейчас взгляд миссис Баткорт скользит по бочонкам с мукой и мешкам с овощами в поисках беглянки. Сначала она хотела спрятаться именно там, в холодной кладовой, которая была больше шкафа, но дверь кладовой издавала слишком много шума. Теперь же ей оставалось только благодарить судьбу за то, что она нашла другое, более укромное местечко. Интересно, догадается грозная миссис Баткорт заглянуть в шкаф или нет?
Кларисса затаила дыхание. Она пряталась здесь два дня назад, когда брань воспитательницы стала совсем непереносимой, и тогда осталась незамеченной. Возможно, миссис Баткорт решила, что шкаф слишком мал, чтобы кто-то мог в нем спрятаться. Обычно этот высокий узкий шкаф был до отказа забит вениками и швабрами, но сегодня горничные забрали почти все эти принадлежности, и до их возвращения в шкафу оставалось достаточно места для худенькой девушки.
В темноте шкафа Кларисса чувствовала себя весьма комфортно, здесь она была надежно укрыта от опасности. Когда брат впервые привез ее к себе, его дом показался ей настоящим дворцом, однако постепенно уверенность в собственной безопасности начала покидать ее.
Вздрогнув при воспоминании о сегодняшней встрече на улице, Кларисса принялась раздумывать над тем, что же ей теперь делать. Прежде всего не стоит паниковать. Только не это. Стремительное бегство по незнакомым лондонским улицам принесло ей лишь дополнительные неприятности.
Стараясь успокоиться, она глубоко вздохнула. Шкаф был не только тесным, но еще и очень пыльным. Как только Кларисса втянула в себя спертый воздух, в носу у нее защекотало. Она попыталась сдержаться, чтобы не чихнуть, но помимо ее воли это все же произошло. Напуганный неожиданным звуком, кот вскочил на задние лапы и, громко мяукая, принялся скрестись в дверцу.
О, дьявол!
Неожиданно дверца распахнулась, и в тесный шкаф ворвался сноп света.
– Ах, вот вы где, негодница!
Кот, выпрыгнув из шкафа, заставил миссис Баткорт взвизгнуть от неожиданности. Ну вот. Теперь это потайное место раскрыто.
Кларисса нехотя выбралась из шкафа.
– Встаньте ровно, распрямите плечи. Сколько раз вам можно повторять! Глаза опустите. Настоящая леди никогда не выставляет себя напоказ, она знает свое место, но в то же время держится с достоинством.
Кларисса честно попыталась выполнить данные ей указания. Увы, она никак не могла запомнить заковыристые правила поведения, которые воспитательница постоянно ей повторяла. К тому же Кларисса даже не была уверена, что хочет этого.
Когда она потерла нос тыльной стороной ладони, миссис Баткорт нахмурилась:
– Где ваш носовой платок? Вам ведь уже не шесть лет. О вашем позорном поведении на улице я вообще не говорю. Как я научу вас хорошим манерам, если вы сначала убегаете от меня, потом оскорбляете и при этом не испытываете ни капли раскаяния? Если честно, мне жаль, что вам не шесть лет. Тогда я бы, по крайней мере, смогла применить розги. Возможно, это единственный выход.
Кларисса сначала нахмурилась, затем упрямо вздернула подбородок.
– Меня били и куда сильнее, чем это могли бы сделать вы, но это больше никогда не повторится. Так сказал мой брат. А если вы попытаетесь это сделать, то я выцарапаю вам глаза.
– Брат ввел вас в заблуждение, так что пусть он и... – Неожиданно миссис Баткорт замолчала. Повисла тяжелая пауза.
О Господи! Кларисса ощутила почти такую же досаду, как и ее воспитательница, хмурое выражение лица которой внезапно сменилось неискренней улыбкой. Брат Клариссы, стоя на пороге, бросил на миссис Баткорт такой взгляд, что Кларисса готова была посочувствовать ей.
Мэтью Фаллон выглядел так, словно он вновь очутился на палубе корабля и взирал теперь на несчастного лейтенанта, который запутал линь, его глаза были холодны, в голосе звенел лед.
– Так не разговаривают с леди, миссис Баткорт, тем более, если эта леди – моя сестра.
Миссис Баткорт выпрямилась, при этом сразу выяснилось, что она едва достает Мэтью до плеча. Тем не менее, она постаралась изобразить на лице выражение оскорбленного достоинства.
– Если вы собираетесь уволить меня, капитан Фал-лон, то не тратьте слов попусту, я сама отказываюсь от должности воспитательницы вашей сестры. Никто не сможет сделать леди из этого бесенка. Осмелюсь посоветовать вам отправить ее в школу для умственно отсталых, и желательно в такую, где поддерживается строжайшая дисциплина, а воспитанницы питаются хлебом и водой. Может, хоть это повлияет на вашу сестру!
– Думаю, вам действительно стоит пойти наверх и упаковать свои вещи, миссис Баткорт, – все так же холодно произнес Мэтью Фаллон. – Что касается ваших советов, то они мне ни к чему.
Кларисса была признательна брату за то, что тот не произнес ни слова, когда воспитательница, вскинув подбородок, тяжело прошагала мимо.
Дверь, ведущая в холл, захлопнулась, шаги миссис Баткорт стихли, и лишь после этого Мэтью Фаллон посмотрел на сестру.
На другой стороне кухни повар, размешивая что-то в миске, повернулся к хозяевам спиной, сделав вид, что его здесь нет.
Кларисса молчала. Стоило ли рассказывать брату о том, что она видела на улице? Скорее всего, нет. Правда, Мэтью выглядел несколько разочарованным...
– Кларисса...
– Я знаю, – перебила его девушка. – И, черт возьми, мне жаль, Мэтью. Правда жаль.
– Несмотря на то, что миссис Баткорт оскорбила тебя, в чем-то она права. – Мэтью взял сестру за руку и провел ее в холл. – Тебе в самом деле нужно научиться вести себя, как подобает леди,– произнес он. – Знаю, я виноват в том, что тебя отослали в этот проклятый приют, а затем отдали в услужение, но...
– Я не виню тебя за то, что ты ушел в море, – перебила брата Кларисса, – и тебе вовсе не нужно извиняться. Ты всего лишь хотел заработать немного денег для нас с мамой. Зато ты стал настоящим капитаном корабля во время войны. Если бы этот бесчестный адвокат не отправил меня в приют после смерти матери, я не работала бы няней в доме этого ужасного человека.
– Но ведь это я нашел адвоката, – напомнил Мэтью, и его лицо потемнело. – Сначала он, потом эта страшная надзирательница и жестокий хозяин. Как все это ужасно!
Кларисса вновь вспомнила лицо на улице и вздрогнула. Правда, она так до конца и не была уверена, что на самом деле увидела женщину, которую до сих пор боялась. Возможно, она ей просто привиделась? Мэтью и так нес на себе бремя вины, так зачем же еще больше осложнять его жизнь, рассказывая о мерещащихся ей ужасах?
Заметив, что Кларисса вздрогнула, Мэтью быстро произнес:
– Теперь все позади, Кларисса. Ты в безопасности и никогда больше не будешь брошена на произвол судьбы, обещаю. А сейчас пойди переоденься: твое платье все в пыли и в кошачьей шерсти.
Кларисса посмотрела на кота, сидя неподалеку, он, облизывая лапку, умывал ею мордочку, и его явно не тревожили дурные воспоминания. Для него достаточно было ловить мышей, которые случайно забредали в дом, при этом ему не нужно было следовать никаким правилам, соблюдать этикет и запоминать нормы поведения. На секунду Клариссе даже захотелось поменяться с котом местами.
Вздохнув, она попыталась очистить подол платья, но пыль упорно липла к ткани. Мэтью прав, придется надеть другое.
Кларисса стала медленно подниматься по лестнице с резными перилами в главную часть дома, думая о том, как тяжело ей пришлось, когда она работала прислугой, трудилась день-деньской, получая при этом скудный ужин. Зато тогда ей не нужно было переодевать платья по нескольку раз на дню, сидеть прямо за столом и следить за своей речью.
Девушка снова вздохнула. Их рано овдовевшая мать заботливо следила за детьми, и в свое время Клариссе дали хорошее воспитание, соответствующее ее положению в обществе. Однако за годы жизни, проведенные среди представителей низшего сословия, она почти совсем утратила представление об изысканных манерах и теперь с трудом вспоминала то, что знала раньше.
Возле спальни одна из горничных вытирала перила.
– Руби, не могла бы ты помочь мне переодеться? – обратилась к ней Кларисса.
– Конечно, мисс, – с готовностью откликнулась служанка и, засунув тряпку, которой протирала пыль, в карман фартука, последовала за сестрой хозяина в спальню. Мэтью хотел нанять для сестры камеристку, но Кларисса была еще не готова к такому повороту событий. Ей постоянно казалось, что это она должна ходить по дому с тряпкой, чистить каминную решетку и мыть полы, и никак не удавалось привыкнуть к мысли, что когда-то она была леди и теперь снова ею стала.
Руби расстегнула пуговицы клетчатого платья, и Кларисса с облегчением освободилась от грязной одежды, затем она вымыла руки и лицо в стоявшем в гардеробной тазике и, заглянув в платяной шкаф, выбрала чистое платье с узором из голубых веточек.
