Садов Сергей - читать и скачать бесплатные электронные книги 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

Берд Николь

Сага о семье Синклер - 5. Видение в голубом


 

Тут выложена бесплатная электронная книга Сага о семье Синклер - 5. Видение в голубом автора, которого зовут Берд Николь. В электроннной библиотеке forumsiti.ru можно скачать бесплатно книгу Сага о семье Синклер - 5. Видение в голубом в форматах RTF, TXT или читать онлайн книгу Берд Николь - Сага о семье Синклер - 5. Видение в голубом без регистрации и без СМС.

Размер архива с книгой Сага о семье Синклер - 5. Видение в голубом = 253.92 KB

Берд Николь - Сага о семье Синклер - 5. Видение в голубом => скачать бесплатно электронную книгу



Сага о семье Синклер - 5

Диана
«Видение в голубом»: АСТ, АСТ Москва, Хранитель; Москва; 2006
ISBN 5-17-039384-9, 5-9713-3328-3, 5-9762-1124-0
Оригинал: Nicole Byrd, “Vision In Blue”
Перевод: А. Е. Мосейченко
Аннотация
Юная красавица Джемма Смит давно мечтала разыскать пропавшего старшего брата. Отважный моряк Мэтью Фаллон долгие годы потратил на бесплодные поиски своей исчезнувшей когда-то младшей сестры. И вот однажды Джемма и Мэтью решают объединить свои усилия и вести поиски вместе. Они пока не догадываются ни о том, какое нежное и властное чувство вскоре свяжет их неразрывными узами, ни о том, какое ужасное подозрение будет угрожать их счастью…
Николь Берд
Видение в голубом
Пролог
Письмо прибыло в день ее рождения. Джемма шла в музыкальный класс, как вдруг ее остановила первоклассница и передала ей конверт.
— Спасибо, Мэри, — беря его, произнесла Джемма. Письмо выглядело солиднее и весомее, чем регулярно получаемое ею раз в три месяца уведомление от ее поверенного. В душе Джеммы шевельнулась смутная надежда.
— Хорошо, мисс. — Девочка быстро присела, словно перед учительницей, и с чувством выполненного долга пустилась вприпрыжку к себе в класс.
Джемма вздохнула. Действительно, по возрасту она была едва ли не сверстницей некоторых школьных наставниц и в глазах юных учениц мало чем отличалась от них. Будучи по своему положению пансионеркой, Джемма иногда помогала, занимаясь с детьми. Она терпеливо выслушивала, как неуверенно разыгрывают девочки на фортепьяно гаммы, или проверяла их заляпанные кляксами тетрадки, вспоминая то время, когда сама была такой же маленькой. Когда Джемма попала сюда ребенком, каменные стены пансиона представлялись ей крепостью, внутри которой она обрела защиту и поддержку; позднее пандой стал для нее чем-то вроде тюрьмы.
Сегодня ей исполнился двадцать один год. Многие девушки в ее возрасте уже вышли замуж, некоторые даже успели стать матерями; иногда Джемма получала весточку от своих подруг, вместе с которыми некогда училась, которые, выйдя из стен пансиона три-четыре года назад, вступили в настоящую жизнь, полную насущных забот. Но в отличие от Джеммы им было куда податься после пансиона.
Может быть, ей тоже выпадет такая возможность: она влюбится, выйдет замуж, у нее появится семья, которая наполнит смыслом ее жизнь. Может ли она рассчитывать выйти замуж за благородного и достойного человека?
Джемма взглянула на толстый пакет, где были указаны ее имя и адрес: «Мисс Джемма Смит, частный пансион мисс Мейшем для избранных молодых леди, Йоркшир». Все было написано мелким аккуратным почерком того самого стряпчего, который вот уже в течение нескольких лет посылал ей раз в три месяца деньги на карманные расходы вместе с несколькими строчками, сухо уведомляющими, что плата за ее обучение внесена. Однако положенные ей карманные деньги она получила всего две недели тому назад — но тогда что это? Вряд ли там были поздравления с днем рождения, ведь за все это время ее поверенный не написал ей ни одной строчки, которая не касалась бы непосредственно дел или денег. Может быть, там…
Джемма сломала восковую печать и с недоумением пробежала глазами листок бумаги:
«Дорогая мисс Смит! Три недели тому назад мне было поручено передать вам это послание в день, когда вам исполнится двадцать один год. Весь к вашим услугам, Август Пиви, поверенный».
Внутри находился еще один запечатанный конверт с единственным написанным на нем словом — «Джемма»; впрочем, разобрать, что было выдавлено на воске, Джемме не удалось. Бумага была превосходного качества, а почерк более изящный и с большим количеством росчерков и завитушек в отличие от почерка стряпчего. Скорее всего это писала женщина. У Джеммы от волнения быстро забилось сердце, а дыхание участилось. Дрожащими пальцами она распечатала конверт и быстро просмотрела написанное, затем, не веря своим глазам, перечитала все снова.
Джемма прижала письмо к груди, попятилась к деревянной скамье, стоявшей позади нее в углу зала. И, почувствовав слабость в ногах, упала на нее как подкошенная.
Окружающий ее мир преобразился.
Глава 1
Деньги, вне всякого сомнения, вещь весьма полезная.
Мисс Луиза Крукшенк разгладила складку на своем новом дорожном платье лазурно-небесного цвета и слегка улыбнулась, чтобы не казаться излишне чопорной. Ведь среди определенного круга людей она слыла «хорошенькой мисс Крукшенк», кроме того, она знала: если хочешь еще больше подчеркнуть свою естественную привлекательность, не стоит выглядеть излишне самодовольной.
Но факт оставался фактом: теперь, когда она стала обладательницей солидного состояния, все обстояло иначе. Как только в самом конце зимы ей исполнился двадцать один год, Луиза наконец-то получила право распоряжаться унаследованным от отца состоянием. Правда, формально дядюшка Чарлз по-прежнему распоряжался ее деньгами, но дядюшка был таким милым, что ей не составило особого труда уговорить его согласиться с самой последней ее прихотью. Она приобрела элегантный экипаж и теперь ехала в нем в Лондон — к своей самой заветной цели.
Наконец-то!
Появление Луизы в высшем свете долго откладывалось: после смерти отца она, как и полагалось, год носила траур и приводила в порядок семейные дела. Однако в прошлом году она все-таки оказалась в Лондоне с намерением показаться на ежегодном сезоне. Но когда она прибыла в Лондон, все пошло не так, как ей того хотелось. При воспоминании о тех бедах, которые постигли ее во время пребывания в столице, Луиза поежилась. Но в этом году все будет иначе, в этом году…
Карету тряхнуло, и она остановилась. Луиза схватилась за сиденье, чтобы не свалиться на пол. На противоположной стороне кареты дремала мисс Поумшак, компаньонка Луизы, весьма почтенная особа. Пробудившись от толчка, она слабо вскрикнула:
— Что случилось, мисс Луиза? На нас напали грабители?
— Помилуйте, конечно, нет, — ответила Луиза, пытаясь рассмотреть сквозь залитые дождем стекла кареты, где они находятся, однако сквозь ливень ничего не было видно. Луиза чуть-чуть приоткрыла дверцу кареты, не обращая внимания на порывы ветра, обдававшие каплями дождя ее платье, и хлынувший внутрь кареты холод. Мисс Поумшак снова то ли полувскрикнула, то ли полувзвизгнула и поплотнее укутала шалью свои худенькие плечи, однако Луиза была непреклонна. Ей хотелось посмотреть на своего жениха.
Сэр Лукас Инглвуд с непокрытой головой — должно быть, ветер унес его шляпу — ехал на лошади рядом с каретой, его вьющиеся каштановые волосы намокли. Но он сам изъявил желание ехать верхом, и хотя Луиза любезно предложила ему сесть в карету, когда начался дождь, он с усмешкой отказался.
— Небольшой дождик не повредит настоящему мужчине, — весело заявил он.
Сейчас веселости у него явно поубавилось.
— Луиза, это бессмысленно, — обратился он к ней. — Дождь льет не переставая. Дорогу развезло. Лошади с трудом тащат экипаж, но вон там, впереди, приличная на вид гостиница. Придется остановиться и переждать ненастье.
Луиза запротестовала было: нет, она хочет в конце дня попасть в Лондон. Однако, оглядевшись, согласилась и захлопнула дверцу кареты.
Спустя мгновение экипаж снова тронулся, сильно кренясь из стороны в сторону, поскольку лошади с трудом тащили его по липкой от грязи дороге. Немного успокоившись, Луиза вздохнула.
Как жаль, что не все зависит от денег.
Промокшие до нитки, они вбежали в гостиницу. Многие путники укрылись здесь от разыгравшейся непогоды.
Их встретил поклонами и подобострастной улыбкой сам хозяин, его угодливость могла бы удовлетворить самого придирчивого члена высшего общества, но, к сожалению, отдельных кабинетов в гостинице не оказалось.
— Смею вас уверить, мисс, что пассажиры почтовой кареты — приятные и почтенные люди, они не станут вам докучать. А пока моя жена приготовит вам прекрасный обед. Возможно, это улучшит вам настроение.
С хмурым видом сэр Лукас препроводил Луизу к ее месту в углу залы и помог снять ее промокший насквозь плащ. Хотя Луиза предпочла бы очутиться поближе к огню, как и мисс Поумшак, буквально не сводившая глаз с очага, для сэра Лукаса было главное соблюсти приличия.
По всей видимости, и для пассажиров почтовой кареты эта остановка в пути также оказалась вынужденной и непредвиденной. Вокруг пылающего огня столпилось несколько мужчин. Пытаясь побыстрее просушить одежду, они, приподняв фалды своих фраков, почти все сразу повернулись задом к огню и оживленно обсуждали положение дел на рынке и цены на шерсть. Весь зал наполнился запахом сырой шерсти, который смешивался с дымом очага, а также с табачным дымом одной, судя по всему, особенно вредной трубки, которую, зажав между тонкими губами, курил почтенного вида господин, сидевший у самого камина.
— По крайней мере мне удалось получить спальню для вас и мисс Поумшак, — сказал Луизе Лукас.
— Почему бы нам не взять отдельный номер? — почти шепотом возразила Луиза. Ее спутник как раз отряхивал от дождя ее длинную накидку и, по-видимому, не расслышал недовольства, прозвучавшего в ее голосе.
— Это все, что у них было, — пояснил Лукас. — Мне придется лечь вместе с остальными мужчинами здесь, в зале, так что вам еще повезло.
Вздохнув, Луиза кивнула.
— Спасибо вам, Лукас, за то, что вы так печетесь обо мне, — улыбнулась она ему.
При этих словах Лукас, как ей показалось, выпятил грудь.
