Шерстнева Галина Сергеевна - читать и скачать бесплатные электронные книги 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

Брюер Джил

Красный шарф


 

Тут выложена бесплатная электронная книга Красный шарф автора, которого зовут Брюер Джил. В электроннной библиотеке forumsiti.ru можно скачать бесплатно книгу Красный шарф в форматах RTF, TXT или читать онлайн книгу Брюер Джил - Красный шарф без регистрации и без СМС.

Размер архива с книгой Красный шарф = 102.4 KB

Брюер Джил - Красный шарф => скачать бесплатно электронную книгу



OCR Владимир: вычитка: Денис
Оригинал: Gil Brewer, “The Red Scarf”
Перевод: С. Сергеев
Джил Брюер
Красный шарф
Глава 1
Было около половины девятого вечера, когда водитель грузовика с прицепом высадил меня в абсолютно незнакомом месте. Дальше нам было не по дороге. Я прибыл из Чикаго на грузовике, груженом мебелью, усталый и невыспавшийся. Во время этого долгого пути я так и не сомкнул глаз. Мой брат Альберт наотрез отказался дать взаймы, и потому я не мог избавиться от мысли, что теперь надо мной и моей женой Бесс нависла угроза потерять мотель, приобретенный нами в Сан-Пите.
Трудно было предположить, что родной брат откажет в столь незначительной помощи. «И не надейся!» — изрек он напоследок, что окончательно меня добило. На прощание водитель грузовика сказал, что если я доберусь до Валдосты, а затем на шоссе номер девятнадцать, то оттуда до Флориды рукой подать. Он одарил меня широченной улыбкой и дал остаток ужина, купленного в Наконе.
«Славный парень», — подумал я, укрываясь под огромным дубом и провожая взглядом удаляющийся грузовик, который с грохотом, извергая клубы выхлопного газа, мчался по автостраде.
Погода была отвратительнейшей, шел бесконечный дождь с мокрым снегом. Только этого мне и не хватало. Я взглянул на дорогу, покрытую жидкой грязью и меня передернуло от отвращения и холода — пронизывающий до костей северный ветер проникал сквозь легкое демисезонное пальто. Пришлось придерживать шляпу, чтобы она не улетела. Я съел полплитки шоколада и бутерброд с сыром, а яблоко оставил до лучших времен. По шоссе промчались два автомобиля, окатив меня с ног до головы грязью. Я сплюнул от ярости и выругался, вспомнив к тому же, что у меня не осталось ни единой сигареты: ситуация казалась безвыходной и я совсем пал духом.
И все-таки надо идти дальше — не стоять же на одном месте, когда льет дождь и ноги безнадежно промокли. Преодолев крутой поворот, я через несколько минут оказался на узком деревянном мосту. И тут я увидел сверкающую вывеску:
АЛФ БАР—Б—К
«Свежие сэндвичи»
Голубая неоновая вывеска призрачно светилась среди ветвей деревьев, которые скрипели и раскачивались на ветру. Кроме светящейся вывески, из-за тумана в трех шагах ничего не было видно.
Проверив скудное содержимое своего кармана, в котором была преимущественно мелочь, я направился в сторону вывески в предвкушении чашки горячего кофе и пачки сигарет. Кроме того, я надеялся переждать в тепле дождь. А вдруг там найдется кто-нибудь, кто согласится взять меня в свою машину.
Однако переступив порог и увидев, что это за вертеп, я тут же понял, что нечего и мечтать о доброй душе, которая прихватила бы меня с собой. Если тут и остановится какой-нибудь автомобиль, его пассажиры, без сомнения, будут либо ненормальными, либо оказавшимися еще в более бедственном положении, чем я.
Перед входом в луже грязи возвышалась ржавая заправочная колонка. Входная дверь того и гляди готова была рухнуть, а войдя в бар, я увидел, что и там не лучше — все было в пыли, на полу валялись обрывки бумаги вперемешку с окурками, ветхая дверь была почти сорвана с петель, стены залатаны кусками фанеры и жести. Неприглядное зрелище. Помещение освещалось тусклой, засиженной мухами, лампочкой, висящей над дверью. Трудно было представить, что это заведение когда-либо знавало лучшие времена.
Войдя, я остановился и как следует осмотрелся. В нос мне ударил застарелый запах блюд, которые готовили в заведении Алфа, должно быть, последние десять лет. От одной мысли об этой еде, мне стало не по себе.
— Хо-хо-хо, — проговорил какой-то субъект, сидевший в комнате.
Весь опухший, с сизым от пьянства лицом, он расположился на перевернутом ящике из-под яблок, опершись спиной о пузатую печку. Он тупо смотрел то на меня, то на какого-то человека за стойкой.
— Хо-хо-хо...
— Шел бы ты лучше домой, — сказал долговязый мужчина за стойкой. — Черт побери, Хо-хо! Ты же полторы недели на просыхаешь!
— Хо-хо-хо! — повторил тот.
Я сел за стойку и принялся скатывать хлебные шарики.
Заведение Алфа вызывало у меня тошноту, несомненно, это была самая омерзительная забегаловка из всех, какие я видел. Даже хуже, чем в районе гавани. Кроме дешевой выпивки, здесь можно было получить кофе, напоминающий бурду, и блюдо непонятного происхождения. В глубине стояли сломанный проигрыватель и два громоздких буфета с грязными стеклами. Мраморная стойка вся потрескалась, за ней виднелась электрическая плита в подтеках жира. Потолок был настолько низким, что я почти упирался в него головой; печка дышала нестерпимым жаром.
— Чего желаете? — спросил долговязый из-за стойки. — Меня зовут Алф. Приготовлю барбекю так, что пальчики оближете.
У него было розовое лицо, усыпанное веснушками. Он наклонил голову с редкими светлыми волосами. Белая чистая рубашка, светлые хлопчатобумажные брюки, тщательно отутюженные, придавали ему опрятный вид, что никак не вязалось с этим захламленным помещением.
— Я бы с удовольствием выпил чашку кофе.
— Вы не хотите попробовать барбекю? — изумился Алф.
— Нет, благодарю вас.
Алф огорченно покачал головой. Я повернулся, чтобы получше рассмотреть Хо-хо. Довольно молодой, с грубым лицом, он походил на неотесанного деревенского мужика. Тупой взгляд исподлобья и отвисшая нижняя губа делали его еще более непривлекательным. Спутанные волосы свисали прямо на глаза и, причешись он хоть раз, это явно пошло бы ему на пользу. Он был одет в пыльный комбинезон. «Ну и тип!» — подумал я с отвращением.
Вдруг мне послышалось, что на улице затормозил автомобиль. Хо-хо достал из кармана стеклянную фляжку с виски, отвернул пробку, огляделся украдкой, сделал из нее добрый глоток и снова спрятал. Затем он встал, медленно потянулся, удовлетворенно хлопнул себя по животу, постоял немного, раскачиваясь из стороны в сторону, и снова сел.
— Эх, сукины сыны, — почему-то пробормотал он. — Свиньи...
Алф поставил передо мной чашку кофе и спросил:
— Хотите сигарету? У меня есть любой марки.
Я купил пачку «Кэмел». Из-за двери, сквозь шум мотора, неразборчиво доносились мужской и женский голоса, казалось, о чем-то спорившие.
— Черт бы тебя побрал! — наконец громко сказал мужчина.
Дверь открылась, и вошла девушка. Сделав несколько шагов, она остановилась, вымученно улыбнулась и приблизилась к стойке. Дверь с грохотом захлопнулась.
— Хо-хо-хо! — загрохотал Хо-хо. Потом он присвистнул.
Девушка не обратила не это никакого внимания. Хо-хо разглядывал ее с головы до ног, буквально раздевая глазами, его это, видно, очень забавляло. И тут в помещении появился широкоплечий мужчина.
— Вив, — обратился он к девушке. — Иди, пожалуйста, сюда, не заставляй меня повторять.
Та не отвечала. Она была просто красотка — прелестная, с длинными, стройными ногами и великолепной грудью. Эта женщина была достойна того, чтобы ею любовались. И я смотрел на нее с нескрываемым восхищением. На ее черных волосах и облегающем платье с кружевами, словно крошечные бриллианты, сверкали капельки дождя. Она села на табурет рядом со мной и мельком взглянула на меня огромными темными глазами.
— Ты слышишь меня, Вив? — повторил мужчина.
— Я хочу что-нибудь съесть, Ноэль. Просто умираю с голода.
— Хо-хо-хо! — снова захохотал Хо-хо.
Он сделал еще глоток из своей фляги, закашлялся, поперхнувшись, потом прочистил горло и произнес:
— Эй, приятель, мне показалось, что женщина желает немного барбекю!
Мужчина фыркнул и устроился позади девушки. Он был одет в синюю элегантную тройку с галстуком в зигзагообразную полоску. Серая фетровая шляпа, надвинутая не левую бровь, слегка закрывала его лицо.
— Послушай, Вив, — он осторожно взял ее за правую руку. — Ну, прошу тебя, сделай мне одолжение!
— Не говори об этом! Зверски хочу есть. Я тебе уже сказала.
Мужчина чуть привстал с табурета и улыбнулся Алфу.
— Приготовьте барбекю. И кофе.
— Сию минуту, — ответил тот. — Мне это совсем не трудно.
Мужчина вздохнул и присел рядом с девушкой. Алф вопросительно взглянул на него, но тот отрицательно покачал головой.
— Ты ведь тоже собирался поесть, — заметила девушка.
Мужчина только посмотрел на нее. Она сидела неподвижно. Они понюхали виски и решили не пить — эти люди были не чета Хо-хо. Должно быть, уже выпили прежде. Выглядели они очень утомленными, глаза их буквально закрывались от усталости, видимо, сказывались долгие часы за рулем.
Я пил кофе и курил сигарету, ожидая дальнейших событий. Мне показалось, что прибывшие едут в моем направлении. Почему-то я так подумал, как только их увидел.
Когда Алф принес девушке тарелку барбекю, хлеб и кофе, мужчина резко спросил:
— У вас тут можно заправиться?
— А как же! — ответил Алф. — Разумеется.
— Вы можете залить бак?
Алф кивнул и вышел из-за стойки.
— Нам пора в путь? — спросила девушка.
— Да, поспеши, — ответил мужчина, даже не взглянув на нее. — Ешь быстрее! Мы не можем больше задерживаться.
В дверях уже ждал Алф.
— Машина заправлена, — сказал хозяин.
Он посмотрел на мужчину, тот направился к выходу. Хо-хо пытался подняться со своего ящика. Он тупо ухмылялся и похотливо, с восхищением пялился на девушку, заметив, что подол ее платья задрался, открыв колени.
Ни мужчины, ни Алфа не было видно — они оба были на улице возле машины. Я почувствовал, что обстановка накаляется, однако девушка, как ни в чем не бывало, продолжала есть. Хо-хо наконец оторвался от своего шаткого сиденья и, покачиваясь, подошел к ней.
— Смотри-ка!, — воскликнул он. — Какая хорошая девочка!
Та взяла кусок барбекю и стала его медленно жевать.