– Не хотите причесаться и заново уложить волосы, мисс? – поинтересовалась Руби.
– Да, конечно. – Клариссе было странно сидеть перед зеркалом на стульчике, пока служанка расчесывала ее густые белокурые волосы с проглядывающими то тут, то там рыжеватыми прядками, последние несколько лет она просто заправляла волосы под чепец и спешила заняться работой. Наверное, ей стоило благодарить судьбу за такую перемену, и она действительно была благодарна, но почему-то ей казалось, что это неправильно. Временами Кларисса даже чувствовала себя самозванкой.
– Ну вот, мисс, – удовлетворенно произнесла Руби. – Теперь вы чудесно выглядите.
Кларисса с любопытством посмотрела в зеркало. Да, она действительно выглядела утонченно, как и подобает настоящей леди. Белое платье с рисунком из голубых веточек обтягивало ее изящную фигурку и грудь; белокурые волосы были собраны в пучок и подколоты на макушке, а в ушах покачивались жемчужные серьги – подарок брата на ее девятнадцатый день рождения, который Кларисса праздновала на прошлой неделе. Сомнений не оставалось – она выглядела настоящей леди. Но почему же тогда ей было столь трудно почувствовать себя таковой?
Кларисса обернулась и внимательно оглядела Руби с ног до головы, а затем взглянула на свои руки. За несколько недель, проведенных в доме брата, мозоли на них почти пропали, равно как и шрамы, оставленные последним хозяином. Ничто не напоминало о годах изгнания, разве что мысли, роящиеся в голове. Ощущение, что она занимает чужое место, кошмары, мучающие ее по ночам... Лицо из прошлой жизни, виденное на улице... Было ли оно на самом деле или всего лишь привиделось ей?
– Ты счастлива здесь? – внезапно спросила она. На лице служанки отразилось удивление.
– Конечно, мисс. Леди Джемма и ваш брат очень добры и справедливы, это самые лучшие хозяева, у которых я когда-либо работала, а работаю я с четырнадцати лет.
– Что ж, я рада. Спасибо за помощь, Руби. – Кларисса улыбнулась.
Девушка присела в реверансе и уже собралась уходить, когда дверь спальни распахнулась и на пороге появилась невестка Клариссы.
– А, вот ты где. Прекрасно выглядишь, – приветливо произнесла Джемма.
Кларисса снова улыбнулась.
– Я слышала о... неприятном разговоре с миссис Бат-корт. Мы попробуем подыскать для тебя более терпеливую наставницу. Мне жаль, что тебе пришлось столько вытерпеть от этой женщины, но она представила прекрасные рекомендации.
Кларисса чуть поморщилась.
– Здесь есть и моя вина, – призналась она. – Я сбежала от нее и остановилась только возле мужского клуба «Уайтс». Миссис Баткорт сказала, что леди никогда не появляются на этой улице. Это правда?
К облегчению Клариссы, Джемма не рассердилась, а рассмеялась.
– Боюсь, что да.
– Но почему?
– Не знаю, – призналась Джемма, – но тебе не стоило убегать от наставницы. Ты могла потеряться, в большом городе леди подстерегает множество опасностей.
Кларисса нехотя кивнула.
– Я постараюсь запомнить правила, хотя некоторые из них кажутся мне совершенно бессмысленными. Мы всего лишь ходили за покупками... О, Джемма, не знаю, смогу ли я снова научиться вести себя как леди!
Джемма обняла ее за плечи.
– Ты леди, так же как и твоя мать, и была ею с самого рождения. А привычки и манеры... Они вернутся, хотя я знаю, как это трудно.
Джемма действительно знала это, как никто другой, она сама когда-то жила в приюте и подвергалась строгому обращению со стороны воспитателей. С Мэтью она познакомилась, когда тот вернулся в Англию и принялся разыскивать пропавшую сестру.
Кларисса была очень рада, что Мэтью выбрал в жены именно Джему, более понимающей и любящей невестки нельзя было и желать. Вот почему она старалась быть с ней искренней.
– Не знаю, Джемма, в чем тут дело, но внутри я ощущаю себя как-то не так. Когда мне сказали, что брат погиб в море, я подумала, что остаток жизни проведу в услужении, работая как каторжная, а теперь у меня есть он, ты, дом, и никаких проблем, кроме кошмаров, которые преследуют меня ночью, а иногда и днем. А еще я должна следить за своей речью и вести себя, как подобает леди. Но я чувствую такой... такой беспорядок в душе, и никак не пойму почему.
Джемма ласково кивнула:
– Ничего странного. Твоя жизнь перевернулась с ног на голову, а потом снова встала на ноги. И хотя теперь это приятные перемены, нужно время, чтобы к ним привыкнуть. Так что не переживай по этому поводу, со временем ты станешь чувствовать себя легко и свободно.
Хотя Кларисса не была в этом уверена, она не стала спорить. Не стоило лишний раз заставлять волноваться Мэтью и Джемму. Впрочем, ей все равно хотелось рассказать кому-то об ужасе, испытанном ею на улице, но Джемма перебила ее:
– Накинь шаль, и давай прогуляемся перед обедом, теперь у тебя нет необходимости все время сидеть в комнате.
Кларисса кивнула и поднялась со стула.
– Вчера миссис Баткорт заставила меня несколько раз повторить дюжину предложений, потому что я неправильно произносила некоторые слова. Это действительно очень утомительно.
Выйдя из дома, девушки прошли несколько кварталов, заглядывая в витрины магазинов, а потом посетили библиотеку. Слава Богу, Кларисса не забыла, как правильно писать и читать, хотя эти умения совсем не пригодились ей, пока она была в услужении.
Заинтересовавшись стопкой новых романов, Кларисса взяла один почитать, и они отправились домой, успев как раз к обеду. Джемма поднялась наверх, чтобы переодеться, а Кларисса лишь вымыла руки и спустилась вниз.
Должно быть, Джемма что-то сказала мужу, потому что Мэтью больше не заводил разговора об уволенной наставнице. Супруги миролюбиво болтали, пока ели первое блюдо, и замолчали только тогда, когда лакей и одна из служанок вошли в столовую, чтобы поменять скатерть и внести десерт.
Кларисса с удовольствием погрузила ложечку в бланманже. Сладости по-прежнему казались ей небывалой роскошью, ведь она совсем отвыкла от них. Вероятно, и Джемма чувствовала себя немного не в своей тарелке, когда на ее долю выпала обязанность играть роль леди и хозяйки дома. Мэтью сказал, что она почти ничего не знала о своем происхождении, и, значит, у нее тоже были сомнения. Но теперь Джемма казалась самой, что ни на есть настоящей леди. Если ее невестка смогла побороть неуверенность, подумала Кларисса, то, возможно, когда-нибудь и она будет выглядеть ничуть не хуже.
В носу у нее снова защекотало, но на этот раз Кларисса вовремя вспомнила о платке и, положив ложечку, осторожно потерла нос. Но не успела она мысленно похвалить себя за это, как ее локоть скользнул по скатерти и задел ложку; та со звоном упала на пол. Кларисса тут же сползла со стула, чтобы поднять ложку, но столкнулась с лакеем, который поспешил ей на помощь.
Отчаянно покраснев, Кларисса оперлась о его руку и, вернувшись на свое место, уставилась в тарелку, не смея поднять глаз.
Через минуту слуга принес чистую ложку, и все вернулось в обычное состояние, но Кларисса по-прежнему боялась посмотреть на брата. Она знала, что Мэтью не станет злиться, но на его лице вновь отразится испытываемое им чувство вины. Он всегда будет помнить, что это по его оплошности она вынуждена была работать служанкой, а теперь изо всех сил пытается научиться вести себя как настоящая леди.
– Все в порядке, Кларисса, – ласково подбодрила ее Джемма. – Ешь свой ужин, дорогая.
Кларисса повиновалась, едва сдерживая слезы; сливочный пудинг уже не казался ей таким сладким.
– Может быть, – произнесла она наконец, не поднимая глаз на брата и его жену, – мне стоит отложить появление в обществе до следующего сезона? Я не слишком быстро учусь и не хочу опозориться и опозорить вас.
– Не бойся, ты не опозоришь нас, – твердо произнес Мэтью.
Краем глаза Кларисса заметила, как Джемма покачала головой.
– Сезон в полном разгаре, и у тебя еще много времени. Все станет гораздо проще, если ты посетишь хотя бы несколько светских мероприятий, а иначе ты будешь весь год с ужасом ожидать следующей весны. Тебе просто не хватает уверенности. Я не сомневаюсь, что вскоре ты станешь весьма непринужденно чувствовать себя в обществе.
Кларисса зачерпнула ложечкой еще немного пудинга. Ей бы уверенность Джеммы!
На следующее утро Кларисса сидела в гостиной и, распрямив спину, упорно изучала книгу под названием «Правила этикета для дам». Она бы с удовольствием почитала новый роман, но, памятуя о том, какие надежды возлагают на нее брат и Джемма, вчитывалась в текст, стараясь запомнить всевозможные титулы и звания. Жена графа называлась графиней, а жена маркиза – маркизой. Если слово не приходило ей на память, Кларисса подглядывала в текст. По рангу выше маркизов стоят только герцоги, а уж выше последних – принцы...
