Йеллин Линда - читать и скачать бесплатные электронные книги 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

Аллан Жанна

Чудеса встречаются


 

Тут выложена бесплатная электронная книга Чудеса встречаются автора, которого зовут Аллан Жанна. В электроннной библиотеке forumsiti.ru можно скачать бесплатно книгу Чудеса встречаются в форматах RTF, TXT или читать онлайн книгу Аллан Жанна - Чудеса встречаются без регистрации и без СМС.

Размер архива с книгой Чудеса встречаются = 88.89 KB

Аллан Жанна - Чудеса встречаются => скачать бесплатно электронную книгу




Аннотация
Джейку поручено ответственное задание: помочь молодой женщине, типичной городской жительнице, освоиться на ранчо. Задача — научить ее обращаться с коровами и лошадьми — непроста, но куда сложнее управиться со своенравным и упрямым ковбоем, которого она наняла…
Жанна Аллан
Чудеса встречаются
Глава 1
Надвинув широкополую шляпу на глаза, Джейк наблюдал за шедшей по улице молодой женщиной. Она была очень хорошенькой — стройная блондинка с длинными ногами, но что-то в ней насторожило Джейка. Он всегда безошибочно угадывал, что взял верный след, хотя, сколько он ни просил, Майкле так и не объяснил ему, как это происходит.
Майкле. Просто Майкле. В своей накрахмаленной рубашке и котелке он всегда выглядел как-то неуместно, и Джейк поначалу решил, что его приставили следить за ним. При этом Майкле не походил ни на одного из знакомых Джейку болтунов-проповедников, пугающих людей проклятием и карой небесной. Майкле был немногословен, но проницательный взгляд его синих глаз говорил о том, что он немало повидал на своем веку. Казалось, этот взгляд проникает в самые потаенные уголки человеческой души и ведет счет грехам.
А у Джейка их было немало. Однако размышления о грехах не мешали ему наслаждаться видом длинноногой блондинки, скользящей походкой проплывающей мимо него. Длинноногие женщины в коротеньких шортах не могли бы оставить равнодушным даже святого. Она была стройная, но не худая, и все положенные женщине выпуклости были на местах. Джейк никогда не тяготел к грудастым матронам, которых предпочитал его братец Лютер. Он пожалел, что не видит глаз блондинки, скрытых солнцезащитными очками, которые нынче носят все поголовно. Посмотрев на ее лицо, затем на ребенка, которого женщина несла на руках, Джейк понял, что она чем-то очень озабочена.
По словам Майклса, это его десятое задание. Десятое и последнее. После этого Джейк сможет предстать перед Святыми Вратами. Он ужасно устал от бедствий, войн, смертей, человеческой глупости и алчности. Вот уже больше ста лет Джейк наблюдает за людьми и с удивлением понял, что никто не учится на ошибках других. Иногда он так уставал, что ему было уже все равно, определят его в рай или в ад. Он просто хотел, чтобы все, наконец, закончилось. Не будет ни горя, ни злости, ни отчаяния, ни забот, ни сожалений. Он хочет перестать, наконец, существовать, как и должно было случиться с самого начала.
Однажды он попытался объяснить Майклсу свои чувства, но тот, как всегда, исчез, не попрощавшись. Джейк ненавидел эту его манеру. Майкле появлялся и исчезал как настоящее привидение. Хотя, наверное, Джейк ведет себя точно так же. Если это его десятое дело, значит, ему засчитали все девять предыдущих. Хорошо, хотя воспоминания о людях и делах стерлись из его памяти.
А вот воспоминания о его настоящей, земной жизни никуда, не деваются. Если, конечно, такие люди, как он, имеют право на воспоминания.
Смешно, как много он теперь знает и как многого не знает. Он знает, что его подстрелили в 1886 — м во время вооруженного нападения на банк. Но он не знает, почему черти сразу же не утащили его в ад и не поджарили на большой сковороде. Майкле никогда не отвечал на его вопросы. Он просто посылал Джейка на землю помогать людям. Таким, как эта молодая женщина, например. Джейк выпрямился и сдвинул шляпу на затылок.
Ветер, прилетевший с высоких равнин Колорадо, просто издевался над ее недавно причесанными волосами. Гвен поморгала, чтобы песок осыпался с ресниц, а потом стала рассеянно наблюдать за тем, как ветер носит по улице какую-то смятую бумажку. Пыль покрывала ее лицо толстым слоем, парусиновые туфли были грязными. Чудесную картинку она, наверное, являет собой. Жаль, никто не предупредил ее заранее, что она попадет в страну ветра, пыли и кузнечиков. И запахов. Будучи исключительно городским жителем, Гвен не сразу определила их происхождение, но потом поняла, что живописный сельский пейзаж включает в себя не только коров, но и их лепешки, повсюду лежащие на земле. Нет, Гвен не была глупой. Просто в последнее время на нее столько навалилось, что она никак не могла сообразить, как ей жить дальше.
Она наклонила голову от ветра и пробормотала:
— Безумие — имя твое, Гвен Эштон! Крисси хихикнула и крепче обняла ее за шею.
Гвен посмотрела на племянницу с притворным негодованием:
— Такая взрослая девочка должна идти своими ножками. Тебе скоро четыре годика, а я несу тебя на руках, как младенца.
— Я устала, — сердито ответила Крисси.
— Какая жалость. Я думала, мы съедим с тобой по порции мороженого. Но раз ты так устала, что не можешь даже идти, то наверняка не сможешь и есть.
Малышка тут же заерзала у нее на руках.
— Я хочу идти сама, опусти меня. — Очутившись на земле, Крисси подняла голову и со счастливой улыбкой посмотрела на свою тетю. — Клубничное?
Гвен нарочито содрогнулась.
— Клубничное? Фу.
— Добрый день, мэм.
Вначале Гвен и не сообразила, что этот низкий, протяжный голос обращен к ней. Она никого не знала в городе Тринидад, штат Колорадо, кроме Пруденс. Гвен напомнила себе, что больше не живет в Денвере. Может, здесь принято здороваться на улице с незнакомыми людьми? Не ответить было бы грубо, поэтому, растянув губы в любезной улыбке, Гвен обернулась к мужчине, стоящему в тени навеса. Он был очень высоким, и ее глаза оказались на уровне его могучей груди и широченных плеч.
Рядом на земле лежали седло и вещевой мешок. Улыбка замерла на губах Гвен.
Этот человек словно сошел со стенда «Их разыскивает полиция». Великан был небрит, квадратный подбородок словно высечен из гранита. На его губах играла улыбка — так, наверное, улыбается сам дьявол, — но серые глаза под тяжелыми веками оставались непроницаемыми.
Мужчина снял потрепанную широкополую фетровую шляпу. Угольно-черные волосы незнакомца были давно не стрижены и слегка примяты.