Хо-хо остановился, волосы падали не его низкий лоб, на губах блуждала идиотская улыбка, из кармана выпирала фляга с виски, в общем вид был омерзительный и отталкивающий.
— Хо-хо! — снова заладил он. — Дикий луговой цветочек!
Я слез с табурета и встал на его пути.
— Слушай, приятель. По-моему, ты надоедаешь. Иди-ка сядь!
Тот тупо уставился на меня, и вдруг неожиданно сильно толкнул, так, что я отлетел к противоположной стене.
— Ты! — Хо-хо вплотную подошел к девушке. Он сложил большой и указательный пальцы правой руки и сделал непристойный жест. Его грязные толстые пальцы напоминали сардельки. — И я! — продолжал он, постукивая пальцами и ухмыляясь.
Девушка молча продолжала есть. Она лишь поправила платье.
Тогда Хо-хо схватил ее за руку и легко стащил с табурета, будто она была тряпичной куклой.
— Моя прелесть, — зашептал Хо-хо. — Тебе будет хорошо со мной.
Мне оставалось только смеяться, хотя обстановка уже не казалось веселой. Этот человек, похоже, спятил.
— Хочешь глоточек? — продолжал он, прижимаясь к ней и начиная ее откровенно лапать.
Девушка отчаянно вырывалась. Ее рот был набит барбекю, и когда Хо-хо попытался поцеловать ее, она выплюнула еду прямо в физиономию мерзавцу. Он отпустил ее, страшно ругаясь. Девушка выскользнула, но негодяй ухватил ее за подол платья, пытаясь задержать. Мне все это порядком надоело, я подбежал к ним и, вцепившись Хо-хо в плечо, развернулся и нанес точный удар в подбородок. Все происходило как в замедленном кино. Хо-хо рухнул на стойку.
— Проклятая обезьяна! — крикнула девушка.
Взбешенный Хо-хо, с лицом, перемазанным томатной пастой, вдруг заметил, что при ударе о стойку его бутылка разбилась. От неожиданности он застыл, напряженно осматриваясь вокруг с таким смешным выражением лица, что мне стало просто невмоготу, и я расхохотался. По ногам Хо-хо стекало виски, образуя на полу небольшую лужу. Вне себе от ярости, он как бычок, которого прижгли каленым железом, наклонил взлохмаченную голову и устремился на меня.
Я ожидал такого поворота событий, резко уклонился, ловко схватил подонка за волосы, нагнул его голову и двинул по зубам коленом. Послышался звонкий щелчок, и Хо-хо неподвижно застыл на грязном полу.
— Ну и народ! — возмущенно проговорила девушка. — Поверьте, я так вам благодарна. Если бы не вы... Огромное вам спасибо.
— Забудьте об этом. Больше он вас не побеспокоит.
Она пристально посмотрела на меня. Я выдавил некое подобие улыбки и взглянул на дверь. Девушка снова села за стойку и продолжила еду.
Дверь отворилась, и на пороге появился мужчина. Увидев лежащего на полу Хо-хо, он спросил:
— Что произошло?
— Да так, небольшой скандал, — ответила девушка. — Все уже позади.
Вошел Алф и прикрыл дверь. Он тоже заметил Хо-хо и побагровел от гнева.
— Что случилось?!
Я коротко рассказал. Девушка как ни в чем не бывало поглощала барбекю. Вдруг она неожиданно застыла над тарелкой, будто обдумывая что-то. Потом повернулась к мужчине:
— Расплатись, и поедем отсюда.
Я посмотрел на нее, а затем на мужчину. Надо как-то намекнуть, чтоб они захватили меня. Сейчас или никогда...
— Послушайте, мисс, — сказал Алф, — надеюсь, этот мерзавец не причинил вам никакого вреда? Поверьте, я очень сожалею, но такие уж у него манеры, — и он злобно посмотрел на неподвижного Хо-хо.
Никто не ответил. Мужчина достал бумажник и взглянул на Алфа.
— Бензин стоит шесть долларов, — сказал тот. — И доллар — барбекю. Всего семь.
Мужчина извлек одну пятидолларовую бумажку и две по доллару и протянул деньги хозяину, который разгладил их и спрятал в карман. Хо-хо зашевелился и застонал.
— Пошли! — бросил мужчина девушке.
— Послушайте, — заговорил я, — не могли бы вы меня немного подвезти? Мне с вами по пути. Я тоже еду на Юг. Понимаете...
— Сожалею, — перебил мужчина. — Но ничего не могу поделать. Идем, Вив.
Мы с девушкой переглянулись. Он строго посмотрел на нее.
— Нет.
Девушка опустила глаза и начала скатывать хлебный мякиш. Затем взглянула на мужчину.
— Поторопись, — сказал тот и взял ее за руку.
— Мне совсем недалеко, — снова попросил я.
— Ты меня слышишь, Вив? — не обращая на мои слова никакого внимания произнес мужчина. — Я же ясно сказал — нет!
Теперь все потеряно! Мужчина был непреклонен. Посмотрев на него, я понял, что он не изменит своего решения.
— Он вытащил меня из затруднительного положения, Ноэль, — сказала девушка. — Ты же слышал, что тебе рассказали. Это обезьяноподобная скотина приставала ко мне, и не будь этого парня... Что бы я делала?!
— Хо-хо-хо, — послышалось с пола. Хо-хо приподнялся на руках и начал поглаживать ушибленное место.
Я снова посмотрел на мужчину.
— Ладно, черт побери, — согласился он.
Девушка взяла меня под руку, и мы втроем направились к двери.
На улице стоял просторный «линкольн-седан». Ноэль устроился впереди, закрыл дверцу, положил ногу на педаль акселератора и взялся за руль.
— Не делай из всего события, — сказала ему девушка. — Ну, подвезем немного человека. Это же недалеко. А тем временем...
— Как-нибудь обойдусь без твоих поучений, можешь быть уверена, — огрызнулся тот.
Она открыла дверцу и позвала меня.
— Ну, что же вы, садитесь.
Девушка подвинулась, освобождая место, я сел и захлопнул дверцу. Машина рванулась с такой бешеной силой, что меня отбросило назад. Немного побуксовав, автомобиль выехал на шоссе и с ревом помчался вперед.
— Ноэль, — с укором произнесла девушка. — Опять ты...
Я внимательно прислушивался к их разговору. Ноэль взглянул на девушку с досадой.
— Что тебе не нравится?
— Что ты так гонишь? Подожди. Надо, чтобы молодой человек снял пальто и шляпу. Он же весь мокрый!
Автомобиль резко затормозил. Стекла были подняты, печка включена на полную мощность, в салоне чувствовался запах дорогого табака. Я вспомнил, что забыл сигареты на стойке у Алфа.
— Киньте пальто туда, — скомандовала девушка.
Я повернулся и в полной темноте положил свои пальто и шляпу рядом с двумя сумками и чемоданом, стоявшими сзади. Затем снова поудобнее уселся на сиденье; на этот раз девушка не отодвинулась, а только улыбнулась и с наслаждением откинулась на спинку.
— Ну, на сегодня все? — недовольно спросил Ноэль.
Девушка не ответила, и мы снова помчались.
Мили две ехали в полном молчании. Я все время чего-то ожидал. Что-то неуловимое витало в воздухе. Не сигаретный дух, не теплые потоки, идущие от калорифера, а что-то еще. Я ощущал какое-то непонятное напряжение моих спутников.
— Надеюсь, теперь ты доволен, Ноэль, — спросила девушка.
— Более или менее.
— Помни, что я тебе сказала.
— О да! Однажды ты уже сказала! — процедил тот сквозь зубы, не повышая голоса, но в его тоне чувствовалась угроза. — Хватит уже! Ясно?
— Я только хочу, чтобы ты помнил, — спокойно произнесла она.
Машина понеслась вихрем со скоростью около девяноста миль в час. Мне казалось, еще немного, и мы взлетим. Ветер заметно утих, но дождь с мокрым снегом не прекращался. Видно было, как снежинки медленно покрывают ветровое стекло.
— Огромное спасибо, что вы согласились меня подвезти, — наконец заговорил я. — Вряд ли кого встретишь на трассе в эту адскую ночь.
— Любезность за любезность, — улыбаясь, заметила девушка.
Ноэль заскрежетал зубами от злости. Он сжимал руль с такой силой, будто хотел его сломать. Я повернул голову и посмотрел на девушку, положив тем временем руку на спинку сиденья. Девушка тряхнула головой, и ее прекрасные черные волосы пышным водопадом хлынули на мое запястье. В тусклом свете я увидел ее длинные стройные ноги, заглянул в черные бездонные глаза, чуть прикрытые длинными ресницами, и у меня захватило дух. Тогда я отвел взгляд и стал смотреть на дорогу.
В машине сильно запахло виски. Казалось, даже обшивка пропиталась этим запахом.
— Вам далеко? — внезапно спросил Ноэль.
— На побережье, в Сан-Пит.
Он глубоко вздохнул и еще крепче сжал руль. «Вряд ли он мог что-нибудь заметить», — подумал я, но все равно Ноэль начинал меня раздражать. Девушка положила руку мне на колено.
— У нас есть сигареты? — обратилась она к своему спутнику.
— Вивьен, ты прекрасно знаешь, где что лежит. Пачка сзади.
Она несколько раз дружески похлопала по моей коленке.
— Знаете, я очень рада, что вы едете с нами. По крайней мере Ноэль не ругается как обычно.
— Сейчас начну, — пригрозил тот.
Она ощупью стала отыскивать сигареты. От лампочек на приборном щитке толку было мало, и она озабоченно шарила вокруг.
— Они наверняка на полу, глупая! — сказал Ноэль.
Девушка наклонилась и подняла блок сигарет и бутылку, которая от сильного толчка выскользнула у нее из рук и упала на сиденье. Вивьен рассмеялась.
— А вы, наверное, подумали, что у нас нет ни единой сигареты.
Я ответил, что предвидел и такое.
Она вскрыла блок и протянула мне пачку.
— Ну как, Вивьен, теперь ты довольна? — спросил Ноэль.
— Не хотите глоточек? — обратилась она ко мне и, не дождавшись ответа, сунула бутылку. Я взял ее.
— Отлично... — произнес Ноэль. — Просто отлично...
Мы с Вивьен отпили прямо из горлышка и пришли в великолепное расположение духа. Затем мы выпили еще. Ноэль же ограничился одним глотком.
Виски ударило мне в голову, и я почувствовал себя превосходно. Усевшись поудобнее, я курил одну сигарету за другой. Дорога темной лентой убегала из-под колес «линкольна». Я задумался о Бесси, моей милой красивой жене. Затем с ненавистью вспомнил братца Альберта. «Вонючий мерзавец! — размышлял я с раздражением. — Эта сволочь думает только о деньгах, которые я ему должен. Боится, что не верну долг. Да я никого ни разу в жизни не обманывал.»
Хорошо зная своего брата, никогда бы не обратился к нему с подобной просьбой, если б не такая нужда. Положение нашего мотеля было критическим, и я вообразил тогда в Чикаго, что беседа с братом с глазу на глаз окажется эффективнее просьбы по телефону. Как жестоко я ошибся!