Дверь распахнулась, и в гостиную заглянула Джемма.
– Вот ты где, Кларисса. Мы с твоим братом говорили о достойной замене твоей прежней наставнице, и я хочу, чтобы ты кое с кем познакомилась.
Кларисса тут же сосредоточилась на своей осанке. Впрочем, какая разница, как она будет выглядеть – все равно рано или поздно на лице новой наставницы появится разочарованное выражение, такое же, как и у миссис Баткорт.
Однако через мгновение глаза Клариссы расширились от удивления. В дверях показалась не среднего возраста женщина, как девушка ожидала увидеть, а молодой, очень привлекательный мужчина.
Глава 2
Кларисса изо всех сил постаралась оставаться спокойной. Но, черт возьми, незнакомец действительно был необыкновенно красив, его черные волосы блестели в лучах солнца, карие глаза были чуть прищурены, а тоненькие усики слегка подрагивали над верхней губой. Он был среднего роста и благодаря этому не нависал угрожающе над хрупкой Клариссой, как большинство мужчин. Одевался незнакомец как настоящий джентльмен. Точеные линии фигуры подчеркивал черный сюртук, шею украшал аккуратно завязанный шарф, а панталоны обтягивали крепкие бедра. Его носки и туфли были безупречны.
– Позволь представить тебе месье Медена, – торжественно произнесла Джемма. – Месье, это моя золовка мисс Фаллон.
Мужчина отвесил грациозный поклон. Немного смущенная, Кларисса присела в ответном реверансе, который показался ей самой ужасно неуклюжим.
– Месье Меден любезно согласился принять тебя в свой танцкласс, – пояснила Джемма.
При этих словах Кларисса ощутила некоторое разочарование. Так он, оказывается, вовсе не джентльмен – вернее, не джентльмен в полном смысле этого слова, – а всего лишь учитель танцев, которого Джемма обещала нанять для нее! Сезон уже начался, и не так-то просто было найти учителя танцев, готового взять еще одну ученицу, большинство танцклассов было заполнено молодыми леди, готовящимися к крайне важным, по их мнению, балам и званым вечерам. Джемма уже получила для Клариссы пригласительный билет в «Олмак» – заведение для избранных, где строго соблюдались правила хорошего тона, но пока Клариссе не хватало смелости даже помыслить о подобном визите.
– Приятно познакомиться с вами, мадемуазель Фаллон, – вежливо произнес учитель танцев, и Кларисса заметила, что его речь отличал едва заметный акцент.
– Я тоже рада познакомиться с вами, сэр, – церемонно ответила Кларисса. – Полагаю, вы француз?
Молодой человек покачал головой.
– Бельгиец, – пояснил он. – Сегодня мы начнем наш урок с чего-нибудь простого, например, с аллеманды.
О Господи, неужели?
– Кларисса очень хочет научиться, – подбодрила золовку Джемма. – Если не возражаете, я буду аккомпанировать вам на фортепьяно. – С этими словами Джемма позвонила в колокольчик, и явившийся на зов слуга скатал расстеленный на полу ковер, чтобы было удобнее танцевать на гладком полу... но тут Кларисса вдруг почувствовала, что ее ноги словно налились свинцом.
Отложив в сторону книгу, девушка прошла на другой конец гостиной и встала рядом с учителем танцев. К сожалению, будучи ребенком, она не имела возможности попрактиковаться в танцах, ее мать почти не принимала участия в развлечениях, и Кларисса смогла побывать лишь на нескольких балах.
Выпрямив спину, она старалась прилежно следовать всем указаниям учителя. Близость такого привлекательного мужчины заставляла ее нервничать, и от этого необходимость разучивать танцевальные па пугала еще больше.
– Эту ногу вперед... Нет, нет, мадемуазель, вот эту, сюда, вправо...
Покраснев до корней волос, Кларисса попробовала исполнить движение снова. Она ощущала себя неповоротливой, словно бык, которого крестьяне впрягают в повозку.
– Мадемуазель, прошу вашего внимания, s'il vous plait!
– Извините. – Кларисса сконцентрировала все свое внимание на уроке и вытянула вперед ногу, но, судя по нахмуренным бровям месье, опять не ту.
В конце концов ей стало казаться, что урок никогда не кончится, но наконец месье Меден, натянуто улыбнувшись, отвесил изящный поклон:
– С вашего позволения, мы вернемся к занятиям в пятницу, а пока постарайтесь вспомнить все, чему я вас учил сегодня, и немного потренируйтесь самостоятельно. Надеюсь, вам понравилось танцевать?
– Да, спасибо. – Кларисса была слишком смущена, чтобы признать правду, все объяснения учителя совершенно перепутались у нее в голове.
Едва месье Меден удалился в сопровождении лакея, она обернулась к Джемме и воскликнула:
– О нет, я не смогу! Позвольте мне уехать в деревню и спрятаться в каком-нибудь маленьком домике до конца сезона!
Подойдя к золовке, Джемма обняла ее:
– Не стоит так волноваться, дорогая. Конечно, сначала твои движения будут несколько скованными, но немного практики, и ты будешь скользить по паркету не хуже других молодых леди.
– Да, если его хорошенько намажут жиром, – пробормотала Кларисса, вспомнив деревенские праздники, на которых молодые ухари пытались залезть на намазанный свиным жиром столб, чтобы достать приз.
Джемма, не выдержав, рассмеялась.
– Идемка выпьем чаю с кексом, а потом пройдемся по магазинам.
Невольно вспомнив свой последний, весьма неудачный, набег на лондонские магазины, Кларисса ощутила зарождающуюся в душе тревогу.
– Нет, – с дрожью в голосе сказала она и, заметив, что Джемма с удивлением взглянула на нее, добавила: – Я не хочу снова ввергать вас в расходы.
Джемма ласково дотронулась до ее руки:
– Дорогая, к счастью, мы можем не беспокоиться о деньгах. Для тебя тяжелые времена позади, и теперь тебе требуется достаточное количество нарядов для выхода в свет.
При этих словах Кларисса почувствовала еще большее беспокойство, но постаралась это скрыть. Она не знала, чего боится больше – лица из прошлого, которое в любой момент может снова вынырнуть из толпы, или того дня, когда ей придется предстать перед обществом.
* * *
Доминик сидел за столом и внимательно читал отчет о доходах от капиталовложений, как вдруг заметил, что в дверях стоит лакей с серебряным подносом в руках. Как долго он находился здесь и говорил ли что-нибудь, Доминик не знал, зато знал, что слуги уже давно привыкли к странностям своего хозяина.
– Что-то случилось?
– Вам письмо, милорд. – Лакей осторожно положил конверт на полированную столешницу.
Доминик кивком поблагодарил слугу и без всякого интереса развернул письмо, а затем, пробежав глазами небрежно начертанные строки, нахмурился.
«Имя буйной молодой особы мисс Кларисса Фаллон. Несмотря на то, что члены ее семьи не имеют титулов, она может с полным правом называться леди. Она живет в доме своего брата капитана Мэтью Фаллона, служившего прежде во флоте его величества, и его жены леди Джеммы Фаллон. Адрес приводится ниже. Указанная мисс еще не имела возможности быть представленной обществу, но вскоре это должно произойти.
Я же по-прежнему настаиваю на пари».
Под письмом стояла знакомая подпись – «благородный Тимоти Голстон». Ниже был приведен адрес капитана Фаллона в Уэст-Энде.
Доминик скомкал бумагу и швырнул ее в сторону камина, так что она упала совсем недалеко от него, и весьма кстати. Спустя мгновение он поднял письмо, разгладил его и снова прочитал адрес.
Он дал слово, а почему, и сам не знал. Безумец! Что за глупое пари! Совсем другое дело – состояние девушки, которое он успел заметить, на ее лице был написан неподдельный ужас. В тот момент ему вспомнился один из его пехотинцев, оказавшийся под копытами коня французского кавалериста.
Доминик потер бровь и с трудом удержался от желания дотронуться до неровного шрама на щеке. Прошлой ночью он снова видел сон. Ему снилось, что он сидит верхом на коне и поднимает саблю, готовясь повести своих людей в бой. Потом звучит залп, из дула вражеской пушки вырывается огонь, он растет и распускается, как смертоносный цветок, а грохот вокруг такой, что никто не способен его выдержать...
Доминик встряхнул головой, пытаясь прогнать воспоминания, но перед глазами по-прежнему вставали образы изуродованных тел его солдат, которые заплатили гораздо более высокую цену, чем он... Солдат, за которых он отвечал...
Хороший командир ожесточается, и его уже не трогает смерть подчиненных, так или примерно так говорили ему в годы его службы в армии. Но даже Веллингтону смерть не была безразлична, и эта мысль приносила Доминику некоторое облегчение. Несмотря на то, что Доминик не дослужил до конца войны – он унаследовал титул гораздо раньше, чем все ожидали, и вынужден был вернуться домой, – воспоминания о кровавой бойне время от времени возникали в его сознании и нарушали душевное равновесие. Что до снов – сны едва не доводили его до сумасшествия...
