А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

Рокотов Сергей

Воронцовский упырь


 

Здесь выложена бесплатная электронная книга Воронцовский упырь автора, которого зовут Рокотов Сергей. В библиотеке АКТИВНО БЕЗ ТВ вы можете скачать бесплатно книгу Воронцовский упырь в форматах RTF, TXT, FB2 и EPUB или же читать онлайн книгу Рокотов Сергей - Воронцовский упырь без регистраци и без СМС.

Размер архива с книгой Воронцовский упырь = 106.73 KB

Воронцовский упырь - Рокотов Сергей -> скачать бесплатно электронную книгу




«Слепая кара»: Эксмо-Пресс; Москва; 2001
ISBN 5-04-006532-9
Сергей Рокотов
Воронцовский упырь
Глава 1
Константин Савельев, сотрудник частного агентства, надел дубленку, сунул в карман сотовый телефон и направился к двери.
Было уже пять минут девятого, день выдался напряженный, и он заслужил право на отдых Внезапно дверь открылась, и перед ним предстал пожилой невзрачный человек в сером драповом старомодном пальто и каракулевой шапке-пирожке Сквозь круглые очки он подслеповато глядел на Савельева.
— У меня пропала жена, — тихо произнес он.
— Да? — глупо переспросил Савельев, морщась от мучившей его головной боли — Да, — выдохнул вошедший.
— А почему вы не обратились в милицию?
— Они ни на что не способны, я знаю — они не найдут ее…
— Откуда вы можете это знать?
— Знаю, и все Вошедшему на вид было под семьдесят. Похож он был на бухгалтера или учителя, вряд ли способного заплатить за работу приличную сумму Савельеву больше всего хотелось сесть в свою «Волгу» и поехать домой Сегодня, первого февраля, на улице стоял собачий холод, а в такую погоду он всегда скверно себя чувствовал. Константин служил долгое время в Узбекистане, Туркмении, потом воевал в Афганистане и с годами привык к теплому климату. Суровую московскую зиму он ненавидел. А самое неприятное — это то, что его «Волга» в мороз категорически не хотела заводиться. Вот и сегодня он промаялся с ней около часа, пока она наконец завелась. А ездить пришлось много: было дело в Сергиевом Посаде, а потом в совершенно противоположной стороне — в Апрелевке.
Два путешествия по скользким после оттепелей и внезапного мороза дорогам, бесконечное курение и сама по себе погода сделали голову Константина неким средоточием боли. И вот — вечерний посетитель в нелепой шапке-пирожке, какие теперь никто не носит.
— А сколько лет вашей жене? — спросил Савельев, ероша волосы.
— Ей тридцать семь лет, — словно извиняясь, произнес визитер.
— Да… — протянул Савельев весьма неучтиво. Но ему было не до вежливости.
— Тридцать лет разницы…
— Да… — опять сказал Савельев, не в состоянии больше ничего придумать.
— Я так люблю свою Юленьку, — вдруг с каким-то надрывом выкрикнул посетитель, — И она меня любит. Да, да, она любит меня! — повторил он с вызовом.
— Да ради бога, — пожал плечами Савельев. — Я разве возражаю… Любит, и прекрасно…
— Да дело-то в том, что она бесследно исчезла.
— Когда она исчезла?
— Ее нет уже пять дней.
— Да? — покосился на него Савельев. — А фотография ее у вас есть при себе?
— Конечно, есть, вот она, — посетитель вытащил из ветхого бумажника небольшую фотографию и протянул ее Константину.
На Савельева глядела очень красивая молодая женщина. Большие выразительные глаза, темные волосы, изящный вырез губ. На фотографии хороша, ничего не скажешь… Савельев взглянул на визитера, и тот прочитал его мысль.
— Странно — такая женщина и я, старый гриб, — вы об этом подумали? И решили, что она сбежала с любовником, да?
— Ну почему? — замялся Савельев, хотя подумал он именно это. Старичок с морщинистым лицом, маленькими глазенками, спрятанными под круглыми очками, в сереньком пальто, коротких брюках. Странная какая-то пара Наверняка он богат как Крез… А красавица, выкачав из него сколько ей нужно, умотала куда-нибудь с любовником.
