Князева Людмила - читать и скачать бесплатные электронные книги 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

Фихан Кристин

Темная серия - 4. Темная сила


 

Тут выложена бесплатная электронная книга Темная серия - 4. Темная сила автора, которого зовут Фихан Кристин. В электроннной библиотеке forumsiti.ru можно скачать бесплатно книгу Темная серия - 4. Темная сила в форматах RTF, TXT или читать онлайн книгу Фихан Кристин - Темная серия - 4. Темная сила без регистрации и без СМС.

Размер архива с книгой Темная серия - 4. Темная сила = 243.47 KB

Фихан Кристин - Темная серия - 4. Темная сила => скачать бесплатно электронную книгу



Темная серия – 4

OCR Аваричка; SpellCheck Angelli
«Темная сила»: Гелеос; Москва; 2008
ISBN 978-5-8189-1160-1
Аннотация
Они были хозяевами вечной тьмы, но вместе порождали волшебство…
Юная Саванна Дубрински – знаменитая во всем мире иллюзионистка – могла заворожить собой и своим искусством миллионы зрителей. Увидев однажды, мужчины не забывали ее никогда. Но прикоснуться к ней дано было лишь одному…
Грегори, непобедимый охотник, легендарный целитель, самый могущественный из мужчин карпатской расы, уберег Саванну от гибели и внушил, что она рождена спасти его бессмертную душу.
Настал его час заявить на нее свои права…
Кристин Фихан
Темная сила
Глава 1
Посвящаю эту книгу своей любимой сестре, Рене Мартинес. Ты делила со мной все радости и горести. Я знаю, что ты всегда рядом. Если кто-то в этой жизни и заслуживает настоящего спутника жизни, то это ты…
Ночь пульсировала стуком сердец. Он шел среди смертных, оставаясь невидимым, двигаясь со скользкой грацией аллигатора. Стойкий запах стоял в ноздрях. Духи. Пот. Шампунь. Мыло. Алкоголь. Наркотики. СПИД. Сладкий и манящий запах крови. Скот. Корм. Добыча. Ее так много в этом городе. Идеальное место для охоты.
Но сегодня он уже сыт и не соблазнится призрачным обещанием силы и власти, которое давала кровь. Страстное желание отступит перед опытом многовекового пребывания на Земле. Вместе с немыслимым могуществом к нему пришло понимание иллюзорности этих волнительных ощущений.
Стадион в современном городе вмещал тысячи людей. В полной уверенности, что останется незамеченным, он прошел мимо охраны.
Магическое шоу подходило к концу. На том месте, где только что стояла фокусница, вдруг возникла колонна роз. Зрители замерли в предвкушении чуда.
Он слился с тенями. Его бледные, с оттенком серебра глаза, не отрываясь смотрели на сцену. Дымка рассеялась, и появилась она – воплощение мечты каждого мужчины, мечты о жарких, струящихся ночах, об атласе и шелке кожи. Мистическая, загадочная, сочетавшая в себе невинность и соблазнительность, девушка двигалась с обольстительной грацией. Густые иссиня-черные волосы волнами струились до стройных бедер. Белый кружевной плащ подчеркивал высокую полную грудь и изящную талию, слегка обнажал красивые стройные ноги. Дорогие темные очки скрывали глаза, но акцентировали внимание на сочных губах, ровных зубах и классических скулах.
Саванна Дубрински – одна из величайших фокусниц мира.
Он пережил почти тысячу лет черной пустоты. Ни веселья, ни гнева, ни желаний. Никаких эмоций. Ничего, кроме неукротимого голода. Ничего, кроме тьмы, поглощающей душу. Взгляд бледных глаз заскользил по хрупкой и соблазнительной фигуре девушки, и жажда, тяжелая, болезненная, пробудилась в нем. Тело напряглось, каждый мускул был натянут. Пальцы медленно впились в сиденье, оставляя на металле вмятины. Пот выступил на лбу. Он позволил боли перелиться через край, наслаждался ей.
Чувствовал.
Его тело не просто хотело ее. Оно безумствовало, горело. Чудовище клеймило жертву взглядом. Голод рос неистово и опасно.
На сцене два ассистента заковывали фокусницу в цепи, их пальцы прикасались к ее нежной коже, тела терлись о ее тело. Низкий стон вырвался из его горла, глаза налились кровью. В этот момент тысяча лет самообладания пошла прахом, выпустив на волю опаснейшего хищника. Теперь каждый был в опасности.
Саванна огляделась, будто чувствуя опасность. Она была похожа на олененка, пойманного в силки.
Он почувствовал, как его внутренности скрутило. Ощутил темное, примитивное желание обладать. Неукротимую похоть. Наблюдатель закрыл глаза и глубоко вздохнул. Страх девушки был ему приятен. Интенсивность чувств, граничащих с жестокостью, вытеснила ощущение потерянности для вечности. Он наслаждался способностью чувствовать, пренебрегая опасностью. Для него не имело значения отсутствие права на нее, нарушение принятых законов. Ничто не имело значения, кроме того, что она принадлежала ему. Еще до ее рождения он знал, что они созданы друг для друга.
Сознание девушки металось. Но он был древнейшим, сильнейшим и опытнейшим из всех, живущих на Земле. Он был тем, о ком даже сородичи в страхе и благоговении говорили только шепотом. Он был Темным. И, несмотря на то что жертва предчувствовала опасность, она не сможет вычислить ее источник, пока он не позволит сделать это.
Хищник оскалился, когда светловолосый ассистент Саванны провел рукой по ее лицу и нежно поцеловал в лоб перед тем, как заковать в цепи внутри стального гроба. Клыки выросли во рту, и Темный посмотрел на мужчину холодным, немигающим взглядом убийцы. Он сфокусировал взгляд на горле светловолосого, на миг заставив его ощутить удушливую агонию. Мужчина схватился за горло, спотыкаясь, хватая ртом воздух, нервно оглянулся, тщетно пытаясь разглядеть что-то в зрительном зале. Все еще тяжело дыша, он повернулся, чтобы опустить гроб в наполненную водой камеру.
Оставаясь невидимым, аллигатор издал предупреждающий, приводящий в ужас рык, который мог слышать только блондин. Мужчина на сцене заметно побледнел и пробормотал что-то другому ассистенту, который, нахмурившись, покачал головой.
Возвращение способности чувствовать доставляло неописуемое удовольствие древнейшему, но потеря контроля над собой была опасна. Темный повернулся спиной к сцене и покинул стадион, хотя каждый шаг, отдалявший его от Саванны, отзывался болью в теле. Но он смирился с ней, упиваясь возможностью чувствовать.
Первое столетие его жизни было дикой оргией чувств, эмоций, желаний, даже доброты. Но постепенно стала подбираться темнота, опустошавшая душу выходца из Карпат, живущего в одиночестве. Эмоции таяли, цвета тускнели до тех пор, пока он не стал просто существовать. Он экспериментировал, обрел знания и силу, которые достались ему дорогой ценой. Он питался, охотился и убивал, когда считал необходимым. И тьма сгущалась, угрожая навсегда поглотить душу, превратить его в одного из проклятых, из мертвых.
Она же была невинна. В ней был смех, сострадание, доброта. Она была его светом во тьме. Улыбка, искривившая его чувственные губы, выдавала жестокость. Мускулистое тело напряглось. Он откинул назад густые черные волосы. Выражение лица, жесткое и беспощадное, полностью совпадало с его сущностью. Глаза, которые так завораживали и гипнотизировали смертных, приобрели оттенок холодной стали.
Даже на расстоянии он ощутил, как сотрясает землю взрыв аплодисментов, ознаменовавший спасение Саванны из стального плена. Он растворился в ночи зловещей тенью, которую не способны были увидеть ни его соплеменники, ни, тем более, простые смертные. Его терпение было терпением самой земли, спокойствие – спокойствием гор. Хищник неподвижно стоял, наблюдая за безумием толпы, струящейся из стадиона. Каждую секунду он знал, где находится девушка. Еще когда она была ребенком, он убедился в существовании связи между ними. Но Саванна разделила их океаном, сбежав в Америку, на родину своей матери, и наивно полагая, что находится в безопасности.
Течение времени очень мало для него значило. Звуки машин и людей растаяли вдали. Фонари плясали вокруг. Ночь была в полном его распоряжении. Древнейший глубоко вздохнул, пьянея от ее запаха, и потянулся, словно вышедший на охоту леопард.
До него доносился смех Саванны, мягкий, звонкий, незабываемый. Она разговаривала со светловолосым ассистентом, наблюдая за тем, как укладывают подпорки. Хотя эти двое находились от него на достаточно большом расстоянии, он мог, не прикладывая усилий, слышать их диалог.
– Я рада, что гастроли наконец подошли к концу. – Савана устало опустилась на ступеньки после того, как последние доски были упакованы, и стала наблюдать за тем, как грузят стальной гроб в кузов огромного грузовика. – Мы заработали столько, сколько планировали? – спросила она, дразня своего ассистента. Им обоим было известно, что финансовые вопросы ее не интересуют. Без Питера Сандерса, следящего за финансовой стороной шоу, фокусница давно бы обанкротилась.
– Мы заработали гораздо больше. Я думаю, это и есть успех. – Питер улыбнулся девушке. – Сан-Франциско – сказочный город. Почему бы нам не провести здесь выходные? Мы могли бы заниматься всем тем, чем занимаются туристы, – канатные дороги, Золотые Ворота, Алькатрас. Мы не можем вот так просто покинуть это место. Возможно, мы больше никогда сюда не вернемся.
– Меня это не касается, – заявила Саванна, отстраняясь, когда Питер поднялся к ней поближе.
– Саванна… – Питер тяжело вздохнул. – Я приглашаю тебя на свидание.
Она выпрямилась, сняла темные очки и пристально посмотрела на ассистента. Ее глаза глубокого голубого цвета, оттененные густыми длинными ресницами, казались фиолетовыми и излучали, как звезды, странный серебристый свет. Всегда, когда она так пристально на него смотрела, он будто падал, тонул, терялся в сиянии этих звезд в ее глазах.
– Питер… – Ее голос, мягкий, завораживающий, был одной из причин головокружительного успеха. Саванна могла, не прилагая усилий, удерживать внимание аудитории одним только голосом. – Наш флирт на протяжении шоу – лишь игра. Мы друзья и партнеры, и это очень многое для меня значит. Пока я росла, моим самым близким другом был волк. – Она не упомянула о том, что до сих пор каждый день вспоминает об этом волке. – Я не собираюсь рисковать отношениями, которыми дорожу, из-за попыток превратить их во что-то другое.
Питер потряс головой, чтобы избавиться от наваждения. Все, что она говорила, всегда звучало логично. Она умела убеждать. Когда она смотрела в его глаза, невозможно было не согласиться с тем, что она говорит. Она умела красть его волю так же легко, как и его дыхание.