Доминик глубоко вздохнул. Так или иначе, жизнь продолжается. С помощью опытного управляющего он умело содержал свое поместье и был хорошим хозяином для слуг. Теперь он желал только одного – никогда больше не нести ответственности за жизнь или благосостояние других людей. Именно поэтому Доминик старался по возможности воздерживаться от отношений, налагающих на него дополнительные обязанности. Именно это качество, как ему говорили, приводило в отчаяние матушек, желающих подыскать для своих дочерей выгодную партию.
Нахмурившись, Доминик подумал о том, что был бы несказанно счастлив, если бы ему удалось прослыть крепким орешком. Тогда настойчивые мамаши оставят его, наконец, в покое и перестанут зазывать на званые обеды и балы.
Но неожиданно обвинения юнца Голстона больно уязвили Доминика. Именно сознание того, что он доставляет неприятности незнакомым людям, делало графа таким уязвимым и сбивало с толку. В результате он так и не смог уклониться от безрассудного пари.
И еще Доминик не мог забыть выражение лица той незнакомой девушки.
Правда, теперь она уже перестала быть незнакомкой.
Доминик взял чистый лист бумаги и обмакнул перо в чернильницу.
Как ей ни хотелось избежать этого, Клариссе все же пришлось согласиться на еще один мучительный поход по магазинам. Она внимательно вглядывалась в лица проходящих мимо людей, почти не обращая внимания на новые перчатки и бальные туфли, которые собиралась купить для нее Джемма. Но к облегчению Клариссы, вчерашний кошмар не повторился.
Они вернулись домой как раз перед обедом, чтобы встретить новую наставницу, теперь она именовалась компаньонкой, ведь Кларисса была уже слишком взрослой для того, чтобы иметь наставницу.
Кроме того, вновь прибывшая леди совсем не походила на наставницу. Когда их представили друг другу, высокая худощавая женщина с довольно крупным крючковатым носом и блеклыми глазами цвета ореха приветливо оглядела Клариссу.
– Это мисс Помшек, – пояснила Джемма. – В свое время она любезно согласилась исполнять роль компаньонки моей подруги Луизы до того, как та вышла замуж и стала миссис Колин Макгрегор.
Кларисса присела в реверансе. Она постаралась сделать это как можно грациознее, чтобы не выглядеть в глазах новой компаньонки совершенной деревенщиной.
Женщина улыбнулась:
– Думаю, что мы проведем чудесные минуты в обществе друг друга, мисс Фаллон. Надеюсь, мои скромные познания пригодятся вам на тернистом пути к постижению премудростей этикета. Хотя мой отец, викарий, говаривал, что великодушие и доброта важнее всего, к сожалению, общество чаще всего судит о нас по внешности.
Кларисса согласно кивнула, не понимая, должно ли это заявление подбодрить ее или насторожить.
Джемма повела мисс Помшек в ее комнату, а Кларисса вспомнила, что ей пора переменить платье к обеду. Она поднялась в свою комнату и некоторое время тщетно пыталась расстегнуть крючки на спине, пока на пороге не появилась Руби.
– О, мисс, позвольте, я помогу вам!
Кларисса закусила губу. Она никак не могла привыкнуть к тому, что теперь ей нужна помощь слуг даже в таком простом деле, как смена платья. Ей все время казалось, что это она должна подносить, помогать, бежать на чей-то зов, вот только как объяснить это Руби?
Кларисса что-то пробормотала в ответ, позволяя служанке снять с нее платье и надеть свежее.
Причесав волосы хозяйки и закрепив их сзади с помощью шпилек, служанка мягко произнесла:
– Вы такая спокойная сегодня. Вам понравилась новая компаньонка?
– Надеюсь, – неуверенно ответила Кларисса. – Я не так много времени провела с ней вместе, но, думаю, она вряд ли окажется хуже предыдущей!
Боже, вдруг подумала Кларисса, ей не следует говорить такие вещи в присутствии служанки!
– Только, пожалуйста, Руби, не передавай никому мои слова, – попросила она.
– Конечно-конечно, мисс. – Еле заметно усмехнулась.
Как же утомительно все время помнить, что она теперь леди, а не одна из служанок, которые сколько угодно могут сплетничать между собой! Кларисса невольно прикусила губу – еще одна дурная привычка, которую она безнадежно пыталась искоренить.
За обедом Кларисса говорила очень мало, потому что изо всех сил старалась следить за своими манерами. Она напряженно вспоминала, какое серебро употреблять в том или ином случае, и одновременно прислушивалась к вежливой беседе Джеммы с новой обитательницей дома. Ее невестка знала мисс Помшек еще с тех пор, когда та служила у Луизы, но Джемма была неизменно любезна со всеми без исключения. Сможет ли Кларисса когда-нибудь продемонстрировать знание хороших манер с такой же легкостью, как ее невестка?
По крайней мере, на этот раз ей удалось ничего не уронить на пол, но от напряжения она почти не могла есть. Когда дамы удалились в гостиную, оставив хозяина дома выпить вина, мисс Помшек поведала о проповеди, которую она посетила в прошлое воскресенье.
– Проповедь была очень хороша, но мой отец – викарий – разъяснил бы более обстоятельно принципы христианского милосердия...
Кларисса слушала не слишком внимательно – ее мысли витали далеко отсюда. Вскоре к дамам присоединился капитан Фаллон, и Кларисса, воспользовавшись удобной возможностью, пожелала всем спокойной ночи и удалилась в свою комнату.
Руби помогла ей раздеться. Заметив, что девушка зевает, Кларисса тут же отослала ее спать.
– Я знаю, что ты устала, – сказала Кларисса.
– Но я еще не причесала вам волосы, – запротестовала Руби.
– Ничего, я смогу сделать это сама, – спокойно ответила Кларисса.
Служанка ушла, а Кларисса взяла резной серебряный гребень и принялась, глядя в зеркало, расчесывать свои белокурые волосы. Только факт рождения в разных семьях отличал двух девушек. Одна выполняла черную работу, а другая пользовалась ее услугами. Интересно, что давало Клариссе право быть «леди», если, конечно, она когда-нибудь сможет справиться с этой ролью?
Девушка в зеркале молча смотрела на нее, а ответа все не было.
Так распорядилась судьба, говорил Мэтью. Но почему же такое объяснение больше не удовлетворяло Клариссу?
Задув свечу, она забралась под одеяло и быстро заснула, однако сны ее были путаными, а иногда очень страшными. В какой-то момент Кларисса даже проснулась посреди скомканных простыней. Ей приснилось, что она бежала, вернее, пыталась бежать, так как ноги ее увязли в трясине и отказывались повиноваться. Страшная женщина все приближалась, она казалась гораздо выше и больше, чем в реальности, и уже протянула руки, пытаясь схватить свою жертву...
Переведя дыхание, Кларисса уставилась в темноту. Спальня была пуста. Значит, это был всего лишь кошмар...
Кларисса вытерла вспотевший лоб рукавом ночной сорочки и остаток ночи проворочалась без сна.
Спустившись в столовую довольно поздно, Кларисса обнаружила, что брат уже позавтракал и уехал, но Джемма все еще оставалась за столом. Мисс Помшек сидела на другой стороне стола, все ее внимание было поглощено толстым куском ветчины, лежащим на тарелке.
Рядом с тарелкой Джеммы высилась стопка конвертов, а сама она внимательно рассматривала письмо, которое держала в руке.
– Доброе утро, Кларисса. Надеюсь, ты хорошо спала?
– Неплохо. – Кларисса тут же залилась краской, так как вновь употребила просторечное выражение. Тем не менее, ее обрадовало обилие тарелок с яйцами, копченой рыбой, колбасой и ветчиной, так как после вчерашнего скудного ужина она ужасно проголодалась.
– Представляешь, – слегка удивленно произнесла Джемма. – Ты приглашена на бал!
– Что? – Кларисса едва не выронила тарелку. – Я хочу сказать, это, наверное, приглашение от твоей подруги Луизы или от твоего брата лорда Габриэля?
– Вот это-то и странно, – продолжала удивляться Джемма. – Тебя приглашает леди Холстон, я ее едва знаю. Ума не приложу, почему она пригласила нас всех. Более того, она очень настаивает, чтобы и ты приехала, а между тем мало кто осведомлен о том, что у Мэтью есть сестра-дебютантка.
В душу Клариссы закралась тревога, и она, вздрогнув, поставила тарелку на стол. Понимая, что Джемма обеспокоится, если она ничего не съест, Кларисса все же откусила кусочек гренка и стала рассеянно жевать, но подрумяненный хлеб показался ей безвкусным, как прошлогодние листья.
– Надеюсь, мне не обязательно принимать это приглашение?
Джемма задумчиво взглянула на золовку:
– Думаю, это приглашение весьма кстати перед твоим выходом в свет. Так сказать, небольшая репетиция. Миссис Холстон уверяет, что гостей будет совсем немного.
Внезапно Кларисса представила себя каменной глыбой, которую швыряют в воду, заведомо зная, что она утонет.