— Вы не то подумали…
— Константин Дмитриевич, — подсказал Костя.
— Очень приятно. А меня зовут Геннадий Петрович. Фамилия моя Серов. Я профессор истории, преподавал в институте, был заведующим кафедрой. Сейчас я консультант в одном НИИ, больше не преподаю.
Вы выслушаете меня, Константин Дмитриевич?
— Мой долг вас выслушать, хотя полагаю, что вы могли пока не обращаться к нам. Пять дней — не срок для… — он опять замялся.
— Для молодой распутной бабенки, да — не срок! — как-то взвизгнул, невежливо прерывая его, Серов. — А для моей Юленьки, которая звонит, даже если задерживается на полчаса, — это срок! Невероятный срок! Вы представьте себе — я сижу один на даче и думаю, постоянно думаю о том, где моя Юленька?! Это же пытка… А телефон молчит. Помогите мне, Константин Дмитриевич! — простонал он. — Вы не подумайте, глядя на мой старомодный вид, что я не в состоянии заплатить, — у меня есть деньги, я достаточно обеспеченный человек, у меня выходят за границей книги, я получаю в валюте, не так много, но получаю.
К тому же мы сдаем мою прекрасную квартиру. Траты наши небольшие, так что накопления у меня имеются. Вы не беспокойтесь насчет вашего гонорара…
— Да я и не беспокоюсь, — проворчал Савельев, словно он и впрямь собирался браться за это дело даром из одного уважения к старикану. Но уверения в платежеспособности несколько взбодрили Савельева.
Ему нужны были деньги, он собирался к лету сменить свою незаводящуюся «Волгу» на приличную иномарку.
— Садитесь, — пригласил он Серова, снял дубленку, закурил очередную сигарету и приготовился слушать. Сел и Серов, сняв свою дурацкую шапку и обнажив лысину, по бокам которой торчали седенькие волосики.
— Итак, мы живем на даче в Воронцове. Это двадцать пять километров от Москвы по Волоколамскому шоссе. У меня прекрасная зимняя дача. Небольшая, но очень уютная, теплая, там паровое отопление, горячая вода, газ, телефон — все есть для цивилизованной жизни. Я не очень зажиточный человек, но я строил эту дачу долго.
— Вы извините меня, — прервал его Савельев. — Поздно уже, ближе к делу… Что там с женой-то? Как долго вы женаты?
— С Юленькой мы женаты семь лет.
— Детей, я полагаю, нет?
— Да нет, конечно, — пожал плечами Серов. — У меня есть сын Петр от первого брака. Ему уже за сорок, он живет в Ленинграде, то есть в Санкт-Петербурге, я никак не могу привыкнуть к этому названию…
— Значит, Юлия — ваша вторая жена?
— Да нет, уже третья… Я расскажу вам позднее про свою вторую жену… — У Серова скривилось лицо в какой-то болезненной гримасе при упоминании о второй жене. — Я вам потом расскажу. Но вы сейчас просите ближе к делу. Так вот — двадцать восьмого числа в середине дня Юленька решила поехать в Москву. У ее отца Павла Андреевича двадцать восьмого января день рождения. Он вдовец, живет один, вот и захотел отметить день рождения с дочерью. Итак, она выехала на электричке в пятнадцать тридцать в Москву. Ну все очень просто и ясно, Константин Дмитриевич! — закричал Серов. — Она выехала из Воронцова, я сам ее провожал до электрички, а к отцу-то она не приехала! Вы понимаете, не приехала!
— Понимаю. А почему вы не поехали вместе с ней на день рождения к ее отцу?
— Он недолюбливает меня. Он с самого начала неодобрительно относился к нашему браку. Да и покойная мать Юленьки тоже. Сами понимаете — такая разница в возрасте… Они оба младше меня. Из совершенно другой среды: Павел Андреевич — шофер, его покойная жена работала кассиршей в магазине. У нас нет общих тем для разговора…
— А где вы познакомились с Юлией?
— Она работала лаборанткой в нашем институте.
Мы полюбили друг друга, встречались, так сказать…
Я был женат. На своей второй жене Ире. Потом… ее не стало Я овдовел, Юленька к тому времени стала научным сотрудником, и мы поженились. Все очень просто.