— Разрешите представиться, мэм. Джейкоб Стоунер. Зовите меня просто Джейк. Полагаю, вам требуется ковбой.
Гвен непроизвольно одной рукой покрепче прижала к себе кошелек, другой схватила за руку Крисси.
— С чего вы взяли? Джейк передернул плечами.
— Слухами земля полнится. Это не ответ.
— Вам Пруденс сказала, что я ищу нового работника на ранчо?
— Пруденс? — В глазах незнакомца вспыхнуло и погасло удивление. — Мэм, работа на вас и вашего мужа не имеет ничего общего с расчетливостью .
— У меня нет мужа. — Гвен прикусила язык, но было уже поздно.
Теперь осталось только рассказать этому беглому преступнику, что они с Крисси живут у черта на куличках, а до ближайших соседей не один десяток километров; что управляющий болен, а единственный работник сбежал от нее прошлой ночью; что замок в двери давно сломан, а единственное оружие в доме — старое охотничье ружье, из которого она все равно не сможет выстрелить, потому что не знает, как это делается. Ее единственная надежда — местный шериф, которому она обещала позвонить в случае опасности. Интересно, появление подозрительного незнакомца устрашающего вида можно считать опасностью?
— Ты делаешь мне больно, — прохныкала Крисси, пытаясь высвободить ручку.
Гвен не успела и глазом моргнуть, как мужчина присел перед малышкой на корточки.
— Привет, партнер.
— Я Крисси, — ответила девочка, — а не партнер.
— А я Джейк. Рад знакомству, Крисси. — Джейк протянул малышке руку.
Гвен окаменела от страха, однако успела сообразить, что у беглых преступников вряд ли бывает седло и вещевой мешок.
При виде того, как маленькая ладошка девочки тонет в большой, загорелой руке незнакомца, на Гвен накатили воспоминания. Перед ее мысленным взором возник Дэн, с восхищением рассматривающий крохотные ручки и ножки своей новорожденной дочери.
— Крисси, — Гвен с трудом проглотила ком в горле, — мы должны идти.
— А он пойдет с нами есть мороженое?
— Я как раз собирался угостить тебя самой большой порцией ванильного мороженого, какая только найдется в этом кафе.
— Хочу ванильное! — Крисси немедленно забыла, что совсем недавно отдавала предпочтение клубничному.
Мужчина взял девочку за руку и поднял с земли седло и мешок.
— Одну минутку, мистер Стоунер.
Что-то в голосе Гвен заставило его вновь опустить свои вещи на тротуар и посмотреть ей в лицо.
— Мистером Стоунером звали моего отца. А поскольку я буду у вас работать, зовите меня просто Джейк.
Гвен проигнорировала ленивую, самоуверенную улыбку, заигравшую на губах верзилы.
— Вы не будете работать у меня, мистер Стоунер. Я не нанимаю неизвестных людей. Мужчина укоризненно покачал головой.
— Какой же я неизвестный? Я представился, и вы теперь знаете, что мое имя — Джейк Стоунер.
— Мистер Стоунер, — снова начала Гвен, — Пруденс Оуэн, адвокат и поверенная мистера Берта, сама подберет мне работника.
— — Не думаю, мэм. Если бы это было так, зачем бы вам понадобился я?
— А кто сказал, что вы мне нужны? — Терпению Гвен пришел конец.
— Я знаю, что нужен. Именно поэтому я здесь и собираюсь работать у вас на ранчо ковбоем.
Может быть, этот человек, узнав, что она никогда раньше не жила на ранчо, решил, что она еще и полная идиотка? О работе на ранчо она не знала ни-че-го и даже меньше. С каждым днем это становилось все яснее. А может, здесь так принято и все владельцы ранчо именно так, случайно, нанимают работников? Гвен тряхнула головой.
— О, Господи, почему я не в Канзасе?
— Вы приехали из Канзаса?
— Из Денвера.
Гвен сделала глубокий вдох, ведь она раньше уже нанимала на работу незнакомцев.
— А почему вы ушли от предыдущего хозяина?
— Вы имеете в виду людей, которым я помогал до этого? Я ушел потому, что они во мне больше не нуждались Наверняка его уволили. И рекомендательных писем у него явно нет.
Гвен внимательно посмотрела на мужчину. К сожалению, ни в его внешности, ни в одежде ей не удалось найти ничего такого, что опровергло бы ее первое впечатление о нем как об очень опасном типе. Его вылинявшая рубашка до этого была, очевидно, черной, а бледно-розовый платок на шее — красным. Потрескавшийся коричневый кожаный пояс удерживал на талии видавшие виды голубые джинсы. Ботинки со стоптанными каблуками вряд ли знали, что такое обувной крем и щетка.
Мужчина терпеливо дожидался окончания осмотра, но Гвен почему-то была уверена, что он не сомневается в ее положительном решении. Его самонадеянность взбесила Гвен.
— Мне очень жаль, что вы остались без работы, мистер Стоунер, но боюсь, что не смогу вас нанять. Мне требуются хоть какие-нибудь рекомендации и гарантия, что человек отличает коровью голову от хвоста. Всего доброго, мистер Стоунер.
Гвен никогда не видела, чтобы человеческое тело, за миг до этого расслабленно прислонившееся к стене, с такой стремительностью подобралось и одним рывком превратилось в непреодолимую преграду посреди пыльной дороги.
Мужчина вытянул вперед руки ладонями вверх. Ткнув на рубец, пересекающий одну из них, он прорычал:
— След от веревки. Мне было двенадцать, и я должен был поймать и усмирить молодого бычка, у которого были свои планы. Но я уже тогда был достаточно упрям, чтобы справиться с ним.
— Удалось? — не удержавшись, спросила Гвен.
— А то! Это… — он показал шрам на тыльной стороне другой ладони, — я заработал, когда пытался убедить одну техасскую корову, которая решила оставить меня и уйти с молодым быком.
Эти большие и сильные руки произвели на Гвен магическое впечатление. Она представила их сжимающими рукоятку кольта или натягивающими поводья норовистой лошади. Или ласкающими обнаженную женскую грудь… Последнее видение Гвен немедленно прогнала прочь.
— Если вы думаете, что перечень ваших боевых шрамов может заменить письменную рекомендацию, то ошибаетесь. Напротив, они еще раз убедили меня в том, что вы не обладаете нужной квалификацией для работы на ранчо.
— Со всем моим уважением вынужден не согласиться с вами, мэм. У меня большой опыт. А опыт, как известно, лучший учитель.
У этого типа на все был готовый ответ. Если она не поостережется, то не успеет оглянуться, как наймет этого бандита на работу. На самом деле она отчаянно нуждалась в ком-нибудь, кто разбирался бы в лошадях и коровах.
Решение пришло неожиданно. Пруденс!