– Но я... я совсем не готова, – запинаясь, произнесла она. – Спасибо за великодушие, Джемма, но мне совершенно не хочется выступать в роли дебютантки.
– Бал состоится через две недели, и учитель танцев придет сегодня утром, – словно не заметив слов Клариссы, произнесла Джемма. – Я уверена, что через две недели ты будешь вполне готова.
Взгляд Джеммы был необыкновенно теплым и добрым, и у Клариссы не хватило смелости продолжать спор. Возможно, вскоре ее невестка все же поймет, что время предстать перед обществом для ее неуклюжей родственницы еще не наступило.
– Уверена, у вас все получится, мисс Фаллон, – неожиданно подала голос мисс Помшек. – Возьмите немного мармелада и масла, а то, боюсь, ваш хлеб слишком сильно подсушили.
Кларисса взяла из рук компаньонки резную вазочку с фруктовым мармеладом и намазала немного на хлеб, однако ком в горле не давал ей проглотить даже кусочек. Всего две недели!
Когда завтрак был закончен и они поднялись наверх, мисс Помшек подала Клариссе сборник произведений Милтона, которые они тут же принялись обсуждать. Компаньонка исправляла произношение Клариссы и указывала на фразы, неприемлемые для настоящей леди. По крайней мере мисс Помшек обладала более терпеливым характером, нежели ее предшественница.
К несчастью, возвышенная поэзия совсем не привлекала внимания ученицы, а стрелки на каминных часах, казалось, бежали быстрее обычного.
Прежде чем Кларисса почувствовала себя готовой к очередному уроку танцев, часы пробили одиннадцать, и она услышала, как в холле раздались шаги. Ее сердце замерло.
Ободряюще улыбаясь, в комнату вошел учитель танцев в сопровождении Джеммы, и слуги тут же скатали ковер.
– Я подыграю, когда вы будете готовы, месье, – любезно произнесла Джемма.
Стараясь скрыть неуверенность, Кларисса вежливо присела в реверансе. Первое впечатление, произведенное на нее красивым учителем танцев, оказалось недолговечным. Во время прошлого урока она успела не раз наступить ему на ноги и теперь чувствовала себя ужасно глупо.
Бельгиец вежливо поклонился, но выражение его карих глаз оставалось настороженным, казалось, он тоже не испытывал ни малейшего желания проводить урок.
Кларисса была уверена, что не помнит ни одного из разученных вчера движений. Очевидно, месье Меден придерживался того же мнения и поэтому начал с наиболее простых движений.
– Давайте представим, мадемуазель, что музыканты располагаются вот тут, на месте леди Джеммы. Высокопоставленные гости стоят в первых рядах, леди справа, а джентльмены слева. Представим также, что мы с вами стоим в первой паре. Не будете ли вы так любезны встать напротив меня?
Ужасно нервничая, Кларисса выполнила просьбу. Месье Меден положил учебник, который всегда носил с собой, на столик и посмотрел на Джемму:
– Миледи, сегодня мы начнем с чего-нибудь простого, например, с «Каприза мистера Бевериджа».
– Каприз? – Кларисса наморщила нос. – А что это? Бельгиец не обратил на ее вопрос никакого внимания.
– Музыка медленная, три четверти. Вам будет достаточно легко повторять за мной.
Клариссу так и подмывало ответить: «Ну уж это вряд ли», но она промолчала.
– Сначала дама и кавалер – то есть мыс вами – меняются местами.
Джемма начала играть, и Кларисса выполнила то, чего от нее ожидали, при этом даже ни разу не наступив на ноги учителя.
– Думаю, нам нужна еще одна дама. Не будете ли вы так любезны помочь нам, мадам? – обратился месье Меден к мисс Помшек, и та тут же поднялась со своего места.
– Конечно. – Компаньонка грациозно склонила голову. – Теперь я уже не танцую, но раньше не многие могли потягаться со мной.
Она встала рядом, и Кларисса немного расслабилась, наблюдая за тем, как учитель и мисс Помшек легко исполняют па. Их движения выглядели на удивление плавными и изящными.
– Ну же, не стойте просто так! – нервно воскликнул месье Меден, оглядываясь через плечо. – Вы должны проделывать то же с другим джентльменом.
Другого джентльмена в комнате не было, но Кларисса представила, что движется вместе с партнером.
– А теперь смотрите, – скомандовал учитель и повернулся, а затем обвел мисс Помшек вокруг себя, держа ее за правую руку. – Ну-с, попробуйте повторить.
Кларисса неловко двинулась к мисс Помшек, но учитель тут же остановил ее:
– Да нет же, нет! Вы должны повернуться и обойти вокруг джентльмена.
– Простите... – Кларисса почувствовала, как ее лицо заливается краской.
– Ничего, давайте попробуем снова, – успокоил ее месье Меден.
Джемма на мгновение перестала играть и сочувственно посмотрела на золовку, но потом снова положила руки на клавиши, и на этот раз Клариссе удалось повторить движение без ошибок.
– Хорошо, – довольно произнес учитель. – А теперь я и мадемуазель поменяемся местами.
–Что?
– Я имел в виду – поменяемся местами со второй парой.
Кларисса попыталась проделать все, что необходимо, но Меден снова остановил ее:
– Нет-нет. Нужно встать с внешней стороны! Все это знают!
Все, кроме нее. Кларисса с тоской вспомнила о днях, когда чистила камины и мыла полы. Работать по дому было гораздо проще, чем разучивать танцевальные па.
Кларисса остановилась посреди комнаты, кусая губы и изо всех сил сдерживая слезы.
Внезапно Джемма перестала играть.
– Давайте немного отдохнем, – предложила она. На лице месье Медена появилось выражение отчаяния, но он собрал волю в кулак и произнес:
– Конечно, миледи.
Кларисса медленно подошла к окну. Она слышала, как мисс Помшек вежливо беседует с учителем, как открывается дверь... Обернувшись, Кларисса увидела Мэтью, когда он вошел в комнату, Джемма встала из-за фортепьяно.
Мэтью перекинулся с женой парой слов, а затем пересек комнату и подошел к сестре.
– Чудесный день, не правда ли?
Только теперь Кларисса заметила голубое небо и плывущие над крышами домов белые облака. Боясь, что ее голос задрожит, она лишь кивнула.
– Ты все вспомнишь, не сомневайся. Я танцевал с тобой в гостиной, когда тебе было четыре года, до того как уехать в морскую академию, тогда ты порхала, словно пушинка одуванчика.
– Жаль, что я этого не помню. – Кларисса тут же пожалела о своих словах, потому что ей показалось, будто в темных глазах брата промелькнуло разочарование.
– Уверяю, ты все вспомнишь, дорогая. А если нет, заново выучить нужные движения не так уж трудно. Тебе всего лишь требуется практика. Идем, на этот раз я буду твоим партнером.
Несмотря на отчаянное нежелание возвращаться к уроку, Кларисса позволила брату вывести себя на середину комнаты. Джемма вернулась к инструменту, и ее пальцы заскользили по клавишам, а месье Меден и мисс Помшек встали на место первой пары.
Теперь, когда в танце принимали участие четыре человека, картина стала более понятной, и Кларисса проделала все почти без ошибок. Мэтью осторожно отвел сестру на место, и ей даже удалось избежать столкновения с другой парой.
– Ну вот, у тебя все прекрасно получается, – подбодрил он сестру.
Несмотря на то, что похвала брата была большим преувеличением, Кларисса улыбнулась, а Мэтью добавил:
– Через две недели ты будешь скользить по паркету с такой же легкостью, как и любая другая дебютантка на своем первом балу.
Ну зачем он напомнил ей про бал! Улыбка на лице Клариссы померкла, и она сдавленно пробормотала:
– Все же я бы предпочла не ездить на этот бал. Мэтью покачал головой:
– Не сомневайся, ты без труда займешь подобающее место в обществе, сестра.
Кларисса вздохнула, она всей душой желала, чтобы это произошло как можно позже. Мэтью тем временем продолжал:
– Я хочу, чтобы твоя прежняя жизнь – жизнь, которую у тебя так жестоко отняли, – вернулась к тебе, хотя и знаю, ты нервничаешь и боишься появления в обществе. Мне говорили, что большинство девушек чувствуют то же самое, но ты прекрасно с этим справишься.
В свое время Мэтью топил вражеские корабли во время кровопролитных морских баталий, и теперь он хотел, чтобы ничто не омрачало жизнь сестры, а самым большим ее страхом стали всего лишь выходы в свет. Как же объяснить ему, что ее сердце начинало бешено колотиться, а желудок сжимался при одной мысли о том, что ей придется войти в зал, полный незнакомых людей, придется тщательно следить за своими словами и поступками? Все эти незнакомцы сразу поймут, насколько неуместно ее присутствие среди них. Но ради брата она попытается быть смелой.
Кларисса с трудом изобразила улыбку.
– Надеюсь, так все и будет.
Глава 3
Чтобы обеспечить себе хорошее отношение общества, просто выразите ему свое презрение.
Марджери, графиня Сили
Когда урок танцев, показавшийся Клариссе адской пыткой, закончился и учитель танцев уехал, Кларисса, ее брат, невестка и мисс Помшек спустились в столовую.