— Разве я не обещал вашему дяде заботиться о вас? — с гордостью произнес он. — В этом году с вами не случится ничего плохого!
Вспомнив свою прошлогоднюю безрассудную авантюру, Луиза нахмурилась. Тогда ей пришлось буквально бежать из Лондона.
Владелец гостиницы принес им дымящиеся чашки с подогретым вином. Хорошо, что она еще не успела снять перчатки, — Луиза держала в руках горячую чашку и пила маленькими глотками.
По телу поползло приятное тепло, в котором словно растворились ее недовольство и разочарование. Скоро, совсем скоро она будет в Лондоне.
Извинившись, Лукас вышел посмотреть на экипаж и лошадей, чтобы проверить, хорошо ли почищены и накормлены животные — он очень любил своего красавца мерина. Оставшись наедине с мисс Поумшак, которую, по всей видимости, интересовало только содержимое ее чашки, Луиза огляделась. И тут заметила одинокую женщину, сидевшую несколько поодаль, в стороне от всех остальных пассажиров почтовой кареты.
Почему эта женщина, изысканно одетая, как успела заметить Луиза, путешествует в одиночестве? Эта женщина, нет, скорее девушка, вряд ли старше самой Луизы. Она не поднимает глаз, держится особняком, ни с кем не вступает в разговор. Неужели ее никто не сопровождает?
У Луизы проснулось любопытство. Кроме того, ей было скучно, и, судя по всему, вечер обещал быть длинным и Луизе хотелось скоротать его за беседой. Только не с мисс Поумшак и не с дорогим Лукасом, который скорее всего проторчит на конюшне несколько часов, пока не убедится, что с лошадьми все в порядке. Подчинившись внезапному порыву, Луиза встала и пошла через весь зал, да так быстро, что компаньонка не успела ей помешать.
Она остановилась прямо напротив незнакомки, которая с удивлением взглянула на нее.
— Извините, — любезно произнесла Луиза, — но мне кажется, вы скучаете в одиночестве. Не хотите выпить с нами немного вина?
Девушка покраснела. Ее темные волосы выбивались из-под капора — мокрого и невзрачного, но все искупали ее глаза, удивительного темно-синего цвета, они вызывали в воображении прозрачную глубину морских вод в солнечный день. Кожа у нее была белая и чистая, а когда она заговорила, сразу стало ясно, что она хорошо воспитана и образованна.
— Мне не хотелось бы оказаться навязчивой, — ответила она несколько смущенно.
— Ну что вы, вовсе нет. Конечно, по-настоящему нельзя так представляться при знакомстве, тем не менее я мисс Луиза Крукшенк из Бата. Направляюсь в Лондон, к началу светского сезона.
Незнакомка по-прежнему колебалась.
— С вашей стороны это весьма любезно, но вы уверены, что ваша матушка одобрит такое знакомство?
— А, мисс Поумшак. Это моя компаньонка. Моя матушка скончалась несколько лет тому назад, — сочла своим долгом объяснить Луиза. — Среди моих родственниц не нашлось желающих сопровождать меня. У меня есть две тети, но у одной недавно появился младенец, и ей теперь совсем не до развлечений в Лондоне. А вторая тетя недавно вышла замуж и сейчас наслаждается медовым месяцем, путешествуя по свету. Смею вас уверить, от нее я получаю письма из самых удивительных мест. В последнем письме она пишет, что ездит верхом на верблюдах и осматривает пирамиды. Кроме того, она посылает мне восхитительные подарки. Среди них шаль из Персии. Она просто невесомая, словно воздушная, к тому же очень теплая, а расцветка у нее ну просто изумительная.
Девушка улыбнулась. Луиза обрадовалась ее улыбке. Стоит ли говорить, что своей открытостью Луиза располагала к себе людей.
— Пойдемте, — упрашивала Луиза. — В такой мрачный день вам просто необходима подходящая компания. Вместо того чтобы обедать с пассажирами кареты, вы можете пообедать с нами — это будет гораздо приятнее, не правда ли?
За окнами, исчерченными полосками дождя, стемнело, и разговоры у камина становились все громче. Незнакомка поднялась и слегка присела.
— Благодарю вас, вы очень добры. Меня зовут мисс Джемма Смит. На протяжении нескольких лет я находилась в пансионе мисс Мейшем для избранных молодых леди — это неподалеку от Йорка — и только недавно вышла оттуда.
Луиза провела ее в их уголок, где представила мисс Поумшак, и знаком велела владельцу гостиницы подать еще вина.
Они удобно расположились. Мисс Смит сняла мокрый капор и попыталась привести свою прическу в порядок.
— Вы направляетесь в Лондон на тамошний сезон или собираетесь навестить родственников? — вежливо поинтересовалась Луиза, стараясь не быть слишком назойливой.
Новая знакомая медлила с ответом.
— Да, по семейным обстоятельствам, — согласилась наконец Джемма, отпив из бокала вина.
Это вряд ли могло удовлетворить любопытство Луизы, поэтому она решила кое-что поведать о себе. Может быть, чуть погодя мисс Смит станет более разговорчивой.
— Вместе со мной едут моя компаньонка и сэр Лукас, мой жених, — сообщила Луиза, бросив взгляд на свое обручальное кольцо с топазом.
— О, мои поздравления, — произнесла мисс Смит.
— Благодарю вас. Лукас хочет, чтобы мы обвенчались этой весной. Но мне сперва хочется побывать в лондонском высшем обществе, ведь я никогда не выходила по-настоящему в свет. И не вижу причин для того, чтобы так торопиться со свадьбой, столь же желанной, сколько желанен мне сам Лукас. Не стоит говорить, но… — Луиза понизила голос. — После печальной кончины принцессы Шарлотты во время родов прошлой осенью мое стремление связать себя узами брака почему-то уменьшилось.
Мисс Смит понимающе закивала. Пожалуй, вся страна горевала от этой утраты. Принцесса снискала себе любовь среди народа в отличие от своего ветреного папаши, принца-регента. Ее кончина вызвала подлинную глубокую скорбь. Принц же был более удручен утратой своего единственного ребенка, во всяком случае так поговаривали. Несмотря на это, принц был по натуре жизнелюбом, и Луиза тайком надеялась, что открывающийся весной светский сезон не будет слишком омрачен этой трагедией.
— У вас есть свой дом в Лондоне? — спросила мисс Смит, принявшись отряхивать капельки воды со своего серого дорожного платья. — Или вы намерены остановиться в гостинице?
Луиза улыбнулась.
— В городе я сняла вполне приличный дом со всей обстановкой и прислугой по весьма умеренной цене, — объяснила она. — Лукас пока будет жить в номерах. Он весьма щепетилен и полагает, что ему не совсем прилично оставаться со мной, даже если меня сопровождает компаньонка. Но как только мы с Лукасом поженимся, я надеюсь, мы купим дом. Дом в городе снял мой дядя, я еще не видела этот особняк. Впрочем, дядя уверил меня, что я останусь довольна.
— Как это приятно, — чуть грустно произнесла ее собеседница.
— Полагаю, вы собираетесь остановиться у своих родных? Как только устроитесь, обязательно пригласите меня к себе, — сказала Луиза. Ей нравилась эта девушка с задумчивыми синими глазами и приятными манерами, без всякого намека на жеманство. — Вас не было в Лондоне в прошлом году? У меня такое ощущение, будто я уже где-то видела вас раньше.
Девушка покраснела.
— Нет, это моя первая поездка в Лондон. У меня там родственники, правда… хм… они еще не подозревают о моем приезде.
Как странно! Однако было бы дурным тоном расспрашивать ее. Как правило, леди никогда не отправлялась в дорогу, если не была уверена, что в конце путешествия ее поджидает безопасная гавань; большие города, об этом Луизе всегда охотно напоминали ее тети, таят в себе множество опасностей для молодых леди, предоставленных самим себе.
— Вероятно, ваши письма дошли по почте, — предположила Луиза, пытаясь говорить так, будто в этом не было ничего странного.
— Боюсь, все несколько сложнее. — Мисс Смит снова глотнула вина, чтобы избежать взгляда Луизы. — Но у меня в Лондоне есть брат. Может быть, вы встречались с ним, если бывали в светском обществе?
Луиза удивленно вскинула голову:
— Возможно, хотя в прошлом году я не выезжала в свет так часто, как мне того хотелось бы. Как его зовут?
Девушка заколебалась, потом медленно произнесла:
— Лорд Гейбриел Синклер. Удивление отразилось на лице Луизы.
— Но я ведь его знаю! Моя тетя недавно вышла замуж за его старшего брата. Он один из самых очаровательных и самых привлекательных молодых людей, а его… гм-гм… ваша семья славится прочностью родственных уз. О, как вы удивительно похожи: столь знакомый разрез глаз и необыкновенный темно-синий их цвет, а ваша чистая светлая кожа и темные волосы. Как приятно встретиться с одним из Синклеров! — Луиза вдруг запнулась, внезапно вспомнив, что незнакомка представилась как мисс Смит. К счастью, повисшую в воздухе неловкую паузу прервало появление служанки с полным подносом. Она придвинула стол поближе к гостям и расставила на нем блюда. Пока служанка накрывала на стол, никто не проронил ни слова.
Любопытство Луизы вспыхнуло с новой силой. Что скрывается за всем этим — какая-нибудь тайна или семейный скандал? Когда служанка удалилась, Луиза как бы (между прочим произнесла: — По правде говоря, я не знала, что у лорда Гейбриела есть сестра. — На самом деле… — мисс Смит снова отвела глаза, — на самом деле он даже не подозревает об этом.
Глава 2
Луиза невольно всплеснула руками и тут же спохватилась, что такой ее жест мог быть неправильно истолкован мисс Смит. И чтобы загладить неловкость, сказала:
— Пожалуй, пора приниматься за еду. Не стоит дожидаться сэра Лукаса. Он слишком серьезно относится к уходу за лошадьми. — Луиза буквально горела от возбуждения.
Вот это тайна! А она опасалась, что нынешний вечер окажется скучным. Хитрость состояла в том, чтобы вынудить мисс Смит — несомненно, это имя было просто уловкой с ее стороны, — побольше рассказать о самой себе. Поскольку Луиза почти всю свою жизнь росла в кругу родных и близких, ей не терпелось узнать, какой поворот судьбы подарил лорду Гейбриелу сестру, о существовании которой он даже не догадывался.
Но Луиза знала простую истину: тише едешь — дальше будешь — и принялась спокойно накладывать себе на тарелку еду. Ее новая знакомая молча последовала ее примеру. Жареный цыпленок, картофельная запеканка с мясом, картошка с горохом, румяные хлебцы — вот какими кушаньями угощал их хозяин гостиницы. Все блюда были просто, но вкусно приготовлены, и после неимоверно длинного дня пути проголодавшаяся Луиза вовсе не собиралась брюзжать по поводу столь скромного и непритязательного меню.