— Рой, — сказал мне брат, — пойми, ты должен всего добиваться сам. Запомни это. Время от времени я, конечно, буду тебе помогать, но при условии, что ты, в свою очередь, сделаешь что-нибудь для меня. Ты, похоже, забыл, как я предупреждал, чтобы ты не ввязывался в это сомнительное дело с мотелем. Говорил, что ты можешь прогореть. И как видишь, оказался прав.
Бесс тогда еще молилась, чтобы все было благополучно. И надо же! Этот подонок Альберт оказался прав! Так получилось, что мотель построили не там, где следовало. А все из-за шоссе, которое провели не там, где намечалось. Наши планы рухнули...
Я вспомнил человека из банка по фамилии Поттер, с виду такого любезного и предупредительного. Поттер пригласил меня в свой кабинет и, сидя за столом, предварительно сделав сочувственную физиономию, нежным голосом заявил, что вынужден отказать и ничем не сможет помочь. Мне почему-то отчетливо вспомнилось, как блестели его очки, когда он глядел на меня. «Поверьте, мне очень жаль, мистер Николс, но ничего нельзя сделать. Мы уже предоставляли вам отсрочку, и она кончилась. Другой долговременной отсрочки больше не будет, ситуация и без того удручающая. Что же касается займа, то в данном случае это абсолютно невозможно. Вы должны погасить предыдущий долг и, по возможности, сделать это в ближайшее время. До сих пор правление нашего банка помогало вам, но ни цента больше, Николс! Поймите и вы нас.»
«Но войдите в мое положение, мистер Поттер. Никакой другой собственности, кроме этого мотеля, у меня нет.»
«Я вас полностью понимаю и хлопотал перед правлением банка о предоставлении вам кредита. Но вспомните, когда вы затевали это дело, вы заверяли нас, что шоссе будет проходить возле вашего заведения. Вы пошли на серьезный риск. А теперь все кончено. Как вам известно, строительство дороги перенесено в другое место. И это, без сомнения, — добавил он, тряхнув головой и блеснув стеклами очков, — поставило всех в неприятное положение.»
«Но...»
«У нас нет иного выхода, Николс. Поставьте себя на мое место. Вы не рассчитали собственных сил и средств. Или вы погасите долг, или мы будем вынуждены... привлечь вас к суду. Я намеренно называю вещи своими именами. И поверьте, я исполню свой долг во что бы то ни стало!»
«Но ведь есть еще надежда, что дорога пройдет там...»
«Когда? Когда? Неужели вам не ясно, милый вы человек, что мы не можем рисковать? Предположим, мы продлим отсрочку еще на год. А шоссе пройдет не там, где вы хотите. Представьте, что тогда произойдет! А?»
Он сделал многозначительную паузу, развел руками. Матово блеснул массивный золотой перстень с каплеобразным солитером. «Думаю, вы меня понимаете, мистер Николс. Если мы Дадим вам взаймы, а вы не сможете погасить долг — кстати, все на это указывает, — что тогда произойдет? — повторил он. — Положение и без того плачевное. Вы — банкрот, Николс, имейте мужество признать это, и не только это, — вы еще должны погасить задолженность. А у вас такой возможности, по всей видимости, нет. И очевидно, мы никогда уже не сможем предоставить вам отсрочку. Никогда. Я очень сожалею, мистер Николс, поверьте, сейчас я говорю искренне».
— Меня зовут Вивьен. Вивьен Райс. А это — Ноэль.
— Прекрати, Вивьен.
— А еще его зовут Тис. Такое у него прозвище. Правда, необычное? А вы?
Я назвался.
— Очень приятно! Мы едем на Юг.
— Сейчас там самое прекрасное время года. Вы далеко собираетесь?
Я поднял голову и увидел, как Ноэль Тис многозначительно посмотрел на девушку, затем резко перегнулся и схватил ее за руку. Она попыталась вырваться, но он сжимал все сильнее и сильнее, так, что от боли у нее выступили слезы.
— Сделайте глоточек виски, — саркастическим тоном сказал он мне. — Сзади найдете еще бутылку.
От выпитого виски мне казалось, что я плыву. Дорога заметно ухудшилась, колеса то и дело попадали в выбоины и, словно в наказание за все мои грехи, меня больно подбрасывало на сиденье. Однако глаза все равно слиплись. Снова попытался вспомнить Бесс, ожидавшую меня дома в Сан-Пите, как она всякий раз, когда я возвращаюсь, выбегает навстречу с распростертыми объятиями. Как блестят от счастья ее глаза, когда она вновь видит меня. «Ну и что ты на сей раз везешь домой? Можешь ли ты хоть что-нибудь исправить?» — с горечью подумал я и выпил, почувствовав, как виски обожгло внутренности.
— Наверное, неудобно пить из горлышка, — заметила Вивьен. — Ноэль, почему ты не захватил с собой стаканчики? Надо бы остановиться где-нибудь и купить.
— Ты что, с ума сошла? Мы и без того потеряли уйму времени.
— Но я так хочу, Ноэль. Ноэль...
— Боже мой, как мне все надоело! — воскликнул он в сердцах.
— Ты что Ноэль? — тихо проговорила она.
Мы уже достигли пригорода Валдосты и сейчас проезжали мимо освещенной вывески какого-то ресторана. Возле него стоял серый «кадиллак», в котором, откинувшись на сиденье, сидел мужчина, внимательно наблюдавший за дорогой. Увидев нас, он проводил машину взглядом. Тис все время молчал. Он лишь сильнее сжал руль, нажал на газ, и «линкольн» рванулся вперед. Дождь почти прекратился и в свете фар мне казалось, что дорога надвигается на нас сверху.
Мы мчались через Валдосту. Я заметил, что Ноэль все время поглядывает в зеркало заднего обзора. Когда, наконец, «линкольн» повернул на Тридцать первую улицу, я увидел, как девушка вся напряглась.
— Ноэль, эта дорога нам не нужна.
— Знаю, — ответил тот резко.
Виски согрело меня и внесло сумятицу в мои мысли. К тому же в машине было очень жарко. Я снова закурил и в голове прояснилось. «Что же все-таки происходит? Эта парочка не просто туристы. Они не выбирают хорошую дорогу, все время ссорятся... Ну да ладно, меня это не касается, ведь они оказали мне любезность, взяв в машину.» Мысль о том, что дома меня с нетерпением ждет Бесс, снова назойливым шмелем загудела в моей голове.
— Вив, Боже мой! — пробормотал вдруг Ноэль.
— Может, мы что-то напутали? Надеюсь, ничего страшного... — тихо проговорила она.
Прислонившись головой к холодному стеклу, тихо дребезжавшему от ветра, Вивьен смотрела на дорогу, пролетающую мимо — черную, блестящую и мокрую.
Тут они о чем-то зашептались. Я услышал:
— Может вернуться? — спросила она.
— Так мы еще больше запутаемся! — огрызнулся Тис.
— Но...
— Дерьмо! Это из-за тебя ОНИ нас засекли! — заорал он.
— Какие-нибудь проблемы? — осторожно спросил я.
Машина теперь неслась с такой скоростью, что я вцепился в сиденье обеими руками. Стрелка спидометра показывала более ста миль в час.
Ноэль, прерывисто дыша, склонился над рулем. Я снова взялся за бутылку. Они уже не обращали на меня никакого внимания.
— Да, мы, кажется, заблудились, — снова нервно заговорил он. — Но я был вынужден пойти на это, пока...
— Ноэль, ты думаешь, что...
— Думаю?! Уверен!
Перед нами внезапно возник крутой поворот. Этот участок дороги был отвратительный — весь в выбоинах и ухабах. На обочине росли одиночные деревья. Дождь почти прекратился, лишь время от времени редкие капли падали на ветровое стекло.
Машина устремилась к повороту с бешеной скоростью. Ноэль весь напрягся — видимость оставляла желать лучшего. Машину кидало из стороны в сторону. Ноэль отчаянно крутил руль, нажимая при этом на тормоза. Но он не рассчитал...
«Линкольн» подскочил на какой-то кочке, пролетел через кусты и, не останавливаясь, понесся под откос. Сначала нас затрясло, как бывает при неудачной посадке самолета, но затем машина перевернулась и, кувыркаясь, покатилась вниз...
Послышался звон разбитого стекла и страшный скрежет. Дверца выгнулась и открылась — это единственное, что я запомнил. Затем наступила темнота. Я потерял сознание.
Глава 2
Сквозь туман до меня доносился шум и журчание воды. Я ощущал резкий запах мокрой земли, травы и листьев.
— Ноэль! — откуда-то прозвучал голос Вивьен.
Затем снова воцарилась тишина. Я понял, что лежу на земле, и половина моего тела находится в воде. От боли я не мог пошевелиться.
— Ноэль! — послышалось снова.
И опять тишина.
Я почувствовал сильное головокружение, но через секунду оно исчезло — сознание медленно возвращалось.
— Ноэль!
Рядом что-то зашуршало, словно кто-то пробирался сквозь заросли кустарника. Снова заморосил слабый дождь. Взошла луна, ее бледный свет пробивался между ветвями деревьев, растущих по склону холма. Я попытался определить, где дорога, но кругом стояла кромешная тьма. По-видимому, мы находились на дне глубокого оврага. Приподняв руку, я ощупал голову, попробовал пошевелиться, и меня тут же пронзила острая боль. Что-то жесткое впивалось в спину. Повернувшись на бок, я увидел, что валяюсь в холодной луже, а в спину мне вонзается оторвавшаяся дверца «линкольна». Я осмотрелся вокруг, но ни машины, ни Ноэля, ни девушки нигде не было видно.
Только издалека доносился жалобный зов: «Ноэль!»
В каком-то лихорадочном ознобе я закрыл глаза, передо мной всплыло лицо Бесс, и жгучие слезы покатились по щекам. Я все вспомнил: Бесс, подлеца брата, мистера Поттера, крах моего дела и, наконец, безумную гонку в машине в компании с этими двумя сумасшедшими. Тут меня обуял животный страх, я застыл, не в силах подняться и открыть глаза.
Так я лежал какое-то время на холодной грязной земле, но потом взял себя в руки и заставил привстать на колени. Судя по всему, кости были целы, я чувствовал себя вполне сносно. Болели только шея да правая рука. Рука вся была залита кровью. Пошевелив пальцами, я понял, что они не пострадали.
Я подвигал плечами: тело саднило. Когда я всей своей тяжестью оперся на правое колено, то почувствовал острую боль в лодыжке. В свете луны увидел, что в ногу, прорвав штанину и носок, вонзился огромный осколок стекла. Он походил на лезвие ножа, только был значительно шире.
Я с силой выдернул проклятую стекляшку и чуть на взревел от боли — хлынула кровь, тут же залившая мне ботинок. Подвигав ногой, я удостоверился, что она не сломана. Похоже, жизненно важные органы тоже на пострадали. Что касается кровотечения, то оно вскоре приостановилось. Зубы целы, я вижу и слышу, руки двигаются, вроде все в порядке, за исключением левого мизинца — по-видимому, я сломал его при падении и теперь он дико болит.