Неприятности остались позади, и у Клариссы появился зверский аппетит. К счастью, воздушное суфле, приготовленное к обеду, оказалось необыкновенно вкусным.
Но не успела она проглотить и пары кусочков, как Джемма принялась рассказывать мужу о заказанных для нее платьях.
– Одно из них бледно-зеленое. Я считаю, что этот цвет выгодно оттенит глаза нашей дебютантки... – щебетала Джемма, очевидно, не подозревая об эффекте, произведенном на золовку ее словами. При упоминании о неумолимо приближающемся выходе в общество горло Клариссы болезненно сжалось. С трудом проглотив остатки суфле, она отложила вилку.
– Судя по твоим словам, платья просто чудесные, – довольно произнес Мэтью. – Уверен, ты будешь ослепительна, сестра, и произведешь должное впечатление на общество.
Разумеется, Мэтью хотелось побаловать сестру, и Кларисса подумала, что отплатит черной неблагодарностью брату, если не обрадуется предстоящему дебюту. Выхода не было. Ради семьи она не должна быть такой трусихой!
Глубоко вздохнув, Кларисса взяла из рук слуги тарелку с нежным мясом ягненка, затем отрезала кусочек, положила в рот и принялась жевать. Она совсем не чувствовала пряного вкуса, но не подала виду, чтобы не расстроить Мэтью и Джемму.
После обеда Мэтью отправился в клуб, а Джемма предложила Клариссе немного отдохнуть перед выходом из дома.
– Мы приглашены на чашку чая к Психее, леди Габриэль, – пояснила она и, заметив беспокойство на лице золовки, добавила: – Там будет всего несколько леди. Не стоит беспокоиться, мы просто посидим и поболтаем о том о сем.
– Конечно, это чудесно, – согласилась Кларисса. В конце концов, не может же она всю жизнь прятаться дома, общаясь только со своими близкими.
Дождавшись, пока Джемма удалится к себе, Кларисса надела шляпку и потихоньку спустилась вниз по черной лестнице.
Доминик собирался проехать мимо дома Фаллонов и повнимательнее посмотреть на него. Безрассудность толкнула его на это пари, и он уже раздумывал над тем, чтобы отказаться, спорить на доброе имя леди было не совсем пристойно, а он всегда слыл моралистом.
Назвав кучеру адрес, граф собирался потом отправиться в клуб, так как через четверть часа начиналась партия в вист, но, к несчастью, в тот самый момент, когда его экипаж проезжал мимо знакомого дома, Доминик заметил спешащую по тротуару изящную девушку, за которой неотступно следовала служанка.
Черт возьми, да ведь это она. Куда это мисс Фаллон направляется?
К счастью или к несчастью для остальных джентльменов, Доминик так и не смог принять участие в игре, потому что другой экипаж перегородил улицу и его кучеру пришлось натянуть вожжи. Благодаря этому, невидимый с улицы, Доминик получил возможность беспрепятственно наблюдать за юной особой, остановившейся на углу улицы.
Вот она сказала что-то служанке, и та, к изумлению графа, сняла с себя фартук и чепец и отдала их своей госпоже в обмен на ее шляпку.
Ну и ну. Что бы это значило? Доминик невольно усмехнулся. Неужели эта сорвиголова вновь собирается сбежать? Но в таком случае она подвергает себя немалой опасности. Неужели никто не говорил этой странной леди, какие неприятности могут поджидать ее на улицах Лондона?
Доминик постучал в окошко.
– Я выйду и немного прогуляюсь, а ты жди меня здесь, – приказал он кучеру.
После этого граф покинул карету и быстро последовал за удаляющейся парой.
Выйдя из дома, Кларисса первым делом решила немного прогуляться по парку. В это время дня парк был почти пуст, а ей очень хотелось оказаться вдали от посторонних взглядов. Ничего предосудительного в этом не было, она даже взяла с собой Руби, как и полагалось настоящей леди. Но как только дом брата остался позади, Кларисса почувствовала, что ее ноги отяжелели, а решимость куда-то улетучилась. Дело было вовсе не в обескураживающих, приводящих ее в замешательство уроках танцев, все выглядело гораздо сложнее. Она слишком долго не занималась ничем подобным, а теперь ей приходилось запоминать слишком много правил, слишком много всевозможных тонкостей. Общество будет смотреть на нее как на дурочку, она никогда не сможет почувствовать себя его частью.
Кларисса ощутила, как навернувшиеся слезы обожгли ей глаза, и тряхнула головой, стараясь прогнать непрошеную жалость к себе. Она должна благодарить судьбу за счастье стать леди...
Подняв глаза, Кларисса заметила двух служанок, идущих по улице с корзинами в руках: они безмятежно болтали и выглядели весьма беззаботными, потому что четко знали свое место и то, что от них требуется. Девушке сразу вспомнилось то время, когда она могла, как ни в чем не бывало подойти к таким же служанкам и завести с ними непринужденный разговор. Вряд ли она когда-нибудь сможет сделать это снова под оценивающим взглядом общества.
Внезапный порыв заставил ее оглянуться на шагавшую позади Руби, которая наотрез отказывалась идти рядом со своей госпожой.
– Это неприлично, мисс, – объяснила, она.
Тем не менее Кларисса была готова ненадолго отбросить все приличия.
– Тогда отдай мне фартук и чепец, – потребовала она. – А мою шляпку отнеси обратно.
Глаза Руби расширились от ужаса.
– Что вы собираетесь делать, мисс Кларисса?
– Просто хочу немного подшутить над одной знакомой леди, – быстро сориентировалась Кларисса. – Я скоро вернусь.
– Но ваш брат...
– Он ничего не узнает. Пожалуйста, Руби.
Служанка нехотя повиновалась. Как только она удалилась, Кларисса нацепила чепец, повязала фартук и поспешила за двумя незнакомками. Девушки-служанки по-прежнему были поглощены разговором и поэтому не обратили никакого внимания на быструю и неожиданную перемену в облике Клариссы.
– Что, неплохо провели время на рынке? – спросила Кларисса на кокни, подходя к девушкам.
Полненькая служанка оглянулась через плечо.
– Очень неплохо. Гуси жирные и свежие, а вот треску я бы не брала – слишком давно ее выловили.
– Если не хочешь, чтобы у твоего хозяина случился понос, никогда не бери порченое. – Другая девушка захихикала.
Кларисса усмехнулась. Мисс Помшек непременно сказала бы, что такое поведение непристойно, но она чувствовала себя абсолютно свободно с этими симпатичными особами, которые уж точно не стали бы с осуждением смотреть на нее и морщить носы, если бы она уронила вилку или оступилась в танце.
Девушки стали с любопытством разглядывать незнакомку.
– Ты ведь новенькая на нашей улице? – спросила худенькая служанка. – Я ни разу не видела тебя на рынке.
Кларисса кивнула.
– Я из дома на конце улицы, – пояснила она, надеясь, что ее не станут больше ни о чем расспрашивать. – Устроилась на работу на прошлой неделе.
Худенькая девушка собиралась снова задать вопрос, но тут ее внимание привлек появившийся из переулка парень с рябым лицом. Одет он был на редкость неряшливо.
– Не обращай на него внимания, – пробормотала полненькая девушка, – это помощник грума в доме полковника. Он считает себя настоящим подарком для девушек и непременно положит на тебя глаз.
– Мне не нужен парень, возомнивший себя невесть кем, – насмешливо заметила Кларисса.
Девушки захихикали, но парень уже направился к ним.
– Привет, – бросил он, оценивающе разглядывая Клариссу – красотка, кажется, новенькая?
– Она не про тебя, Джек, – решительно сказала худенькая девушка.
Парень поморщился.
– Я не с тобой разговариваю, – огрызнулся он и протянул руку, пытаясь схватить Клариссу за плечо, но та увернулась. – Ну-ну, не будь такой недотрогой, – недовольно протянул парень. – Я просто хотел разок поцеловать тебя. Приходи в гости, а?
Кларисса презрительно хмыкнула, и на лице Джека тут же появилось угрожающее выражение. Он повернулся, но, увидев неведомо откуда взявшегося красивого мужчину в дорогой одежде, стоявшего посреди улицы и высокомерно оглядывавшего его с ног до головы, мгновенно переменил свои намерения.
– Ничего, сэр. Я просто шел мимо.
– Не сомневаюсь. – Незнакомец даже бровью не повел.
Девушки-служанки уже скрылись в одном из домов, и Кларисса тоже хотела незаметно улизнуть, но молодой человек неожиданно преградил ей дорогу.
– Разве вы не знаете, что гулять по улицам в одиночку очень опасно?
Кларисса была уверена, что ее непрошеный защитник не знает, кто она такая.
– Сэр, я могу сама за себя постоять, – небрежно сказала она. – Так что, если вы позволите...
– А я ведь вас встречаю не в первый раз, – спокойно сказал незнакомец, тон которого не оставлял сомнений в его благородном происхождении.
Кларисса ощутила невольное беспокойство.
– Что вы имеете в виду?
– Вы вовсе не служанка, верно? Зачем же вы пустились в эту глупую и опасную авантюру?