За едой беседа текла вяло. К тому моменту, когда они приступили к десерту из раскрошенного яблочного пирога, сыра и орехов в корзинке, Луиза чувствовала себя словно откормленная индейка. После еды настроение у нее улучшилось, так же как и у мисс Смит, которая перед этим едва не посинела от холода, а теперь разрумянилась. Мисс Поумшак украдкой зевала в рукав своего платья. Луизе показалось, что она могла бы уговорить свою компаньонку отправиться в постель и оставить их посекретничать вдвоем.
Но едва только она заикнулась об этом, как мисс Поумшак, верная своему долгу, посчитала невозможным оставить свою подопечную без надзора в общем зале гостиницы. Правда, мужчин на противоположной стороне зала, по-видимому, больше привлекали картофельная запеканка с мясом и эль в кружках и вряд ли их можно было заподозрить в приставаниях к молодым леди, но, на взгляд подозрительной мисс Поумшак, среди этих крепких животных, с головы до ног усыпанных клочками шерсти, мог запросто затесаться какой-нибудь нахальный соблазнитель. Но тут наконец появился Лукас, уставший и пропахший лошадиным запахом.
Снова кликнули владельца гостиницы и заказали еще одного жареного цыпленка и кружку эля в дополнение к тем блюдам, которые уже стояли на столе. Будучи представлен новой знакомой Луизой, Лукас вежливо поклонился и тут же приступил к столь долго откладываемой им трапезе.
— Не волнуйся, с лошадьми ничего плохого не случится, — сказал он Луизе. — Лошади, конечно, устали и взмокли, но их хорошо почистили и вытерли. Не стоит слишком доверять местному конюху, он показался мне каким-то неловким… ах да, ваш кучер укрыл лошадей попонами. О, вкусно. Я голоден как волк. — И Лукас отправил в рот большой кусок цыпленка.
Луиза отказалась от мысли возобновить разговор. Окончив есть, Лукас сразу предложил идти спать. Раздосадованная, Луиза бросила взгляд на настенные часы:
— Сейчас всего девять часов.
— Да-да, знаю, но кое-кто из постояльцев уже выпил лишнего, — возразил Лукас, пристально оглядев противоположную сторону зала. Несколько мужчин у камина стали петь непристойные песни. — Право, Луиза, не стоит здесь оставаться.
— Ладно, — согласилась она, все еще чувствуя раздражение. — Полагаю, вы тоже не прочь отдохнуть? — обернувшись к своей новой знакомой, спросила Луиза.
Девушка покраснела.
— На самом деле я…
Луиза слегка прищурилась и произнесла:
— О нет. Мой дорогой и заботливый Лукас уже говорил мне, что нам досталась последняя спальная комната в этой гостинице. Дорогая моя, вы не можете провести здесь всю ночь, одна.
Мисс Смит прикусила губу.
— Я не ожидала… Я ведь рассчитывала добраться в Лондон до наступления ночи.
На лице Лукаса появилось выражение озабоченности.
— Разумеется, ее служанка…
— Вынуждена была остаться дома, поскольку с ней произошел несчастный случай, — резко прервала его Луиза, чтобы лишний раз не вынуждать мисс Смит объяснять, что она путешествует без прислуги. — Мисс Смит, вам следует разделить с нами нашу спальню.
— Мне как-то неловко навязывать вам свое общество, — начала было мисс Смит, с явным замешательством глядя на шумную компанию на другой стороне зала.
— Ну что вы, как я могу спать и все время думать о вашем стесненном и затруднительном положении в такой компании или о чем-нибудь худшем. Да, Лукас защитит вас от оскорблений, но ведь это будет не совсем прилично, да и неудобно.
— Конечно, нет, — согласился Лукас.
У мисс Поумшак тоже был несколько шокированный вид от одной только мысли, что молодая женщина останется здесь одна.
Итак, мисс Смит уговорили принять «очень любезное приглашение, после чего три женщины поднялись наверх.
Когда Луиза вошла в спальную комнату, она показалась ей очень тесной. Однако она не выказала неудовольствия, чтобы не смутить мисс Смит. Потолок перегибался чуть ли не пополам, почти упираясь в пол, при этом казалось, что хлеставший за окном в полной темноте дождь был где-то совсем рядом. Постель, сразу подвергшаяся придирчивому осмотру со стороны мисс Поумшак, оказалась чистой и даже без клопов. Когда в комнатку внесли узкую переносную кровать, мисс Поумшак храбро изъявила желание лечь спать на ней.
— А будет ли вам удобно? — спросила Луиза, с сомнением оглядывая это узкое убогое ложе.
— О, я как-нибудь устроюсь, — заверила Луизу компаньонка, расстегивая застежку сзади на платье. — Я могу спать где угодно, не тревожьтесь обо мне.
И действительно, когда девушки вымыли лицо и руки в фарфоровом тазике для умывания на буфете, а потом оделись в строгие ночные сорочки (мисс Смит — в простую, но изящного покроя, а Луиза — в отделанную кружевами и оборочками), их пожилая спутница, переодевшись ко сну, уже лежала, вытянувшись на узкой постели, и слегка похрапывала, чем-то напоминая сытую урчащую кошку.
Луиза забралась в постель. Задув свечу на столике и пожелав своей новой подруге спокойной ночи, она повернулась к ней спиной, почти упершись взглядом в неровно оштукатуренную стену, но сон никак не шел к ней. Будучи единственным ребенком у своего состоятельного отца, Луиза не привыкла, чтобы в кровати с ней лежал кто-нибудь еще.
Интересно, спит ли мисс Смит? Она лежала тихо, но ее поза казалась напряженной. Когда в камине затрещали угольки, Луиза слегка приподнялась.
Прищурившись, она вперила взгляд в окружавшую ее темноту, затем подтянула одеяло до подбородка. Уголь прогорал, и в спальне становилось прохладно. Какая досада, что они не в Лондоне, в снятом для нее удобном и уютном доме, а в этой крохотной гостинице! Зато здесь она встретила заинтриговавшую ее мисс Смит.
— Вы не спите? — прошептала она. Мисс Смит пошевелилась.
— Не сплю, — прошептала она. — Трудно уснуть в незнакомом месте.
— Мне тоже, — призналась Луиза.
— Ах, я знаю, что без меня вам было бы удобнее. Вы были очень добры, но вы… вы, должно быть, находите мое положение весьма странным, — проговорила девушка.
Луиза затаила дыхание, а затем осторожно сказала:
— Ну что вы, вовсе нет. Уверена, у вас есть на то основания.
— Понимаете, я ведь только недавно узнала об этом, — сказала Джемма. В темноте при слабом мерцании тлеющих в камине угольков ей почему-то было легче открывать свои тайны. — В прошлом месяце, когда мне исполнился двадцать один год, я получила письмо от своего поверенного в Лондоне, который оплачивал мое обучение в частном пансионе, а также посылал мне кое-какие деньги на содержание. Внутри его письма была записка от мамы, моей настоящей мамы… — Голос у Джеммы дрогнул. — Мама писала, что сожалеет о нашей с ней разлуке. Просила связаться с лордом Гейбриелом, моим братом, который все устроит, чтобы наша семья наконец воссоединилась. Я сразу написала ему, в его поместье в Кент, но он пока не ответил мне. А потом я прочитала в лондонской газете сообщение, что в конце апреля устраивается великосветский бал, на котором среди «особо важных лиц», по всей видимости, будут лорд и леди Гейбриел Синклер. Я поняла, что он вскоре приедет в Лондон, и подумала, что мне необходимо увидеться с ним. Встретиться лицом к лицу с моим первым родственником, членом моей настоящей семьи, о существовании которой я догадывалась. Поэтому я и решила отправиться в Лондон.
— Какая вы смелая! — с восхищением произнесла Луиза. Порой она сама рисковала, но отправиться в Лондон повидаться с братом, который не имеет ни малейшего представления о ее приезде…
— О нет, я очень боюсь, — ответила Джемма с дрожью в голосе. — Но мне так этого хотелось. Я всегда надеялась, что сумею открыть тайну моего происхождения, понимаете, ведь об этом мне так мало известно. — Она чуть помедлила и сказала: — Конечно, лорд Гейбриел будет рад увидеть меня, если даже, как говорилось в письме, он еще не поставлен в известность о моем положении. В конце концов, я ведь еду по приглашению, по нашему с мамой приглашению. И мне необходимо знать… Да, я очень хочу понять, какие причины, безусловно, серьезные, побудили ее удалить меня в столь юном возрасте от себя.
Луиза была довольна, что вокруг царила темнота. Иначе ее подруга заметила бы, как у нее от удивления широко раскрылись глаза. Боже, какая история! Этот рассказ был столь же необычен, как и те повести, которые она читала тайком от своей тети, которая считала, что в это время послушная племянница занимается спряжением французских глаголов.
— Как выдумаете, он обрадуется? — спросила Джемма.
— Несомненно, — быстро проговорила Луиза, стараясь выкинуть всплывший в памяти образ рассерженного лорда Гейбриела Синклера. На ее глазах это случилось однажды, при исключительных обстоятельствах, но разве можно было забыть такое? Он едва не убил человека в тот День.
— Но вы на самом деле очень смелы, — не унималась Луиза. — Отправиться в такую одиссею, и к тому же в полном одиночестве… Неужели у вас нет служанки, которую вы могли взять с собой?
Луиза почувствовала, как Джемма отрицательно покачала головой.
— В школе служанка не нужна. И хотя я кое-что сберегла, зная о том, какие дорогие гостиницы в Лондоне, тем не менее я понимала, что не смогу оплатить два места в почтовой карете и стол на двоих. Вместе с тем я надеялась, что мой брат, лорд Гейбриел, наверное, предложит мне остаться. Мне пришлось учесть и то, что он мог еще не приехать в Лондон, да и мало ли какие могли возникнуть осложнения.
«Это безрассудно смелый поступок, даже геройский», — подумала Луиза и сказала:
— Совсем недавно моя горничная покинула меня, чтобы выйти замуж за друга своего детства. По прибытий в Лондон я собиралась нанять какую-нибудь девушку с хорошими манерами, умеющую вести себя в обществе. Кроме того, к моим услугам мисс Поумшак, так же как и дорогой Лукас.
На какой-то миг Луиза умолкла, ей стало ужасно любопытно, каким образом отреагирует лорд Гейбриел Синклер на появление доселе неизвестной ему сестры. О, как ей хотелось присутствовать там в этот момент! И вдруг ее осенило.
— Вы должны поехать вместе с нами, мисс Смит! — проговорила она.