— Как я уже говорила вам, мистер Стоунер, моими делами занимается мисс Оуэн. Мы прямо сейчас отправимся в ее офис, и она проверит вашу личность и вашу квалификацию. Но не считайте, что я непременно найму вас, — поспешно добавила Гвен.
Он бросил на нее недоуменный взгляд.
— Вы наймете меня.
Пруденс не выказала удивления, увидев на пороге офиса Гвен в сопровождении рослого ковбоя.
— У вас есть какое-нибудь удостоверение личности? — спросила Пруденс после того, как Гвен объяснила ей ситуацию.
Поколебавшись, мужчина извлек из заднего кармана джинсов бумажник и протянул его адвокату.
Пруденс достала из бумажника пластиковую карточку. Это оказалось водительское удостоверение. Просканировав его, Пруденс удовлетворенно кивнула.
— С ним все в порядке, — сказала она, протягивая бумажник и удостоверение Гвен.
Гвен молча прочитала: Джейкоб Карл Стоунер. Рост шесть футов и три дюйма. Волосы черные. Глаза серые. Возраст… Гвен мысленно подсчитала, сколько ему лет. Тридцать один. Это удивило ее. Было нечто в его глазах, что заставляло Гвен думать, что он старше. Вложив документ в бумажник, Гвен протянула его Джейку.
Пруденс задала Джейку несколько профессиональных вопросов и осталась довольна его ответами. Поблагодарив, она попросила мужчину подождать в приемной.
— Что ж, Гвен, — произнесла она, как только дверь за ним закрылась. — Считай, что работника ты себе нашла. Откуда он взялся?
— Поджидал меня на улице в полной уверенности, что я найму его. Наверное, до него дошел слух, который ты распустила.
Пруденс нахмурилась.
— Честно говоря, я была так занята, что никому ничего не успела сказать о тебе. — Ее брови сошлись на переносице, и она покачала головой. — Я прожила здесь большую часть своей жизни, но не перестаю удивляться, с какой скоростью распространяются слухи.
— Ты действительно думаешь, что мне стоит нанять его? Он не кажется тебе несколько… опасным?
Пруденс рассмеялась.
— С этим парнем все о'кей. Знаешь, я даже жалею, что у меня нет ранчо и мне не нужен ковбой. — Затем, уже серьезно, добавила:
— Похоже, дело свое он знает. И ты должна радоваться, что так быстро решила свою проблему. Дай ему пару недель испытательного срока, а потом примешь окончательное решение. Если он тебе не подойдет, я найду кого-нибудь другого.
Закрыв дверь офиса, Гвен надвинула на глаза темные очки.
— Все в порядке, мистер Стоунер. Я нанимаю вас с испытательным сроком в один месяц. Если ваша работа меня устроит, мы обсудим условия долговременного соглашения.
— Я останусь у вас до тех пор, пока буду вам нужен.
Обычные слова приобрели в его устах какой-то скрытый, более глубокий смысл. Будто он знал что-то, чего не знала она, Гвен.
— Что вы имеете в виду, мистер?
— Мэм, я человек, который сегодня здесь, завтра там. Перекэтиполе, одним словом. Когда вы перестанете нуждаться в моих услугах, я уйду.
— Я не заинтересована в найме, как вы сказали, перекатиполя, — резко сказала Гвен. — Один работник уже сбежал от меня. Откуда мне знать, не поступите ли вы точно так же?
Джейк посмотрел ей прямо в глаза. Его взгляд был чистым и открытым.
— Я останусь до тех пор, пока буду нужен вам. Я всегда так поступаю.
— Хорошо, — медленно произнесла она. — Когда вы можете приступить? — Хорошо бы сейчас, взмолилась про себя Гвен.
— Как только мы скрепим наш договор рукопожатием, мэм, — произнес Джейк, протягивая руку.
Гвен медленно протянула руку. Ее словно током ударило, стоило загрубевшей мужской ладони прикоснуться к ней.
— Я только заберу свои пожитки, — сказал Джейк, затем тихо рассмеялся и вышел из приемной.
Провожая взглядом его широкоплечую фигуру, Гвен увидела нечто, от чего ее сердце чуть не выскочило из груди. Она попросила секретаршу Пруденс присмотреть за Крисси, пока они с Джейком будут решать свои проблемы с адвокатом. Сейчас малышка безмятежно спала на полу, тесно прижавшись к огромной желтой собаке.
Собака открыла глаза и посмотрела прямо на Гвен. Один глаз пса был голубым, а другой — коричневым. Гвен замерла, боясь не то что пошевелиться — вздохнуть. Крисси по привычке держала во рту большой палец, голова ее уютно покоилась на седле ковбоя. Гвен взмолилась, чтобы племянница ненароком не разозлила собаку, и шепотом спросила:
— Чья это собака?
— Моя. — Дородный мужчина прервал свой разговор с секретаршей и обернулся. — Мэк не обидит ее. Он любит детей. Моя жена сбежала с моими сыновьями в Калифорнию и отказалась брать с собой Мэка. Я не могу держать его у себя, поэтому должен сдать в приют для животных. А это ужасно, поверьте.
— А какой он породы? — Гвен внимательно посмотрела на собаку.
Мужчина пожал плечами.
— Он — помесь. Мэк будет очень хорошим сторожем для вашей малышки.
Гвен приблизилась к спящей Крисси. Пес поднял голову и внимательно посмотрел на Гвен.
— Отойди, Мэк, — попросила Гвен. — Я должна разбудить Крисси. Будь хорошей собачкой.
Пес выскользнул из-под руки девочки, встал на лапы и легонько толкнул ее носом. Крисси открыла глаза и захихикала.
— Посмотри, Гвен. Он полюбил меня. Этот дядя сказал, что мы можем забрать Мэка к нам домой.
— Ему сделаны все прививки. У меня с собой все его медали и кубки, а в машине — полный мешок собачьего корма. — В глазах мужчины появилась надежда. — Я боюсь, что Мэк не выживет в приюте или его усыпят.
Безумие какое-то! Направляясь в город, Гвен и представить не могла, что вернется на ранчо с ковбоем и собакой в придачу.
— Мэк — мой новый лучший друг. — Крисси обняла огромного пса за шею.
Гвен недоверчиво рассматривала собаку. Похоже, пес действительно полюбил ее племянницу и станет для нее хорошим охранником и сторожем.
Мэк вскочил на заднее сиденье рядом с Крисси и приготовился к путешествию. Перед этим он в два укуса съел предложенный ему рожок с мороженым и жадно следил за Крисси, пока та доедала свой. К большому облегчению Гвен, он не стал отбирать его у маленькой девочки, зато потом с чистой совестью облизал ее своим огромным розовым языком. Восторгу Крисси не было предела. Всем своим маленьким сердечком она уже привязалась к огромной собаке.
— Детям на ранчо бывает одиноко. — Джейк Стоунер снова безошибочно прочел мысли Гвен. — Этот пес станет малышке хорошим другом и охранником. Вы не ошиблись, взяв его с собой, мэм.