— Разумеется…
— Вы полагаете, бедная девушка выходит замуж за старика-профессора с квартирой, дачей и тому подобное… Я уверяю вас, это не совсем так. Разумеется, вряд ли она вышла бы за меня замуж, если бы я был очень беден. Но здесь было и глубокое чувство, Константин Дмитриевич. У нас оказалось столько общего, нам было хорошо вместе… Да я тогда не был так уж стар — познакомились мы, когда мне было пятьдесят семь, а поженились, когда было шестьдесят.
— Да, бывает, — пробормотал Савельев, закуривая следующую сигарету. — Итак…
— Итак, собственно говоря — все. Она уехала на электричке, и все. Больше я ее не видел. Вечером того же дня мне на дачу позвонил Павел Андреевич, удивился, что Юленька не приехала. Я, разумеется, очень взволновался, но потом решил, что Юля решила не ехать к отцу, а съездить к подруге. Все-таки я понимаю — молодой еще женщине скучно сидеть все время на даче. И она воспользовалась случаем, чтобы навестить свою подругу. У нее много подруг, но больше всего она дружит с Ниной Красильниковой. Красильникова работает бухгалтером в какой-то фирме, и, вообще, честно говоря, мне эта дружба не по душе. Я позвонил туда, подошел ее муж Вадим. Он был нетрезв, говорил как-то невнятно, и хотя он и отрицал, что Юля там, я совершенно уверился в том, что он лжет.
Юленька, к сожалению, очень любила бывать в этой семье. Этот Вадим занимается какими-то аферами с квартирами, машинами, дачами, я толком не знаю, что он там делает, знаю только, что мне не нравится ни он, ни его жена, вздорная, наглая, распутная бабенка.
Они раньше жили по соседству с Юленькой, с тех пор и тянется эта дружба. Эта Нина лет на пять-семь младше Юли. Она постоянно настраивает ее на какие-то махинации, года два назад она была очень увлечена идеей продажи нашей квартиры на Мичуринском проспекте, уверяла Юленьку, что нужно пользоваться моментом, продать эту квартиру, а деньги вложить в какое-то дело, провернуть их, а потом, как уверяла она, можно было бы купить хоть три такие квартиры.
Но я категорически воспротивился. Я привык к этой квартире, я в ней жил еще с Ирой. — При упоминании об Ире лицо его опять болезненно передернулось. — Очень хороший район, неподалеку МГУ, где я одно время читал лекции. Итак… я подумал, что Юля у них, что они пьют и веселятся. Ладно, со мной ей скучно, я ей доверял, она должна была иметь какие-то свои развлечения. И лег спать довольно спокойным. Позвонил я туда на следующий день, и подошел опять Вадим.
С похмелья, и опять говорил нечто невразумительное.
А Нины не было дома, она пошла на работу. Тут уже сомнения стали обуревать меня, ревность, если хотите. Этот Вадим вполне мог проводить жену на работу и… Я доверял Юленьке, но он такой донжуан, смазливый такой… Но нагрянуть туда я не решился, неловко как-то было, терпеть не могу выглядеть смешным.
Я подождал до вечера, а потом опять позвонил. И когда уже подошла Нина, она категорически заявила, что Юли у них не было. Вот тут-то я перепугался по-настоящему, я поверил ей. Я сел на электричку и поехал туда. Эта парочка была дома, уже изрядно пьяные. Но Юли там не было. Нина эта вытаращила на меня глаза, стала кричать, что я их черт знает в чем подозреваю, я стоял перед ней как идиот, старый ревнивец.
Но… Юля-то исчезла. Я поехал к Павлу Андреевичу, он тоже всполошился. Мы стали обзванивать больницы, морги, всех знакомых, но бесполезно. И тут новая мысль успокоила меня. Я решил, что Юленька поехала к своей двоюродной сестре по материнской линии в Ленинград, то есть Санкт-Петербург, я никак не могу привыкнуть… Ее двоюродная сестра Валя вышла замуж за ленинградца, у него там какой-то бизнес…
Короче, ждал, надеялся, потом позвонил туда — нет ее там и не было… Еще подождал… Один знакомый мне рассказал про вас, про ваше сыскное агентство, и вот… я здесь перед вами. Помогите мне, Константин Дмитриевич, ради бога…
— Кто вам рассказал про меня? — спросил Савельев, ероша волосы. Голова не переставала болеть.