— О нет, мисс Крукшенк, вы и так слишком много для меня сделали, — запротестовала было Джемма, хотя перспектива путешествовать в женском обществе, а значит, в относительной безопасности, ее успокоила.
— Зовите меня Луиза. Мы почти родственники. Поверьте, я просто обязана помочь родственнице лорда Гейбриела выйти из затруднительного положения. В свое время он оказал мне услугу, а долг платежом красен, — промолвила Луиза. — Право, вы можете провести несколько дней у меня в Лондоне, если вам неудобно сразу ехать в дом брата. У него действительно поместье в Кенте, и хотя я надеюсь, он непременно будет в городе во время лондонского сезона, вполне вероятно, что они с женой еще не приехали.
— Вы так великодушны, — вздохнула девушка с облегчением, как показалось Луизе. — Пожалуйста, называйте меня Джеммой. Уж это точно мое имя, — не без юмора произнесла мисс Смит.
Луиза улыбнулась:
— Какая удача, что мы теперь вместе! Этот первый наш с тобой сезон будет просто восхитительным.
Она обрадовалась, услышав, как Джемма рассмеялась. Луиза осмотрительно не высказала до конца все, о чем думала: они обе могли бы приподнять таинственный покров с прошлого Джеммы, и кто знает, к чему бы это привело.
Глава 3
После неожиданного предложения Луизы Джемма еще несколько минут разговаривала со своей новой подругой, исполненной самых честолюбивых планов насчет своего первого лондонского сезона, до тех пор, пока Луиза не уснула. Тлеющие угли в камине освещали темную спальню мерцающим светом. Рядом с Джеммой раздавалось легкое дыхание спавшей Луизы, а с кушетки, стоявшей в отдалении, недалеко от камина, доносилось звучное похрапывание мисс Поумшак. Но эти свистящие громкие звуки не беспокоили Джемму: в пансионе некоторые девушки громче храпели.
Наконец Джемма заставила себя закрыть глаза и расслабиться. Только теперь она поняла, каких усилий ей стоило в одиночку отправиться в Лондон.
Ее пригласила мать, которую она никогда в жизни не видела. И это приглашение, неожиданно озарившее ее окутанное глубокой тайной детство, воодушевило Джемму, придало ей силы.
На протяжении многих лет Джемму мучила загадка, кто она на самом деле. Она не знала ни своих родителей, ни своего происхождения, ни к какому сословию принадлежала. Может быть, она просто самозванка, которая выдавала себя не за ту, кем была на самом деле, когда сидела в классе вместе с девочками из респектабельных состоятельных семей или с дочерьми мелкопоместных дворян. Кто знает, может быть, при выходе из пансиона ей предстоит мыть полы вместе с прислугой, или доить коров на какой-нибудь молочной ферме, или продавать на улице коврики, или заниматься чем-то совсем уж непристойным?
Кто она такая? Чем старше становилась Джемма, тем больше ее мучила эта загадка, и то, что она неожиданно узнала, имело для нее жизненно важное значение — она родилась в почтенной семье. Полученное ею письмо стало для нее словно даром небес.
Письмо было написано вскоре после ее рождения, стало быть, более двадцати лет тому назад. Почему с тех пор ее мама не общалась с ней? Что, если после того, как она написала письмо, у нее пропало желание встречаться с дочерью? Джемма вспомнила, в каком виде пришло письмо: сломанная восковая печать и никаких объяснений поверенного относительно его содержания, а также по поводу столь неимоверно длинной задержки. Джемма постаралась выбросить из головы эти ужасные мысли.
Девушка подумала о потертом листке бумаги с выцветшими чернилами — этот листок она бережно завернула в самый красивый носовой платок и положила в ридикюль вместе с немногими сбереженными монетками. Это письмо было единственным, что у нее сохранилось от мамы, оно свидетельствовало о том, что кто-то позаботится о ней. Поэтому Джемма не чувствовала себя совсем одинокой в этом пустом и бездушном мире.
Она не могла объяснить Луизе, что означало для нее это письмо. Луиза как-то упомянула о том, что потеряла родителей, но ведь она по-прежнему жила, окруженная родственниками. Волны житейского моря не пытались утащить ее на самое дно нищеты, страданий и горя. Поверенный в делах Джеммы находился где-то далеко и существовал в ее жизни только в виде подписи, расположенной в конце сухо и коротко написанной бумаги. Она была искренне благодарна за ту денежную поддержку, которую он ей оказывал, несмотря на то что ни в какую не соглашался назвать источник, когда Джемма попросила его об этом.
Скоро она увидится со своей мамой, которая объяснит, почему отослала ее от себя совсем крошечной, не способной запомнить, кто ее родные и где ее дом. Это не значит, что ее родители не заботились о ней. Раз от нее отказались, значит, есть тому какое-то логическое объяснение. Сколько раз Джемма повторяла себе эти слова, когда чувствовала себя всеми покинутой, когда ей было страшно, когда девочки дразнили ее, или в приюте — самое страшное в ее памяти время? Значит, была причина, должна была быть причина, почему ее оставили. Все равно кто-то любил ее, даже находясь где-то далеко-далеко.
Теперь наконец она узнает всю правду. Увидится со своей мамой, которая ласково прижмет ее к себе, о чем Джемма так часто мечтала. Джемма закрыла глаза, пытаясь хоть на мгновение избавиться от постоянной настороженности, присущей почти всем сиротам, ведь опасность может появиться откуда угодно и рассчитывать приходится только на себя.
Но сегодня ночью она не одна. С этой мыслью Джемма заснула.
На следующее утро облака все еще затягивали небо, однако дождь почти прекратился. К тому времени, когда девушки проснулись, сквозь тучи уже пробивались робкие лучи солнца.
Появившийся вскоре сэр Лукас сразу объявил, что хотя дорога по-прежнему утопает в грязи, но ехать по ней уже можно. Луиза сразу сообщила ему, что к их обществу присоединяется Джемма, и если у него имеются какие-то возражения, пусть держит их при себе. Дело в том, что Лукас с самого начала был с Джеммой довольно сух.
Однажды Джемма случайно услышала, как Луиза заметила:
— Но, Лукас, ведь она сестра лорда Гейбриела. Разве этого не достаточно для формального представления? — И на тихий протестующий ответ Лукаса ее новая подруга, откинув с лица непослушный локон своих прекрасных волос, произнесла: — Скоро все выяснится, не правда ли?
Джемма сделала вид, будто ничего не слышала, и наклонилась, чтобы проверить, крепко ли завязаны шнурки на дорожных ботинках. Увы, неуважение к человеку без роду, без племени явление обычное. С годами Джемма привыкла к этому и старалась не замечать, однако в глубине души по-прежнему ощущала болезненные уколы от недоуменно приподнятых бровей или косых взглядов, а порой и от откровенной грубости или неприязни, однако виду не подавала.
Даже теперь ей было неизвестно, в какой семье она родилась, но разве поэтому ей не следует вести себя, как подобает девушке благородного происхождения? Почему-то Джемма всегда была уверена в том, что ее мать — настоящая леди, поэтому сделала все, чтобы приобрести соответствующие манеры и никому не дать повода ее осудить.
Итак, после того как к поклаже, привязанной сзади к карете, добавились два более чем скромных саквояжа — весь багаж Джеммы, а сама она заняла место в карете рядом с Луизой, напротив них уселась их старшая спутница, тогда как Лукас предпочел ехать верхом.
Дороги просыхали, но медленно, поэтому экипаж едва тащился. Лукас был вынужден ехать впереди кареты, иначе был бы заляпан грязью, летевшей из-под колес. Но день все больше вступал в свои права, солнце припекало все сильнее, и Луиза повеселела.
— О, мы скоро приедем. Узнаю и гостиницу, и этот мост. Как я рада! К тому же ваше общество, Джемма, скрашивает поездку.
Раньше редко кто воспринимал присутствие Джеммы с каким-нибудь особым удовольствием: она помнила, с каким пренебрежением к ней относились некоторые девочки, как сплетничали за ее спиной, поэтому с благодарностью улыбнулась в ответ.
Кроме того, ехать так было намного приятнее, чем трястись в тесноте в почтовой карете вместе с толстым торговцем из Линкольншира, упиравшимся локтем ей в бок, а также с клерками, от которых так и разило чесноком. Кроме того, экипаж двигался плавно.
Но самым приятным, пожалуй даже опьяняющим, ощущением было иметь подле себя кого-то, кто разговаривал с тобой как с равной. Вдруг у Джемы заныло сердце. Заявиться к брату без приглашения, не зная, примет ли он ее, учитывая, что они друг друга не знали, было безрассудно и опрометчиво. И все же прежняя неуверенность исчезла. Джемма была не одна. Девушки то и дело выглядывали из окна, обмениваясь мнениями о приметах приближавшегося столичного города.
Солнце уже высоко стояло в небе, когда экипаж вкатился в фешенебельный район западной части Лондона. Джемма едва ли не с благоговением взирала на широкие площади и шумные улицы, где по обеим сторонам выстроились красивые дома. Должно быть, Луиза очень богата, если могла позволить себе снять дом в таком месте.
А брат, подумала Джемма, неужели он тоже живет в столь великолепном доме? Значит, он тоже весьма состоятелен. Что, если он не пожелает признать неизвестно откуда взявшуюся сестру, которая от смущения будет что-то лепетать с провинциальной наивностью? И как в таком случае ей быть?
У Джеммы комок подступил к горлу. Если лорд Гейбриел отвернется от нее, Луиза последует его примеру. Она приняла Джемму так легко только потому, что та заявила о своем родстве с Синклерами.
Все всегда возвращается на круги своя. Если у тебя нет семьи и некому о тебе позаботиться, то тебе ни за что не попасть в светское общество, где быстро и легко оценивают твое социальное положение. Это все равно что оказаться тонким молодым деревцем на пути сильного урагана, без глубоких корней деревце будет вырвано из земли и унесено мощным порывом вихря без всякой надежды на спасение.
Джемма поежилась. Но ведь ее матушка желала видеть ее, об этом ясно говорилось в письме. Разве может мать отказаться от своего ребенка?
Эта мысль не давала ей покоя.
Карета остановилась перед красивым зданием, стоявшим между столь же красивыми домами. Дом, снятый Луизой, имел несколько этажей, сверху его венчала шиферная крыша, парадные двери были выкрашены в темно-красный цвет, оконные стекла сверкали чистотой.
Сэр Лукас слез с лошади и направился ко входу, но не успел постучать, как дверь распахнул лакей в ливрее. Грум опустил подножку кареты, сперва помог выйти Луизе, потом Джемме и, наконец, мисс Поумшак.