Какой заносчивый и какой назойливый... Кларисса набрала в грудь побольше воздуха и выпалила:
– Кем себя вообразили, императором Австралии? Мужчина удивленно вскинул темную бровь:
– В Австралии нет императора.
– Ну, значит, учитель географии.
Господи, не хватало еще одного учителя! Кларисса еще не успела в полной мере насладиться своим побегом из обители приличий, а этот навязчивый незнакомец уже все испортил!
Мужчина подошел ближе и, прежде чем Кларисса успела увернуться, снял с ее головы чепец.
– И зачем вы так оделись? Вы ведь не какая-то там простолюдинка.
Нет, он действительно ужасно высокомерный, раздраженно подумала Кларисса. Однако вскоре ее гнев сменился совсем новым для нее ощущением. Незнакомец был высок и прекрасно сложен. Теперь, когда он стоял так близко, она могла разглядеть тугие мышцы, перекатывающиеся на его груди и ногах, обтянутых панталонами из дорогого сукна. Интересно, какое слово приличнее употребить – «панталоны» или «ноги»? Нужно будет обязательно спросить у мисс Помшек.
Почувствовав предательскую дрожь в коленях от охватившего ее незнакомого ощущения, Кларисса судорожно сглотнула. Незнакомец стоял всего в нескольких дюймах от нее, и внезапно у нее закружилась голова. Собирается ли он поцеловать ее? Всего один разок, как сказал парень с рябым лицом.
И тут странный туман, едва не одурманивший ее, вдруг рассеялся. Что, если он все расскажет брату?
Кларисса сделала шаг назад, и глаза незнакомца тут же обдали ее холодом, вмиг лишившись своей привлекательности.
– Я провожу вас до дома, – спокойно сказал он, – иначе по дороге вам могут встретиться еще более нахальные типы.
– Вот уж нет! – взорвалась Кларисса. Вернуться домой в сопровождении джентльмена, который может всем рассказать о ее проделке, – что может быть хуже? Ни за что!
Кларисса развернулась и опрометью бросилась прочь. На ее счастье, незнакомец не стал ее останавливать, и она, беспрепятственно проникнув на задний двор, юркнула в дом, где сразу сняла фартук и поспешила в свою комнату.
Руби уже ждала ее. Она с облегчением вздохнула, когда Кларисса открыла дверь.
– О, мисс, я так волновалась! Где вы были? Если бы ваш брат...
Служанка действительно искренне переживала за нее, и Кларисса почувствовала угрызения совести.
– Это была всего лишь безобидная шутка. – Она заставила себя улыбнуться. – Забудь. Я никогда больше не попрошу тебя ни о чем подобном.
Успокоенная служанка ушла за горячей водой для госпожи, чтобы та могла умыться и переодеться перед прогулкой, а Кларисса подошла к окну и выглянула наружу, надеясь еще раз посмотреть на загадочного незнакомца, положившего конец ее прогулке.
Однако улица была пуста.
Расскажет ли этот странный тип Мэтью о ее проделке? Если да, то брат будет ужасно расстроен и обижен. А может, незнакомец просто пугал ее? Неужели он, в самом деле, знает, кто она такая? Но откуда ему это может быть известно?
Но, скорее всего ей никогда больше не увидеть его. Хотя, конечно, немножечко жаль, но ничего не поделаешь...
Когда Джемма зашла за Клариссой, девушка уже сменила платье и была готова отправиться в путь. Дамы сели в экипаж, который повез их в необыкновенно красивый район города, где проживал брат Джеммы.
Когда они вошли в дом и лакей возвестил об их прибытии, Джемма глубоко вздохнула.
Леди Габриэль Синклер тотчас же поднялась со своего места и направилась к гостьям.
– Джемма, как чудесно видеть тебя! И как чудесно снова видеть вас, моя дорогая...
Кларисса присела в реверансе. Хотя лицо леди Габриэль выражало явное дружелюбие, эта дама показалась ей довольно высокомерной, ее длинные белокурые волосы, собранные в пучок, обрамляли лицо сказочной принцессы. Никогда еще Кларисса не видела такой красавицы.
Хозяйка представила Клариссу присутствующим, как и обещала Джемма, их оказалось всего несколько человек, но Клариссе с большим трудом удавалось улыбаться и бормотать приветствия. Ей оставалось лишь надеяться, что ее голос не задрожит.
Только после того как ее усадили в обитое парчой кресло и подали чашку горячего чая, она смогла собраться с мыслями и, поднеся чашку к губам, осторожно оглядела присутствующих.
– Есть какие-нибудь новости о вашем отце? – обратилась леди Сил и к Джемме.
Кларисса знала, что это страшная тайна. Муж Психеи – хозяйки, лорд Габриэль, и его сестра леди Джемма считались детьми маркиза. Однако они не совсем по праву носили этот титул, а публично отказаться от него не могли, чтобы не скомпрометировать умершую мать. Должно быть, они очень доверяли леди Сили, раз та знала об их проблемах.
Джемма покачала головой.
– Габриэль по крупицам собирает и проверяет информацию, – сдержанно сообщила она. – Столько лет нам ничего не было известно о нашем отце. Боюсь, кем бы он ни был, его все равно уже нет в живых.
Леди Сили стала, как могла, успокаивать Джемму, а в это время Кларисса разглядывала присутствующих. Изысканно одетая пожилая женщина с красивыми седыми волосами и гордой осанкой наверняка была графиней, ее блеклые голубые глаза излучали мудрость и тепло, а осанка говорила о непререкаемом авторитете и вызывала невольный трепет у собеседника. Очень часто ее меткие замечания вызывали у присутствующих смех.
Рядом с графиней сидела полненькая леди с каштановыми волосами и веселыми карими глазами. Она являлась еще одной подругой леди Габриэль, однако Кларисса не смогла сразу припомнить ее имени. Дама тоже оживленно болтала и часто смеялась.
Ближе всех к Клариссе находилась сестра леди Габриэль – она была моложе Клариссы и скорее всего еще ходила в школу. Родители дали ей довольно необычное имя – Цирцея. Кларисса вспомнила, что отец леди Габриэль очень любил классическую литературу и потому выбирал для детей весьма необычные имена. Цирцея не выглядела такой же писаной красавицей, как леди Габриэль, но ее лицо, напоминавшее по форме сердце, обладало своеобразным очарованием. С прямыми каштановыми волосами, забранными назад, и живыми зелеными глазами, она напоминала Клариссе кошку.
Когда Цирцея повернулась к Клариссе, она едва не подпрыгнула на кресле под ее проницательным взглядом.
– Надеюсь, вы уже освоились в доме брата? – Цирцея улыбнулась. – Ведь некоторое время вы жили вдали от своей семьи, не так ли?
Кларисса кивнула, а потом осторожно заметила:
– Брат и его жена очень добры и великодушны. Я счастлива, что Мэтью нашел меня.
– Должно быть, вам непросто приспособиться к новой жизни, – предположила Цирцея. – Психея рассказала мне, сколько испытаний выпало на вашу долю, когда вы работали служанкой. Очень вам сочувствую. Кстати, если вы и дальше будете сжимать чашку так же крепко, она может треснуть...
Кларисса поспешно поставила чашку на стол и глубоко вздохнула.
– Благодарю, – пробормотала она. – Вы правы, я чувствую себя такой неподготовленной и такой неловкой, когда пытаюсь предстать перед обществом...
На лице Цирцеи появилось выражение сочувствия.
– Понимаю. Вы очень напряжены...
Кларисса удивленно заморгала, и ее собеседница тут же поспешила сгладить неловкость:
– Я вовсе не хотела обидеть вас. Просто я художник и всегда вижу, как человек себя держит. Однако не каждый это заметит и выскажет вслух, так что вам не о чем беспокоиться.
– Ах, если бы так! – Клариссе все больше нравилась эта странная девушка. – Думаю, ваш дебют состоится еще не скоро? – осмелев, произнесла она.
– Конечно, нет. – Цирцея уверенно покачала головой. – Во-первых, я еще не достигла нужного возраста, а во-вторых, меня совершенно не интересует общество. Я хочу отправиться на континент учиться рисованию у профессиональных художников. В Англии много настоящих мастеров, но не каждый возьмется обучать ничем не примечательную девушку.
Жаль, подумала Кларисса. Получается, что ей не удастся увидеть Цирцею на тех приемах, которые она вынуждена будет посещать. Она улыбнулась:
– Увы, я не художник, – это избавило бы меня от необходимости появляться в обществе.
Цирцея засмеялась, и Кларисса впервые с момента появления в этой элегантной гостиной почувствовала себя легко и непринужденно.
В этот момент к ней обратилась пожилая графиня.
– Я слышала, вы собираетесь поехать на бал к леди Холстон? – вежливо спросила она.
Ища поддержки, Кларисса бросила взгляд на Джемму.
– Да, она прислала нам приглашение на бал.
– Клариссу леди Холстон тоже включила в приглашение, – пришла на помощь Джемма. – Хотя ума не приложу, откуда она узнала, что у Мэтью есть сестра-дебютантка.