— Мистер Николс? — услышал я.
Ничего не ответив, я снова привстал на колени, осматриваясь вокруг и пытаясь в темноте отыскать машину. Голос прозвучал совсем близко. В кустах что-то зашевелилось.
Сумка и то, что прежде было моим пальто, валялись рядом с оторвавшейся покореженной дверцей. «Ну и удар!» — подумалось мне. Затем я увидел вторую сумку, а приподнявшись, обнаружил и чемодан.
Я пригляделся к нему повнимательней. Замок сломался, и чемодан лежал открытым. Ручка была обмотана чем-то вроде красного женского шарфа. Но не это привлекло мое внимание.
Я увидел множество пачек аккуратно запечатанных банковских билетов. Взял одну — в ней оказалась тысяча долларов — внимательно осмотрел и положил обратно. У меня было такое ощущение, будто меня неожиданно ударили по голове чем-то тяжелым.
— Мистер Николс! — снова раздался голос.
И тут вдруг на меня неожиданно напал дикий хохот. Я сам не понимал, почему. Должно быть, подействовало виски. Я чертовски нуждался в деньгах, сумма была сравнительно небольшой, но для меня она казалась баснословной. И именно сейчас у моих ног лежала такая куча денег, на которую можно купить весь мир. Меня буквально трясло от смеха.
— Вы сильно ранены? — спросил кто-то за моей спиной.
Я повернулся и увидел Вивьен.
— Нет. Только ушибся.
— А откуда столько крови?
— Черт с ней. Наверно, из руки. Э-э... да вы посмотрите на ваше платье. Оно все порвано.
Она не обратила на мои слова никакого внимания и как-то странно Глядела на меня.
— Вы нормально себя чувствуете?
— Да. Но что мы будем делать?
Только сейчас мне пришло в голову, что надо немедленно уходить. Брать девушку и уходить. Она, вероятно, не захочет, но разбираться будем потом. Необходимо хоть силой увести ее отсюда.
— А как вы себя чувствуете? — спросил я Вивьен, разглядывая ее с ног до головы.
Платье девушки превратилось в лохмотья. Должно быть, она тоже вывалилась из машины и ее порядком проволокло по земле, через кусты. И тут я внезапно все понял... Она искала чемодан! И теперь нервно оглядывалась вокруг, осматривая землю, канаву, в которую я свалился... Похоже, при аварии она ничуть не пострадала, по всей вероятности, выпала из «линкольна» первой, когда отскочила дверца.
Я крепко схватил девушку за руку.
— Итак, судя по всему, мы в полном порядке. А как он?
— Там... В овраге. Он мертв... Сама видела... Нет, нет, не ходите туда!
Неожиданно Вивьен вырвалась из моих рук. Она заметила чемодан. Подбежав к нему, она склонилась, нервно глянула в мою сторону и принялась энергично запихивать в чемодан рассыпавшиеся пачки денег. Замок не закрывался. Тогда она сорвала с ручки шарф, обернула его вокруг чемодана и с силой затянула узел.
Я приблизился к девушке и с трудом приподнял ее сземли. Она вцепилась чемодан с нечеловеческой силой и попыталась вырваться.
— Где Ноэль? — резко спросил я.
Она молча указала пальцем в сторону молодых сосенок. Я направился туда, ощущая, как кровь снова течет в мой ботинок. На земле были заметны следы торможения. С края обрыва был виден «линкольн». Он валялся внизу в пяти или шести метрах от меня. Машина опрокинулась вверх днищем. От ударов она превратилась буквально в груду металлолома. Капли дождя отскакивали от нее, поблескивая в тусклом свете луны.
Тело Ноэля наполовину вывалилось из кабины, ноги оказались зажаты между рулем и сиденьем. Лунный свет освещал его залитое кровью лицо и сломанную в двух местах руку. Казалось, что у Ноэля два локтя. Несчастный был не просто мертв. Он был страшно изувечен.
— Надо бы сообщить в «Скорую помощь»... — начал я.
Вивьен подбежала ко мне, и я смог получше разглядеть ее лицо. Никогда в жизни мне не приходилось встречать более испуганного человека.
— Он мертв, — зашептала она. — Что может сделать «Скорая помощь»? Идемте! Лучше нам поскорее уйти отсюда.
Я пристально посмотрел на нее, вспомнил про деньги в чемодане и понял, почему она хочет смыться. Повернувшись к девушке вполоборота, я увидел, что она показывает в сторону полоски леса, начинавшегося неподалеку от шоссе.
Внезапно наверху появилась какая-то машина, лучи фар осветили ее темный силуэт среди деревьев. Вглядываясь в него, я поскользнулся и очутился на траве. Затем, опомнившись, подбежал к Вивьен. У нее слетели туфли и ноги почти до колен были испачканы в жидкой грязи. «У меня видок тоже не лучше», — подумал я.
— Поняли? — спросила она, указывая на машину. — Надо скорее сматываться.
Тут она в изнеможении опустилась прямо на землю. Мы переглянулись. Вивьен попыталась встать, я протянул ей руку, но девушка только отстранилась. Тогда я мягко положил ладонь на ее голову, как бы успокаивая.
— Чьи это деньги?
— Мои.
— Их слишком много для одной женщины. Что вы на это скажете?
— Можете не беспокоиться. Это мои деньги, и нам следует как можно скорее отсюда уйти, пока нас не обнаружили.
— Выходит, эти деньги не ваши, или я плохо понял?
— Это мои деньги, — настойчиво повторила она.
Я все еще держал руку у нее на голове, не давая подняться. Девушка была так испугана, что даже не замечала этого.
«Ну и психи! — подумал я о Вивьен и ее спутнике. — С такими-то деньгами... Мы с Бесс и не мечтали хотя бы о частице подобной суммы.» Мне захотелось раздавить ее голову как дыню.
Вдобавок ко всему, от ударов и виски у меня поплыли перед глазами темные круги и разболелась шея. Вдруг он тихо прошептала:
— На то, чтобы собрать все эти деньги, ушло два с половиной года. Нам немедленно нужно убираться отсюда. Николс, или как вас там, вы должны мне помочь.
— Наверное, стоит сообщить полиции.
Она сильно сжала мою руку и поднялась, не выпуская чемодана. Затем взяла меня за локоть. Ее щеку пересекала большая царапина.
— Эти деньги ворованные, не так ли? — резко сказал я.
— Нет. Но мы все равно не можем обратиться в полицию.
И она стала сбивчиво что-то говорить, пытаясь убедить меня, но я ничего не мог разобрать. Единственное, что мне было ясно, — все, о чем она говорит, — ложь.
— Ну что мы препираемся, Николс? Мы оба попали в переплет, разве не так?
Я сердцем чуял, что влип в какое-то темное дело, и отчаянно пытался убедить себя не встревать во все это. Несомненно, от нее надо как-то избавиться. Но как?
— Ну, пожалуйста, выслушайте меня, — умоляла Вивьен.
— Вы же не сказали мне ни капли правды. Посудите сами, вы взяли меня в машину, предложили виски... Конечно, мне не следовало столько пить, — неуверенно добавил я. — У меня ведь тоже есть свои проблемы. Очень серьезные. А сейчас там внизу лежит мужчина, несомненно, ваш приятель. И он мертв. Вот что произошло. А вы, несмотря ни на что, хотите, чтобы я вам помогал. Нет, я ухожу, разбирайтесь со своими делами сами.
— Но... Вы что, не понимаете?! Вы видели эти деньги. И теперь вы обязаны мне помочь.
— Мы обязаны заявить в полицию, — в тон ей ответил я. — Так поступают в подобных ситуациях все порядочные люди. Произошел несчастный случай со смертельным исходом. Погиб человек! И вы еще смеете утверждать, будто я ничего не понимаю!
— Ему уже ничем нельзя помочь, — возразила Вивьен.
— Кто-то вас преследует. Я видел, как в Валдосте вы, заметив кого-то, изменили маршрут, съехали с главной магистрали, поехали другой дорогой, потому что кто-то за вами гнался!
Она смотрела на меня, готовая заплакать в любой момент.
«Ладно, — подумал я. — Но почему она так упорно отказывается сообщить в полицию? Почему не хочет делать то, что сделал бы любой в подобном случае?»
— Вы украли это деньги, — проговорил я.
— Ошибаетесь, Николс. Вы должны мне поверить.
Сейчас она, казалось, говорила спокойно, ее голос звучал серьезно и рассудительно:
— Если вы мне поможете, никакого вреда для вас не будет.
Знай вы, что за человек был Ноэль, чем он занимался, сразу бы поняли, что его нечего жалеть.
Единственное, что сейчас было в ней искренним, так это страх.
— Давайте возьмем сумки и уйдем, — продолжала она. — Выйдем на шоссе где угодно! Сменим одежду. Так будет лучше.
— Нет, нет, и не просите!
— Вы говорите так, будто вообще не собираетесь уходить отсюда. Да вы только посмотрите на себя — весь грязный, в крови! Я тоже не могу оставаться в таком виде. Надо почиститься и переодеться. А потом доберемся до ближайшего города, и вы поможете мне снять номер в гостинице.
— Да вы просто с ума сошли!
Она с яростью грохнула чемодан о землю и взглянула мне прямо в глаза, затем положила руки мне на плечи.
— Николс, — заговорила она. — У нас нет другого выхода. Ноэль мертв, и я осталась одна. Убеждаю, что эти деньги надо использовать как можно лучше. Денег у меня много, и я не останусь у вас в долгу. Если же вы мне не поможете, они меня обнаружат.
— И меня вместе с вами. Вообще, я не собираюсь ввязываться в это дело. Оно меня не интересует, да и не нравится что-то.
В глубине души я хотел, чтобы это дело меня не интересовало. Я уговаривал себя... Один вид чемодана, набитого деньгами, вызывал у меня какой-то священный ужас. Мне было не по себе. Подобное ощущение я испытал однажды в далеком детстве, когда схватил воспаление легких. Останься Ноэль жив, я, конечно, нашел бы повод, чтобы не впутываться...
Так мы стояли друг перед другом, освещенные огромной луной. Она, в рваном платье, с растрепанными волосами и безумными глазами, и я — весь мокрый, в грязной одежде, с искаженным лицом. По щеке Вивьен стекал ручеек крови, он она этого не замечала. Во всем ее виде было что-то притягательное. Такая одинокая и напуганная, с блестящими, широко раскрытыми умоляющими глазами, она судорожно сжимала в руке злополучный чемодан и была просто неотразима. Как тут откажешь...
Глава 3
Городок раскинулся на покатом холме, который пересекала небольшая речушка. У въезда в город мы заметили огромный указатель, пожалуй, слишком вызывающий для подобного городишки. Двигались мы медленно: меня беспокоила рана на ноге, кровь беспрестанно затекала в ботинок. Вивьен, потерявшей туфли, приходилось идти на цыпочках. Конечно, можно было остановить попутную машину, но по понятным причинам мы этого делать не стали. Не следует попадаться кому-либо на глаза. Тем более в столь живописном виде. Наконец Вивьен решила, что пора сменить одежду.