— Смелтерс, не так ли? Все выглядит очень красиво, — заметила Луиза внешне совершенно невозмутимому лакею, беря Лукаса под руку и направляясь вместе с ним ко входу в дом. Щуплая девица и дородная женщина, по всей видимости, горничная и кухарка, поспешно присоединившиеся к ливрейному лакею, присели, а потом неподвижно замерли у стены, чем-то напоминая игрушечных солдат.
— Я мисс Крукшенк, — сухо обратилась Луиза к прислуге, причем произнесла это так, будто всю жизнь имела дело со слугами. — Уверена, Смелтерс, вы подобрали людей с хорошей репутацией и ничто не омрачит здесь моего пребывания.
Лакей представил слуг:
— Браунли, наша кухарка, мисс. Лили, горничная. Там, внизу, под лестницей, стоит посудомойка, она только что чистила чайники и не хочет показываться перед вами в грязном фартуке. Позвольте заметить, что для вас и для ваших гостей приготовлен хороший обед из нескольких блюд, но если вы пожелаете, то через полчаса вам подадут легкий ленч. Когда прошлой ночью вы не приехали, кухарка позаботилась о том, чтобы спрятать порезанное мясо и яблочный пирог в холодильный шкаф. Так что можно перекусить после дороги.
— Замечательно, — улыбнулась Луиза кухарке. — Прошу извинить меня за опоздание. Дороги из-за сильного дождя стали непроезжими.
— Благодарю вас, мисс. Пирог все такой же свежий и вкусный, но суфле спасти не удалось, — добавила кухарка грустным тоном, как будто погибло не блюдо из взбитых яиц, а некий ее родственник.
— Я осмотрю дом, а вы пока приготовьте ленч. Мне надо срочно найти камеристку. Возможно, Лили, вы замените мне ее до тех пор, пока я не найду ту, которая меня устроит.
— Конечно, мисс, — ответила девушка, слегка смутившись оттого, что придется прислуживать такой хорошенькой молодой хозяйке.
Но тут вмешался Лукас:
— Луиза, я пойду посмотрю конюшни. Проверю, на самом ли деле они такие просторные, как нам говорили, и заодно присмотрю за нашими лошадьми.
— Благодарю тебя, Лукас, — отозвалась Луиза.
Дамы приступили к осмотру дома; Джемма молча восхищалась красивым убранством и модной меблировкой комнат. Подобно прочим лондонским домам, дом Луизы был высоким, в несколько этажей: в полуподвале располагались служебные помещения — кухня, кладовые с продуктами и черный ход для слуг, на первом этаже — столовая и небольшая библиотека, этажом выше — гостиная, затем шли два этажа со спальными комнатами, на чердаке жили слуги.
Джемме было приятно осматривать просторные спальные покои Луизы, при этом ей и мисс Поумшак тоже отвели отдельные спальни, хотя и гораздо меньшие по размерам. В общем, здесь было достаточно просторно.
Отдав лакею распоряжения принести их багаж, Луиза прошла с Джеммой в спальню для гостей, где сразу бросались в глаза розового цвета занавески на кроватях и окнах.
— Хотя здесь все скромно и просто, надеюсь, вам будет удобно, — произнесла Луиза.
Если ее новая подруга находила эту комнату скромной, то Джемма про себя даже порадовалась, что та не видела ее крошечную школьную спальню, в которой обычно размещалось несколько девочек.
— Здесь так приятно и мило. Несомненно, мне будет очень удобно, — заверила ее Джемма.
— Хорошо. Я вас покидаю, вы пока располагайтесь. Когда будете готовы, спускайтесь в столовую, — произнесла Луиза.
Она повернулась и пошла вниз, после чего Джемма сняла шляпку, перчатки и вымыла руки и лицо. У нее никогда до этого не было своей комнаты. Конечно, она не могла долго оставаться здесь. Но как отреагирует лорд Гейбриел, когда узнает о ней? Сколько пройдет времени до ее встречи с матушкой? Интересно, она в Лондоне или все еще в провинции, в своем поместье в Кенте? Вздохнув, Джемма постаралась на время забыть о своих тревогах и спустилась вниз.
Все уже собрались в столовой, где на буфетной стойке были выставлены приготовленные блюда. Из предложенных лакеем кушаний Джемма отведала немного холодного мяса и картофеля. У Луизы был отменный аппетит, однако у Джеммы кусок застревал в горле.
— Я намерена посетить кое-какие магазины на Бонд-стрит, — объявила Луиза. — Мне необходимо как можно быстрее обновить мой гардероб. Не хотите ли пойти вместе со мной, Джемма?
Покраснев, поскольку ее гардероб был более чем скромным, Джемма покачала головой:
— Благодарю вас, как-нибудь в другой раз. Мне надо написать записку брату, узнать, здесь ли он.
Луиза выглядела разочарованной, однако согласно кивнула:
— Конечно. Впрочем, нам предстоит сделать так много покупок перед началом сезона. Тогда увидимся за обедом.
Хотя само здание приюта располагалось неподалеку от деревни, находившейся всего в нескольких милях от Лондона, стояло оно особняком и смотрелось как-то отчужденно и неприветливо. Вокруг было пусто и голо, ни цветочных клумб, ни тенистых деревьев, ничего. Главное строение было высоким, мрачным и каким-то угрюмым. На окнах виднелись грязные пятна от сажи, кое-где по наружной стене вился жидкий плющ. Мэтью никак не мог представить, чтобы в этих стенах звучал детский смех, хотя он и старался вообразить Клариссу, окруженную заботой, вниманием и любовью. Он попытался отвлечься от ужасных, полных угроз и опасностей картин, которые преследовали его по ночам во сне и наяву.
Нов настоящий момент он хотел только удостовериться, неужели подтвердились самые худшие его опасения. От подобных мыслей его моментально охватило чувство вины и гнева — он весь внутренне подобрался и расправил плечи, как во время сражения в заливе Абукир, когда на горизонте он увидел французскую эскадру, прямые мачты французских кораблей и их флаги яркой раскраски, развевающиеся на свежем морском ветру, который гнал обе эскадры навстречу друг другу до тех пор, пока не раздалась канонада пушек, выплевывавших клубы дыма вместе со смертельным дождем ядер…
Как и тогда, он глубоко вздохнул и взял себя в руки, готовый к сражению.
Он поднял молоток и сильно ударил им по двери.
На удар откликнулся ребенок, им оказалась маленькая девочка, на которой поверх давно потерявшего свой первоначальный цвет платья был надет измятый передник серо-голубого цвета, ее темные волосы сзади были убраны в простой узел, на щеке темнело грязное пятно. Она посмотрела на Мэтью, и ее рот от удивления округлился.
Мэтью попытался улыбнуться, но догадался, что лицо его исказила гримаса. У него сердце сжалось при одном виде девочки. В последний раз, когда он видел Клариссу, она была точно в таком же возрасте.
— Мне нужно переговорить с хозяйкой или старшей надзирательницей, — сказал Мэтью.
Девочка недоуменно взглянула на него и пропищала:
— Посетители не дозволяются.
— Она со мной все равно увидится, — твердо произнес Мэтью.
Девочка растерялась и закусила губу, но тут из дверей вышла женщина.
— Ну-ка ступай, ступай отсюда. Миссис Крэгмор сегодня не принимает.
Мэтью бросил на нее взгляд, от которого, как хорошо было известно на флоте, отшатывались назад чванливые, как петухи, младшие офицеры. Женщина заколебалась, выражение ее лица смягчилось.
— Она со мной увидится, — повторил Мэтью. Женщина посторонилась, когда он перешагнул через грязный порог и очутился в вестибюле.
Луиза поднялась из-за стола, позвала кухарку, чтобы обсудить меню на неделю, после чего попрощалась с Джеммой и сэром Лукасом, который собирался наведаться в свой клуб, о чем сообщил с весьма гордым видом.
Луиза подавила улыбку, поскольку превосходно знала, что Лукас совсем недавно стал членом одного-единственного клуба, причем был принят только благодаря протекции старого приятеля его отца.
Мисс Пи — так близкие обычно называли мисс Поумшак, — как всегда, была готова сопровождать свою молодую госпожу, и они вместе вышли на улицу. Лукас чуть раньше сказал Луизе, что лошади еще не отдохнули после тяжелой и долгой дороги, но ей так не терпелось отправиться за покупками, да и до Бонд-стрит было рукой подать, что она ни на минуту не желала откладывать свой поход по магазинам.
Луиза могла послать лакея за наемным экипажем, но стояла такая чудесная погода, дождь прекратился, и она решила пройтись пешком. Очутившись снова в Лондоне, она была вне себя от радости, ей казалось, что вокруг все переливается цветами радуги, что красивые дома и оживленные широкие улицы блестят не от недавно прошедшего дождя, а скорее отражают сияние ее собственного счастья. Луиза охотно поскакала бы на одной ножке по булыжной мостовой, если бы позволяли приличия.
Она то и дело указывала мисс Поумшак на наиболее интересные достопримечательности и не переставала улыбаться.
— Да, мисс, — односложно отвечала мисс Поумшак, которая, глядя под ноги, в этот момент как раз осторожно обходила лужу.
Вздохнув, Луиза пожалела, что рядом с ней нет Джеммы. Но ведь со стороны Джеммы это было вполне естественным желанием написать и отослать несколько слов лорду Гейбриелу прямо сегодня. Возможно, что завтра они уже пройдутся вдвоем по магазинам.
Вскоре они подошли к одному из магазинов, который Луиза решила почтить своим благосклонным вниманием; она толкнула двери и вошла внутрь. Это был модный шляпный магазин, одни дамы примеряли воздушные капоры, другие — богато разукрашенные шляпки; чуть в стороне, вероятно, поджидая какую-то даму, откровенно скучал мужчина.
Луиза встала поближе к прилавку и ждала своей очереди, разглядывая выставленные образцы шляпок.
Здесь была восхитительная шляпка с ястребиными перьями темно-красного оттенка. Луиза шагнула поближе, чтобы рассмотреть ее, и едва не столкнулась с леди средних лет, которая показалась ей знакомой.
Господи, да ведь это леди Джерси, пользующаяся огромным влиянием в свете и одна из патронесс «Олмака», именно ее Луиза случайно унизила в прошлом году. Луиза потеряла дар речи от испуга. Что ей говорить? Помнит ли ее леди Джерси?
Если и в этом году леди Джерси будет с неприязнью относиться к ней, то вряд ли Луиза найдет себе поручителей для вступления в «Олмак», это было одно из ее самых заветных желаний. Так называемая ярмарка невест предназначалась исключительно для избранных кругов светского общества, куда так стремилась попасть Луиза. Надо было срочно решать, что делать. Она могла притвориться, будто не узнала леди Джерси, чтобы не смотреть больше в лицо этому светскому дракону и не быть проглоченной, даже не успев приступить к выбору шляпки.