— Мой коллега по старой работе профессор Крамаренко женат на актрисе. Они ходят в ресторан «Московские окна», хорошо знакомы с его директором Лозовичем. Вот он и порекомендовал вас, когда профессор Крамаренко в разговоре упомянул Лозовичу про мое несчастье.
— Эта рекомендация мне по душе. Начнем, пожалуй, — потер руки Савельев. — На дачу к вам пока ехать я смысла не вижу, а вот круг знакомых вашей жены я должен изучить досконально. Начнем с Красильниковых. Как вы утверждаете, этот Вадим Красильников занимается какими-то аферами с недвижимостью. Где они живут?
— К сожалению, опять-таки недалеко от нас — на проспекте Вернадского.
— Это ничего, — ободрил Савельев унылого старика. — Поехали туда, побеседуем с хозяином и его женой.
— Когда?
— Как когда? Немедленно, разумеется. Вы что, против?
— Да нет, я, разумеется, за. Но нам надо договориться с вами о плате за ваши услуги.
— Договоримся! — улыбнулся Савельев. — Я дорого не беру.
Они спустились к машине. Холод все усиливался, мерцал снег, сверкали огни. Небо было усеяно звездами. Что-то зловещее виделось Савельеву в этом вечере, в этом двадцатипятиградусном морозе.
Глава 2
— Вот их дом, — показал Серов на двенадцатиэтажный дом справа от дороги, когда они проехали кинотеатр «Звездный». — Вот сюда, теперь направо, а теперь налево. Вот их подъезд. Что это там такое творится? Да это же и есть Вадим Красильников.
Около подъезда стояла машина «Ауди». Из нее вышел плотный мужчина в куртке «пилот» и кожаной кепочке. К нему бросился другой мужчина, одетый по-домашнему, даже в тапках, несмотря на мороз. На нем был свитер и тренировочные брюки. Он схватил за грудки мужчину в куртке и стал трясти его.
— Это ты, падло! — кричал он, надрывая горло. — Это все ты, ваша компания?! Где моя Нинка, говори?
Я знаю, куда она поехала! Говори, сволочь!
Мужчина в куртке, не говоря ни слова, сильно толкнул его в грудь. Тот поскользнулся и грохнулся на землю, ударившись затылком. Мужчина подбежал к нему и хотел ударить ногой, но подоспевший Костя Савельев удачно применил прием, и мужчина тоже упал.
— Вы что, мужики? — подивился на них Костя. — Обалдели, что ли? Очнитесь!
«Пилот» очнулся быстро и бросился на Костю.
Но — мгновенный блок, потом короткий удар в челюсть, и «Пилот» успокоился.
— В чем дело? — спросил Костя у мужчины в тапках.
— Тебе-то что?! Эге, Геннадий Петрович, вы тоже здесь?
— Я, Вадик, я. Что такое?
— Что? Нинка пропала вчера. Нигде ее нет. А я знаю, куда она поехала. Вот к ним… Они ее где-то прячут. А этот приехал и выпендривается здесь. Говори! — Он опять бросился на «Пилота», начинающего приходить в себя.
— Отвали ты, придурок, — встряхивал головой «Пилот». — Я же тебе сказал, не было ее у нас, не было…
На хрена мне твоя Нинка, баб у нас, что ли, мало?
— Вадик, — шепнул ему на ухо Серов. — Это сотрудник частного сыскного агентства Савельев Константин Дмитриевич. Я приехал с ним, чтобы он помог мне разыскать Юлю. А тут у вас… такие дела, оказывается.
— Да, такие дела вот! — агрессивно выступал Вадик, от которого за версту разило спиртным. — Вот такие они, дела! Твоя пропала, теперь моя пропала. Жен у нас с тобой крадут, Геннадий Петрович!
Поняв, что надо брать быка за рога, Савельев подскочил к «Пилоту», заломил ему руку за спину и прорычал:
— Говори, пока я не сломал тебе руку, — где эта женщина, о которой спрашивает муж?