– Волк? Настоящий волк?
Она кивнула.
– Когда я была маленькой, мы жили в отдаленной части Карпат. Я была там единственным ребенком. Однажды к нашему дому пришел волчонок. Он стал играть со мной каждый раз, когда я оставалась одна. – В ее голосе прозвучал гнетущий отзвук боли. – Казалось, он чувствует, когда нужен мне, когда мне грустно или одиноко. Он всегда был нежен, даже когда кусался. – Девушка потерла руку, будто снова поглаживая волка. – Пока я росла, он постоянно находился рядом. Мы были неразлучны. Мне никогда не было страшно в лесу, даже ночью. Зверь был всегда готов прийти на помощь. Он был черным, внушительных размеров, с умными понимающими глазами. Иногда он выглядел таким печальным, словно нес на себе всю тяжесть мира. Когда я решила уехать в Америку, мне было очень грустно оставлять родителей, но разлука с волком просто разбила мне сердце. Перед тем как уехать, я проплакала три ночи, обвив его шею руками. Он даже не шелохнулся, будто все понимал и горевал вместе со мной. Если бы это было возможно, я взяла бы его с собой. Но ему нужна свобода.
– Ты серьезно? Настоящий волк? – недоверчиво переспросил Питер. Он мог поверить в способность Саванны приручить любого человека или чудовище, и все же поведение животного удивляло его. – Я думал, что волки сторонятся людей. Не могу сказать, что часто с ними сталкивался, но…
Она усмехнулась.
– Он был огромным и очень опасным, но со мной всегда робким. Волк не подпускал к себе никого, кроме меня, даже моих родителей. Скрывался в лесу, когда кто-то приближался. Но всегда присматривал за мной издалека, чтобы быть уверенным, что я в безопасности. Я видела сверкание его глаз в лесу, и это меня успокаивало.
Осознав вдруг, что ей опять удалось отвлечь его внимание, Питер отвернулся.
– Саванна, это ненормально. Ты избегаешь близких отношений.
– Мы близки, – сказала она мягко. – Питер, ты мне очень нравишься, как брат. Мне всегда хотелось иметь брата.
– Прекрати, Саванна, ты не даешь мне ни малейшего шанса. У тебя нет никого, кроме меня. Я сопровождаю тебя на вечеринки и интервью, слежу за финансовыми и организационными вопросами, но мы почему-то не спим вместе.
Мурашки пробежали по спине Питера, когда он услышал низкий рык. Саванна подняла руку и внимательно осмотрелась, вглядываясь в каждую тень.
– Я не говорил тебе, но во время шоу происходили странные вещи. – Он говорил шепотом, будто у ночи были уши. – После того как я помог тебе забраться в гроб, я ощутил внезапный приступ удушья. Как будто кто-то очень сильный душил меня.
Я ощутил, что на меня направлен чей-то гнев. – Он нервно провел рукой по волосам. – Игра воображения, я в этом уверен. Но только что я услышал точно такой же рык. Как будто кто-то пытается сказать мне, чтобы я держался от тебя подальше.
– Почему ты ничего мне не сказал? – воскликнула она с ужасом в глазах. Внезапно свет погас, оставив их в кромешной тьме. Пальцы Саванны сжали руку Питера, и он почувствовал, что за ними наблюдают, точнее, на них охотятся. Его машина была далеко. Место парковки было также погружено во тьму. Где охранники?
– Питер, нам нужно выбираться отсюда. Если я скажу тебе «беги», просто делай это, не оглядываясь, что бы не происходило. – Ее голос был низким и властным, и он был готов делать все, что она скажет. Но хрупкое тело девушки дрожало, и рыцарство победило разум.
– Спрячься за мной, дорогая. У меня плохое предчувствие.
Как и все знаменитости, Саванна страдала от различных угроз и фанатов. Фокусница стоила миллионы, не говоря уже о той сексуальности, которая была частью ее имиджа. Саванна влияла на мужчин странным гипнотическим образом. Воспоминания о ней никогда их не покидали.
Она вскрикнула, пытаясь предупредить Питера, за миг до того, как что-то с нечеловеческой силой ударило его в грудь, выбив воздух из легких, вырвав его руку из ее руки, ломая его кости, как соломинки. Мужчина захрипел, его грудь горела, будто на него обрушилась тонна кирпичей. Он видел ужас в глазах Саванны. Что-то невероятно сильное схватило его и швырнуло в сторону. Питер закричал, ощутив горячее дыхание на своей шее.
Саванна прошептала его имя, одним прыжком сократив расстояние, разделявшее их. Но получила такой чудовищный удар по лицу, что, как тряпичная кукла, отлетела на асфальт парковки. И хотя она, как кошка, приземлилась на ноги, в голове стоял звон, а в глазах плясали белые звездочки. Не успела Саванна прийти в себя, как чудовище уже вонзило клыки в горло Питера и стало глотать кровь, хлеставшую из разорванной артерии. Мужчина повернул голову, ожидая увидеть волка или огромного пса. Но на него зловеще уставились пустые красные глазницы. Питер умер в ужасе и с чувством вины за то, что не смог защитить Саванну.
С ядовитым шипением чудовище небрежно откинуло тело Питера. Оно упало в нескольких шагах от Саванны. Кровь растекалась по асфальту. Убийца поднял голову и повернулся к девушке, триумфально скаля гнилые зубы.
Саванна отступила назад, ее сердце билось в страхе. Горе было столь острым, что она не могла дышать. Питер. Первый друг среди людей за двадцать три года. Убит. Из-за нее.
Она смотрела на незнакомца. Он слизывал с зубов кровь Питера. Его глаза горели, дразня иллюзионистку.
– Я знал, что найду тебя первым.
– Зачем ты убил его? – В ее голосе слышался ужас.
Он рассмеялся.
– Нужно делать это время от времени. Страх насыщает кровь адреналином. Ничто не может с этим сравниться. Мне нравится смотреть на них, когда они знают, что вот-вот умрут.
– Чего ты хочешь? – Девушка не отрывала от него взгляда.
– Я стану твоим мужем, твоим спутником жизни. – В его голосе слышалась угроза. – Твой отец, великий Михаил Дубрински, лишь должен будет снять с меня проклятие.
Она склонила голову.
– А если я скажу «нет»?
– Тогда мне придется применить силу. Это будет забавно: хоть какое-то разнообразие после всех этих простушек, марионеток, мечтающих угодить мне.
– Они не мечтают тебе угодить. Ты отнимаешь у них волю. Только так ты можешь заполучить женщину. – Голос Саванны звенел от отвращения, ненависти и презрения.
Воздух вырвался из его груди с шипением.
– Ты заплатишь за свое неуважение. – Он двинулся к ней.
Из тьмы возникла тень, мускулы выглядели стальными под элегантной шелковой рубашкой. Тень выросла перед Саванной, закрыв ее собой. Одной рукой незнакомец погладил лицо девушки. Прикосновение было легким, нежным, едва заметным. Взгляд бледных, отливавших серебром глаз остановился на скелете.
– Добрый вечер, Роберто. Я вижу, ты хорошо пообедал. – Голос был приятным, успокаивающим, гипнотическим.
Саванна едва сдерживала рыдания. От мужчины исходило оберегающее тепло.
– Грегори, – прорычал Роберто, в его глазах горела жажда крови. – Я слышал об опасном Грегори, темном призраке Карпат. Но я не боюсь тебя. – Это была бравада. Сознание скелета металось, ища пути к спасению.
Грегори усмехнулся:
– Ты определенно не знаком с хорошими манерами, Роберто. Неужели ты ничему не научился за все эти годы?
Роберто зашипел. Его голова стала медленно раскачиваться из стороны в сторону. Ногти удлинились и напоминали острые лезвия бритвы.
– Саванна, когда он начнет атаковать, ты покинешь это место, – прозвучал в сознании девушки властный приказ.
– Мой друг убит, и я тому причина. – Саванна не хотела, чтобы кто-то пострадал из-за нее. Она вновь удивилась тому, как легко было мысленно разговаривать с легендарным Грегори.
– Ты будешь делать то, что я скажу, моя малышка, – вновь прозвучал спокойный приказ, которому невозможно было перечить. Роберто смел думать, что обладает достаточной силой для того, чтобы спорить с могущественным Грегори. Саванна же не была столь самонадеянна.
– Ты не имеешь права вмешиваться, Грегори. – Роберто заскрипел зубами. Его голос был похож на голос избалованного, обиженного мальчишки. – Она пока ничья.
Бледные глаза Грегори блеснули серебром.
– Она моя, Роберто. Я заклеймил ее много лет назад. Она моя спутница жизни.
Роберто осторожно сделал шаг влево.
– Ваш союз не признан официально. Я убью тебя, и она станет моей.
– То, что ты здесь сделал, – преступление по отношению к человечеству. То, что ты собираешься сделать с моей женщиной, – преступление против нашей расы и против меня лично. Справедливость настигла тебя в Сан-Франциско, и приговор, который вынес тебе принц Михаил, будет приведен в исполнение. Ты ударил мою женщину, и это будет стоить тебе жизни. – Грегори говорил спокойно, с легкой улыбкой. – Иди, Саванна.
– Я не позволю ему причинить тебе вред, ведь ему нужна я.
Мягкий смех Грегори эхом отозвался в ее сознании.
– У него нет ни малейшего шанса, та petite. Делай так, как я говорю, иди. – Саванна и так его боялась. Он не хотел, чтобы она стала свидетельницей уничтожения отвратительного существа, позволившего себе ударить женщину. Его женщину.
– Я убью тебя, – выкрикнул Роберто, отчаянно пытаясь набраться храбрости.
– В таком случае могу дать тебе возможность попробовать, – вежливо ответил Грегори. Его голос снизился на октаву, став гипнотическим. – Ты так медлителен, Роберто, медлителен и неповоротлив, и слишком некомпетентен для того, чтобы победить кого-то моего уровня. – Его улыбка стала жестокой и немного насмешливой, а к тембру голоса невозможно было не прислушаться. Он проникал прямо в мозг и затуманивал сознание.
Воодушевленный только что совершенным убийством, Роберто кинулся на Грегори. Тот оттолкнул Саванну как можно дальше и молниеносно рассек лицо Роберто, оставив на нем четыре глубокие борозды.
По спине Саванны пробежал холодок. Девушка слышала шум борьбы, всхлипы Роберто. Потеря крови ослабила низшее существо. По сравнению с Грегори он выглядел неуклюжим и медлительным.
Саванна отступила на несколько шагов, но не могла заставить себя отвести глаз от маски насмешливой жестокости на лице Грегори. Его глаза были глазами самой смерти. Каждым порезом он унижал Роберто, у которого не было никаких шансов – Грегори в любой момент мог нанести смертельный удар.