— Возьмите из сумки Ноэля какой-нибудь костюм. И побыстрее!
Она, видимо, боялась, что если я сяду хоть на секунду, меня уже ничем не поднимешь. Я с трудом стащил ботинок. Носок весь пропитался кровью, к нему прилипла хвоя, которая страшно кололась. Я не стал прибегать к различным ухищрениям, а просто рывком сдернул носок, липкий и плотный, словно кусок фанеры. На том месте, куда вонзилось стекло, зияла внушительная рваная рана, вновь начавшая кровоточить. «Вот уже и кровь, все идет как надо! — с грустной усмешкой подумал я. — Сейчас бы глоточек виски!» Очистив ногу от грязи, я вытер кровь. Лодыжка все же кровоточила. Порывшись в сумке, я нашел чистый носовой платок и перетянул рану. На треклятый чемодан с деньгами я старался даже не смотреть.
— Помогу вам снять номер, и на этом покончим, — предупредил я.
Вот таким образом я пытался бороться с самим собой.
Переодевшись в костюм Ноэля, я переложил в него свой пустой бумажник и прочую мелочь, упаковал в пакет испорченные пальто и шляпу. Вивьен взяла сверток с негодными вещами и зашвырнула его в кусты. На ее лице застыла маска страха.
— Без шуток, откуда у вас столько денег? — снова спросил я.
— Они мои.
Мы закрыли сумки.
Она взяла чемодан и медленно двинулась вперед, поминутно оглядываясь. Ее стройную фигуру освещала полная луна: кожаная курточка, длинные черные волосы, прелестные ножки в туфлях на высоких каблуках.
— Отлично, — тихо пробормотал я себе под нос, взял обе сумки, совершенно забыв о сломанном мизинце, который тут же дал о себе знать. Я чуть не заорал от боли. Ко всему прочему я вспомнил, что одет в костюм, принадлежавший покойнику, и от этой мысли мне стало совсем не по себе. Я с досадой поплелся следом за Вивьен.
Трудно даже представить, что бы сказала Бесс, если б увидела меня сейчас. Проклятье! Ничего хорошего меня не ожидает. И зачем только я ввязался в эту авантюру? Обозлившись на весь мир и на Вивьен в том числе, я крикнул:
— Возьмите одну из сумок!
— Вам что, тяжело?
— У меня сломан палец, и я не могу тащить обе.
Она взяла сумку, и мы продолжили путь. Я уже не хотел всех этих денег. Мне бы только часть... Каблуки Вивьен громко стучали по асфальту. Она шла широкими шагами с высоко поднятой головой. Часть пути мы преодолели шагом, но иногда приходилось бежать. Вивьен беспрестанно оглядывалась. Я видел ее испуганное лицо и тоже начал нервничать. Похоже, нас ожидают крупные неприятности. Она явно шла на какой-то риск. Но она, по крайней мире, знает, на что идет, в какой игре участвует, я же, напротив, следовал за ней, как теленок с завязанными глазами.
Город оказался гораздо дальше, чем я предполагал. Когда мы, наконец, вступили на его мостовую, я увидел, что дома погружены в сон и покой. В этой влажной таинственной тишине стук каблучков Вив звучал как-то мистически и навевал на меня ужас. Я невольно передернулся, почувствовав непонятный озноб.
На главной улице появился автомобиль, и Вивьен толкнула меня за угол какого-то дома. Мы прижались к шершавой стенке и так молча простояли с минуту. Она повернулась ко мне, приблизила свое лицо, и горячее дыхание обожгло мне щеку. Машина с шумом промчалась мимо — в ней сидела какая-то развеселая компания, слышался оглушительный рев включенного на всю громкость радиоприемника.
— Николс, давайте свернем с главной улицы, — прошептала девушка.
Мы двинулись направо и вскоре очутились перед большим скоплением стоявших в темноте автомобилей. Рядом виднелась черная громада старого отеля с проржавевшей вывеской, люминесцентные буквы которой гласили: «Отель Амбассадор». Буква "д" на вывеске была разбита. Вивьен остановилась и тихо сказала:
— Ты не сможешь меня бросить...
— Почему это не смогу? — возмутился я.
— Раз уж мы пришли сюда... Ты не предашь меня...
Я промолчал.
— Ты ведь не хочешь причинить мне вред, Николс, — продолжала она.
Поднялся сильный ветер, яростно сметая все с мостовой. Брызги холодного дождя били нам в лицо. С тротуара взлетали в воздух обрывки старых газет и какой-то мусор.
— Знаешь, Николс... Ты даже представить себе не можешь, в какой страшный для меня момент жизни мы повстречались. Теперь мы повязаны...
— Не вижу ничего, что бы нас связывало.
— Это не то, о чем ты подумал.
Я взглянул на чемодан и вспомнил, что она обещала мне заплатить.
— Мне нужно как можно скорее домой, — сказал я.
— Знаю, в Сан-Пит. Во всяком случае, сейчас ты никуда не поедешь. Ты устал. Я не так много от тебя прошу. Просто не смогу сделать этого одна. Ты должен мне помочь. Мне необходимо покинуть эту страну.
— Я сразу подумал, что ты — чокнутая.
— Мне необходимо покинуть страну во что бы то ни стало. И я это сделаю. Заплачу тебе. Хорошо заплачу. Тебе ничего не придется делать даром.
— Я тебе уже все сказал.
— А я говорю — ты мне поможешь. Послушай, Николс, я так устала, что не могу больше идти. Если я тебе расскажу правду, ты меня поймешь.
— Не хочу ничего знать, — отрезал я.
— Но я все-таки расскажу.
Мы снова стояли друг против друга. Образ погибшего Ноэля не выходил у меня из головы. Я подумал, что уже почти добрался до дома, пройден порядочный отрезок пути...
Вивьен сжимала чемодан с такой силой, что у нее побелели косточки пальцев. Ветер трепал ее роскошные волосы. Девушка поставила сумку на тротуар, чтобы убрать непокорную прядь, упавшую ей на глаза. Она казалась такой несчастной и беззащитной.
— Ну как, ты согласен?
Глава 4
Пришлось снять один номер. Когда я заикнулся о двух, Вивьен затряслась от страха. Она и секунды не хотела оставаться одна.
Я чувствовал себя преотвратно. Мне необходимо было срочно чего-нибудь выпить. Голова гудела словно встревоженный улей. Жаль, что в такое время невозможно найти выпивку. И вдруг меня словно пронзила мысль о мертвом человеке, лежащем сейчас под обрывом, внизу. О мертвом, изуродованном, окровавленном Ноэле Тисе.
— Я хорошо тебе заплачу, Николс, — снова заговорила Вивьен.
— Ты можешь хоть на минуту замолчать! — закричал я.
Мы зарегистрировались как мистер и миссис Латимер. Я так устал, что мне казалось, будто это на самом деле так. Заспанный администратор вручил мне ключи со словами:
— Двести второй.
Когда мы поднимались по лестнице на второй этаж, я, посмотрев вниз, заметил, как администратор из-под руки внимательно изучает стройные ноги моей спутницы. У меня не было ни малейшего сомнения, что эта гостиница пользуется дурной славой. Войдя в номер, Вивьен в изнеможении опустилась на кровать и сбросила туфли. Я молча изучал помещение. Помимо единственной двухспальной кровати, в комнате находился стул с прямой спинкой и облезший письменный стол, на котором стояла пустая цветочная ваза и валялся сломанный карандаш. Окно закрывали коричневые занавески, никак не вязавшиеся с голубыми обоями. Около кровати стоял простенький красный торшер. Заглянув в ванную, я обнаружил, что она такая же неухоженная, как и весь этот так называемый отель.
Вивьен сидела на кровати, я расположился на стуле возле двери. В номере было довольно холодно. Потом Вивьен встала, подошла к окну, раздвинула занавески, выглянула зачем-то на улицу, снова возвратилась к кровати и, сжав руки, встала в умоляющей позе.
— Здесь им меня не найти. Мы только переночуем... — прошептала она.
Потом, взглянув на меня, сняла кожаную куртку и повесила в шкаф. После чего порылась в сумке и извлекла оттуда бутылку виски:
— Смотри-ка. Не разбилась. Ноэль всего возил с собой много выпивки.
— Не говори больше о нем.
— Может, в твоей сумке найдется еще одна.
Во мне словно что-то взорвалось. Как это бывает от сильного удара. А удар был направлен так точно, что мне показалось — сейчас я брошусь на Вивьен с кулаками. Мне никак не удавалось восстановить душевное равновесие. Но вдруг — словно луч света озарил темную пещеру — ко мне вернулся рассудок, я успокоился и медленно произнес:
— К черту все это. С меня довольно!
Хлопнув дверью, я вышел в коридор и тут услышал, как по мозаичному полу позади меня застучали каблучки.
— Николс!
Она схватила мою руку. Я сделал пару шагов и остановился.
— Это мои деньги! — чуть не кричала она. — Я боюсь!
— Ты нагло врешь! Ты что, думаешь, можно поверить такому дешевому обману?!
— Тогда представь, что это просто сделка, давай договоримся... Плачу тебе за работу.
— Я хочу уехать.
Мы стояли возле двери какого-то номера, из которого высунулась чья-то голова и недовольный мужской голос проворчал:
— Не будете ли вы так любезны не шуметь?
Мы вернулись в свой номер. Я встал у двери, внимательно глядя на чемодан, лежащий на ночном столике. Она взяла бутылку. Я снова бросил взгляд на чемодан — шарф, которым он был перевязан, ярко краснел в полумраке. Он был цвета крови.
«Девушка, похоже, на грани истерики, — подумал я. — Наверно, сейчас в ее прелестной головке теснятся мысли, с которыми она никак не может совладать». Вивьен поставила бутылку на письменный стол. Потом подошла к кровати, на которой лежала стопка чистого белья, сняла покрывало, постелила простыню и сказала:
— Я замерзла, Николс.
Я сел на стул и посмотрел на бутылку. Затем отпил из нее добрый глоток и закрыл глаза. Посидев так с минуту, открыл глаза и взглянул на девушку. Теперь она неподвижно стояла посреди комнаты, сложив руки на груди. Вивьен явно находилась в замешательстве. Ее весьма соблазнительное платье из тафты плотно облегало стройное тело. На прелестном лице с правильно очерченным подбородком, большим мягким ртом и темными глазами застыло испуганное выражение.
— Сейчас ты мне все расскажешь, — приказал я резко. — Кто преследовал твою машину? Что в конце концов случилось?
— Будет лучше, если я немного выпью.
Она отпила из бутылки глоток, я тем временем запер дверь и снял пиджак. Потом присел на край кровати и уставился в пол. «Сейчас она снова начнет врать», — подумал я. Девушка взяла меня за локоть:
— Итак, Ноэль был моим другом. Если хочешь, можешь называть это так. Я знаю его около трех лет. Каждые два месяца, вплоть до этой поездки, он развозил деньги.
— Кому?
— Людям... Тем, на кого работал.
— Как понятно ты все объяснила! И что же это за люди?
— Я говорю серьезно, — она сжала пальцы, затем снова потянулась за бутылкой и жадно глотнула виски.