— Да кто ты такой, чтобы я тебе отвечал? Я тебя знать не знаю, лось сохатый…
— А я тебе сейчас руку сломаю за лося, понял ты, ублюдок крутой, — вскипел Костя. — Я из частного агентства, пропала женщина, говори, раз спрашиваю…
— Пусти, падло, пусти… Я сейчас до телефона доберусь, тебя в пыль сотрут… Уй-уй-уй, пусти… Не знаю я, где эта баба… Звонила она одному человеку, сказала, что приедет. Только не приехала, понимаешь ты, не приехала. На хер нам чужое на себя брать, своего выше крыши.
— Кому звонила?
— Другу моему. И я там тоже сидел с ним. Они должны вдвоем были приехать…
— Я знал, что она к вам таскается, — заскулил Вадим. — Вас как, дорогой друг? — заплетающимся голосом спросил он у Савельева.
— Константин Дмитриевич.
— Поцапались мы с ней, понимаете, Константин Дмитриевич, на бытовой, так сказать, почве. Я хлопнул дверью и пошел вниз в магазин коньячка купить для разрядки. Подхожу к двери — слышу, она по телефону разговаривает. Приеду сейчас, говорит, то есть приедем, говорит…
— С кем приедем? — спросил Савельев.
— Как с кем? — покосился Вадим на Серова. — С… ну… с кем-то, значит, она… с подругой какой-нибудь, такой же…
— Темнишь, парень. А хочешь, чтобы я помогал, — поморщился Костя.
Серов ненавидящими глазами смотрел на Вадима.
— Так она у вас была? — тихо спросил он. — А ты…
Сколько лет жизни ты отнял у меня, сколько я пережил за эти дни, ты не представляешь себе…
— Ну была и была, чего теперь?! — вдруг обозлился Вадим. — Сам виноват, раз от тебя жена сбежала. Теперь вот обе пропали, один Аллах знает куда…
— Подумаешь, — проворчал «Пилот». — На другие блядки поехали, нас продинамили. Нам как Нинка сказала, что ее подруге за тридцать, мы были против, но Нинка уверила, что она женщина классная, высокая, стройная… Мы и сказали — приезжайте, с Нинкой весело, заводная она…
Вадим и Серов мрачно глядели на «Пилота», который говорил невесть что про их законных жен. Савельев усмехнулся, а потом загрустил. Он рассчитывал на что-то интересное, на хороший гонорар, а тут всего-то простые искательницы приключений. Он кисло взглянул на Серова.
— Поеду-ка я, пожалуй, домой, Геннадий Петрович, — сказал Савельев. — Разбирайтесь сами. Холод собачий, поднимитесь наверх и вмажьте коньячка, а то Вадик в своих тапках сейчас дуба даст. А мне пора…
— Но мы же с вами договорились, Константин Дмитриевич! Что, вы меня оставляете одного?
— Я такими делами не занимаюсь! — обозлился Савельев. — Вернутся ваши жены через пару дней, всыпьте им по первое число или разведитесь с ними!
До свидания!
Он сел в «Волгу», быстро тронул ее с места и помчался к себе в Ясенево. Он крыл последними словами дурацкого профессора в «пирожке». «Если бы такая жена от такого мужа не гуляла, — думал он, — то ей надо было бы памятник поставить. Запер, понимаешь, ее на даче со своей собственной персоной, неудивительно будет, если она в длительный загул пустится от такой жизни…»
Глава 3
Эта анекдотическая история позабавила Савельева. А потом потихоньку за каждодневными заботами он стал забывать про это дело.
Но забыть ему не дали. Через три дня опять вечером в его контору вошли двое. Увидев парочку, Савельев чуть не прыснул в кулак. Маленький Серов в сером пальто и серой же каракулевой шапчонке и высокий кудрявый Вадим в дубленке, контрастируя друг с другом, стояли перед его ясными очами.
— Что, не нашлись? — спросил Савельев, сверкая искринками смеха в глазах. — Подождите, найдутся…
Дело-то житейское.
— Дело житейское, — тихо и внятно произнес Серов, — только Вадим рассказал мне очень неприятные вещи про наших жен. И они не могут не настораживать, Константин Дмитриевич. Так что уж вы выслушайте нас.
— Слушаю, — пожал плечами Савельев, хотя ему этого совершенно не хотелось.