Саванна посмотрела на тело Питера, лежащее на асфальте. Она любила его, как брата, а сейчас он мертв. В ужасе фокусница бросилась бежать, надеясь найти убежище среди деревьев. Она не могла сдержать рыданий, боль утраты и чувство вины отнимали силы. Девушка опустилась на землю. Раньше она верила, что ненавистный жестокий мир вампиров и карпатцев остался далеко в горах. Внезапно молния бело-голубым хлыстом рассекла небо. К оранжевому зареву добавилась россыпь огней. Фокусница закрыла лицо руками, поняв, что это Грегори уничтожает тело Роберто. Его сердце и зловонная кровь должны обратиться в пепел, чтобы вампир не смог возродиться.
Ни одного из них нельзя было подвергать медицинскому обследованию. Материальное доказательство их существования представляло опасность для всей расы. Саванна зажмурилась, стараясь не вдыхать запах паленой плоти.
Воздух позади нее едва заметно шелохнулся. Грегори сжал запястье девушки и помог ей подняться. Вблизи он выглядел еще более могущественным, абсолютно непобедимым.
– Прости, что я не успел спасти твоего друга. К тому времени, как я почувствовал присутствие вампира, он уже напал. – Грегори прижал Саванну к могучей груди. Он не был готов разбирать причины своего первого за тысячу лет промаха. Саванна проникла в сознание мужчины и ощутила неподдельное сочувствие ее горю.
– Как ты нашел меня?
– Я всегда знаю, где ты, каждую минуту. Пять лет назад ты сказала, что тебе нужно время, и я дал его тебе, но никогда не оставлял тебя, и не оставлю. – Его голос был полон решимости.
Сердце Саванны забилось быстрее.
– Не делай этого, Грегори. Ты же знаешь, что я чувствую. У меня теперь новая жизнь.
– Ты не можешь изменить свою суть. Ты – моя спутница жизни, и пора признать это. – Его голос обволакивал девушку мягкостью бархата. Чем чаще он произносил слова «спутница жизни», тем больше Саванна верила в это.
В смятении она закусила нижнюю губу.
– Ты не можешь насильно подчинить меня. Это противоречит нашим законам.
Грегори склонил голову, его теплое дыхание заставляло ее тело гореть от желания.
– Саванна, ты пойдешь со мной. Сейчас.
Она подняла руку; ее иссиня-черные волосы развевались по ветру.
– Нет, я самый близкий человек для семьи Питера. Сначала я должна организовать похороны, а потом мы поговорим о нас. – Девушка сжала руки.
Грегори накрыл ее руку своей.
– Подумай хорошо, ma petite. Ты не должна появляться на людях. Будет тяжело объяснить, что здесь произошло. Мне нужно устроить все так, чтобы подозрение не пало на тебя или кого-то из наших.
Саванна глубоко вздохнула. Хоть ей и ненавистна эта мысль, но Грегори прав. Представители их расы не должны привлекать внимание.
– Я не пойду с тобой.
Он оскалился в хищной улыбке.
Девушка вновь проникла в его мысли: непреклонная решимость, внутреннее спокойствие. Грегори ничто не трогало.
– Я позову охрану, – пригрозила она в отчаянии. Безупречные зубы блеснули снова. Глаза засверкали серебром.
– Вывести их из состояния гипноза перед тем, как ты это сделаешь?
Саванна закрыла глаза, дрожа от шока и ужаса.
– Нет, нет, не делай этого, – произнесла она страдальческим шепотом.
В сердце Грегори стало зарождаться что-то ему неведомое.
– Через пару часов рассветет. Нам нужно покинуть это место.
– Я не пойду с тобой, – упрямо твердила фокусница.
– Если твоя гордость подсказывает тебе, что ты должна сопротивляться, попробуй. – Его низкий голос был полон нежности.
Цвет ее глаз стал почти багровым.
– Перестань делать мне одолжения! Я дочь Михаила и Равен, моя родина, как и твоя, Карпаты, у меня есть собственная сила и право выбора!
– Пусть будет так, если тебе приятно так думать. – Мужчина обвил пальцами ее запястье. Хватка была нежной, но невообразимо сильной. Саванна попыталась вырвать руку, но Грегори сделал вид, что не замечает попыток.
– Отпустить тебя? Не нужно бояться. – Его голос завораживал, заставлял подчиниться.
– Нет! – Обида отзывалась болью в сердце девушки. – Не контролируй мои мысли. Не называй меня малышкой. – Саванну пугало то, что у него есть на это право.
Грегори взял девушку за подбородок и приподнял ее лицо так, чтобы их взгляды встретились.
– Ты в безопасности. Я не вампир. Я карпатец, и ты – моя половина. Я буду защищать тебя ценой собственной жизни. Я всегда буду бороться за то, чтобы ты была счастлива.
Саванна глубоко вздохнула, пытаясь взять себя в руки.
– Мы – не спутники жизни. Я не выбирала, – выдохнула она последний аргумент.
– Мы можем обсудить это в более подходящее время.
– Тогда встретимся завтра, – кивнула девушка.
Беззвучный смех Грегори заполнил сознание.
– Сейчас ты пойдешь со мной. – Снизившийся на октаву медово-теплый голос гипнотизировал, отнимал волю.
Саванна уперлась подбородком в его грудь. В горле стоял комок.
– Я боюсь тебя, Грегори, – признала она нехотя. – Жизнь карпатки не для меня. Я слишком независима, как и моя мать. Я буду жить своей жизнью.
– Я знаю о твоих страхах, ma petite. Знаю каждую твою мысль. Связь между нами столь сильна, что даже океаны ей не помеха. Мы справимся с твоими страхами вместе.
– Я не смогу этого сделать. Не смогу! – Саванна нырнула под его рукой и побежала.
Но как быстро она ни петляла, Грегори постоянно был рядом. Наконец, выбившись из сил, рыдающая беглянка остановилась на другом конце стадиона. Грегори же стоял рядом, непоколебимый, сильный, спокойный, будто знал о каждом движении прежде, чем она его сделает. Он прижал Саванну к себе.
– Позволяя тебе быть свободной, я подвергаю тебя опасности.
На мгновение карпатец опустил голову и зарылся лицом в густые шелковистые волосы девушки. Потом, без предупреждения, взмыл вверх огромной хищной птицей, крепко прижав к себе хрупкое тело Саванны.
Она закрыла глаза и, обвив руками стальные мускулы Грегори, отдалась скорби по Питеру. Ветер уносил рыдания к звездам. Слезы Саванны блестели в ночи, будто драгоценные камни.
Грегори ощущал ее боль как собственную. Мысленно соприкоснувшись с хаосом в голове Саванны, чувствовал всепоглощающее горе и чудовищный страх.
Девушка открыла глаза, когда они оказались на ступенях огромного дома в горах. Карпатец бережно опустил свою ношу, открыл двери и галантно отступил, пропуская Саванну вперед. Она растерялась, зная, что, если переступит порог дома, жизнь ее будет всецело в руках Грегори. Глаза непокорной карпатки светились бело-голубым огнем, будто в них навеки заточили случайные звезды. Гордо приподняв голову, она пятилась, пока не уперлась в перила крыльца.
– Я отказываюсь входить в твой дом.
Он рассмеялся.
– Мы созданы друг для друга. У тебя не может быть другого мужчины, Саванна. Я знаю, что тебе неприятны прикосновения других. – Его низкий голос словно ласкал ее, заставлял таять. – Когда к тебе прикасаюсь я, все иначе. Мы оба это знаем. Не отрицай, иначе мне придется доказать правдивость своих слов.
– Мне только двадцать три. Я совсем не видела жизни, – заявила она в отчаянии. – А ты, ты живешь многие века!
– Мой опыт только пойдет тебе на пользу. – Мужчина пожал могучими плечами.
– Грегори, пожалуйста, попытайся понять. Ты не любишь меня. Ты не знаешь меня. Я не такая, как остальные карпатки. Я не хочу становиться племенной кобылицей для размножения расы. Я не могу быть твоей пленницей.
Он тихо рассмеялся.
– Ты совсем маленькая, ma petite. Веришь ли ты сама в то, что говоришь? – Нежность его голоса отзывалась в ее сердце, несмотря на страх. – Ты считаешь свою мать пленницей?
– Мои родители – это другое. Мой отец любит мою мать. Но, даже невзирая на это, он иногда забывает о ее правах. Золотая клетка – все же клетка, Грегори.
В его взгляде сквозило изумление. Саванна вдруг вспыхнула. Ей захотелось отвесить ему пощечину. Его улыбка лишь стала шире. Он бросал ей вызов. Грегори указал на открытую дверь.
Девушка выдавила улыбку.
– Мы можем остаться здесь до рассвета, Грегори. Я так и сделаю, а ты?
Он лениво прислонился к стене.
– Рискнешь?
– Ты не можешь заставить меня, не нарушая законы.
– Ты думаешь, что за все то время, пока я живу, я не нарушал законы? За те вещи, которые я совершил, обычному человеку грозит пожизненное тюремное заключение.
– И все же, убив Роберто, ты помог торжеству справедливости, несмотря на-то что Сан-Франциско – охотничьи угодья Айдана, – заявила Саванна, упомянув еще одного могущественного карпатца, который выслеживал и уничтожал тех, кто становился вампиром. – Ты сделал это ради меня?
– Ты – единственное, что стоит между мной и уничтожением как бессмертных, так и смертных. Ты моя спутница жизни. – Мужчина произнес это тоном, не терпящим возражений. – Он ударил тебя, Саванна. Этого было достаточно. Больше никто тебя не тронет, никто не посмеет встать между нами.
Девушка вновь вторглась в сознание Грегори. Гнева не было, лишь решительность. Он говорил то, что думал, не блефовал и не пытался ее запугать – он хотел, чтобы между ними не было лжи. Саванна знала, что этот момент придет.
– Прости, Грегори, – прошептала она. – Я не могу быть такой, какой ты хочешь меня видеть. Я встречу рассвет.
Карпатец невероятно нежно прикоснулся к ее лицу.
– Ты не имеешь представления о том, чего я от тебя хочу. – Его пальцы касались шелковой кожи на шее там, где неистово бился пульс. – Мы можем поговорить о твоих страхах, ma petite. Войди в дом вместе со мной. – Грегори мягко вторгся в ее сознание. Глаза, обычно бледные и холодные, горели жаром раскаленной лавы и, казалось, угрожали навсегда отнять ее волю. Это была мука, но сладкая мука.
Пальцы Саванны впились в перила.
– Прекрати это, Грегори! – закричала она и бросилась к двери, где стоял карпатец, только чтобы поскорее избавиться от темного влияния.
Мужчина перехватил девушку, прижал к своему возбужденному телу, коснулся губами ее уха.