— Если эта псина что-нибудь натворит, я сама отвезу ее в собачий приют. — Гвен заметила выражение скепсиса на лице Джейка. — Непременно отвезу. И не называйте меня мэм.
Джейк рассмеялся.
— Вы уже сами привязались к собаке, и знаете это. А что касается мэм, то я не имею чести знать ваше имя. Вы не представились.
— Гвен Эштон.
— Эштон? Ваша семья давно владеет здешними землями?
— Нет. Я неожиданно для себя унаследовала ранчо от одного моего клиента.
— А-а-а…
Гвен не понравилась многозначительность, с которой было произнесено это «А-а-а»…
— Никакого «А-а-а…» не было и нет! Меня не волнует, какие слухи дошли до вас, но Берт и я были просто друзьями. И ничего более.
— Я ничего не знаю ни о каком Берте. Почему бы вам самой не рассказать мне?
Она ничего не обязана объяснять наемному работнику…
— Я — дипломированный бухгалтер. Работала в одной фирме в Денвере и познакомилась с Бертом, когда он обратился к нам по вопросу налогообложения.
Как объяснить этому незнакомцу, каким извилистым путем забросила ее судьба в эти края? Как рассказать, что предприимчивый и удачливый во всем, что касалось разведения и продажи скота, Берт Уинтроп полностью терялся, как только вставал вопрос о бумажной волоките? Гвен ужаснулась, когда узнала, сколько нечистоплотных сборщиков налогов нагрело руки на нем.
— Он оставил вам свое ранчо, потому что вы научили его, как обмануть государство и не платить налоги?
— Он оставил мне свое ранчо, потому что понял, что я полюбила здешние места так же сильно, как любил он. Я любила слушать рассказы Берта о его предках, которые были в числе первых поселенцев. Поколения его семьи рождались, жили и умирали на этой земле. Берг рассказывал, что его предки участвовали в Гражданской войне… Вы интересуетесь историей, мистер Стоунер?
— От случая к случаю.
— Никогда не думала, что история одной семьи может быть столь захватывающей. Представляете, один из предков Берта издавал журнал. Эти старые журналы оказались безумно интересными и, кроме того, представляют собой историческую ценность. Ни за что с ними не расстанусь! Я предложила Гордону сделать копии, но он не проявил интереса. Во всяком случае, к журналам.
— А кто такой Гордон? Бывший муж?
— Я никогда не была замужем. Гордон Пиз — племянник Берта. Он уверен, что я хитрая интриганка и вынудила его дядю оставить ранчо мне, манипулируя больным стариком. За последние годы он не провел рядом с Бертом и десяти минут, иначе знал бы, что кем-кем, а выжившим из ума стариком Берт никогда не был.
— А каким он был?
— Думаю, одиноким.
— А вы были добры к нему…
— Все наоборот! — негодующе воскликнула Гвен. — Это Берт обогатил мою жизнь.
— Вы хотите сказать, что старик оставил вам ранчо за то, что вы выслушивали его воспоминания? — Джейк даже не скрывал своего скепсиса.
— Он оставил мне ранчо потому, что видел, как я его полюбила. Берт поздно женился, но его любимая Сара вскоре умерла. Он мог бы жениться снова, но не захотел. Поэтому так случилось, что вся его семья — это Гордон. Гордон переехал в Колорадо пять лет назад и немного пожил у Берта. Но за это время Берт успел понять, что Гордон ненавидит ранчо и все, что с ним связано, что после его смерти он немедленно его продаст, а деньги пустит по ветру.
— А вы не планируете продать ранчо?
— Никогда! Всю свою жизнь я мечтала о доме. Большом доме с белым забором. Мой отец был летчиком, и мама предпочитала держать вещи в коробках, не распаковывая их, чтобы не пришлось упаковывать вновь. Такая жизнь «на коробках» устраивала и маму, и моего брата Дэна, но только не меня. Я хотела оседлости. Мама говорит, что во мне победили гены бабушки Эштон. Оба моих деда были легкими на подъем. В поисках мест, где трава зеленее, они бесконечно переезжали. Бабушка Эштон ненавидела эту кочевую жизнь. Она любила показывать мне фотографии и рассказывать о чудесном доме в Миссури, где прошло ее детство.
— С белым забором?
— Это образ, мистер Стоунер, — раздраженно ответила Гвен. — Я говорила о корнях. О месте, которому принадлежит человек.
— Было время, когда я мечтал о чем-то очень похожем. Даже построил дом. Кстати, неподалеку отсюда…
Гвен свернула на подъездную дорогу к дому и припарковала машину. Затем повернулась посмотреть, почему Джейк Стоунер прервал себя на полуслове. Он в полном изумлении взирал на дом Берта. Ее дом.
— Я знаю, дом выглядит немного странным, — поспешила объяснить Гвен, — но я очень люблю его. Он был построен в конце XIX века, и каждое последующее поколение что-нибудь пристраивало. Так что этот дом имеет свою историю и свой характер.
Джейк тем временем выбрался из машины и молча стоял, глядя на дом. Щурясь от солнца, он медленным взглядом обводил постройки. Наконец его глаза остановились на домике, где жили работники.
— Будь я трижды проклят, — прошептал он в недоумении. Он еще раз оглянулся вокруг, бросил взгляд на горы и долины вдалеке и… разразился хохотом.
Глава 2
За девять путешествий Джейк привык, что Майкле снабжает его всем необходимым для жизни среди людей, например бумажником и водительским удостоверением.
Но он никогда не предполагал наличия у Майклса чувства юмора. Зачем он послал его в дом, который Джейк сам построил больше ста лет назад? Он попытался представить, как бы отреагировала Гвен, скажи он ей, что это он построил каменную часть большого дома и маленький домик для работников, в котором теперь живет. Джейк хорошо помнил, как тщательно обтесывал камни, стараясь придать им квадратную форму, как учил его отец. Бревна для веранды он собственноручно притащил с гор, и это была нелегкая работа.
Закинув руки за голову, Джейк невидящим взглядом уставился в потолок. Ему было шестнадцать, когда Чарли Гуднайт нанял его на работу. Это было сразу после окончания Гражданской войны. Чарли был уже немолод, но еще достаточно крепок, чтобы выполнять мужскую работу. Они вместе перегоняли коров из Техаса, ночуя у костра под звездным небом, но Чарли никогда не лез ему в душу. Иначе Джейку пришлось бы рассказать, как он убежал из дому, чтобы не убить своего отчима Фрэнка, когда тот в очередной раз полез в драку. Мать закрывала глаза на все проступки отчима, но Джейк не держал на нее зла — она была слабой женщиной и боялась остаться одна.