Она не смотрела в мою сторону, лицо ее помрачнело, похоже, ей не давала покоя какая-то навязчивая мысль. Казалось, она размышляла: «Пройдет ли на сей раз моя ложь?» Внезапно глаза ее прояснились, Вивьен как-то вся подобралась, и я подумал, что сейчас она скажет правду. Она даже побледнела. Или мне это почудилось? Она снова заговорила:
— Значит так... Ноэль работал на синдикат. Он был кем-то вроде агента. — Вивьен сделала паузу. — Боже мой! — воскликнула вдруг она. — Что же теперь будет!
— Продолжай.
— Я ездила вместе с ним. Нам поручали частые поездки на Юг, где синдикату принадлежат игорные дома, понимаешь? Это дело контролировалось с особой тщательностью. Например, один игорный дом находится в Балтиморе, а другой — в Атланте. Работа Ноэля заключалась в том, чтобы каждые два месяца совершать поездку за причитающимися синдикату деньгами. Кроме того, он возил чеки, документы, всевозможные счета и прочее в том же духе. Иногда он вез только часть выручки, другой раз все деньги. Так продолжалось до тех пор, пока он не решил испытать судьбу.
Она подробно рассказала мне об этих поездках, и я постепенно разобрался, что к чему. Я понял, что зря впутался в это дело. Оно мне нисколько не нравилось. Вивьен между тем продолжала:
— Мы с Ноэлем начали подумывать, как бы присвоить эти деньги. Можно было бы, конечно, скрыться с ними во время одной из поездок, но за Ноэлем всякий раз бдительно следили. Причем абсолютно незаметно... Послушай, Николс, я еще ни разу в жизни не попадала в подобный переплет. Единственное, что мне остается, — скрыться от них.
— Понимаю.
— Это же ничьи деньги, пойми, их пропажа не нанесет вреда какому-то определенному человеку. Даже не знаю, как тебе объяснить... Это не воровство. Это... — она замолчала.
Вивьен сделала еще глоток. Выглядела она скверно. Нельзя сказать, чтоб она была пьяна, но лицо ее исказилось от страха, а руки тряслись от холода и нервного озноба. Она пила глоток за глотком. Я тоже отхлебнул виски, и оно приятно растеклось у меня в желудке. Несмотря на это, я с каждой минутой чувствовал себя все более угнетенном и подавленным. Из головы никак не выходила Бесс, которая, должно быть, воображает уже невесть что. Куда я запропастился так надолго? Ведь мы уже пять суток с ней не виделись, утром пойдет шестой день. А все этот мерзавец Альберт!
Вивьен дрожала от холода. Снова послышался ее тихий голос:
— И Ноэль решил рискнуть. Ему удалось, не знаю уж как, усыпить их бдительность, втереться в доверие. Оставалось только, улучив момент, присвоить деньги и вместе скрыться в какой-нибудь другой стране. Ноэль решил не ехать ни в Балтимор, ни в Атланту, а направился прямо. И это, как видишь, оказалось его последним путешествием. Он еще в Балдосте заметил, что нас засекли, помнишь? Тогда мы двинулись на побережье, в сторону Нового Орлеана, но кто-то выследил нашу машину. Ноэль хотел вернуться, но, вероятно, понял, что уже поздно. Теперь тебе ясно? Он уже на смог бы им объяснить, почему поехал другой дорогой. А как объяснить твое присутствие в машине? Тогда Ноэль решил бежать, но впал в панику, вот все и кончилось несчастьем. Теперь у нас нет ни малейшей возможности вернуть деньги. Послушай, Николс, нам нельзя медлить! Над нами нависла смертельная опасность. Слишком поздно ехать к ним в Тампу. Тем более, что я должна явиться с Ноэлем. А он мертв. Тебя же они не знают. Единственное, что нам остается — скрыться.
Она запнулась, сверкнула своими огромными глазами и продолжила:
— Я должна бежать. Ты, наверное, все еще ничего не понял. Но меня сейчас уже разыскивают. Ведь на кон поставлены огромные деньги. Просто так они от меня не отвяжутся. Боже мой, они, вероятно, уже обнаружили разбитую машину! Это, конечно, на какое-то время их задержит. Но они все равно попытаются меня найти! Уж что-что, а искать они умеют! Они меня убьют! Господи!
Может, в ее сбивчивом рассказе что-то и было ложью, но я почувствовал, что на сей раз она в основном сказала правду. И теперь раздумывал, как мне поступить.
— Это я виновата! — снова заговорила она. — Ноэль хотел вернуться, а я его отговорила. Когда мы приехали в ту дыру, где встретили тебя, мы уже спорили по этому поводу. Я решила: если пригласить тебя в машину... это заставит его умолкнуть. И мы направились в сторону Нового Орлеана.
Она замолчала. Я сделал добрый глоток из бутылки, ткнул пальцем в чемодан и спросил:
— Там много денег?
— Много?! Там их столько, что ты себе и представить не можешь. О Господи! У этих людей свои понятия о чести. Своя жуткая этика. Они никогда не прощают подобные вещи. Их бизнес, как и всякий другой подобного рода, позволяет им... Знаешь, что они делают с человеком, предавшим их? — внезапно закричала она. — А что они сделают с предавшей их женщиной?! — Теперь ее лицо приобрело желтовато-бледный оттенок. Она кинула на меня безумный взгляд. — Но сейчас деньги у меня и я найду способ их сберечь, — неожиданно твердо заявила Вивьен. — Нам понадобилось два с половиной года, чтобы решиться на это.
— Неужели ты не понимаешь, что влипла?! — заорал я.
Она схватилась руками за голову, потом закрыла лицо.
Я мельком взглянул на нее, и вдруг до меня неожиданно дошло, почему я с ней остался. Конечно же, из-за денег! Давно ведь мог плюнуть на все и уйти. Но остался. Мы с Бесс страшно нуждались в деньгах. А сейчас до них рукой подать, стоило только дотянуться до ночного столика, на котором лежал злополучный чемодан.
Вивьен, конечно, спятила. Это безумие думать, будто ей удастся скрыться с такими деньгами. Она рассказала мне все, потому что ей больше некому довериться. Про себя я уже принял решение помочь ей. И происхождение этих денег уже не имело никакого значения.
Я тяжело поднялся и прошел в ванную, где обнаружил стакан. Вымыл его, наполнил водой и, возвратившись в комнату, снова уселся на стул. Я чувствовал, что немного пьян. Отпив глоток воды из стакана, сказал:
— Если ты меня обманула, я тебя брошу.
Она промолчала.
— Тебе придется очень скверно, если ты нарвешься на Бесс. Бесс — это моя жена, — добавил я.
Вивьен сидела неподвижно, уставившись в одну точку, как бы размышляя.
— Я служил в торговом флоте, потом был на войне, и немало повидал, чтобы научиться разбираться в людях. Думаешь, что сумеешь обвести меня вокруг пальца?
— Завтра утром ты раздобудешь машину. Я дам тебе денег на ее покупку, — заявила она твердо.
— Мы познакомились с Бесс в штате Нью-Мехико, где проживала ее семья. Есть там один маленький городок... Мы сразу полюбили друг друга и вскоре поженились, не имея ни гроша за душой. Работая на станции техобслуживания, я скопил немного деньжат и смог купить буксир. Мы копили и копили и вскоре приобрели небольшой домик. Но потом наши дела пошли из рук вон плохо, пришлось продать буксир, а следом за ним и дом. Мы обзавелись старым автомобилем и переехали во Флориду, где я занялся ловлей раков. Мы начали экономить каждый цент...
Я говорил и говорил без остановки. Я был уже порядочно на взводе и меня одолел приступ меланхолии, но я продолжал говорить:
— Наконец мы решили открыть небольшой мотель. Его уже построили, но, как назло, место оказалось невыгодным. Из-за этой проклятой дороги все полетело к чертям! Но спустя какое-то время мы узнали, что собираются проводить новую трассу, и как раз перед самым мотелем. И обрадовались! А какой мотель! Двадцать коттеджей со спальней, гостиной, кухней и ванной. Все шло как по маслу. Я решил обратиться за ссудой в банк. Так и сделал. Тем временем у Бесс скончался отец и оставил ей немалую сумму. Эти деньги мы тоже вложили в дело. Мы работали не покладая рук и добились своего — удалось заплатить начальный взнос. Все шло прекрасно. Нашему счастью не было границ. Но вот начали поступать первые векселя...
— Да...
— С огромным трудом мы их погасили. Дорогу уже начали строить. Й тут возникли первые трудности. Хотя банк и предоставил нам отсрочку, время истекло. Но я все равно не отступал.
Я сделал порядочный глоток и продолжал:
— Строительство автострады почему-то приостановилось. А потом... — и я пересказал Вивьен разговор с Поттером.
— Для чего ты мне все это рассказываешь? — спросила она.
— Только для того, чтоб ты знала.
— Видно, тебе неизвестно, что такое настоящие проблемы, — тихо проговорила она. — Ну да ладно, продолжай, Николс.
— Ну вот, — сказал я. — Если дорога пройдет так, как было задумано, мы разбогатеем. Ведь тогда шоссе будет проходить перед самим мотелем. С Севера прямо на Майями. Полагаю, тебе на надо объяснять, что это значит. Но не думай, работы возобновились. Только как! — я горько усмехнулся: — Кроме каких-то бродяг, которые целый день валялись на солнце да жрали возле бочек с гудроном, никто не появлялся. Эти мерзавцы только делали вид, что работают, а на самом деле были баклуши. И все потому, что какому-то чиновнику-кретину из Министерства понадобилась, видите ли, прямая трасса, а не эта. А я — если сейчас не раздобуду денег — потеряю все. Ведь необходимо расплатиться с банком. Если мы потеряем мотель, мне конец.
Наклонившись, она приблизила свои чувственные губы к моему уху и прошептала:
— Николс!
— Когда я приехал в Чикаго... Но она снова меня перебила:
— Завтра я дам тебе денег купить машину. И мы отправимся на Юг. Там ты раздобудешь билет на самолет или теплоход, чтобы я могла смыться. А я тебя отблагодарю. О, как я тебя отблагодарю, Николс! — она многозначительно посмотрела на меня, потом на чемодан.
Я встал, взял со столика уже пустую бутылку и поставил на пол.
Вивьен дотронулась до моего подбородка и приблизилась ко мне. Мы долго смотрели друг на друга. Я рухнул на стул, не сводя с нее глаз, и замер. Она взяла свою сумку и ушла в ванную. Когда она вернулась, я все еще пребывал в оцепенении. Вивьен поставила сумку на пол и, открыв другую, извлекла оттуда красный пеньюар в крупный горошек. Надев его, она вытащила еще одну бутылку, поставила в изголовье кровати и погасила свет. Потом открыла окно и отодвинула занавеску. В комнату ворвался свежий воздух. Вивьен вернулась к постели и легла. В темноте мигала люминесцентная вывеска гостиницы. Отпив немного виски, я запил его водой и поставил стакан на стол. Потом сел неподвижно с бутылкой в руке, пристально вглядываясь в лежащую девушку.