– Произнеси это, Саванна. Произнеси эти слова, – выдохнул он бархатным шепотом. Губы, чувственные, горячие и влажные, стали спускаться ниже. Прикосновения искушали больше, чем слова. Зубами Грегори слегка касался ее кожи. Саванна почувствовала, как в нем просыпается монстр, голодный, жадный.
Слова застряли в горле. Карпатка сказала их так тихо, что трудно было разобрать: подумала или произнесла вслух.
– Я пришла к тебе по доброй воле.
Грегори тотчас же отпустил ее, позволив самостоятельно, спотыкаясь, переступить порог, и вошел вслед за ней. Серебристые глаза излучали жар, силу. Ногой захлопнув за собой дверь, он шагнул к Саванне.
Девушка вскрикнула и попыталась ускользнуть от него, но карпатец с легкостью поймал ее и прижал к груди.
– Успокойся, ma petite, или все закончится тем, что ты поранишься. Бороться со мной бессмысленно.
– Я тебя ненавижу.
– Нет, Саванна. Ты меня боишься, но еще больше ты боишься себя, – спокойно ответил Грегори, подхватил девушку на руки и понес в нижнюю часть дома, которая находилась глубоко под землей.
Тело Саванны изнывало от желания. Голод усиливался, и в ней вдруг стало просыпаться что-то дикое.
Глава 2
Как только Грегори опустил Саванну на землю, она тут же метнулась прочь, в ней ожил страх. Одним скачком карпатец преодолел расстояние между ними. Кровь желанной женщины звала его. Он позволил аромату проникнуть в легкие, и его собственная кровь хлынула по венам горячим потоком. Мужчина стал следить за дыханием и биением обоих сердец, борясь с пробудившимся демоном за спокойствие, которое было необходимо, чтобы не причинить ей боль.
Саванна – юная, дикая, красивая – смотрела на него огромными от страха глазами. Она вжалась в угол, мысли и чувства метались в хаотичном смятении. Грегори с трудом мог разобрать, что на самом деле творилось в ее голове. Горе и чувство вины за погибшего друга. Отвращение и унижение оттого, что тело может предать, оттого, что недостаточно силы, чтобы дать отпор карпатцу. Ужас оттого, что он будет контролировать ее, что может причинить боль. Саванна твердо решила сражаться не на жизнь, а на смерть.
Ни один мускул не дрогнул на лице мужчины. Он искал выход из ситуации. Рискнув ради этой женщины рассудком, душой, Грегори не мог лишиться всего из-за своей неловкости – он никогда не позволит ей погибнуть.
– Я соболезную тебе, – тихо произнес карпатец низким музыкальным шепотом.
У Саванны от неожиданности задрожали ресницы.
– Мне следовало появиться там раньше, чтобы спасти его, – добавил он мягко.
Она облизнула губы и вздохнула. Грегори выглядел непобедимым, безжалостным. Темная энергия сочилась сквозь каждую пору его тела, сексуальность покоряла. Абсолютное спокойствие противоречило чувственности и огню в бледных глазах.
– Я не настолько бесчувственен, чтобы давить на тебя, пока ты переживаешь горе. Расслабься, mа petite. Я жесток по отношению ко многим, но тебе никогда не причиню вреда. Ты в безопасности. Я хочу лишь успокоить тебя. – Карпатец почувствовал попытку девушки проникнуть в его мысли. Она хотела понять, правдивы ли его слова. Грегори редко позволял кому-то погружаться в сознание. Мысленное единение с Саванной было непривычным и болезненным, но доставляло огромное удовольствие.
Карпатка смогла прочесть в мыслях мужчины лишь потребность успокоить ее, сознание Грегори казалось зеркальной гладью озера. Девушка расслабилась. Почему она так на него реагирует? Грегори прав: прикосновения любого другого мужчины вызывали у нее отвращение. Ему же достаточно лишь находиться рядом, чтобы ее тело взывало к нему.
Мужчина подошел к светильнику, стоящему рядом с кроватью. Бледная, испуганная Саванна следила за ним, не отрываясь. Он бросил травы в хрустальный бокал. Умиротворяющий аромат заполнил комнату.
– Подойди ко мне, ma cherie, – его голос был низким и властным. – Почти рассвело.
Девушка впервые огляделась. Мерцающие свечи освещали просторную комнату, обставленную антикварной мебелью. На огромной дубовой кровати лежали свежесрезанные розы. Комната в готическом стиле была прекрасной и пугающей одновременно. Карпатка закашлялась и в сомнении потерла лоб.
– Я бы предпочла спать в собственной спальне.
– Ты не покинешь моей спальни, – властно ответил Грегори, не сводя с нее глаз.
– Нет? – У Саванны вдруг закружилась и заболела голова, ноги подкосились, и она неожиданно опустилась на пол. Грегори подхватил ее на руки, словно ребенка. Девушка спрятала лицо на его могучей груди, не в силах больше сопротивляться. Рядом с ним она чувствовала себя в полной безопасности.
Грегори наслаждался ощущением ее тела в своих руках. Внезапно боль пронзила его. Голод усиливался. Карпатец опустил свою ношу на кровать. Животная природа – охотника, хищника – призывала немедленно сделать ее своей, привязать навеки. Без Саванны он был бессердечным демоном, обреченным на бесконечное одиночество, бродил по земле веками, могущественный целитель, мертвый внутри. Но теперь появилась эта девушка, и он уничтожит любого, кто попытается отнять ее или причинить ей зло.
Завораживающий голос Грегори снимал боль в висках, успокаивал душу. Карпатец лег позади Саванны. Ее тело казалось крохотным на фоне его огромной фигуры. Тело Грегори мгновенно отреагировало на ее близость. Желание загорелось в крови, мускулах, каждой клетке. Он сжал ее в объятиях и изумился совершенству и хрупкости фигуры, но девушка дрожала так, что стучали зубы.
– Саванна, я – монстр, какого не знало человечество. Но всегда был честен, и могу дать два обещания: я всегда буду говорить тебе правду и защищать тебя ценой собственной жизни. Я уже сказал, что не буду ничего требовать этой ночью. Сначала ты должна успокоиться.
Девушка уткнулась лицом в его шелковую рубашку, чтобы слышать стук сердца, чувствовать жар кожи. Тело Грегори изнывало от сильнейшего желания, он и не пытался его скрыть. Саванна была слишком измотана событиями вечера, чтобы продолжать сопротивляться. Обессиленная, она лежала в объятиях мужчины.
– Ты думаешь, что я такая же, как остальные карпатки, Грегори, но это не так, – мягко сказала девушка, не понимая, оправдывается она перед ним или пытается найти объяснение для самой себя.
– Ты знаешь, что происходит с мужчинами нашей расы, Саванна? Твой отец наверняка рассказывал тебе об этом. Ты не можешь быть предоставлена сама себе. Есть и другие, подобные Роберто, – дикие, опасные, доведенные до безумия отсутствием спутника жизни.
– Роберто был вдвое младше тебя. Почему он стал ренегатом, а ты нет? – Она повернула голову, их взгляды встретились. Дрожь пронизала тело Саванны, увидевшей жестокость, горящую в ледяной глубине серебристых глаз.
– Ты задумывалась над тем, почему карпатцев так мало?
– Конечно задумывалась. Если я не собираюсь создавать пару, это не значит, что меня не волнуют проблемы наших людей. И не стоит принимать это на свой счет, Грегори.
Он улыбнулся.
– Я знаю, ты боишься меня, ma petite.
Не желая быть втянутой в спор, который заведомо проиграет, девушка попыталась сменить тему разговора.
– Карпатцев так мало потому, что осталось мало женщин, девочки не рождаются больше, да и мальчики редко выживают. – Саванна невольно придвинулась к Грегори, который в самую кошмарную ночь в ее жизни дарил ощущение тепла и комфорта.
– А что с мужчинами? Ты задумывалась, почему лишь немногим удается не стать вампирами? – Он гладил ее по голове. – Ты когда-нибудь чувствовала себя одинокой? По-настоящему одинокой?
Когда Саванна была ребенком, семья жила уединенно, но любящие родители позаботились о том чтобы дочь не чувствовала себя одинокой. Необычный друг, волк, также заполнял пустоту в жизни девочки. Саванна не знала одиночества до тех пор пока родители, волк и исцеляющая земля родины не остались по другую стороны океана. Девушка будто оставила в Карпатах часть души, и в ней зияла огромная дыра, которую не могли заполнить любовь Питера и отношения с остальными членами команды. Со временем пустота стала расти, угрожая поглотить душу. Не желая делиться своими секретами с Гpeгори, Саванна промолчала.
– Мы, мужчины, не можем победить тьму без своей половины, ma petite. Наша природа – агрессивная, хищная, захватническая – и жаждет крови. Нам нужен баланс. Карпатцы начинают угасать спустя несколько столетий, когда перестают испытывать искренние чувства, различать цвета и начинают полагаться лишь на силу воли. Некоторые выбирают самоубийство, встречая рассвет, пока не становится слишком поздно. Добрая половина других выбирает объятия тьмы, продает душу. Они насилуют детей и женщин, охотятся и убивают ради удовлетворения мимолетного желания, ради получения силы. Это недопустимо.
– Мой отец и ты – древнейшие. Как вам удалось выжить?
– Когда мы переживали самые голодные годы, по всей Европе шли войны. Наша энергия была направлена на спасение других от разрушительных армий. Нам приходилось спасаться и от охотников на вампиров. Между собой мы заключили договор о том, что встретим рассвет прежде, чем обратимся в вампиров. На твоем отце лежала ответственность за наших людей, которая помогла ему оставаться в своем уме, а потом он встретил твою мать, женщину с экстраординарными способностями и такой смелостью, что она нашла в себе силы принять наш образ жизни.
– А ты?
– Лучшее, что я могу о себе сказать, – это то, что я никогда не причинял вреда женщинам и детям и что столетиями изучал искусство врачевания. Но я хищник по природе, как и все мужчины нашей расы. Монстр силен во мне, ведь мне много лет. – Он тихо вздохнул. – Пять лет свободы, которые я подарил тебе, стали адом для меня и всех, кого я встречал. Я очень близок к тому, чтобы стать вампиром. Поздно встречать рассвет, Саванна. Ты мое спасение. – Его пальцы запутались в шелке ее волос, скручивая их в пряди. – Я не могу больше ждать.
Это признание вырвалось из глубины души. Грегори не мог подарить ей единственную вещь, о которой она просила, – свободу. И хотя он был Темным, самым могущественным среди карпатцев, ему не хватало силы воли для того, чтобы оставить ее в покое. И несмотря на то, что Саванна была очень молода, она станет его спутницей жизни.