Однако вместо этого Луиза, не будучи трусливой по натуре, откашлялась и сказала:
— Прошу извинить меня, леди Джерси, но, возможно…
— Я пока поищу шляпку светло-желтого цвета, — проговорила та, не поднимая глаз. — Постойте, я ведь говорила вам принести обратно ту шляпку с бледно-розовой тесьмой.
Она приняла Луизу за продавщицу! Луиза вспыхнула от негодования:
— Я не прислуга!
Нахмурившись, леди Джерси подняла славящиеся своей красотой глаза и пристально посмотрела на Луизу.
Сердце у Луизы сжалось, она прикусила язык, удерживаясь от резких выражений, возникло зловещее ощущение дежа-вю. Неужели это снова повторится?! В этом случае не видать ей «Олмака» никогда.
Но тут, словно некий ангел-хранитель, к ним подошел мужчина, до этого зевавший из приличия в руку.
— Это не та девушка, которая помогала вам, леди Джерси. Продавщица явится через минуту. Полагаю, эта леди только хотела заметить, что… — Мужчина внезапно замолк и окинул Луизу дерзким и самоуверенным взглядом, причем в самой глубине его карих глаз заплясали искорки неприкрытой насмешки.
— Да-да, я просто собиралась сказать, что шляпка, которую вы держите в руках, удивительно вам идет. Она в тон ваших глаз, — с усилием проговорила Луиза. — Простите меня за мое вмешательство.
— Вы так полагаете? — Взгляд дамы скользнул по широкополой шляпке в ее руках, и Луиза с облегчением заметила, что герцогиня, по-видимому, вообще забыла о ее существовании. — Скажите, лейтенант Макгрегор, вы тоже считаете, что эта шляпка в тон моих глаз?
— Никоим образом, — ответил джентльмен, вызвав досаду у Луизы.
Почему бы ему было не согласиться и тем самым не позволить ей убраться подобру-поздорову, чтобы она снова ненароком не села в лужу? Луиза внезапно поняла, что она разговаривает с герцогиней, не будучи представленной ей официально. Ну почему она всегда попадает в дурацкое положение?
Джентльмен продолжал говорить вкрадчивым тоном:
— В — конце концов, дорогая, возможно ли, чтобы какое-нибудь готовое изделие дамского туалета шло бы к вашему прелестному лицу?
Леди Джерси приглушенно рассмеялась и махнула в его сторону веером:
— Какой, право, вы бессовестный!
— Конечно. В противном случае я давно бы снизошел до другого, такого же скучного знакомства, — ничуть не смущаясь, отозвался он.
— Иду-иду, леди.
Откуда-то из задней части магазина появилась настоящая продавщица, нагруженная целой горой шляпных коробок. Леди Джерси тут же повернулась к ней, с интересом разглядывая их.
Луиза облегченно вздохнула и посмотрела на незнакомца. Кто он такой, чтобы, словно лакей, ходить по пятам за дамой, которая явно старше его? Одет как джентльмен, Но по его выправке в нем сразу угадывался бывший военный. Невысок, чертовски привлекателен, с чудесными каштановыми волосами, карими глазами и дерзким насмешливым взглядом. Но именно из-за его улыбки Луиза пожалела, что не уделила достаточно внимания своей внешности, перед тем как выйти из дому. Этот мужчина понимал толк в женщинах, и сама не зная почему, Луиза захотела, чтобы он запомнил ее.
Судя по всему, он был не знатен и не богат. Леди Джерси называла его просто лейтенантом. Вероятно, он был одним из тех офицеров, которые долго воевали против Наполеона, но в мирное время были вынуждены выйти в отставку или влачить жалкое существование, получая более чем скромное жалованье.
Он обернулся, как будто почувствовав ее взгляд, при этом его глаза — или ей показалось? — опять улыбнулись.
— Из вас вышла бы очаровательная продавщица, — прошептал он почти ей на ухо. У него был низкий голос и шотландский акцент.
Луиза открыла было рот, чтобы бросить в ответ что-то колкое, но внезапно поняла, что не стоит рисковать, потому что ее могли услышать.
— Должен заметить, что с превеликим удовольствием купил бы что-нибудь у вас, — добавил Макгрегор.
Польщенная, Луиза не знала, то ли ей смеяться, то ли сердиться. Она не сразу нашлась что ответить на столь бесцеремонное ухаживание, хотя он ждал и его глаза по-прежнему искрились смехом, но тут их прервали.
— Лейтенант Макгрегор, подите сюда! — окликнула своего спутника леди Джерси.
Макгрегор отошел к ней, с тем чтобы серьезно осмотреть шляпки и высказать свое мнение, при этом обе женщины, как его величественная спутница, так и продавщица, то и дело разражались смехом от его острот.
— Вот эта. О нет. Это не шляпа, а пришедший в неистовство птичник, — говорил он, глядя, как продавщица достает широкополую шляпу с отделкой, похожей на целый выводок цыплят.
Он назвал Луизу очаровательной. Хотя раньше ей часто говорили комплименты, но его речь, голос, казалось, ласкали, гладили ее, и этот мелодичный шотландский ритм отложился у нее в памяти. Скорее всего он делает комплименты всем женщинам, сладкоречивый дьявол. Однако что-то в его непринужденной любезности и оживленных чертах лица вынудило Луизу почему-то пожалеть о его скором уходе. Ее щеки все еще пылали, когда он бросил на нее насмешливый взгляд, который, казалось, пронзил ее насквозь, и, минуя ее прекрасные волосы и гладкие щеки, проник в самую сокровенную ее суть.
Разумеется, она помолвлена и ей ни к чему кокетничать с каким-то офицером в отставке только потому, что у него веселые глаза и обжигающая улыбка. К тому же что скажет Лукас?
Лукасу она ничего не скажет.
Да и что в этом особенного? Несколько случайных знакомств сделают ее пребывание в светском обществе более приятным. Кроме того, совершенно очевидно, что леди Джерси заставляет этого джентльмена плясать под свою дудку. Как знать, может быть, он посодействует в поисках столь нужных Луизе поручителей для вступления в «Олмак». Надо быть практичной, подумала Луиза, одновременно подавая знак мисс Пи, что пора уходить.
А может быть, ей просто хочется увидеть этот искрящийся светом и вместе с тем порочный взгляд и еще раз насладиться им.
Его взгляд как бы задержался на ужасного вида шляпке, украшенной пурпурными перьями; Колин Макгрегор высказывал свои остроумные замечания и в то же время краешком глаза следил за тем, как незаметно ускользает из магазина понравившаяся ему девушка с красивыми волосами. Смотреть на нее было одно наслаждение, даже если ее бегство напоминало бегство зайца, не заметившего спрятавшуюся в вереске лисицу.
Ему стало любопытно, замужем она или помолвлена. Есть ли у нее деньги. Ее платье сшито со вкусом и стоит немало! Эта дурацкая шляпка, которую он сейчас высмеивал, стоила примерно столько же, сколько недельная плата за его убогий номер в гостинице. Но больше всего ему хотелось бы целовать эти нежные, чуть припухлые губы. Он почувствовал, как проснулось желание, и он отогнал прочь смущавшее его видение. Разве мог он себе позволить вызвать недовольство леди Джерси?
Подавив вздох, он взглянул на новую шляпку, поданную продавщицей: это была соломенная шляпка с украшениями в виде крупных ягод, окрашенных в бесподобно красновато-коричневый оттенок. Он покачал головой и произнес:
— Со всей улицы к вам будут слетаться вороны в надежде склевать побыстрее эти ягоды.
Обе женщины снова рассмеялись.
И в который раз Колин подумал о том, в каком жалком положении очутился, до какой жизни дошел.
Глава 4
Джемма макнула перо в чернильницу и старательно вывела свое имя. Несмотря на неопределенность ее положения, или, скорее, именно по этой причине, ей не следовало пренебрегать любой возможностью показать свою образованность и воспитанность. Ее почерк не должен ничем отличаться от почерка истинной леди.
Письмо отняло уйму времени. Джемма несколько раз переделывала его, пока наконец не добилась желаемого результата. Писчая бумага была дорогой, поэтому она с виноватым видом посмотрела на стопку измаранных листов, немых свидетелей ее неудачных попыток. Однако она сделала все, что в ее силах. Вздохнув, Джемма аккуратно сложила лист бумаги, взяла серебряный тигелек и капнула расплавленным воском на письмо. У нее не было печатки, поэтому она просто оставила воск застывать в форме неправильного пятна. Когда воск затвердел, она встала из-за стола, подошла к камину в гостиной, бросила в огонь все исписанные листы бумаги и отправилась искать лакея.
К счастью, ранее из разговоров с Луизой Джемма узнала о том, что в прошлом году ее новая подруга посещала дом лорда Гейбриела, поэтому Джемма сразу дала лакею необходимый адрес.
Взяв письмо, Смелтерс кивнул:
— Его светлость ваш родственник?
Леди — так было принято — не писали писем незнакомым джентльменам, поэтому вряд ли стоило это отрицать, однако Джемме не хотелось, чтобы слуги судачили на этот счет.
— В общем-то да, — ответила она и дала ему монетку из своих скудных сбережений, надеясь, что этого вполне достаточно. Впрочем, разбираемый любопытством, он вряд ли откажется от ее поручения.
— Я отправлюсь прямо сейчас, мисс, — заверил слуга. Джемма пошла наверх и нашла там Лили, горничную, которая в комнате для гостей распаковывала ее багаж — всего несколько саквояжей.
— Эти платья сильно помяты, мисс, — произнесла горничная. — По-видимому, дома ваша служанка сложила все очень неаккуратно.
Джемма, которая сама складывала свои вещи, поморщилась.
— Несомненно.
— Вообще путешествие всегда плохо сказывается на дамском гардеробе, — добавила Лили, опасаясь, что сказала лишнее. — Не беспокойтесь, я их поглажу. Какое платье вы хотели бы надеть к обеду?
Джемма взглянула на свои платья и с надеждой подумала, что брат, вероятно, не ожидает, что она осмелится часто показываться с ним в обществе. Для частых выходов в свет у нее нет ни соответствующего гардероба, ни средств для его обновления. Не станет же она просить у него деньги при первой встрече! В этом случае он подумает, что она разыскивала его лишь корысти ради.
При мысли об этом у нее запылали щеки. Ведь ей нужна была только семья, которую она надеялась обрести.
Самым лучшим и не очень поношенным было муслиновое платье бледно-зеленого цвета, но его стоило поберечь для первой встречи с братом.
— Думаю, вот это — муслиновое, бледно-желтое с узорами в форме веточек, — сказала Джемма горничной, кивком указав на второе платье.
— Я сделаю все, что следует, мисс, — ответила служанка и, перекинув несколько платьев через руку, вышла.