— Я расскажу, — пробасил Вадим, на сей раз трезвый. — Значит, так… Наши жены Нина и Юля решили заняться бизнесом. Ну, инициатором, понятно, была моя… Работает бухгалтером в фирме, получает неплохие деньги, главное — постоянный доход, не то что у меня. Но ей, видно, этого мало. Она решила организовать свое дело, не дело — так, дельце, открыть какой-то магазин по продаже косметики; ездила она в Германию, в Лейпциг, договорилась там с кем-то о поставках продукции, теперь ей тут надо было найти помещение, отремонтировать его, ну и так далее.
Нужны, короче, деньги. Она вообще-то рассчитывала на меня — провернул я одно очень хорошее дело, и было у меня около ста тысяч долларов. А я решил увеличить это… и вложил деньги в овощи и фрукты из Узбекистана. А меня кинули, понимаете, как пацана.
И у меня ничего не осталось. А она стоит на своем, и все. И решила занять крупную сумму у одного очень крутого человечка. Он дал…
— Вы говорите конкретнее, Красильников, не таите ничего. Вы просите меня помочь, я заинтересовался: раз тут замешаны деньги, значит, дело не так уж очевидно, как мне казалось. Говорите как есть…
Вадим покраснел еще больше, замялся, нервно закурил.
— Он дал, а я решил опять поправить свои дела, ну, уверен был — обернусь. Взял я у нее эти деньги тайком, а меня опять кинули. Вот и получилось — ни денег, ни ее фирмы. А этот деньги назад требует. А у нас шаром покати… Вот и пошли звонки, угрозы, шантаж… Юля, жена вот Геннадия Петровича, в тот день приехала к нам, мы выпили, они обсуждали все это дело, а я им еще не говорил, что деньги потратил.
А сам пил от отчаяния — я бы из окна выбросился, если бы этим мог Нинке помочь, но толку-то что? Вот и оставалось пить. Они звонят куда-то, договариваются о помещении, о ремонте, встречи назначают, а я не могу им сказать, что дело-то затевать не на что. Ужас…
А потом сказал… Что было… Вспомнить не могу…
Ужас…
— Да, ужас, Вадим, тратить чужие деньги и подставлять свою жену, — подтвердил Савельев. — Но это не мое дело. Мое дело найти вашу жену и жену Геннадия Петровича. Так что давайте без этих причитаний…
— Ну, Юля решила помочь. Купили мы ей билет до Санкт-Петербурга, она поехала к своей двоюродной сестре, чтобы та помогла, вроде бы муж крутой.
Съездила туда, вернулась ни с чем. Тогда они обе меня взяли в такой оборот… Я побежал на последние деньги за коньяком, а в это время они договорились о встрече с этими… Это его люд и. И все. Поехали и не вернулись. Я позвонил тому, которого вы вырубили у подъезда, Женька его зовут, он подъехал. А остальное вы сами видели. Ну и что теперь? Нет их который день.
Женька этот божится, что не приезжали они к ним.
А угрожающие звонки-то продолжаются. Денег требуют. Вот и ситуация — денег требуют, жен нет…
— Почему они требуют денег? — спросил сразу Савельев. — Давали-то им не на три дня, я полагаю?
— Давно уже давали. Они как раз на следующий день после того, как у нас пили, должны были эти деньги везти и платить за аренду помещения, и насчет ремонта было договорено. Ну а тот человек спрашивает, как с арендой, как с ремонтом. Дураков-то нет…
Не сто рублей — пятьдесят тысяч долларов он дал ей взаймы. И еще обещал дать на расходы, если нужно будет. А она, благодаря мне, значит, в корне все это дело и загубила.
— Вопрос легкий, Вадим. Кто этот человек?
— Роман его зовут, — нехотя выдавил из себя Вадим и даже чуть побледнел. — Очень опасный человек.
Такой из себя невзрачный, одет небрежно, маленького роста, но я его, откровенно говоря, боюсь. Глаза у него страшные, взгляд такой… Словно удав на тебя смотрит.
— Роман, говорите? — насторожился Савельев. — Дергач, что ли?
— Точно, Дергач. Откуда вы его знаете?
— Знаю вот. Служба такая, как говорится… Следующий вопрос. Что общего у вашей жены с этим Романом? Роман? — скаламбурил он неожиданно для себя.