– Ты когда-нибудь думал о том, чего это стоит женщине нашей расы, Грегори? Осознание того, что в восемнадцать лет мы должны уйти от отца к какому-то незнакомцу? – воскликнула Саванна, вспомнив события пятилетней давности.
Как всякую девушку, ее опьяняло осознание красоты и власти над мужчинами. Было приятно, когда отец собрал всех карпатцев для знакомства с ней. Проигнорировав предупреждение матери, Саванна невинно порхала среди гостей, не осознавая того какие чувства в них провоцировала. Чувство опасности появилось, когда она явственно ощутила запах их желания и разглядела голод в глазах. Девушку душило осознание того, что никто из приглашенных не интересуется ее мыслями и чувствами. Никто не пробудил в ней чувств, которые должна испытывать карпатка к спутнику жизни.
Саванне стало страшно, она закрылась в спальне и попыталась смыть прохладной водой усталость и липкое ощущение грязи. Умыв лицо, юная карпатка обернулась и увидела Грегори.
От Темного веяло невероятной силой. Он был опаснее, могущественнее остальных, казавшихся в сравнении с ним просто неоперившимися цыплятами. Кожа девушки начинала пылать там, где задерживал взгляд Грегори. Она затаила дыхание и наслаждалась прежде неведомыми ощущениями.
Страх вернулся вместе с осознанием того, что он может легко украсть волю, что она будет готова на все только ради того, чтобы быть рядом с ним.
– Ты принадлежишь только мне и никому другому. – Услышав эти слова в своем сознании, Саванна вдруг осознала, что ментальная связь между ними до боли знакома и очень сильна. Мысленную связь способны были поддерживать только очень близкие люди. Сердце девушки забилось в ожидании. Ей стало трудно дышать. Карпатец провел пальцем по ее обнаженной руке и окольцевал, словно браслетом, запястье. Каждая клеточка ее тела расслабилась. Грегори крепко прижал ее к себе, нежно приподнял подбородок и коснулся губами губ.
В этот момент все в жизни юной карпатки изменилось. Земля разверзлась, воздух вспыхнул. Тело ей больше не принадлежало. Их мысли слились воедино. Больше не было Грегори без Саванны и Саванны без Грегори.
Когда Темный отпустил ее, девушка ощутила такую пустоту, словно он украл ее душу, оставив лишь тень. Эта мысль ее ужаснула. Незнакомец, который не любил ее, был способен отнять жизнь. Это пугало гораздо больше, чем мысль отдаться другому мужчине. Другой не будет ее любить, но зато не сможет и контролировать, не сможет проникнуть в сознание. Задумавшись над этим, Саванна попросила у Грегори свободы и позволения жить собственной жизнью. Его глаза потемнели от горя, но он согласился отпустить девушку на время, хотя карпатка рассчитывала навсегда избавиться от власти Темного.
Хуже всего было то, что после переезда в США у Саванны появилось ощущение, что Грегори одним только поцелуем отнял часть нее. Он всегда был в мыслях девушки, часто звал ее в снах. Иногда, когда карпатке удавалось сконцентрироваться, она даже ощущала его дикий запах. Но Саванна понимала, что Темный – огромная угроза ее душе.
– Мы справимся с твоими страхами, ma petite. Они вполне преодолимы. – Грегори успокаивающе гладил девушку по волосам.
Сердце карпатки замерло: ничто не могло пробудить в нем милосердия, даже то, что она поделилась с ним одной из самых сокровенных историй.
– Я не хочу этого, – прошептала она, ком стоял у нее в горле. Саванну безмерно оскорбляло то что он игнорирует ее слова.
– Сейчас тебе нужен отдых, bеbe. Мы поговорим об этом позже.
Карпатка молчала; она, казалось, смирилась. Но У Саванны было еще несколько трюков в рукаве ведь в конце концов, она считалась одной из лучших фокусниц мира. Возможно, Грегори и предлагает отсрочку, но, когда проснется, его аппетит будет неукротимым. Даже огромное самообладание не спасет ее. Необходимо пойти на крайние меры и избавиться от него раз и навсегда.
– Саванна? – Карпатец крепко прижал ее к себе. – Не пытайся сбежать. Я все контролирую.
– Итак, ради тебя я должна пожертвовать жизнью? – Слезы упали ей на руку.
– Ты не сможешь жить без меня, ma petite. Тьма поглотит тебя – это лишь вопрос времени. – Он поднес ее руку к губам и слизнул с нее слезы, пробуя их на вкус. Его голос стал ниже на октаву. – Не отрицай этого. Я чувствую, как к тебе подбирается мучительное одиночество.
Сердце Саванны замерло, когда шероховатый бархат языка коснулся ее пальцев, но она твердо решила, что не даст себя соблазнить.
– Сколько пройдет времени до этого момента, Грегори? Столетие или два? Пять? Больше? Ты ведь не знаешь, так? Ни одной карпатке не позволили распоряжаться собственной судьбой. Я не должна отвечать за твою жизнь.
– Мы карпатцы, ma petite. Мы не люди. Несмотря на то, в чем убедила тебя мать, на мне лежит ответственность за твою жизнь, а на тебе – за мою. Это путь нашей расы, и единственное, что может защитить от нас смертных.
Наши женщины желанны, защищены, к ним относятся с уважением, их охраняют, как сокровище. – Он терся подбородком о ее затылок, и это странным образом успокаивало. – Мать забила твою голову всяким вздором вместо того, чтобы подготовить к реальной жизни.
– Почему ты считаешь это вздором? Потому что она хотела, чтобы я могла самостоятельно управлять своей судьбой? Быть свободной? Я не хочу кому-то принадлежать!
– У нас нет другого выбора, ma petite. – Его объятия стали крепче, теплое дыхание медленно подбиралось к ее уху. – Спутники жизни созданы друг для друга. Свобода – слово, у которого много значений. – Его голос был нежен, в противовес сухим, основанным на фактах, словам.
Саванна закрыла глаза, ощутив его губы на мочке уха, затем на шее. Она наслаждалась прикосновениями и ненавидела себя за это.
– Спи, Грегори, мне нужно подумать.
Он слегка укусил ее в шею, туда, где бился пульс. Ударил по нему языком, провоцируя острые ощущения.
– Хватит думать, ma petite. Делай как я говорю, иначе мне придется самому тебя убаюкать.
Она побледнела.
– Нет! – Саванна знала, какой уязвимой становится, когда солнце встает и ее тело погружается в сон. Если Грегори прикажет ей что-либо в это время, она не сможет ему перечить. – Я буду спать. – И она действительно замедлила свое дыхание и биение сердца.
Грегори сконцентрировался на входе в логово, защищая его древнейшими заклинаниями. Затем он сфокусировался на входах в волчьи вольеры. Открыв их, выпустил на волю огромных волков, чтобы те могли свободно бродить по дому и охранять его. Саванна все еще надеялась на спасение, но и не подозревала, сколь могущественен Грегори. Он пообещал всегда говорить ей правду и потому не мог сказать пустых слов во избавление от страхов. Знания позволили ему сохранить разум и тело сильными в бесконечные годы опустошающей тьмы. Он ждал Саванну, свою спутницу жизни, с момента ее рождения. Когда Равен Дубрински пострадала от рук охотников на вампиров, Грегори исцелил ее своей могущественной кровью. В тот момент он почувствовал, что дитя, которое носит Равен, принадлежит ему, что эта девочка станет ему спутницей. Тогда он наладил ментальную связь с младенцем и сделал все, чтобы ребенок выжил, несмотря на тяжелейшие раны. Приложив столько усилий, чтобы привязать к себе Саванну еще до рождения, он не мог позволить ей покинуть его сейчас.
Темный крепко прижал девушку к себе. Роберто путешествовал в компании других вампиров, убивающих, насилующих, зомбирующих. Они пришли в Сан-Франциско за Саванной, и этот город стал местом охоты. Грегори должен был позаботиться о безопасности своей женщины, он не мог помочь горожанам, но знал, что это сделает Айдан Свирепый – могущественный карпатец, охотившийся на проклятых в Сан-Франциско. Он был искусным охотником, которого опасались вампиры.
Грегори с нежностью погладил волосы Саванны. Он хотел бы дать ей желанную свободу, но это было невозможно. Она всегда будет рядом с ним. Мужчина вздохнул, замедлил ритм сердца и подготовил легкие ко сну. Ему часто приходилось уничтожать проклятых. Древнейший очень сильно сомневался в том, что отец Саванны справится, если тьма одержит верх и Михаилу придется уничтожить его, сильнейшего из карпатцев, чье перевоплощение в вампира может стать настоящей катастрофой. Только Саванна могла спасти Грегори от сгущающейся тьмы. Он не мог отпустить ее, не мог пойти на такой риск. Темный сделал последний вздох, вдыхая запах любимой женщины, удерживая его в себе, пока сердце не перестало биться.
Солнце поднялось над горными вершинами, лучи света пробивались сквозь окна огромного одиноко стоящего дома. Стены из полированного дуба блестели. Мраморная плитка на полу искрилась. Слышалась лишь легкая поступь волков, патрулирующих дом. Снаружи волки также без устали бродили вдоль высокого забора. Он был предназначен больше для того, чтобы предостеречь случайно забредших людей, чем для того, чтобы удерживать внутри волков. Их ментальная связь с Грегори была столь сильна, что они никогда бы не оставили хозяина.
Солнце затеяло битву с тяжелым слоем облаков, вальяжно разливая золотые полуденные лучи; и фая с листьями, начал подниматься ветер. В просторной спальне царила полная тишина. Затем вдруг стало слышно биение сердца и дыхание. Саванна осмотрелась. Грегори лежал рядом с ней, словно мертвый, властно обнимая ее.
Саванна вздохнула с облегчением. У нее был секрет, о котором не знал никто, кроме ее волка. Большинство детей карпатцев умирали в первый год жизни. В этот критический период, когда тело Саванны отторгало молоко и кровь матери, та кормила дочь разбавленной кровью животных. И хотя девочка была слабее остальных детей, она выжила.
Уверенная в том, что стоит вести настолько нормальный образ жизни, насколько это возможно, карпатка придерживалась своей необычной диеты и в последующие годы, надеясь, что это поможет ей отличаться от остальных, поможет управлять своим будущим.
В шестнадцать лет Саванна начала эксперименты с солнцем. Равен рассказывала ей множество историй о дневной жизни за океаном. Это были красивые истории о свободе и путешествиях. Саванна, в свою очередь, делилась ими с единственным другом, волком.
Со временем она стала просыпаться все раньше и раньше, постепенно увеличивая время пребывания на солнце в надежде выработать иммунитет, отсутствие которого заставляло карпатцев прятаться от солнца под землей и оживать лишь ночью. Она решительно и настойчиво добивалась перемирия с солнцем. Иногда боль была столь сильной, что девочке приходилось на несколько дней прекращать эксперименты.