– Как интересно. – Графиня взяла с серебряного подноса пирожное. – Впрочем, в обществе достаточно леди, которые только и делают, что сплетничают. Стоит им узнать пикантную новость, как она становится всеобщим достоянием. Леди Холстон очень гостеприимная хозяйка, и, возможно, она хотела опередить всех, пригласив к себе на бал столь очаровательную юную особу.
Кларисса почувствовала, как краска заливает ее щеки.
– Вы слишком добры, – пробормотала она, хотя при мысли о том, с каким любопытством будут рассматривать ее представители высшего общества, ее щеки порозовели еще сильнее. – Надеюсь, общество также не будет разочаровано.
Леди Сили на мгновение задумалась.
– Вы ведь знаете, что леди Холстон приходится графу Уитби кузиной. Хотя его трудно заполучить в гости, он скорее всего появится на балу...
Психея и Джемма обменялись понимающими взглядами, однако Клариссе имя графа ничего не говорило.
– Он что, важная персона? Леди Сили рассмеялась:
– Доминик в этом не сомневается, но, разумеется, никогда в этом не признается. Он презирает светские рауты, и это лишь подогревает интерес общества к нему. Кстати, его мнение очень ценят как джентльмены, так и леди.
Кларисса невольно вздрогнула.
– В таком случае я постараюсь не попадаться ему на глаза!
– Любая дама была бы польщена, если бы граф принял приглашение посетить ее дом. Уитби чрезвычайно влиятелен, и к тому же он не женат. Для мамаш, имеющих дочерей на выданье, это цель номер один. – Брюнетка с веселыми глазами непринужденно включилась в разговор. – На вашем месте, дорогая, я не стала бы избегать его!
Дамы засмеялись, а Кларисса нахмурилась:
– У меня нет никакого желания соблазнять джентльмена, которому так сложно угодить... Да и с какой стати ему обращать на меня внимание? Не представляю, что такое может когда-нибудь случиться.
Разве что она станет посмешищем в день своего первого появления в обществе – при этой мысли сердце Клариссы моментально ушло в пятки.
– Дорогая, если это все же произойдет, ты не должна быть с ним грубой, – встревожено предупредила Джемма. – Я хочу сказать, он очень влиятельный человек.
– Ну конечно, я постараюсь говорить и вести себя так, как требуют приличия. – Кларисса опустила глаза. – Надеюсь, ему не придет в голову пригласить меня на танец...
Джемма сделала вид, что не заметила последнего замечания золовки, а леди Сили поспешила прийти Клариссе на помощь:
– Граф не злой, дорогая, просто он держится особняком. Я помню, каким он был до войны – приятный молодой человек, хотя немного надменный. Но какой бы отпечаток ни наложило на него участие в сражениях, я не верю, что он окончательно ожесточился.
– Согласна, – поддакнула Психея. – К тому же нашей очаровательной гостье нет необходимости охотиться за женихами.
В этот момент Кларисса не могла не пожалеть о том, что напрасно потеряла несколько лет, в течение которых остальные девушки готовились к своему дебюту. Теперь ее будут оценивать, словно лошадь на аукционе, и лишь потом примут решение, годна она или нет.
Леди... все вращалось вокруг этого злополучного слова. У нее есть всего две недели на то, чтобы овладеть навыками, утерянными за долгие годы жизни среди представителей низшего сословия. Не слишком ли для ее и так уже издерганных нервов...
Поскольку на обратном пути девушка всю дорогу молчала, Джемма наклонилась и пожала ее руку:
– Тебе понравилось в гостях, дорогая? Кларисса попыталась улыбнуться.
– Леди Габриэль очень великодушна, и остальные леди тоже показались мне милыми.
Очевидно, голос Клариссы прозвучал не слишком бодро, и Джемма заметила это.
– Все будет хорошо, дорогая, я правда так думаю. Да уж, хотелось бы верить!
Следующие две недели пролетели даже быстрее, чем один бесконечно длинный урок танцев месье Медена. Кларисса вынуждена была признать, что учитель прекрасно справлялся, независимо от того, сколько раз она наступала ему на ноги, он лишь вздыхал и учтиво напоминал, с какой ноги нужно начинать на этот раз.
Когда неделя мучений закончилась, Джемма отвела Клариссу в сторону и подала ей крошечную книжечку в аккуратном переплете. Книжечка была достаточно маленькой, чтобы уместиться в кармане платья.
– Она чудесная, – почтительно произнесла Кларисса, рассматривая гладкую кожаную обложку.
– В этом сборнике все танцевальные движения, – пояснила Джемма. – Я нашла его в книжном магазине. Ты сможешь спрятать эту вещицу в карман и взять с собой на бал или на званый вечер, а между танцами освежить свою память. Думаю, теперь ты будешь чувствовать себя гораздо увереннее.
– Чудесная идея! – Только сейчас Кларисса наконец поняла, что за книгу держит в руках. Месье Меден всегда носил с собой точно такой же сборник, только намного толще.
Кларисса пробежала глазами по страницам, и в ее душе возродилась надежда. Возможно, ей все-таки удастся пережить предстоящий бал!
– Спасибо! – Она порывисто обняла невестку. Джемма улыбнулась:
– У тебя прекрасно все получится, и, кроме того, мы все тебя очень любим, независимо от того, что может случиться на балу.
Прижав книжечку к груди, словно драгоценный талисман, Кларисса кивнула. К сожалению, гости на балу не ее родственники, и вряд ли они будут столь же великодушны, но все же...
Кларисса с головой окунулась в учебу. Она читала книги по этикету, стойко выдерживала ежедневные уроки танцев, училась говорить правильно под руководством мисс Помшек...
И вот, наконец, наступил главный, как ей казалось, день ее жизни.
В это утро Кларисса проснулась рано; ее сердце гулко билось. Неужели ей приснился очередной кошмар? Или нет? Разрозненные, спутанные образы улетучились, словно порхающие бесцельно бабочки. Кларисса помнила только то, что ей снилось, будто она входит в танцевальный зал. Она отчаянно пыталась сосредоточиться на своих шагах, пока не опустила глаза и не увидела, что на ней надета одна лишь нижняя юбка. Ужас, охвативший ее, был настолько силен, что она, вздрогнув, проснулась.
«Какая глупость!» – подумала Кларисса, протирая заспанные глаза. Она никогда не вышла бы из дому раздетой. Слава Богу, что это не тот, еще более ужасный кошмар.
И тут Кларисса вспомнила об истинной причине своей тревоги. Дьявол, бал состоится уже сегодня вечером, и у нее остается минимум времени, чтобы подготовиться.
Сев на кровати, Кларисса с трудом подавила желание произнести так и рвущиеся наружу, но совсем не подходящие для леди слова. В такие моменты, как этот, ей всегда хотелось выругаться.
Лучи солнца, проникшие в комнату сквозь задернутые шторы, говорили о том, что уже далеко не раннее утро; должно быть, Джемма решила дать новоявленной дебютантке выспаться вволю. Но разве есть у нее право нежиться в постели?
Кларисса быстро надела халат и позвонила в колокольчик. Вскоре появилась Руби с чашкой чая и кувшином горячей воды.
– Ваше бальное платье готово, мисс, и оно такое чудесное! – Руби улыбнулась. – В нем вы будете выглядеть настоящей красавицей.
– Спасибо. – Кларисса вдруг подумала, что сегодня просто обязана быть смелой и пережить свой первый званый вечер хотя бы ради Джеммы и Мэтью.
Дотронувшись до крошечной книжечки, лежащей на прикроватном столике, она глубоко вздохнула и, отхлебнув чаю, ничуть не удивилась тому, что он показался ей слишком горьким.
День Кларисса провела как обычно. С утра состоялся ее последний перед балом урок танцев, во время которого ей не удалось сделать ни одного верного движения. Когда она в третий раз наступила на ногу месье Медену, его ангельскому терпению, похоже, пришел конец, потому что выглядел он крайне раздраженным, и Кларисса едва не расплакалась.
Наконец Джемма возвестила о том, что урок окончен.
– Думаю, на сегодня это все, месье.
Бельгиец попытался скрыть вздох облегчения, хотя ему это не слишком хорошо удалось.
– Merci, дорогая леди. Я желаю мадемуазель bon chance. Уверен, все у нее получится tresbien.
Кларисса вежливо попрощалась с учителем, но едва дверь за ним закрылась, закрыла лицо руками.
– Какой ужас! О, Джемма, я забыла все, что выучила! Что же теперь делать? Я не смогу поехать на бал. Пожалуйста, позволь мне остаться дома. Ты ведь можешь сказать, что я заболела?

Берд Николь - Сага о семье Синклер - 6. Дебютантка => читать онлайн электронную книгу дальше


Было бы отлично, чтобы книга Сага о семье Синклер - 6. Дебютантка автора Берд Николь дала бы вам то, что вы хотите!
Если так получится, тогда можно порекомендовать эту книгу Сага о семье Синклер - 6. Дебютантка своим друзьям, проставив гиперссылку на данную страницу с книгой: Берд Николь - Сага о семье Синклер - 6. Дебютантка.
Ключевые слова страницы: Сага о семье Синклер - 6. Дебютантка; Берд Николь, скачать, бесплатно, читать, книга, электронная, онлайн
 Рассказы о демоне Азазеле -. Глаз наблюдателя