Огорчившись, что пришлось обратиться за помощью к хозяйским слугам, Джемма надеялась, что Луиза не истолкует это превратно. Но позволительно ли гостье вести себя подобным образом? Этого Джемма не знала. В который раз она пожалела о том, что у нее не было настоящего детства, большой любящей семьи, матери, которая научила бы ее тактично вести себя на людях и в обществе…
Но стоило ли печалиться? Ведь она получила письмо от матери, и очень скоро они увидятся. При одной лишь мысли об этом настроение у Джеммы поднялось.
Джемме захотелось хоть чем-нибудь отплатить Луизе за ее доброту. Она даже подумала спуститься в кухню и предложить свою помощь, но это могло вызвать у слуг недоумение, они могли бы счесть ее странной. Светские леди не помешивают пищу в кастрюлях и не шинкуют овощи на разделочных досках.
Джемма снова спустилась в гостиную и увидела там несколько книг в стеклянном шкафу. Приоткрыла дверцу и оглядела весьма скудную подборку книг: сборник проповедей, латинских стихов, сразу напомнивших ей школьное время, и двухтомник стихов Александра Поупа. Она взяла Поупа и села с намерением развеяться за чтением остроумных эпиграмм. Однако всякий раз, когда до нее доносился шум проезжающего экипажа или мужских голосов на мостовой, приподнимала голову.
Когда Смелтерс вернулся, Джемма сразу закрыла книгу, чувствуя, как у нее быстро забилось сердце в ожидании ответа.
— Вам удалось доставить записку? — спросила она. сдерживая волнение.
— Да, мисс, если позволите мне заметить, у его светлости очень красивый дом. Но открывший мне двери слуга сказал, что пока его светлости нет в городе и он не может сказать с уверенностью, когда его светлость прибудет в Лондон.
Настроение у Джеммы сразу упало.
— Понимаю.
— Я оставил вашу записку, и лакей обещал передать ее его светлости, как только тот приедет.
— Благодарю вас, Смелтерс. — Джемме удалось сохранить самообладание. Но когда лакей удалился, она закрыла лицо ладонями и едва не расплакалась.
Но ведь она ждала более двадцати лет, а уж несколько дней не имеют особого значения?
И все-таки имеют. Джемма принялась ходить взад и вперед по комнате. До тех пор пока брат не вернется в Лондон, она не может искать встречи с ним, чтобы попросить его помочь встретиться с матерью. А больше ей не к кому обратиться.
Тут Джемма вспомнила о лондонском стряпчем, который оплачивал ее содержание в пансионе и посылал ей денежное вспомоществование. Однажды, когда ей было шестнадцать, она написала ему письмо, в котором попросила сообщить хоть что-нибудь о ее родных. Поверенный ответил, как обычно, в присущей ему сухой манере, что Не в силах выполнить ее просьбу.
Знал ли он, или ему было запрещено сообщать об этом?
Надо увидеться с ним лично, решила Джемма.
Он непременно должен ей что-нибудь рассказать! Благодаря их переписке, хотя и ограниченной до невозможности, Джемма знала его адрес. Она поспешила наверх, с Тем чтобы найти шаль и набросить ее на плечи. К счастью, она не переодевалась и на ней все еще было серое дорожное платье.
Смелтерс перехватил ее почти у самого выхода.
— Могу ли я чем-нибудь быть вам полезен, мисс? — Его глаза блестели от любопытства.
— Я намереваюсь посетить своего поверенного в делах, — ответила она, как могла, спокойно. — Его контора расположена возле «Линкольнз инн».
— О, это же неподалеку от собора Святого Павла. Адвокаты и барристеры держат там свои конторы, — сообщил лакей, удивленно приподняв брови. — Простите, мисс, но леди не следует там появляться.
— Мне это просто необходимо, — решительно заявила Джемма. — Это сугубо личное дело.
— Вы можете послать записку и пригласить его прийти к вам, — предложил Смелтерс.
«А что, если мистер Пиви откажется прийти? — подумала Джемма. — Под каким-нибудь предлогом. Нет, мне непременно надо увидеться с ним лично».
— Я должна немедленно встретиться с ним. Смелтерс наконец уступил.
— Тогда я пошлю за наемным экипажем и скажу Лили, чтобы сопровождала вас.
— Не стоит, она слишком занята, — начала было Джемма и осеклась, вспомнив, что леди не ходят одни по Лондону, что это не принято. — Очень хорошо. Но экипаж мне не нужен. Я просто пройдусь пешком.
— Это довольно-таки далеко, мисс, — предупредил Смелтерс.
— Я привыкла ходить пешком, — стояла она на своем, зная, что денег у нее на экипаж нет.
— Как вам угодно.
Поднявшись наверх и позвав горничную, Смелтерс вернулся и объяснил, как найти «Линкольнз инн». Джемма внимательно слушала и запоминала.
— Я так сожалею, что оторвала тебя, Лили, от твоей работы по дому, — сказала горничной Джемма, когда они отправились в дорогу.
— Все в порядке, мисс, — ответила девушка. — Сегодня хороший денек, и немного побыть на улице одно удовольствие. До того как наняться в горничные, я жила в деревне и привыкла ходить пешком, не то что какая-нибудь неженка.
Джемма тоже наслаждалась ходьбой по многолюдным улицам и переулкам, где сновали мужчины и женщины из разных слоев общества, от продавца горячих пирожков и старьевщика с его тележкой до проезжавших в открытых экипажах изящных леди и мужчин на холеных лошадях. Она пыталась не разглядывать все это, чтобы не выглядеть провинциалкой, но ничего не могла с собой поделать. Ничего удивительного в том, что Луиза так стремилась в Лондон.
Среди криков уличных продавцов, грохота карет и повозок, проезжавших по деловой части города, цоканья копыт и пофыркивания ломовых лошадей Джемму охватило радостное возбуждение. Йорк, провинциальный городок, где она несколько раз была вместе со школьными подругами, не шел ни в какое сравнение со столицей.
Скоро они оказались перед шедшими один за другим магазинами с выставленными в витринах платьями и шляпками. Джемма не могла удержаться и чуть-чуть замедлила шаг, чтобы получше разглядеть потрясающее вечернее платье из темно-синего шелка, отделанное широкими оборками из брюссельских кружев.
— Глядите по сторонам, мисс, — тихо заметила Лили. В этот момент мимо них проскочил, слегка посторонившись, юный рассыльный со свертками в руках.
— Простите, мэм, — на ходу бросил мальчик и помчался дальше.
— Благодарю тебя, Лили, — сказала Джемма. Затем она Неохотно отвернулась от столь привлекательных и соблазнительных украшений — увы, они были недосягаемы за стеклянной витриной, а для нее недосягаемы вообще, учитывая содержимое ее кошелька, — и снова устремилась вперед.
Когда девушки уже почти добрались до деловой части города, привлекая к себе внимание мужчин, Джемма не знала, куда идти дальше. Спросить дорогу она боялась, Потому что представители сильного пола бросали в их сторону откровенные взгляды.
Пришлось Джемме послать Лили на ближайший перекресток нанять кеб. По крайней мере никто не будет на них пялиться.
Остаток пути они проделали в кебе, который с грохотом проехал по Флит-стрит прямо на Чансери-лейн. Выйдя из экипажа, Джемма нырнула под арку и очутилась в узком проходе среди тускло освещенных даже днем старинных зданий. Она перевела дух и, набравшись смелости, спросила праздно стоявшего молодого человека, где находится контора мистера Пиви, тот ответил, Джемма нашла нужную дверь и вошла. Лили неотступно следовала за ней.
Внутри на них с изумлением уставился клерк, его стоячий воротничок, пожалуй, был таким же высоким, как и стул, на котором он восседал.
— Меня зовут мисс Смит. С вашего позволения мне хотелось бы увидеть мистера Пиви, — решительно проговорила Джемма. От собственной смелости у нее бешено колотилось сердце. Если мистер Пиви откажется принять ее, ей придется взять приступом его кабинет. Тощий и невзрачный на вид клерк вряд ли был способен оказать ей решительное сопротивление.
Впрочем, подобные меры оказались излишними. Через минуту клерк вернулся и предложил войти в кабинет поверенного.
— Подождите меня тут, Лили, — тихо сказала Джемма и, выпрямив спину, приготовилась увидеть льва.
Или, как знать, просто полосатого кота.
Мистер Пиви сидел за широким столом. Он приподнялся, коротко поклонился и жестом указал на кресло. Присаживаясь, Джемма подумала о том, что адвокат всегда представлялся ей большим и сильным. Но в действительности поверенный оказался таким же худым, как и его клерк, да и ростом ничуть не выше, но, будучи постарше, он выглядел высохшим и сморщенным, как осенний лист. Казалось, стоит кашлянуть, и он свалится. Тщательно повязанный галстук по своему стилю совершенно подходил к его убористому четкому почерку, на темном пиджаке не было заметно ни единой пылинки. Джемма приподняла голову, заметив, как внимательно рассматривает ее адвокат.
— Вот мы и встретились, мистер Пиви.
— Да, действительно, — сказал он без особого удовольствия. — Какой сюрприз. Я не знал, что вы покинули Йоркшир.
— Я недавно приехала в Лондон, — призналась Джемма и остановилась, не зная, с чего начать. Однако пауза затянулась, и поверенный первым прервал молчание.
— Чем могу вам помочь, мисс Смит? — осторожно спросил мистер Пиви.
— Письмо, которое вы послали, когда мне исполнился двадцать один год…
— Я больше не располагаю никакими сведениями по этому вопросу, — прервал он Джемму. — Ведь я объяснил вам это в сопроводительной записке.
— Само собой разумеется, что я здесь не по поводу этого письма, — обратилась к нему Джемма. — Но мне было бы очень приятно узнать имя моей матери. Как только мой брат приедет в город, я надеюсь устроить с его помощью встречу с матерью, ибо она пригласила меня приехать.
Мистер Пиви удивленно округлил глаза. Джемма почувствовала, как у нее сжалось сердце. Неужели он действительно не знает обстоятельств ее рождения?
— Что касается источника моего содержания… На этот раз глаза у мистера Пиви сузились.
— Мисс Смит, мы уже обсуждали этот вопрос…
— Но без особого успеха. — Она прервала его, гнев прибавил ей смелости. Она не позволит водить себя за нос.
Мистер Пиви сжал и без того тонкие губы.
— Мне не позволено открыть вам источник вашего дохода, мисс Смит. Я удивляюсь вашей настойчивости. Вы должны быть благодарны за то, что родительская ответственность не была объявлена недействительной, как это часто случается в подобных случаях.
— Ага. Итак, мое содержание поступает от одного из родителей? Деньги приходят от моей матери, не так ли?
Мистер Пиви выглядел явно обеспокоенным. Она поймала его на слове, он слишком много сказал, подумала Джемма.