Постепенно ее кожа привыкла к солнечным лучам. И хотя Саванна должна была носить темные очки днем и при свете ярких прожекторов на сцене, ей все же удалось избежать ужасной летаргии, присущей выходцам Карпат. Она пожертвовала ради этого силой, которую давала человеческая кровь, но получила возможность жить при дневном свете, так, как это описывала мать.
Девушка закрыла глаза, вспоминая времена, когда выскальзывала из дома, пока родители спали глубоким дневным сном в подземной спальне.
Однажды она стала взбираться по скале, тренируя физическую силу, но у самой вершины оступилась и потеряла равновесие. В отчаянии карпатка попыталась вцепиться в скалу, но все же не смогла удержаться и сорвалась. Падая, перекувырнулась в воздухе с ловкостью кошки в надежде приземлиться на ноги, но не заметила торчащий из скалы обломок древесного корня. Он пронзил ее бедро, намертво пригвоздив к скале. Саванна кричала от боли, кровь хлестала из раны. Темные очки сорвались с лица. Она провисела так до тех пор, пока корень не сломался под весом тела. Упав на землю, девушка не могла дышать, воздух со стуком выходил из легких. Зажмурившись и стиснув зубы, карпатка прижала руки к ране и в отчаянии призвала на помощь своего волка. Позже она удивлялась тому, что сделала это не раздумывая. Зверь тут же услышал ее, она почувствовала это. Он находился очень далеко, но вскоре подоспел на помощь.
В ожидании Саванна приложила к ране землю, смочив ее слюной. Боль разорванной плоти была несравнима с болью от солнечных лучей, пронзающих незащищенные очками веки.
– Поторопись! – умоляла она, слабея от потери крови.
Волк выскочил из леса, его глаза слезились. Он покрыл разделяющее их расстояние в два прыжка, мгновенно оценил ситуацию и бросился к очкам подруги. Бережно взяв их зубами, он вложил очки в ладонь Саванны, а потом стал зализывать рану. Девушка обвила рукой шею зверя и зарылась лицом в густую лоснящуюся шкуру, ища в ней силы.
Первый и единственный раз в жизни она просила крови, зная, что без нее не выживет. Благодаря сильной связи, существовавшей между ними, волк понял ее без слов. Он без колебаний подставил шею, Как можно нежнее и осторожнее она вонзила зубы в шею животного. Одновременно Саванна мысленно пыталась его успокоить. Но это было лишним. Это волк ее успокаивал, отдавая себя без остатка. Девушку шокировало то, что тело не отторгает кровь, полученную напрямую от животного. Обычно карпатка пила кровь из чашки.
А после она лежала, обвив шею волка руками, а он продолжал нежно зализывать рану. Саванна могла поклясться, что волчья кровь и слюна каким-то непостижимым образом исцелили страшную рану. Она ощущала растекающееся по телу исцеляющее тепло и энергию и не чувствовала страха, окруженная заботой волка.
Рана на ноге молниеносно затянулась, и девушка никогда не упоминала о ней при родителях, зная, что они придут в ярость, узнав о том, что дочь экспериментирует с солнцем. Родители были бы потрясены этим. Но Саванна никогда не жалела о решении отказаться от человеческой крови или о том, что кожа привыкла к солнечным лучам. Это подарило ей свободу, теперь дающую шанс на спасение.
– Прости меня, Грегори, – мягко прошептала она. – Я не могу посвятить свою жизнь тебе. Ты слишком могущественен для того, чтобы жить с кем-то вроде меня. Пожалуйста, найди кого-нибудь другого и будь счастлив. – Карпатка знала, что сама никогда не будет счастлива, но выбора не было – она не хотела быть чьей-то вещью. Девушка закусила нижнюю губу. Несмотря на всю решимость, ей жутко не хотелось покидать Грегори, хотя она и знала, что придется сделать это, иначе он ее погубит.
Темный был прав: она знала, что такое пустота, знала, что значит чувствовать себя одинокой, даже находясь в толпе. Когда-то Саванна поделилась со своим волком тайной: она знала, что никто, кроме Грегори, не вызовет в ней настоящих чувств. Ее душа принадлежала ему. Девушка хотела, чтобы он понял это, хотела объясниться. Но этот карпатец никогда никого не слушал.
Грегори был древнейшим, могущественным, опаснейшим убийцей, хищником по природе. Столетия не смягчили его и не изменили принципов. Он безоговорочно верил в свои права на нее, верил, что она принадлежит ему. Он будет защищать ее ценой жизни, следить за тем, чтобы ей было комфортно. Но всегда будет и доминировать.
– Прости, – прошептала карпатка, пытаясь подняться с постели, но тяжесть в груди не позволила ей этого сделать. Ритм сердца изменился. Саванна уставилась на Грегори, испугавшись, что потревожила его сон. Но он спокойно спал, не подавая никаких признаков жизни. Девушка глубоко вздохнула и постаралась успокоиться. Затем она снова осторожно попыталась выскользнуть из-под его руки, но ощутила, что вокруг лодыжки что-то сжалось. Саванна посмотрела на свои ноги. Их ничего не сдерживало, и все же она не могла пошевелиться, словно была прикована к постели.
Сначала она подумала, что какой-то карпатец или вампир пробрался в логово, но потом поняла, что ни один из них не позволил бы себе потревожить Грегори. Значит, каким-то непостижимым образом Грегори контролировал ее во сне. Легко. Безо всяких усилий. Он был настолько уверен в своих силах, что мог даже не просыпаться, чтобы остановить ее. Саванна сфокусировалась на своих лодыжках, пытаясь освободиться от невидимых кандалов.
– Ты будешь спать. – Этот приказ прозвучал в ее мыслях.
Сознание девушки затуманилось, ритм сердца замедлился. Саванна сопротивлялась, боролась, искала силы, чтобы противостоять воздействию Грегори. Ее унижало, что он мог контролировать ситуацию даже во сне. Если он так вел себя во сне, то какой будет ее жизнь, когда он проснется?
Низкий дразнящий смех заполнил ее сознание.
– Засыпай, та petite. He провоцируй меня. Это опасно.
Карпатка повернула голову. Грегори лежал как мертвый. Как ему удавалось быть столь могущественным? Даже ее отец, Михаил, Принц Тьмы, не обладал такой силой.
Саванна закрыла глаза, утомленная сопротивлением. Она была вне себя от отчаяния.
– Хорошо, Грегори, на этот раз ты победил.
– Так будет всегда, та petite .– Он не хвастался, лишь успокаивал ее.
Спокойствие Темного убедило девушку в том, что Грегори был опаснее, чем она представляла. Он не угрожал ей, не кричал на нее, не гневался, был невозмутим, и, что еще хуже, все происходящее, кажется, развлекало его. Знакомый запах наполнил легкие. Волк, ее волк, пришел к ней, чтобы успокоить. Саванна ощутила под рукой мягкую шкуру. Она не открывала глаз, боясь спугнуть иллюзию.
– Я скучала по тебе, – мысленно обратилась она к волку. – Я бы хотела, чтобы ты сейчас был рядом.
– Я всегда рядом.
Сознание волка приняло ее, окутало теплотой, и это ощущение было таким знакомым, словно она бродила по нему тысячи раз.
– Мне бы хотелось, чтобы это было правдой, чтобы ты был реальным.
Его дикий запах стоял в ее ноздрях. На мгновение карпатка задержала дыхание, не решаясь сделать вдох. Она медленно открыла глаза. Рядом с ней лежал, вытянувшись, волк. Его лоснящаяся черная шкура касалась ее кожи. Волк повернул голову, и она увидела серые, необычайно умные глаза. Сердце Саванны забилось быстрей. С ее губ сорвался стон недоверия. Это была не иллюзия. Грегори владел искусством перевоплощения. Он был ее волком. А она наивно полагала, что единственная среди карпатцев, кому не страшны солнечные лучи. Саванна связывала это с тем, что питалась кровью животных, а нелюдей. Ей следовало бы посоветоваться с родителями. И почему она поделилась своим секретом лишь с волком?
Теперь ее тайна казалась смешной и наивной. Она должна была узнать эти отливающие серебром глаза, этот проницательный взгляд. Она рассказывала волку обо всех своих страхах, желаниях, рассказывала каждый свой сон. Он знал все ее секреты, все самые сокровенные мысли. Хуже всего было то, что они обменивались кровью: она через кормление, он – когда зализывал ее рану. Возможно, обмен был не таким, каким он бывает в карпатских супружеских ритуалах, но благодаря ему ментальная связь между ними была нерушимой.
А она была так наивна! Обычный волк не мог быть таким умным, таким понимающим, способным защитить и успокоить ее. Грегори наладил связь между ними тогда, когда она была еще совсем ребенком.
– Тебе было одиноко.
– Ты не оставил мне выбора, ведь так ?
– Все началось гораздо раньше. – Никакого раскаяния, лишь спокойствие, лишь непреклонная решимость.
В ярости она закрыла ему доступ в свои мысли. Он обманывал ее все эти годы, пользуясь своим превосходством. Она вспомнила, как волк пришел ей на помощь. Ничто не защищало его глаза от палящего солнца. Возможно, Грегори и был очень могущественным, но все же карпатцем, и на солнце должен был испытывать сильнейшую боль.
Девушка чувствовала дискомфорт, вспоминая о принесенной жертве. Ей не нужна была забота, ей хотелось разозлиться на него, ей не нравилось, что пульс ускоряется, а волшебное тепло разливается по всему телу, когда он прикасается к ней. Карпатка не хотела верить в то, что между ними существует связь, что он – ее счастье и безопасность. Объяснение было таким простым и понятным. Тебе было одиноко. Так просто. Естественный ответ для карпатца.
– Прости за то, что ты пострадал из-за меня. – Она тщательно подбирала мысли, не желая, чтобы он уловил хаос, царящий в ее голове. Грегори провел рукой по ее волосам.
– У нас впереди вся ночь. Тебе нужен сон. – Это была не просьба, с которой девушка могла бы не согласиться. Это был приказ. Саванна покорилась ему и наконец погрузилась в глубокий сон, необходимый для восстановления сил.
Нужно было на корню пресечь эти попытки обрести независимость. Нельзя было позволять ей идти наперекор самой себе, но что-то внутри Грегори таяло, когда их мысли сливались, когда Саванна была рядом.
Глава 3
Солнце опускалось все ниже и ниже, пока трагически не утонуло в море, разлив кровавое зарево по голубому небу. Глубоко под землей вдруг стало слышно биение сердца: пробудившись ото сна, Грегори по привычке проверил, не нарушен ли покой его логова. Волки были голодны, но не встревожены. Рядом с ним спокойно спала Саванна. Он крепко обнимал ее, исключая всякую возможность побега.