Большой дом он построил точь-в-точь таким, какой его отец построил когда-то на берегу Гваделупе. Стоило Джейку закрыть глаза, как он явственно видел реку, несущую свои воды вдоль крутых, заросших кипарисами берегов, склоны, поросшие мягким зеленым мхом. Зеленым, как подушка на любимом мамином кресле-качалке.
Как глаза у его хозяйки. У Гвен.
Джейк негромко рассмеялся. Он вспомнил ужас в ее глазах, когда бывший хозяин Мэка сказал, что собаку могут усыпить. Джейк знал, что в эту минуту несчастный пес обрел новую хозяйку. Гвен Эштон, хотя и пыталась выглядеть жесткой, была очень мягкой и ранимой.
Джейк подумал о старом Берте, потом о малышке Крисси — откуда она взялась, если Гвен никогда не была замужем? Однако в нынешнее время отсутствие мужа вовсе не означает, что женщина не знает мужской ласки и ни с кем не делит постель. Вот он, например, хотя и не женился из-за Мэриан, женской лаской обделен никогда не был. Еще как не был! В свое время, конечно.
Он снова стал размышлять о том, зачем все-таки Майкле отправил его именно сюда. И вдруг заподозрил подвох. Он девять раз беспрекословно выполнял приказы Майклса, и это его последнее, десятое задание. И никакие, самые зеленые глаза на свете не изменят его решимости обрести, наконец, обещанные ему мир и вечный покой. Он честно зарабатывал это право в течение последних ста лет.
Гвен стояла на веранде Большого дома и оглядывала свои владения. Благослови Бог Берта Уинтропа, подарившего ей этот дом и историю своего рода. Гвен обхватила себя за плечи. Теперь это ее дом. Место, где будет расти Крисси, где они пустят свои корни. Ничто и никогда не заставит Гвен покинуть это место.
Гвен прислушивалась к звукам Большого дома. Вот миссис Кент, Дорис, загромыхала кастрюлями на кухне. Сорокашестилетняя вдова была самым уравновешенным и доброжелательным человеком на свете, а уж готовила… Восхитительно! Крисси обожала и Дорис, и ее стряпню. Так же, как и Гвен. Естественно, Дорис немедленно приняла Мэка в семью и поставила на довольствие.
Внизу, у дороги, паслись лошади, чуть дальше располагались пастбища для коров. Пусть Гвен пока еще ничего не знает ни о лошадях, ни о коровах, она научится, обязательно научится. Но, как и в любом другом бизнесе, главное — нанять квалифицированных работников.
Таких, как Джейк Стоунер.
Она увидела быстро приближающийся к дому пикап. Джейк. Надо уходить, иначе он решит, что она наблюдает за ним. А это совсем не так. Она почти забыла, что еще несколько часов назад он уехал проверять изгородь вдоль всего ранчо. У нее есть о чем думать и беспокоиться помимо ковбоя, так неожиданно возникшего вчера в ее жизни.
Накануне за ужином он сообщил ей о своих планах на сегодня. Утром Дорис обнаружила вымытые тарелку и чашку в сушилке возле раковины. Что же, первый рабочий день Джейка Стоунера начался рано.
Гвен сощурилась от яркого солнца. В машине сидели два человека. Джейк кого-то везет. Кого? Этот человек едет к ней? Или к Джейку? Друг? Подруга? А может, жена? Сердце Гвен болезненно сжалось от такого предположения. Джейк практически ничего не рассказал о себе, а Гвен не решилась расспрашивать.
Ей нет дела до его личной жизни! Ее волнует только его квалификация. Но в любом случае он должен был сначала спросить у нее, можно ли ему привезти сюда кого-то.
Вот в чем ее ошибка — она слишком вежлива, ее приказы звучат как просьбы. Но теперь она даст понять Джейку Стоунеру, кто на ранчо хозяин, а кто — наемный работник.
Однако Гвен не могла отделаться от мысли, что эта ситуация только позабавит его.
С другой стороны, за него поручился управляющий Лоуренс. Хотя они и не встречались лично, управляющему хватило телефонного разговора, чтобы оценить знания Джейка в области разведения скота. В течение многих лет Лоуренс был правой рукой Берта во всех делах, поэтому Гвен полностью полагалась на его мнение.
Пикап тем временем проехал между высоких каменных столбов и свернул к дому. От Гвен не укрылось, какое впечатление произвел дом на Джейка. Ей тоже нравилось это необычное строение: к основной каменной части были сделаны две пристройки: одна — деревянная, в сельском стиле, а другая — кирпичная, слегка помпезная, в викторианском. Этот странный дом удивительно вписывался в окружающий ландшафт.
Джейк вылез из машины. Он побрился и выглядел более опрятным, но при этом не менее опасным. Гвен снова невольно сравнила его с ковбоями из вестернов. Джейк обернулся к машине и стал что-то говорить своему пассажиру.
Гвен молча изучала его профиль. Она попыталась представить женщину, с нежностью гладящую этот тяжелый подбородок, высокие скулы… Придет же такая чушь в голову!
— Кое-кто приехал повидать вас, — произнес Джейк.
Из машины с трудом выбрался морщинистый старик и уставился на Гвен пронзительными черными глазами.
— Ты и есть та самая пигалица, которой Берт оставил свое хозяйство?
— Да. Меня зовут Гвен Эштон. Старик захихикал.
— Хорошую же свинью подложил он своему племянничку — взял и оставил наследство сладкой маленькой девочке. И поделом Гордону. Нечего было делить шкуру неубитого медведя.
Гвен уже надоело оправдываться и объяснять мотивы такого решения Берта.
— Я не была его любовницей, и Берт не был моим «сладким папиком», — резко бросила она.
— А кто об этом говорит? Берт был очень рад, что нашел кого-то, кто полюбил это место так же сильно, как и он. Он собирался все оставить Лоуренсу, но потом сказал, что тот умрет вслед за ним. — Старик сплюнул на землю. — Откуда только он узнал? Я слышал, что Лоуренс сейчас лежит в больнице в Денвере и проклятая болячка сжирает его кишки.
— Лоуренс, вернее, мистер Хингл, лечится и обязательно поправится. Я уверена, что все будет хорошо. — Гвен не лгала, она просто хотела верить, что чудеса случаются.
— Девочка, он не выйдет из больницы. — Старик снова сплюнул на землю. — Я слышал, тебе нужна помощь, и вот я здесь. Меня зовут Том. Где я буду спать?
Гвен открыла рот. Мужчина был стар, как Мафусаил. Взгляд Гвен метнулся к Джейку. Он ответил ей безмятежным, невинным взглядом, давая понять, что Том — не его проблема.
— Спасибо, Том. Но, как видите, я уже наняла мистера Стоунера. Я еще раз благодарю вас…
— Я слышал, Род Хит сделал ноги. — Огромная шишка на щеке старика двигалась в такт его словам. — Не вздумай взять его обратно, когда он, нагулявшись, приползет к тебе. Слышишь, девочка?