— Я этого не говорил.
Нет, она не считала свое предположение правильным. Он так удивился, когда она упомянула о маме. Джемма прикусила губу.
— Тогда мой отец. Пиви отвел глаза.
— Я этого не говорил, — повторил он, перебирая бумаги на столе.
— Нет, не говорили.
Если даже этот высохший маленький человечек не собирался открывать ей имя отца, то это прозвучало как настоящий ответ, подумала Джемма, и сердце у нее от волнения заколотилось еще быстрее.
— Что же в таком случае вы имели в виду? Вы считаете меня незаконнорожденной?
Адвокат едва ли не с мольбой посмотрел на нее:
— С вашего позволения, мисс Смит, с женщиной такую тему не обсуждают.
— Для меня, мистер Пиви, нет более подходящей темы для обсуждения, чем моя семья. Вам достоверно известно, что я родилась, не имея законного свидетельства о рождении в браке? — Джемма наклонилась вперед, пытаясь поймать взгляд адвоката, но он не поднимал глаз. Ей показалось, что он слегка покраснел.
— Нет. Я не задаю лишних вопросов, касающихся личных дел моих клиентов. Но…
— Но вы предполагаете, что это единственная причина, почему ребенок был отослан родителями. — Джемма закончила за поверенного его мысль и готова была его возненавидеть. Сама она не могла придумать какой-нибудь иной причины, хотя на протяжении многих лет не раз пыталась найти другое объяснение положению, в котором оказалась.
— Но факт остается фактом я, как поверенный, связан определенными обязательствами. Я не могу нарушить данное слово. Я поклялся, что сведения частного характера останутся конфиденциальными, и никогда не раскрою их. Не только потому, что это погубит мою профессиональную репутацию, подобное нарушение вообще ставит под сомнение мою порядочность и честность.
Хотя Джемме по-прежнему хотелось схватить поверенного за костлявую шею и трясти до тех пор, пока с его губ не начнут слетать столь тщательно скрываемые им факты, она не могла не отдать должного его твердости. Мистер Пиви наконец-то поднял голову и посмотрел на нее.
Джемма сделала последнюю попытку:
— Надеюсь, вы понимаете, насколько это важно для меня?
Выражение его лица, возможно, чуть-чуть смягчилось, но не успел мистер Пиви раскрыть рот, как она поняла, что он остался непреклонен.
— Ваши чувства вполне естественны. Но я не могу оказать вам такую услугу.
Глаза у Джеммы наполнились слезами, но она быстро-быстро заморгала, чтобы не выказать слабости перед этим бездушным человеком.
Мистер Пиви тихо вздохнул.
— Вам следует утешить себя мыслью, что ваш неизвестный покровитель продолжает оказывать вам денежную поддержку, и таким образом вы и в дальнейшем можете рассчитывать на его благосклонное к вам расположение. Когда я подыскивал для вас школу-пансион, чтобы взять вас из детского приюта, поверьте, было совсем не просто найти хороший пансион, где решились бы взять такого маленького ребенка. Смею вас заверить, мне было строго наказано — это должно остаться между нами, — чтобы вам были обеспечены все удобства и доброжелательное отношение.
— Вам известно о детском приюте? — Джемма взглянула с удивлением на адвоката, затем встряхнула головой, приходя в себя. Конечно, он должен был знать. Кто-то ведь устроил ее в пансион: у нее остались только смутные воспоминания о том, как, ничего не говоря, ее взяли из той жуткой дыры, называвшейся приютом, и отвезли в Йоркшир, это утомительное путешествие показалось ей почти бесконечным. Разве Джемма могла тогда знать, что ее новое пристанище станет таким же отвратительным, чуждым и холодным, как и то, которое она только что покинула. Но в ту пору она, как и любой ребенок, жила мечтами и надеждами.
— Где этот приют? Как он называется? Мистер Пиви удивленно посмотрел на нее:
— Вы ведь там жили. Неужели не помните?
— Мне было всего шесть лет, мистер Пиви. Впрочем, кое-какие воспоминания у меня сохранились — лучше бы их вычеркнуть из памяти. Помню, что это было большое здание, мрачное и унылое. — Джемма поежилась. Разве можно было забыть лица работавших там надзирательниц? Но она не собиралась рассказывать ему об этом.
Джемма заметила, как мистер Пиви что-то обдумывает, словно следуя за ходом ее собственных мыслей, которые вихрем кружились у нее в голове. Она, может быть, • сама найдет нужные ей сведения о приюте, но вряд ли это можно будет поставить в вину мистеру Пиви.
— Так или иначе, но со временем я найду этот приют, — прибавила она, тем самым надеясь подтолкнуть его к действиям. — Однако вы по крайней мере могли бы сэкономить мне время при его розыске.
Поверенный, кажется, решился. Он положил перед собой листок бумаги и окунул ручку в чернильницу.
Затаив дыхание, Джемма наблюдала за тем, как он написал несколько строк, затем промокнул чернила и пододвинул к ней бумагу.
— Вот. Больше я ничего не могу вам сообщить. Джемма быстро схватила листок — как бы мистер Пиви не передумал.
— Благодарю вас.
Она повернулась и направилась к выходу, но ее остановил его невыразительный сухой голос:
— Вы оставили школу, мисс Смит? Куда мне следует посылать ваше следующее трехмесячное денежное содержание?
О! Итак, деньги приходить не перестанут? Она совсем забыла о них. За три месяца она искренне надеялась найти свою мать, обрести дом и родных, но, несмотря на это, мысль о том, что у нее есть источник денег, к помощи которого можно прибегнуть, была утешительной.
— Не знаю. Сейчас я остановилась у подруги, весьма респектабельной леди. Впрочем, до того, как придет мое очередное трехмесячное содержание, я дам вам знать, где живу, — сказала Джемма. Она сделала несколько шагов к двери, взялась за ручку и, чуть помедлив, оглянулась. — Благодарю вас, мистер Пиви, за вашу заботу, проявленную при выборе моего пансиона. Мне было там хорошо.
У Джеммы запершило от слез в горле, но, не подав виду, она повернулась и тихо прикрыла за собой двери.
В прихожей ее ждали Лили и клерк, который все так же сидел на своем высоком стуле, как на насесте, и, не скрывая любопытства, оглядел ее.
Джемма кивнула девушке, и они вышли; им вообще хотелось как можно быстрее выбраться из замкнутого пространства квартала «Судебных иннов», чтобы поскорее очутиться в просторной западной части города. На обратном пути Джемма ни разу не сбилась с дороги — более того, ей даже понравилось идти пешком, потому что это дало ей возможность кое-что обдумать.
Перед тем как аккуратно спрятать записку в ридикюль, она несколько раз перечитала ее. Пора ей что-то предпринять и перестать изнывать от невыносимого чувства неопределенности, ожидая приезда своего брата в Лондон, иначе она потеряет над собой контроль. Для начала ей следует поехать в приют, который, если верить адресу, указанному в записке, расположен неподалеку от Лондона. Но при одной мысли об этом ее охватила дрожь. И все же она должна узнать, какие сведения о ее прошлом скрываются в приютских стенах.
Добравшись до дома, снятого ее подругой, Джемма увидела, что хозяйка вместе со своей компаньонкой уже вернулись. Вымыв руки и лицо, Джемма надела платье, которое погладила Лили. Луиза тоже сменила платье, даже мисс Поумшак переоделась в простое платье из серого шелка. Немного погодя они одновременно вошли втроем в столовую. Как только женщины сели за стол, Луиза принялась с восторгом описывать украшения и отделку недавно заказанных ею платьев.
Джемма попыталась выказать интерес к перечисляемым Луизой дамским шляпам, вызвавшим восхищение подруги, но мысленно то и дело возвращалась к поездке, которую намеревалась совершить. Ее мучила тревога: что ожидает ее в конце поездки? Она ничего не рассказала о том, что делала сегодня, ей не хотелось говорить о своей двойной неудаче. Кроме того, Джемма настолько привыкла скрывать свое туманное прошлое, что ей нелегко было отказаться от этой привычки.
— И последнее платье, очень красивое, бледно-желтого цвета, отделанное белыми оборками, столь же радостное и веселое, как солнечное утро, — закончила Луиза. — Очень похоже на платье с веточками, что на тебе, но чуть-чуть темнее.
— Уверена, что оно очень подойдет к твоим волосам, — ответила Джемма, откусив кусочек пирога.
Луиза кивнула:
— И я так думаю. Ах да. Еще я видела темно-синий отрез, в тон твоим глазам. Если ты решишь заказать себе новое платье, это то, что нужно.
— Нет! — мотнула головой Джемма, слишком резко для леди.
Луиза удивленно посмотрела на нее:
— Но почему? Ты ведь не видела отрез.
— Просто я… я не ношу синий цвет, — объяснила Джемма. — Это долгая история. Он мне не нравится.
— Дело вкуса, — согласилась Луиза, приподняв брови от удивления, настолько горячо Джемма произнесла эти слова. Но затем Луиза, по-видимому, утратила всякий интерес к платьям и шляпкам. На лице у нее появилось мечтательное выражение, и она опустила ложку на тарелку с бланманже. — В магазине я встретилась с одним мужчиной…
Радуясь, что ей ничего больше не надо объяснять, Джемма спросила:
— В самом деле? Какое-то важное лицо? Луиза покраснела.
— О нет. Просто лейтенант Макгрегор. Зато он само обаяние. — В глазах Луизы появилось мечтательное выражение.
Конец обеда прошел в вежливом молчании. Джемма вспомнила, какой шум стоял в пансионе мисс Мейшем во время трапезы, и порадовалась воцарившейся тишине. Ее не покидало чувство благодарности к Луизе за ее доброту.
Джемма постарается не остаться в долгу перед своей новой подругой, а пока будет делать все, что в ее силах, чтобы Луиза не пожалела о своем гостеприимстве.
Когда Луиза встала из-за стола, Джемма и мисс Поумшак последовали ее примеру, они все вместе направились в гостиную, где проболтали до тех пор, пока не пришла пора ложиться спать.

Берд Николь - Сага о семье Синклер - 5. Видение в голубом => читать онлайн электронную книгу дальше


Было бы отлично, чтобы книга Сага о семье Синклер - 5. Видение в голубом автора Берд Николь дала бы вам то, что вы хотите!
Если так получится, тогда можно порекомендовать эту книгу Сага о семье Синклер - 5. Видение в голубом своим друзьям, проставив гиперссылку на данную страницу с книгой: Берд Николь - Сага о семье Синклер - 5. Видение в голубом.
Ключевые слова страницы: Сага о семье Синклер - 5. Видение в голубом; Берд Николь, скачать, бесплатно, читать, книга, электронная, онлайн
 Арбенин Сергей Борисович