Голод Темного усиливался, становился таким острым и всепоглощающим, что походил на похоть. Грегори поднялся с постели, чтобы хоть как-то отделаться от искушения.
Саванна наконец была в его доме. Она, конечно, сопротивлялась каждую секунду, но он знал, что на самом деле творилось в ее душе. Больше всего ее пугала собственная непреодолимая тяга к Грегори. Желание, вызываемое в карпатцах истинными спутниками жизни, было всепоглощающим, слепящим. Невозможно было спастись от страсти такой силы. Сознания, тела, души влюбленных сливались навеки.
Волки радостно обступили хозяина, и он поприветствовал каждого зверя, никого не выделяя. На самом деле, пока Саванна не появилась в его жизни, Древнейший не чувствовал в сердце ничего, кроме пустоты.
Ему вдруг вспомнился тот мрачный день, когда девушка сообщила волку, что летит в Америку, на родину своей матери, чтобы спастись от Грегори и своих чувств к нему. Тогда, чтобы отпустить любимую, карпатцу потребовалось все самообладание.
После ее отлета он много времени провел отшельником на самой высокой и отдаленной горной вершине, обошел в обличье волка все леса Европы, подолгу оставался под землей, поднимаясь на поверхность лишь для того, чтобы утолить голод. Тьма внутри него сгустилась до того, что Древнейший перестал себе доверять. Дважды, кормясь, он чуть не убил своих жертв. Грегори понял, что не может больше ждать, что он должен найти Саванну и воссоединиться с ней. Отправившись в Америку, он дождался ее появления в Сан-Франциско.
Девушка не осознавала, что если, они не воссоединятся, тьма одолеет Грегори и ему придется покончить с собой или стать вампиром, проклятым, и это обречет ее на блеклое существование в полнейшей пустоте и одиночестве. Мать Саванны не открыла всей правды о тонкостях взаимоотношений между мужчинами и женщинами их расы. Она хотела, чтобы дочь была независимой, не понимая того, что карпатцы не могут жить без своей половины. Равен Дубрински лишь усложнила жизнь дочери, взрастив в ней стремление к независимости.
Впервые в жизни Грегори вел себя нерешительно. До тех пор пока он не заявит во всеуслышание, что Саванна принадлежит ему, все выходцы из Карпат, включая вампиров, будут думать, что у них есть шанс сделать ее спутницей жизни. Чтобы защитить свою женщину, ему необходимо было завершить ритуал, который воссоединит их навеки. Он ждал слишком долго, и это становилось опасным, но все же мысль о том, что придется сломить волю девушки, была ненавистна Грегори. Темный метался по дому, как тигр в клетке, а голод с каждой минутой становился острее.
Карпатец ступил босиком на балкон и поднял голову, вдыхая запах ночи. Кролик, олень, лиса и, где-то в отдалении, люди. Бросив клич, Грегори с легкостью мастера призвал добычу. Ему всегда казалось странным, что людей – существ с интеллектом и волей – так легко подчинить.
Темный спрыгнул со второго этажа, мягко приземлившись на ноги. Он двигался по лесу легко, неспешно, а игра его мускулов красноречиво говорила о невероятной силе. Ни одна веточка не сломалась под его ногами, ни один листок не издал шороха. Он ощущал, как вода бежит, словно кровь, по венам земли. Сок растений звал его, летучие мыши склоняли в приветствии головы.
Темный остановился у высокого кованого забора. Легко перепрыгнув через него, пригнулся к земле. Элегантный, хорошо воспитанный мужчина превратился в хищника. Вместо Грегори голову поднял опасный монстр. Бледные глаза свирепо сверкали. Голод сжал и скрутил его внутренности. Почувствовав запах добычи, он повернул голову в ее направлении. На зов откликнулась молодая пара. Древнейший слушал, как бьются их сердца, как кровь бежит по артериям. Его тело горело в ожидании разрядки.
Женщина. Это будет так легко. Чудовище вытеснило из его сердца милосердие. В таком состоянии он с легкостью мог убивать.
Девушка была молода, лет двадцати на вид. Парень – немного старше. Они с нетерпением и радостью ждали Грегори. Когда он подошел ближе, девушка, весело улыбаясь, протянула к нему руки. Голод горел красным пламенем. Грегори грубо схватил девушку, не в силах больше противостоять беснующемуся внутри монстру.
Грубо прижав ее к себе, он услышал тихий ритмичный звук. Зарычав, Грегори оттолкнул девушку в сторону: она носила в себе ребенка. Положив руку на живот жертвы, он понял, что младенец – крохотная, нуждающаяся в защите девочка. Тогда монстр повернулся и схватил парня. Некоторое время он прислушивался к приливам и отливам крови в молодом теле, к течению жизни в нем, а потом склонил голову и начал жадно пить.
Темный наслаждался, упивался вкусом силы. Пил торопливо, отчаянно пытаясь заполнить внутреннюю пустоту. Внезапно у парня подкосились ноги, и это вернуло Грегори к реальности. Еще какое-то время ему пришлось бороться с монстром, избалованным властью над жизнью и смертью, получающим невообразимое удовольствие от насыщения. В тот момент, когда карпатец был близок к тому, чтобы убить парня, он вдруг ощутил свежий, чистый аромат. Саванна. Ему казалось, ее прекрасные глаза с состраданием смотрят в его темную душу.
Выругавшись, Древнейший закрыл рану на горле парня и отпустил его, прислонив к стволу дерева.
Грегори не хотелось возвращаться к своей женщине с еще одним убийством на совести: он собирался дать ей время привыкнуть к их отношениям, но ожидание становилось слишком опасным. Он нуждался в их единении, в том, чтобы она свергла его с вершины сумасшествия.
Кожа парня была цвета пепла, дыхание затруднено, но вскоре он оправится. Грегори покинул молодую пару, навязав жертвам подходящее объяснение внезапно охватившей их слабости. Он быстро побежал по лесу, легко перепрыгивая через бревна и ручейки, остановившись лишь однажды для того, чтобы вывести пару из состояния гипноза, и улыбнулся, услышав их встревоженные крики.
Но, взлетев на балкон, карпатец вдруг ощутил укол тревоги. Место расположения его дома было местом силы. Оно привлекло бы внимание любого карптаца или проклятого. Вампиры чувствовали его кошмарное внутреннее смятение. Понимали, что один из охотников близок к перевоплощению, к тому, чтобы навсегда стать одним из них. А он был так поглощен едой, что забыл о необходимости скрывать свое присутствие. Как же близок он был к тому, чтобы потерять свою душу навеки!
Внутри дома волки ходили по кругу. Вампиры воздействовали на них, но Грегори проник в сознание своих зверей и закрыл его так, чтобы проклятые могли уловить лишь животные инстинкты. Белые зубы карпатца блеснули. Если бы Древнейший был начеку, никто и никогда не обнаружил бы его присутствия до тех пор, пока он сам не позволит.
Саванна. Возможно, проклятые искали ее, уверенные в том, что Роберто спрятал ее от них. У мерзавца не было ни времени, ни силы, чтобы предупредить сородичей. Они будут продолжать поиски.
Грегори покачал головой, удивляясь их глупости. Саванна – дочь Михаила, Принца их расы, Древнейшего, кровь которого наделена немыслимой силой. Возможно, своим отказом от человеческой крови девушка и лишала себя могущества, но когда она все же начнет ее пить, то станет необычайно опасной.
Мужчина грустно покачал головой, взглянув на небо. Преследователи в обличье летучих мышей направлялись на юг, к кишащему людьми городу. Сколько людей погибнет до того, как Айдан Свирепый сумеет их уничтожить?
Бесконечное время текло для Грегори в блеклом одиночестве. Эмоции умерли, сделав его хладнокровным, способным на безмерную жестокость. Но после долгих лет существования, схожего с существованием вампиров, Древнейший вдруг снова стал различать цвета и запахи, чувствовать разницу между добром и злом.
Сможет ли он пережить наплыв эмоций, или это сведет его с ума?
Грегори выжил потому, что так же, как и Михаил, всегда тщательно подходил к реализации запланированного. То, что он не подумал о возможном присутствии вампиров на стадионе, во время магического шоу, стало первой ошибкой за тысячу лет. Мгновение назад карпатец чуть было вновь не допустил оплошность, а все потому, что был поглощен своими чувствами к Саванне.
Грегори спустился по лестнице, зажег в спальне свечи и, наполнив огромную мраморную ванну горячей водой, приказал Саванне проснуться. Чужая кровь помогла ему снять напряжение, но, несмотря на это, сексуальное желание причиняло дискомфорт. Он с нежностью наблюдал за тем, как просыпается любимая, и мог с точностью до секунды сказать, в какой момент она пришла в себя и когда ощутила угрозу. Угрозу, исходящую от него.
Саванна медленно поднялась с постели, взглянула на Грегори прекрасными голубыми глазами и провела языком по губам.
Тело Грегори напряглось бы еще больше, если бы это было возможно.
Выражение его лица было агрессивно-чувственным, мужественным, а во взгляде читалось непреодолимое желание прикоснуться к ней – отметила, дрожа, Саванна. И, несмотря на страхи, девушка чувствовала, что ее тело отзывается на призыв карпатца. Она чувствовала запах Грегори, запах мужчины, запах таинств дикого леса. Внезапно в фиолетовой глубине ее глаз вспыхнули звезды.
– Как посмел ты прийти ко мне с запахом духов другой женщины на своей одежде?
Едва заметная улыбка тронула губы Грегори, смягчая выражение лица.
– Я был на охоте, ma petite.
Возможно, Саванна и боялась его, но уж точно не испытывала неуверенности, делая ему выговор.
Девушка пристально смотрела на мужчину, ее длинные волосы были растрепаны.
– Грегори, ты можешь называть это как хочешь, но держись от меня подальше, пока на тебе этот запах. – Саванна была вне себя от ревности: он утверждал, что она его половина, убеждал остаться с ним навсегда, но принес на себе запах другой женщины? – Выйди вон, оставь меня в покое. – По какой-то необъяснимой причине, девушка чувствовала, что вот-вот расплачется от одной только мысли, что Грегори мог ее предать.
На его губах заиграла улыбка.
– Ты голодна, Саванна. Я чувствую это.
– Не смей проникать в мои мысли. А еще тебе неплохо бы вымыть с мылом свои! Твои грязные фантазии никогда не станут реальностью.
Карпатец громко рассмеялся. Смех вырвался так неожиданно и был таким естественным, что стало ясно – ее слова действительно его рассмешили. Одним прыжком преодолев расстояние между ними, мужчина прижал любимую к себе.
Саванна вырвалась и ударила его подушкой.
– Продолжай смеяться, самонадеянный выскочка. – Ее безумно раздражало то, что Грегори невозможно было манипулировать.
Его бровь взметнулась вверх. Еще одно открытие. Как его только не называли, но выскочкой никогда.