— Николс! — позвала она.
Я выпил еще и, оставив бутылку на письменном столе, снова плюхнулся на стул. Она повторила:
— Николс!
— Что?
— Ты что, так и будешь сидеть на стуле всю ночь?
Неожиданно я очутился рядом с ней, сжимая ее в объятиях. Мы скатились вниз, не отрываясь друг от друга. Пол оказался пыльным и грязным — ковер на нем отсутствовал.
* * *
На следующее утро я проснулся от нестерпимой головной боли, перед глазами плыли круги, мысли путались. Во рту так пересохло, что, казалось, язык прилип к небу. Самочувствие было препаршивым. Вивьен протянула мне деньги на покупку автомобиля.
Автомобиль оказался что надо: «форд-седан». «Деньги в этом мире решают все», — подумал я, когда через какие-то полчаса человек, продавший автомобиль, с хитроватой усмешкой вручил мне новенькие права. При этом он сообщил, что по случайному совпадению работает в торговой инспекции. Он вышел из своей конторы, приподняв ворот пиджака, — на улице было прохладно — и, расплывшись в улыбке, подошел ко мне. Это был довольно молодой человек сонного вида, который, видимо, был очень доволен сделкой.
— Не правда ли, роскошная машина? — восторженно произнес он. — Вы сделали прекрасную покупку!
— Огромное вам спасибо.
Вдруг, будто вспомнив что-то, он хлопнул себя по лбу.
— Черт меня побери! Сегодня весь город сбежался на окраину. Там произошла ужасная авария. Странное дело — на этом участке шоссе редко случается нечто подобное. Кажется, полиция уже выехала. Надо бы тоже съездить посмотреть. Не хотите? Говорят, под откосом валяется искореженный «линкольн». Видно, врезался в дерево.
— О! — с деланным удивлением воскликнул я. — И кого обнаружили? Кто-нибудь остался жив?
— Не знаю. Вот съезжу и посмотрю.
Я взглянул на него, и похмелье с меня неожиданно слетело. Должно быть, под воздействием свежего воздуха. Мне страшно было вспоминать о событиях прошедшей ночи, а о том, чтобы ехать на место аварии, и думать не хотелось. Я и так зашел слишком далеко. Пора возвращаться к Бесс. С деньгами или без них.
Я взял у молодого человека документы на машину я бросил их в «бардачок».
— Послушайте, приятель, вы не могли бы оказать мне небольшую любезность? — спросил я.
— Разумеется.
— У вас есть конверт?
Он снова ушел в контору и возвратился с конвертом. У него был вид человека, привыкшему ничему не удивляться. Я вложил в конверт оставшиеся от покупки деньги, заклеил его и передал парню.
— Будьте так добры, возьмите конверт, садитесь в эту машину и поезжайте в «Амбассадор», знаете, где это?
— В общем-то, да, но...
— Постойте, — перебил я и продолжал: — Поднимитесь в двести второй номер и передайте конверт, документы и ключи от машины миссис Латимер. Она вам хорошо заплатит. Согласны?
— Но я не понимаю...
— Вам и не надо понимать... Ну как? — не слишком любезно спросил я и повторил фамилию и адрес. — Это все, о чем я вас прошу. Только, пожалуйста, не спешите, будьте там через час или два.
Мы пристально посмотрели в глаза друг другу. Потом я повернулся и быстро пошел по главной улице, направляясь на Юг.
Не прошло и трех минут, как на углу у светофора остановилась машина с пожилой супружеской парой. После минутной беседы я выяснил, что нам как раз по пути, и они подбросят меня до Сан-Пита. Рассыпаясь в благодарностях, я сел в машину.
Когда мы уже выехали из города и на хорошей скорости мчались в сторону Флориды, я вдруг вспомнил, что записал «форд» на свое имя. Я скривился от досады. «Ну надо же быть таким идиотом!» В течение всего путешествия меня непрестанно грызла эта мысль и я тщетно пытался выкинуть ее из головы. Черт бы все побрал! Разумеется, это ни к чему хорошему не приведет. Супруги, взявшие меня с собой, вероятно, думали, что я не совсем хорошо себя чувствую. Даже оказавшись уже в Сан-Пите, я никак не мог прийти в себя.
Глава 5
Они высадили меня в Лейквью. Сами направлялись дальше, к Солнечному мосту и, честное слово, не будь Бесс, я поехал бы вместе с ними. Даже сказал им об этом.
— По-моему, все-таки, — ответила старушка, — лучше всего оставаться там, где твой дом.
— Спасибо. Спасибо вам за все.
Старичок поторапливал жену, но той явно хотелось поболтать. Я улыбнулся им на прощание и перешел улицу. А они умчались к своему Солнечному мосту, счастливые и беззаботные, я им даже позавидовал.
Я медленно побрел по улице пригорода. Автобуса не было видно, пришлось идти пешком. Стоял вечер, на мостовую падали косые лучи угасающего солнца, было довольно душно. Мимо, оживленно беседуя, промчались на велосипедах две девушки в пестрых рубашках. Город был расположен на холме и сквозь густые заросли просматривались дома, аккуратные и ухоженные, неподалеку виднелось озеро Маджоре, от которого веяло прохладой. Озеро, казалось, застыло и было похоже на огромное стальное зеркало. Я шел не торопясь, стараясь ни о чем не думать, хотелось от всего отрешиться, начисто выкинуть из головы эту безумную поездку, аварию, Вивьен, Ноэля, чемодан с деньгами... Но тревожные мысли не давали мне покоя. Как нам с Бесс избавиться от финансового краха? И как я мог быть таким неосмотрительным и ввязаться в эту аферу? Проклятые деньги! А я ведь почти было согласился... Эти грустные мысли привели меня в состояние крайнего отупения и досады. Наверное, все-таки Вивьен меня обманывала, пытаясь сыграть на моих чувствах и бедственном положении. Она, без сомнения, думала только о себе, а что может случиться со мной, ее абсолютно не волновало. Женским чутьем она угадала, что я — человек честный, и решила обвести меня вокруг пальца. А стоило ли мне быть таким совестливым? Я с досадой подумал, что вел себя с Вивьен как последний простофиля. Но что же сказать Бесс? Как объяснить, что наши надежды не оправдались? «Скотина Альберт!» — снова подумал я и в сердцах сплюнул на асфальт. На душе скребли кошки. «Ведь Бесс полностью зависит от меня, она уверена в моей защите и доверяет только мне и никому больше». Внезапно перед глазами всплыла картина: Ноэль Тис, попавший в аварию. Словно наяву я увидел его изуродованное тело, распластанное на дне обрыва. На душе стало еще паршивее. Надо как-то отогнать эти мрачные воспоминания, а то и с ума сойти можно. Черт бы побрал все это!
Пройдя еще один квартал, я весь вспотел. «Все-таки добрался до Юга», — подумал я и, сняв пиджак, остановился у небольшого платана. Постояв немного, оглянулся — нет ли автобуса...
И вдруг рядом, мягко шурша колесами, остановился «форд-седан». От капота поднимался пар. За рулем сидела бледная, как приведение, Вивьен и пристально смотрела на меня. Я машинально оглянулся в поисках укрытия, затем с пиджаком под мышкой быстро двинулся вперед. Убежать мне все равно не удалось бы, да это уж и не имело ни малейшего смысла. До моего дома оставалось каких-то триста футов. Я остановился, хмуро уставившись в одну точку.
— Николс!
Щелкнула открывающаяся дверца, и под ее ногами зашелестела трава. Из соседнего дома вышли в обнимку парень с девушкой, посмотрели на нас и зашептались. Парень громко расхохотался. Вивьен подошла ко мне и взяла за руку.
— Собирался бросить меня и смыться?
Я молчал.
— Поначалу тебе это удалось, — продолжала она. — Но теперь ты от меня никуда не денешься.
Я осмотрел пустынную улицу. Внутри у меня клокотал вулкан, от злости сжимались кулаки. Она нашла меня, и теперь, конечно, не отвяжется. И надо было этому случиться прямо возле мотеля! Я заметил, что Вивьен, похоже, чем-то удручена и расстроена. Даже больше прежнего.
И тут у нее начался истерический смех. Она вся тряслась, я даже испугался, как бы ее на хватил удар.
— Николс, сейчас же садись в машину, — сквозь приступы смеха сказала она.
— Зачем я тебе нужен?
— Ты прекрасно знаешь зачем.
Взглянув на ее перекошенное лицо, я подумал, что правильно сделал, пытаясь убежать от этой женщины. Но тут увидел ее глаза, полные надежды.
— Садись же, — повторила Вивьен. — Кстати, у меня было предчувствие, что ты смоешься. А когда тот парень подогнал к гостинице автомобиль, я окончательно убедилась. Ну?
Так мы стояли возле машины, мотор был включен и громко ревел на всю улицу.
— Мы не могли бы пойти к тебе, Николс? — спросила она.
Она произнесла это очень спокойно, а я просто взвился от негодования:
— Ну уж дудки!
— Ты должен мне помочь, — настаивала она. — Теперь мы с тобой вместе. — Она приблизилась ко мне почти вплотную, голос ее звучал спокойно и уверенно. — Как ты можешь бросить меня после всего, что я тебе рассказала? — Она села в машину и положила голову на руль.
Без сомнения, ей было очень скверно. Так она и сидела с опущенной на руль головой и молчала.
— Но ты не можешь остаться у меня, — сказал я. — А моя жена?
— Боже мой! — запричитала Вивьен. — А я уж подумала, что упустила тебя! Что ты меня обманул! Ну, а если б ты жил не здесь, что тогда? А я думала... Николс! — взмолилась она. — Я так устала, что не в состоянии больше вести машину. Не знаю что мне делать! Ты должен мне помочь! Прошу тебя Николс!
— А моя жена? — упорствовал я. — Как мы ей объясним твое появление?
— Ей не обязательно быть в курсе наших дел.
— Ах так! Вот ты как все повернула! «Не обязательно быть в курсе наших дел!» Ты хоть соображаешь, что говоришь?
— Да не бойся ты и не кричи, пожалуйста. И без того тошно... Я же заплачу тебе. Ведь ты этого хочешь, Николс?
Она уже все за меня решила: она поселится в нашем мотеле как обычный постоялец. Гостья. Просто какая-то приезжая. Затем Вивьен сообщила, что обнаружили разбитую машину. Я в ответ лишь пожал плечами. Потом попросил ее уступить мне место за рулем. Повременил немного, поскольку был взвинчен до предела. Наконец, машина тронулась с места. Я пересилил себя и поборол свою усталость и раздражение.
— Где находится твой мотель, Николс? — спросила Вивьен.
Я обернулся. Она сидела сзади в каком-то оцепенении и смотрела в одну точку, словно загипнотизированная. Глядя на нее, трудно было поверить, что эта молодая женщина вступила в смертельную игру и намерена добиться своего — в машине находился манекен. Пораскинув мозгами, я пришел к печальному выводу, что ей все-таки удалось поймать меня в свои сети.