Гвен проигнорировала сдавленный смешок, раздавшийся со стороны пикапа. Она представляла, как развеселится Джейк, если она наймет этого дедулю ему в помощь. Но она, конечно же, не станет нанимать человека столь преклонного возраста. На ранчо просто нет такой работы, которая была бы ему по силам.
— Я очень благодарна вам, но в настоящее время мне не нужен еще один работник. Мистер Стоунер отвезет вас обратно. — Гвен понимала, что звучит это не очень вежливо, поэтому добавила:
— Не хотите ли выпить стакан холодного чая перед отъездом?
— Девочка, ты умеешь считать?
— Да, я дипломированный бухгалтер.
— Тогда умеешь, — хмыкнул старик. — У тебя было два работника, так? Теперь только один, так? Это значит, что тебе нужен второй.
— Вы рассуждаете очень логично, но сейчас на ранчо не так много работы, чтобы мне требовался еще один работник вместо Рода.
— Что? В августе на ранчо не так много работы? — запыхтел Том. — Да она ни черта не смыслит в нашем деле, парень! — Негодующий возглас был адресован Джейку, который насмешливо улыбался. Ситуация его явно забавляла.
Гвен хотела испепелить его взглядом.
— Спасибо за то, что предложили свои услуги, мистер… Том. Если мне потребуется еще один работник, я буду иметь вас в виду. Старик посмотрел на нее с возмущением.
— Ты такая же, как и этот ничтожный мальчишка, мой сын. Уверена, что я уже ни на что не годен, кроме как сидеть в кресле и ждать смерти, да? Но я пока живой, поняла? — Он демонстративно сплюнул и презрительно посмотрел на Гвен. — Может, мне и не угнаться за этим парнем, — он кивнул на Джейка, — но работник я получше этого за… прости, девочка… Рода. Я думаю, не подать ли мне на тебя в суд за дискриминацию по возрастному признаку?
Господи, этот стоящий одной ногой в могиле старик угрожает ей судом! Ведь всем понятно, что ему никогда не выиграть это дело. Том смотрел на нее горделивым, вызывающим взглядом, но в глубине его глаз притаились обида и смирение. Сердце Гвен не выдержало.
— Ладно, — услышала она свой голос. — Я вас нанимаю, Том. — И тут же, испугавшись, что старик догадается, что она берет его на работу из жалости, добавила:
— Мне не хочется с вами судиться, но помните, здесь не благотворительная организация. Я нанимаю вас на тех же условиях, что и Джейка. Месяц испытательного срока. — Она попросит Джейка подыскать старику работу по силам.
Старик приосанился и лихим жестом надвинул на остатки седых волос коричневую ковбойскую шляпу, наверное свою ровесницу.
— Мэм, вы не пожалеете. Вы только что наняли отличного работника. — Затем, хитро прищурившись, добавил:
— Моя фамилия — Смит.
Гвен оставалось молиться, чтобы со стариком ничего не случилось до истечения этого месяца.
— Том, могу я вас спросить?
— Спросить-то ты можешь, девочка, — осторожно ответил хитрый дед, — но вот отвечу ли я?
— Сколько лет вашему сыну?
— Этому олуху? — Том сплюнул на переднее колесо пикапа. — Недавно стукнуло шестьдесят два. Не трогай, — сказал он Джейку, когда тот начал доставать его вещи из машины. — Я сам понесу, только скажи куда.
— Занимай любую спальню, кроме моей. — Джейк указал на маленький каменный дом.
Гвен следила за стариком, пока тот не скрылся в доме, затем резко обернулась к Джейку.
— Я ничего не желаю слышать о том, что я зря наняла его. Просто прошу найти или придумать ему занятие по силам. Я здесь хозяйка, и это мое решение! — твердо сказала Гвен.
— Кто спорит?
— Вот именно. И прошу вас не забывать об этом.
— Мэм, нормальный мужчина не в состоянии забыть ничего, что имеет к вам отношение. — Джейк сделал еще один шаг и оказался вплотную к Гвен. Рукой в перчатке он нежно провел по ее щеке. — Том был прав насчет вас.
— Да. Я ничего не смыслю в ведении хозяйства. — И в том, как вести себя с такими опасными типами, подумала Гвен.
Джейк покачал головой, на его губах появилась легкая усмешка.
— Я не об этом. Я о «сладкой маленькой девочке». При виде тебя у мужчин переворачиваются внутренности. — Джейк прижал ее спиной к каменной стойке перил и пальцем приподнял голову за подбородок. Его взгляд был прикован к ее губам.
— Я не хочу, чтобы ты… вы меня целовали.
— Конечно, мэм. — Он усмехнулся, обнажив ряд ровных белых зубов.
— Вы мой работник, — сдавленно произнесла Гвен.
Улыбка стала шире.
— Если вы имеете в виду мою работу ковбоя, то да.
— Я не смешиваю бизнес и удовольствие. От его низкого, гортанного смеха по телу Гвен прокатилась дрожь. Но не страха, а чувственного желания.
— Правильно. Поэтому мой поцелуй будет только наслаждением. И никакого бизнеса.
Гвен никогда не целовалась с подобными субъектами. Она не должна позволять ему целовать ее.
— Вы все еще намерены поцеловать меня?
— О да, мэм!
Если он ее поцелует, она его уволит. А может, следует самой поцеловать его? Утолить это чувственное любопытство и… уволить. Но он ей нужен. Она не сможет управиться с ранчо без него. Том не в счет. Значит, она не может его уволить, поэтому не должна целовать.
Она рассуждала слишком долго. Темноволосая голова уже склонилась к ней. Гвен ожидала жесткого, сокрушительного поцелуя, демонстрирующего мужское превосходство, и не была готова к тому, что его рот мягко накроет ее губы. Джейк стал нежно покусывать сначала верхнюю губу, затем нижнюю, будто пробуя их на вкус.
Мягкое, но настойчивое нажатие его губ подсказало Гвен, что он просит ее приоткрыть рот и впустить его язык. Она подчинилась, мимоходом подумав, что ни один школьный учитель не умеет целоваться так, как этот ковбой. Или беглый преступник.
Гвен легонько погладила его по щеке. Хотя Джейк и побрился, ее пальцы ощутили пробившуюся щетину. Ее руки скользнули ниже — по шее, по широким плечам. Еще минуту, пообещала Гвен сама себе, и она прекратит это безобразие.
Вжатая в нагретую солнцем каменную стойку его мощным телом, Гвен чувствовала, как ее собственное тело словно приклеилось к его твердым, как камень, бедрам, к пряжке пояса, широкой груди. Шершавые от работы руки нежно погладили ее лицо, шею, соскользнули на плечи.
Почувствовав, как Джейк расстегивает верхнюю пуговицу ее рубашки, Гвен очнулась и резко отпрянула. О чем она только думает?