Тревога за возлюбленную затмила задетое самолюбие, она одержала верх даже над беснующимся внутри него демоном.
– Почему ты так слаба, ma petite? Это неприемлемо.
– А шататься с другими женщинами – это приемлемо? – Саванну не волновало его беспокойство. Ее раздражала собственная ревность. – Я в состоянии позаботиться о себе сама, не нуждаюсь в твоей помощи, не нуждаюсь в тебе и не хочу тебя. И если я все же должна мириться с твоим присутствием, то ты вынужден будешь мириться с моими правилами.
Тело мужчины напряглось до боли. Голод усиливался, резко и стремительно, монстр внутри ревел, призывая облегчить страдания. Пять лет. Он вынужден был дать ей эти пять лет.
– Ванна готова. Ты можешь рассказать мне о своих правилах, пока мы будем наслаждаться ее теплотой.
Ее глаза округлились.
– Мы? Я так не думаю. Возможно, ты привык принимать ванну с женщинами, но могу сказать точно: я не делаю того же с мужчинами.
– Это очистит мое сознание, – ответил он сухо. Он сходил с ума от желания. – Я никогда не принимал ванну с женщиной, Саванна. Новые впечатления пойдут на пользу нам обоим.
– Только в твоих безумных мечтах.
– Нет нужды стесняться. Мы оба – дети земли.
– Перестань нести бред, Грегори. Я не собираюсь принимать с тобой ванну – и это мое окончательное решение.
Его брови взметнулись вверх. Внезапно он стал хищником, тем, кем являлся на самом деле. Ни ленивой жажды развлечений, ни снисхождения.
От ужаса у Саванны перехватило дыхание. Хуже всего было то, что он это знал. Почему она так его боялась? Все карпатцы обладали огромной силой, но не демонстрировали ее, выставляя напоказ мускулы, подобно Грегори. Девушка начала с бравады, уверенная в том, что мужчине не удастся ее запугать, но Грегори был воплощением ужаса.
– Я читаю твои мысли, – заметил он мягко.
Она ненавидела свое тело, предававшее ее, таявшее при виде Грегори и звуках его бархатистого голоса.
– Я же просила тебя не читать мои мысли.
– Это привычка, ma petite.
Она снова ударила его подушкой.
– Как ты посмел обманывать меня? Использовать обличье волка? Я уверена, что закон запрещает подобные вещи. Ты хам, Грегори, и даже не пытаешься это скрыть.
– Раздевайся, Саванна.
Девушка упорно избегала взгляда карпатца, но он все же заставил ее смотреть в глаза. Она отступила назад, споткнулась и чуть было не упала, но мужчина подхватил ее и прижал к себе.
– Почему ты так слаба?
Саванна прижалась к его груди, тщетно пытаясь препятствовать вторжению в свое сознание – Грегори с легкостью читал ее мысли.
– Ты же знаешь, я никогда не пила человеческую кровь. Это казалось малозначительным, пока я была ребенком, но стало серьезно сказываться на моем здоровье последние два года.
Карпатец молчал, но его пристальный взгляд вынудил Саванну продолжить рассказ.
– Я чувствую слабость почти все время. Поэтому мои магические шоу стали такими редкими. Мне нелегко дается трюк с испарением в воздухе, – выдохнула Саванна. Она не упомянула того, что больше не способна обеспечить надлежащую защиту во время сна, но поняла по внезапному стальному отблеску в его глазах, что он уловил эхо этой мысли.
Грегори еще крепче сжал любимую в объятиях.
– Почему ты не пыталась исправить ситуацию? – Его голос заставил девушку вздрогнуть.
– Я попробовала однажды с Питером, когда мне действительно было плохо: он был очень податливым, но я так и не смогла заставить себя сделать это.
– Я положу конец этой глупости. – Карпатец слегка встряхнул ее. – Ma petite, я применю силу, если это будет необходимо.
Саванна знала, что он не хвастался и не старался ее унизить. Он просто констатировал факт и угрожал ей не физическим насилием, а воздействием на сознание.
– Грегори, – она старалась оставаться спокойной и руководствоваться разумом, – было бы неправильно использовать силу против меня.
Он поставил ее на ноги, нежно обнимая одной рукой, пока другая расстегивала пуговицы на ее одежде.
У девушки перехватило дыхание. Она попыталась остановить его.
– Что ты делаешь?
– Раздеваю тебя, – спокойно ответил мужчина, не обращая внимания на попытки сопротивления. Грудь Саванны мягко вздымалась под прозрачным корсетом.
Монстр внутри карпатца затаился в ожидании момента, когда он набросится на жертву, разорвет, заклеймит ее. Грегори понял, что больше не может контролировать ситуацию, и впервые осознал, сколь долгим было ожидание. Теперь Саванна может оказаться в смертельной опасности, если он переступит порог безумства.
Желание усиливалось, становилось неукротимым, болезненным. Мужчина глубоко вздохнул, и ему на некоторое время удалось вновь взять себя в руки. Но когда он отодвинул кружево, скрывавшее прекрасную грудь Саванны, и пальцы коснулись ее шелковой кожи, самообладание окончательно покинуло Древнейшего. Ее соски отвердели, и он склонился, чтобы попробовать их на вкус.
При первых же прикосновениях языка Грегори Саванна поняла, что не будет сопротивляться. Ее тело обмякло, поцелуи разгорячили обоих.
Девушка запустила пальцы в густые черные волосы мужчины, пытаясь отстраниться. Но его огонь уже коснулся ее кожи и прокрался внутрь тела. Лишь один раз попробовать, лишь один раз. Карпатка действительно этого хотела, но не была уверена в том, что желание – ее собственное.
Рука Грегори скользнула по животу возлюбленной. Вокруг нее плясали сумасшедшие огни, земля уходила из-под ног. Стон сладострастия вырвался из груди. Темный пробудил в ней дикость. Запах мускулистого тела и крови вызывал острый голод.
– Нет! Я не сделаю этого! – Саванна неожиданно отстранилась. Она хотела его больше всего на свете. Желание было столь велико, что она сама этого испугалась.
Грегори повалил девушку на пол. Ее голова оказалась прижатой к его могучей груди. Саванна все сильнее ощущала запах его крови, слышала биение сердца, которое готово было выпрыгнуть из груди. Сильные руки стянули кружевные трусики. На губах девушки был соленый привкус его тела. Она нашла его пульс и стала ласкать языком. Грегори вздрогнул от наслаждения, крепко обнимая возлюбленную.
– Mon amour, ты еще помнишь мой вкус? – горячо зашептал он ей на ухо.
Это было настоящим искушением.
– Помнишь ? – Этот вопрос звучал в ее сознании снова и снова.
Саванна закрыла глаза. Запах крови был всепоглощающим, зовущим, соблазнительным. Стоит ей попробовать, и она станет сильной – девушка задрожала от этой мысли, тело умоляло уступить желанию.
Руки Грегори скользили по ее бедрам, заставляя сердце биться чаще. Саванна слегка коснулась зубами его шеи, а он едва сдерживал желание рвануть на себя ее бедра и овладеть ею. Она была растеряна, а голод все усиливался, подбрасывая дрова в огонь ее страсти. Пальцы мужчины все глубже погружались в лоно девушки, чувствуя, как ее бедра движутся навстречу. Его тело, горячее и напряженное, нуждалось в ней до боли. Их сознания слились.
– Голод. Помни о нем. Этот вкус. Попробуй.
Ощущая его по-мужски агрессивное тело, слыша ритм его сердцебиения, Саванна не могла больше мыслить трезво. Грегори хрипло вскрикнул, когда она вонзила зубы в его шею. Эротично двигая губами, любимая с каждым глотком набиралась сил.
Желание затуманило сознание Грегори, и он с ужасающей силой рванул на себя бедра Саванны, крепко удерживая, чтобы она не смогла вырваться. Ее тело было бархатным внутри. Грегори, объятый страстью, желал лишь одного – чтобы этот миг длился вечно. Саванна вскрикнула от шока и боли, но ее крик заглушила стена его груди. Грегори был поглощен своими ощущениями. Чувства. Настоящие чувства. Раньше он и не представить не мог, что существует что-то, кроме тьмы и одиночества. Сладкий запах крови звал и искушал его. Смешанный с запахом их тел, он пробуждал в Темном звериные инстинкты, лишал контроля над собой.
Саванна закрыла языком ранку на его шее. Грегори грубо врывался в нее, причиняя сильную боль. Его зубы и руки были повсюду. Низкое рычание вырывалось из горла, когда она пыталась сопротивляться. Глаза горели безумием.
Девушка вскрикнула от боли, когда он вонзил острые клыки в ее грудь. Карпатец подавлял все попытки к сопротивлению, пригвоздив ее к ковру тяжестью своего тела. Все отступило перед удовлетворением похоти и голода. Движения мужчины ускорились, когда он почувствовал вкус ее крови. Никогда в жизни Грегори не пробовал ничего вкуснее. Он страстно желал, чтобы тот экстаз, который она ему дарила, длился вечно. Сила вливалась в него, доводя до исступления. Дикое тело требовало больше и больше. Он стал заложником животной страсти, требующей, чтобы это никогда не прекращалось.
Грегори больше не существовало, он превратился в беснующегося монстра, иссушающего Саванну, лишающего ее крови, не проявляющего ни тени заботы о своей нежной спутнице жизни. Она смирилась с неизбежностью смерти, ее беспокоило лишь одно – отцу теперь придется сразиться с Грегори, опытнейшим и сильнейшим из карпатцев.
Карпатка вдруг почувствовала, что он мысленно пытается ей что-то сказать. Это были даже не слова, а образы. Грегори сражался с демоном внутри себя, пытаясь снова стать самим собой. Он думал сейчас только о ней, сожалел о том, что ему пришлось ждать так долго, о том, что он подвергал Саванну опасности.
– Убей меня, cherie .Когда ты сделаешь это, ты испытаешь слабость и апатию. Преодолей это. Я помогу тебе.
Чувство вины нахлынуло на нее. Грегори приговорил себя к пяти годам ада, подарив ей свободу, о которой она так мечтала. За это время он чуть было не сошел с ума – лишь мысли о ней его спасали.

Фихан Кристин - Темная серия - 4. Темная сила => читать онлайн электронную книгу дальше


Было бы отлично, чтобы книга Темная серия - 4. Темная сила автора Фихан Кристин дала бы вам то, что вы хотите!
Если так получится, тогда можно порекомендовать эту книгу Темная серия - 4. Темная сила своим друзьям, проставив гиперссылку на данную страницу с книгой: Фихан Кристин - Темная серия - 4. Темная сила.
Ключевые слова страницы: Темная серия - 4. Темная сила; Фихан Кристин, скачать, бесплатно, читать, книга, электронная, онлайн
 Канарский вариант