Я остановил машину в боковой улочке, за три квартала от мотеля. От «форда» валил легкий пар, машина явно перегрелась в столь длительной поездке. Сказав, что пойду раздобыть немного воды, я вылез и уже через боковое стекло обратился к ней:
— Немного подожди, а потом садись за руль и подъезжай к мотелю сзади. Мотель называется «Южный отдых».
— Хорошо, — ответила она и добавила: — Какое красивое название.
Я натянул пиджак и направился домой. Меня охватила тоска. «В подобной ситуации, — размышлял я, — невольно оказываешься в таком положении, что чем больше сопротивляешься, тем больше тебя затягивает, все глубже и глубже, пока ты окончательно не смиришься».
Подъезд к мотелю со стороны шоссе был весь перекопан, повсюду валялись груды битых кирпичей, в переулке, уткнувшись ковшом в землю, неподвижно замер бульдозер, напоминавший издалека сказочное чудовище.
Понурив голову, усталый и злой, я подошел к мотелю.
Если бы не мысли о чемодане с деньгами, то на душе было бы совсем скверно. Вдруг мои надежды оправдаются и все встанет на свои места? Кто знает?
Голова раскалывалась от боли; я провел рукой по подбородку; двухдневная щетина давала о себе знать. Надо бы побриться и переодеться. Не больно-то приятно сознавать, что на тебе надет костюм, принадлежавший покойнику. Со мной всегда происходят такие странные события. Как будто я нарочно ищу приключений на свою голову, причем весьма настойчиво.
Показалась вывеска: «Мотель „Южный отдых“. Свободные коттеджи». Свободные коттеджи... Какая горькая шутка. Еще ни разу нам с Бесс не удалось повесить табличку «Извините. Мест нет». Но у мотеля действительно был приятный вид. Аккуратные свежевыкрашенные строения, перед ними зеленый подстриженный газон, чудесные сливовые деревья.
Подходя кмотелю, я почувствовал, как сердце учащенно забилось, казалось, я подхожу к святилищу. А ведь это моя Бесс придала мотелю такой уютный и опрятный вид, и вообще, все, что она делала, она делала так, чтобы доставить мне радость. Любимая Бесс!
Мотель занимал довольно солидную площадь. «Черт побери, Николс! Да ты не кто иной, как землевладелец! — подумал я. — И какого дьявола эти подонки приостановили строительство дороги? Чем они думали, головой или задницей? А ведь я не единственный владелец мотеля, попавший в столь скверный переплет. Правда, некоторые из моих собратьев по несчастью, но слухам, кое-как перебиваются за счет прежних сбережений».
Я с тоской поглядел на заброшенную, перекопанную дорогу. Проезд закрыт, шоссе вконец испорчено, изгородь сломана. Сразу в голову приходят мысли об упадке и разрухе. Перед моим отъездом штакетник был еще цел. Теперь вместо него торчали лишь обломки дерева, и я тут же вспомнил о своей ране. Нога нестерпимо заныла.
Ничего, милая Бесс! Как-нибудь выкарабкаемся! Машинально я прибавил шагу — хотелось как можно скорее очутиться дома, и тут перед моим мысленным взором возникла Вивьен за рулем «форда», Вивьен, которая ожидает меня там, в переулке. Я зажмурил глаза и сквозь розовый туман увидел обломки «линкольна», изувеченное тело Ноэля — мертвого, изуродованного, окровавленного, с двумя локтями на одной руке. Но все это кошмарное зрелище заслонил чемодан с деньгами, перевязанный шарфом кровавого цвета.
Бесс, в свитере телесного цвета и шортах сидела на ступеньках лестницы с веником в руке и смотрела прямо перед собой отсутствующим взглядом. Я тихонько свистнул. Она подняла голову, отбросила веник и кинулась мне навстречу.
При виде ее я окончательно решил для себя, что делать. Все будет хорошо. Я вернулся домой не с пустыми руками.
Я понял, что никогда не приду к жене без денег. Она будет иметь все, Бесс это заслужила. И конечно, правильно, что я пришел без Вивьен, у Бесс не должно возникнуть никакого подозрения.
— Рой! — радостно воскликнула Бесс.
Было странно услышать свое имя после того, как меня столько времени называли Николс. А как бежала Бесс! Невысокая, стройная, хорошо сложенная, она так и стремилась в мои объятья. Длинные светлые волосы весело поблескивали на солнце, блестящие голубые глаза радостно сияли при виде меня.
Как прекрасна Бесс в этом свитере и светлых шортиках! Она выбежала на середину газона, перепрыгнула через небольшой ручеек и бросилась мне на шею.
— Рой, наконец-то ты вернулся!
Я обнял и крепко поцеловал ее, и мы зашагали по газону в дом. Вошли в холл. Я любовался ее прекрасными волосами, сверкающими от счастья глазами, стройными бедрами.
— Ну что, Рой, достал? — спросила она.
— А как же!
Она остановилась, потом подскочила от радости, обхватила меня за шею и крепко поцеловала. Бесс знала, как мне приятны ее поцелуи, и всегда старалась доставить мне удовольствие. Милая моя Бесс...
— Ты хочешь сказать, что Альберт дал деньги?
Я кивнул.
Тут Бесс внимательно оглядела меня, и ее глаза подозрительно заблестели.
— Не тебе другой костюм, Рой. Откуда он?
— А, это...
— Он не слишком хорошо сидит на тебе.
Она протянула руку и расстегнула пиджак, внимательно разглядывая его, потом ощупала брюки. Ее движения, как всегда, были ловкими и быстрыми, свойственными только ей одной. Мне ничего не оставалось, кроме как с восхищением смотреть на нее. А она продолжала изучать костюм — покойник был явно пошире меня в талии.
— Мне его дал Альберт...
— О!
— Тебе нравится?
— А где твой костюм?
— Я его отдал старьевщику.
— Но, Рой, ведь это был твой лучший костюм! — она опять подозрительно взглянула на меня.
— Да ладно... Я носил его три года. Он совсем вытерся.
— Ну, Рой!
Я снова обнял и поцеловал ее, и мы пошли в кабинет. Там стоял стол и пара кресел, окно выходило в сад. Бесс все время с любопытством наблюдала за мной. Я снял пиджак, повесил его на спинку кресла и сказал:
— Как здорово вернуться домой!
— Дорогой!
Она подошла ко мне и поцеловала, затем усадила в кресло, устроилась рядышком и целовала вновь и вновь. Я нежно гладил ее прелестные мягкие волосы, потом притянул к себе ее лицо и заглянул прямо в глаза.
— Как я рада, Рой! — воскликнула она.
— Да!
— Теперь у нас все будет хорошо!
— Конечно! Альберт выслал нам деньги. Правда, не знаю, когда они придут.
— Вот видишь, лучше было увидеться с Альбертом лично, чем писать или разговаривать по телефону. Верно, Рой?
Я снова целовал ее в губы, в подбородок, в волосы, потом взял за руку и принялся целовать каждый палец.
— Остановись, Рой! — шутливо отстранилась Бесс.
А я тем временем пытался выбросить из головы все эти проклятые мысли, одолевавшие меня. Я был сам себе омерзителен. Чувствовал себя по отношению к Бесс распоследним подонком: ведь я нагло врал ей. Вспомнив о Вивьен и о чемодане, я снова поцеловал Бесс, подумав при этом: «Какое бесстыдство! Какая же я свинья!» Бесс выскользнула из моих объятий, а я оглядел кабинет, потер руки и с чувством произнес:
— Черт возьми! Как хорошо дома! Кстати, постояльцы есть?
— Есть. Послушай, — сказала она, — а почему ты так задержался? Я тебя ждала еще позавчера. Где ты был?
— Искал, кто бы меня подвез. Хотел сэкономить деньги. Ты же знаешь, как мы сейчас нуждаемся. И встретил одну пару, они как раз ехали в сторону Тампы. — Я прокашлялся. — Ну вот, и добрался. Бесплатно, понимаешь? Единственное, чего они потребовали, чтобы я вел их машину.
Бесс недоверчиво посмотрела на меня.
— А что сказал Альберт?
Я пожал плечами.
— Ладно, выкладываю все карты на стол. Я ему подробно объяснил, какая у нас беда. И он согласился одолжить. — Я рассмеялся и продолжил: — Но деньги он мне не доверил, сказал, что не довезу. Ты же знаешь моего братца! Он думает, что я все время пью до посинения или что-нибудь в этом роде. Он сказал, что пришлет деньги по почте.
Она подошла ближе и положила руки мне на плечи.
— Ты уверен, что он это сделает?
Я кивнул.
— Есть ли какие-нибудь новости насчет шоссе? — поинтересовался я.
Она отрицательно покачала головой и прижалась щекой к моей груди.
— Ты долго отсутствовал, Рой, и плохо выглядишь. Совсем бледный. И тебе надо побриться. Что-нибудь случилось?
— Я прекрасно себя чувствую. А бледный потому, что там еще холодно и почти нет солнца. А в Джорджии вообще сильный снегопад.
Я чувствовал, что сминуты на минуту может появиться «форд» и подошел к окну. Вивьен, по-видимому, очень волнуется. И тут вдруг у меня возникло подозрение: а вдруг она не приедет? Что тогда? Я ведь уже сказал Бесс о деньгах. Вдруг Вивьен меня обманет и скроется? Мысли лихорадочно мелькали в моей голове.
— Вижу, ты начала разбирать штакетник. Я же просил тебя этим не заниматься. Это тяжелая работа.
— Понимаешь, у нас впереди еще много дел. Не могла же я, пока тебя нет, сидеть сложа руки.
— Ладно, понял. Умница моя, — я ласково погладил Бесс по щеке и прошелся по комнате.
— Рой, ты уверен, что здоров? — взволнованно спросила она и пристально посмотрела мне в глаза.
— Главное, я рядом с тобой, а для меня это все.
Бесс направилась, было, к окну, и тут послышался шум подъезжающего автомобиля. Я даже не отважился взглянуть в ту сторону.
— Кто-то приехал, — сказала Бесс. — Может, клиенты.
Она одернула свитер и пошла к двери.
— Пойду взгляду, — предложил я.
— Отдыхай, я сама.
Мы стояли у двери и смотрели друг на друга.
— Послушай, — проговорила Бесс. — Кто бы там ни был, увидев твою физиономию, он перепугается до такой степени, что мигом смоется отсюда аж на Западное побережье. У тебя видок, будто ты потерпел кораблекрушение. Я сама узнаю, кто приехал. А ты сиди здесь и не волнуйся.
Она вышла, закрыв за собой дверь. Я смотрел, как Бесс грациозно пересекает газон, шорты подчеркивали ее изящные бедра.

Брюер Джил - Красный шарф => читать онлайн электронную книгу дальше


Было бы отлично, чтобы книга Красный шарф автора Брюер Джил дала бы вам то, что вы хотите!
Если так получится, тогда можно порекомендовать эту книгу Красный шарф своим друзьям, проставив гиперссылку на данную страницу с книгой: Брюер Джил - Красный шарф.
Ключевые слова страницы: Красный шарф; Брюер Джил, скачать, бесплатно, читать, книга, электронная, онлайн
 Любовь и возмездие (Мой нежный враг)