Длинный загорелый палец легонько потер ее напрягшийся сосок, откровенно проступивший сквозь ткань рубашки.
— Именно этого я и ожидал.
— Чего — этого? — Гвен резким движением отбросила его руку в сторону. — Что я окажусь легкодоступной?
— Чувствительной. Старый Том был прав. Раздвинув губы в улыбке, Джейк окинул медленным взглядом всю ее фигуру с ног до головы. Вскипев от ярости, Гвен выкрикнула:
— Я не была любовницей Берта! — Она сжала кулаки и забарабанила по широкой спине Джейка, который с невозмутимым видом стал спускаться по лестнице. — Я не манипулировала им с помощью секса. Я не спала с Бертом и не собираюсь спать с вами!
— А при чем здесь Берт? Я говорил о Томе.
— Том?! — взвизгнула Гвен. — Вы думаете, я сплю с Томом? — И снова замахнулась. Джейк без труда отбил и эту атаку.
— Да что с вами? Я назвал вас «чувствительной», потому что вы пожалели Тома, как накануне пожалели Мэка.
Гвен замерла с рукой, занесенной для очередного удара.
— Так вы говорили о том, что я наняла Тома?
— Конечно. А вы о чем подумали? — Хитрый прищур его глаз усилил ее смущение.
— Ни о чем, забудьте. И… отойдите от меня. — Гвен стала старательно расправлять рубашку и приглаживать растрепавшиеся волосы. — Это неожиданно свалившееся наследство сделало меня немного нервной. Гордон, племянник Берта, вылил на меня столько грязи.
— Том сказал, что он — никчемный человечишка. Никто не станет обращать внимание на его злобные нападки.
— Кстати, о Томе. — Не в силах поднять на Джейка глаза, Гвен остановила взгляд на его загорелой шее в вырезе расстегнутой рубашки. — Я понимаю, он очень стар, но…
— Лапуля, Том собирается работать по-настоящему.
Гвен решила проигнорировать «лапулю». Протяжная речь Джейка говорила о том, что он выходец с Юга, а она уже успела заметить, что здесь все обращаются друг к другу не иначе как «лапуля», «дорогуша», а иногда и «сладкая моя».
— Я рада, что у вас нет возражений против того, что я наняла Тома. Уверена, что вы подберете ему работу, соответствующую его физическим возможностям.
— Том знает о коровах и лошадях больше всех в этих краях.
— Том?
— Том — ветеринар. Его сын и внук — тоже ветеринары. Они отстранили его от дел, руководствуясь самыми добрыми намерениями. Решили, что ему пора на заслуженный отдых. Когда я проезжал, Том голосовал на дороге. Он хотел уехать куда глаза глядят. Я остановился, мы разговорились и… Одним словом, я привез его сюда.
— Вы должны были сказать мне, кто он на самом деле.
— Какая разница? — Джейк пожал плечами. — Вы бы все равно его наняли. Если вы хотите научиться вести хозяйство…
— Хочу.
— ..то лучше Тома о домашнем скоте вам никто не расскажет. Научиться управлять ранчо — задача не из легких. Надо много узнать о коровах, лошадях, земле. На это потребуется время. Когда я уйду, Том останется с вами. Я ведь перекатиполе, помните? Просто прохожий.
— Джейк, это не мое дело, но… Такой мужчина, как вы, может добиться любой цели. Почему бы вам не осесть на одном месте и…
— Да, мэм, это не ваше дело, — наконец сказал он. — Кроме того, я не в силах объяснить, почему не могу сделать это. Осесть, обзавестись женой, детьми, хозяйством… Это не для меня. Я должен буду уйти, когда сделаю для вас все, что смогу.
— А кто будет решать, что больше вы ничего сделать не можете? Что больше не нужны мне? Вы?
— Нет.
— Понятно…
— Вряд ли. Это понятно только мне. — Джейк водрузил шляпу на голову. — Один совет, маленькая леди-босс. Не бросайтесь словами, если не уверены, что сможете сдержать их.
— Звучит как угроза, — произнесла Гвен. — К чему вы это сказали? Я готова выслушать любой ваш совет по поводу ранчо, а вот как мне себя вести, буду решать только я.
Холодные серые глаза не отпускали ее взгляд.
— И все-таки прислушайтесь к моему совету, мэм. Не вам решать, будете вы спать со мной или нет. Если я захочу заняться с вами любовью, я займусь. — Его чувственные губы растянулись в ленивой усмешке. — И поверь, лапуля, ты будешь молить, чтобы я не покидал твою постель. — С этими словами Джейк развернулся и неторопливой походкой направился к пикапу, подхватив с земли перчатку.
Гвен опомнилась только тогда, когда Джейк открыл дверцу машины.
— Вы уволены, мистер Стоунер! — выкрикнула она.
Джейк обернулся.
— Ты не можешь меня уволить, лапуля. — Двигатель взревел, и машина резко взяла с места..
— Не смейте называть меня «лапулей»!
— Я была права. — Гвен резко обернулась и увидела, что в дверях кухни стоит Дорис. — Я еще вчера за обедом почувствовала, что в воздухе пахнет не только жареной говядиной.
— Мне показалось, что пахло еще тушеной морковью, — парировала Гвен.
Экономка расхохоталась. Вытерев руки о фартук, она вышла на веранду и облокотилась на перила.
— Мне кажется, Крисси не единственная, кто воспылал пылкой любовью к красивому ковбою.
— Почему-то мне кажется, что вы подглядывали, Дорис. Значит, вы в курсе, что Джейк поцеловал меня и что это была полностью его инициатива. Но больше это не повторится, я не позволю.
— Не думаю, что здесь что-то зависит от вас. Если этот ковбой захочет вас поцеловать, он поцелует.
— Мне безразлично, чего хочет он. Я не хочу, чтобы он меня целовал! — Гвен не заметила, что срывается на крик.
— Почему?
— Потому что он герой не моего романа.
— Он герой любого романа, герой ночных грез любой нормальной женщины с теплой кровью, а не с водой в венах. Неужели вы никогда не представляли себя в постели с каким-нибудь сильным, мускулистым, безумно сексуальным парнем, вроде Джейка?
— Я не забиваю голову подобной чепухой. Я думаю о том, как сделать жизнь Крисси и мою стабильной и счастливой на этом месте.
Дорис стала легонько массировать шею и плечи Гвен.
— Расслабьтесь, Гвен. Вам пришлось много пережить за этот год. Сначала ваш брат и его жена погибли в автомобильной катастрофе и вы взяли на себя заботу о Крисси. Потом умер Берт и оставил вам наследство. Вы бросили работу, город и переехали сюда. Не успели войти в курс дела, как Лоуренс заболел, а бездельник Род сбежал. Я же вижу, что вы ночи напролет читаете книжки, чтобы разобраться, что к чему с этими коровами и лошадьми, разбираете бумаги Берта для Пруденс, пытаетесь создать настоящий дом для Крисси. Но это не вся жизнь, Гвен. Доставьте себе удовольствие. Джейк сказал, что скоро уедет, так что не теряйте времени даром.