— Может быть, и так, — вздохнул Вадим. — Супруга моя, врать не буду, общалась с разным людом. Тусовки, веселья всяческие и тому подобное — это ее стихия. Неудивительно, что среди ее друзей оказались и такие. Женька этот у Романа «шестерка», так — из последних.
— Они собирались ехать к кому — к этому Женьке или к самому Роману в тот вечер, когда исчезли?
— Она никогда не говорила мне про встречи с Романом. А Женьку этого я знал давно, дружба у них с Нинкой уже несколько лет тянулась, ну… любовницей она его была, честно говоря. Вот она с ним и созванивалась, договаривалась, что поедет к нему якобы по делам. Но там они встречались с самим Романом.
— Как вы об этом узнали?
— Да она сама мне проболталась. По пьяни. Роман этот один раз заходил к нам, тихий, вежливый, скромный. Только глаза его меня поразили, жуткий какой-то взгляд… Тогда она сказала, что это ее сослуживец, бухгалтер тоже. Он просил Нину свести его с каким-то человеком из ее фирмы. Говорили они в ее комнате, ну, пришел человек по делу, и все. А потом уже, когда мы крупно поссорились, она мне и выдала — никакой это не бухгалтер с работы, а опаснейший человек, зовут его Роман Дергач, и, если я что-нибудь не то сделаю, он меня уничтожит. Представляете себе, что жена родному мужу говорит?
— С трудом, — скривился Савельев. — Только не мое дело заниматься моральным обликом вашей семьи.
Мое дело — найти вашу жену. А это значит — придется еще раз пообщаться с этим Дергачом. И потребуется ваша помощь. Хотя на вас, Вадим, честно говоря, надежда слабая. Вы, пожалуй, только все испортите.
Вот Геннадию Петровичу помочь как-то больше хочется. Вы-то что молчите, Геннадий Петрович? Что вы про все это думаете? Когда вы пришли ко мне в первый раз, вы про вашу жену рассказывали совсем другое. Она, по вашим словам, такая тихая, домашняя, а она, оказывается, довольно крутая была — собиралась заниматься бизнесом, общалась с уголовными элементами. Как это все понимать? Вы должны быть со мной предельно откровенны, если хотите, чтобы я вам помогал. Предельно, понимаете? Говорите мне все, что было, с кем общалась ваша жена, кто был ее любовником. Все, понимаете, абсолютно все, до мельчайших подробностей. Иначе ничего у нас с вами не получится.
— Понимаете, Константин Дмитриевич, — глядя в сторону и вертя в руках свою шапку, бубнил Серов, — Юленька довольно молода, ей в марте должно исполниться тридцать семь, очень красива, вы сами видели на фотографии, вот и Вадим не даст мне соврать.
— Хороша, спору нет, — подтвердил Вадим. — Высокая, статная, и на свои годы не выглядит никак. Ну, двадцать восемь от силы можно ей дать. Моя и то старше кажется, хотя ей только тридцать один стукнуло в январе.
— Так вот, — продолжал Серов. — Это, наверное, моя ошибка, что мы жили на даче затворниками. Ей нужно было общение с людьми, она была лишена этого.
Она порядочная женщина, и, насколько мне известно, не было у нее никакого любовника.

Воронцовский упырь - Рокотов Сергей -> читать дальше


Отзывы и коментарии к книге Воронцовский упырь на нашем сайте не предусмотрены.
Полагаем, что книга Воронцовский упырь автора Рокотов Сергей придется вам по вкусу!
Если так окажется, то можете рекомендовать книгу Воронцовский упырь своим друзьям, установив ссылку на данную страницу с произведением Рокотов Сергей - Воронцовский упырь.
Возможно, что после прочтения книги Воронцовский упырь вы захотите почитать и другие книги Рокотов Сергей. Посмотрите на страницу писателя Рокотов Сергей - возможно там есть еще книги, которые вас заинтересуют.
Если вы хотите узнать больше о книге Воронцовский упырь, то воспользуйтесь поисковой системой или Википедией.
Биографии автора Рокотов Сергей, написавшего книгу Воронцовский упырь, на данном сайте нет.
Ключевые слова страницы: Воронцовский упырь; Рокотов Сергей, скачать, читать, книга, произведение, электронная, онлайн и бесплатно
Загрузка...