— Дорис Кент! Вы предлагаете мне завести любовную интрижку?
— Он — одинокий мужчина. Вы — одинокая женщина. Сложите один и один. Вы же дипломированный бухгалтер, Гвен.
— Вы тоже одинокая женщина, Дорис. Вот и спите с ним.
— С превеликим удовольствием. Только он не смотрит на меня так, как на вас.
Гвен совершенно не интересовало, как смотрит на нее Джейк Стоунер.
— И как же он на меня смотрит? — Гвен не могла поверить, что эти слова сорвались с ее губ.
— Как Мэк смотрел на говяжью кость, когда , я готовила обед. Как будто он смертельно голоден.
Глава 3
Храп, сотрясавший стены дома для работников, не давал Джейку уснуть. И как такой маленький человек, как Том, может издавать такие ужасающие звуки?
В двадцатом столетии научно-технический прогресс сделал такой большой рывок! Почему же никто не удосужился избавить человечество от храпа? В машине Гвен есть кнопка, с помощью которой одновременно закрываются все двери; окна закрываются и открываются тоже с помощью всего одной кнопки, расположенной на руле. В следующий раз надо будет не забыть об этом, сказал себе Джейк. Странно, он никогда не помнил события и людей, ради которых бывал прислан сюда, но приобретенные знания и опыт не забывались. Он прекрасно водит пикап, купленный Бертом лет тридцать назад. Он знает, что такое телевизор, хотя в прошлый раз изображение было черно-белое, а сейчас — цветное. И не было бесконечной красочной рекламы всяких женских принадлежностей на случаи, о которых с мужчинами в его время не принято было откровенничать. Джейк даже не представлял, с чем может столкнуться в следующий раз.
Впрочем, Майкле обещал, что этот раз будет последним.
Майкле. Черт бы побрал этого человека, или кто он там есть! Надо же было вернуть его, Джейка, в его собственный дом, где теперь хозяйничает зеленоглазая Гвен. Послать такое испытание мужчине, который не был с женщиной уже целых сто лет. Нет, на этот раз Майкле явно переборщил.
Джейк построил этот дом, чтобы жить в нем с Мэриан после свадьбы. Но накануне свадьбы пришло то письмо от матери, и они с Мэриан страшно поссорились. Мэриан кричала, что он не обязан заботиться о брате и должен выбрать между ней и Лютером. Но, посмотрев в его глаза, умолкла, поняв, что Джейк уже принял решение. Он удивился, как быстро Мэриан изменила свою точку зрения после того, как он привез младшего брата. Теперь она стала настаивать, чтобы Джейк как можно лучше заботился о Лютере.
Джейк гордился тем, что вел себя скромно по отношению к Мэриан, решив дождаться, пока они поженятся, и только потом насладиться ее роскошным телом. Но все обернулось совсем не так. Так что судьба — или кто там? — задолжала ему женскую ласку. И вдруг Джейка потрясла одна догадка. А может, Майкле не такой уж и плохой парень? Может, он специально дал Джейку это задание, чтобы тот в последний раз мог заняться любовью с женщиной?
И если это его последняя возможность любить женщину, слава Богу, что ею оказалась Гвен. Джейк вспомнил, как меняется зеленый оттенок ее глаз от настроения. Как могло случиться, что рядом с такой красавицей нет мужчины?
В следующий раз он не ограничится поцелуем, продолжал размышлять Джейк. И пусть последний раз он занимался любовью с женщиной сто лет назад, он не забыл, как это делается.
Джейк дождался, пока Дорис увела Крисси с кухни, чтобы умыть после еды, затем отодвинул тарелку, откинулся на стуле и спросил:
— Вы ездите верхом?
Несмотря на настоятельную рекомендацию Дорис не упускать свой шанс, Гвен не собиралась ложиться с Джейком Стоунером в постель. Ей бы следовало уволить его, но, к сожалению, он был ей нужен. Пусть Том и бывший ветеринар, на ранчо много тяжелой физической работы, которую может выполнять только такой сильный мужчина, как Джейк. Гвен нужны его мускулы, его сила. И ни-че-го более. Она должна дать Джейку это ясно понять. Он просто ее наемный работник.
Но за обеденным столом вести подобный разговор как-то неуместно. Дорис и Том оживленно беседовали за едой при активном участии Крисси, а Гвен жалела, что с самого начала не настояла, чтобы Том и Джейк ели в кухне. Хотя Дорис наверняка была бы недовольна таким распоряжением, потому что в доме Берта работники всегда ели за одним столом с хозяином.
Джейк терпеливо ждал ее ответа.
— Я ездила несколько раз, — ответила Гвен, — когда приезжала навестить Берта.
— На какой лошади?
— На Сюзи. Берт назвал ее в честь Сьюзен Магоффин. Он вообще всех лошадей называл именами героев или исторических мест. — Лицо Гвен осветила теплая улыбка.
— Какая из них Сюзи?
— Светло-коричневая. Берт иногда называл ее Олешка, потому что ее масть немного непривычного цвета, как у оленя…
— Значит, ездить верхом вы не умеете, — раздраженно констатировал Джейк. — Если бы умели, Берт не посадил бы вас на эту старую клячу.
— Никакая она не старая кляча!
— Старая и почти совсем глухая. Выстрели из пушки у самой ее морды, она и ухом не поведет. — Джейк вздохнул. — Ладно, я что-нибудь придумаю. Завтра после завтрака будьте у конюшни.
— У меня на утро совсем другие планы! Я хотела закончить разбирать бумаги Берта.
— Потом закончите. У конюшни после завтрака.
— Это звучит как приказ, мистер Стоунер, — сухо произнесла Гвен.
— Правильно. И я не приму никаких отговорок.
— Послушайте, мистер Стоунер. Я не хочу…
— У конюшен после завтрака. Завтра утром. — Джейк отодвинул стул и встал. — Если будешь хорошей девочкой и станешь делать то, что я говорю, так и быть, позволю тебе до конца дня изображать важного босса. — С этими словами он вышел из комнаты.
Сдавленный смешок разорвал повисшую тишину. Гвен резко повернулась к Тому, прикрывшему рот салфеткой.
— Вам кажется это смешным? Подождите, пока он не начал управлять и вашей жизнью тоже.
— Мало я встречал парней, похожих на него. Кремень! — В голосе Тома звучало восхищение.
— Задира и наглец. Нахальный, самоуверенный и высокомерный субъект с взбесившимися гормонами.
Том хмыкнул.
— Последнее особенно важно для работы на ранчо. Девочка, ты думаешь не о коровах и лошадях, а о его поцелуях.
Гвен вскочила на ноги.
— Да что же это такое? Неужели все видели этот чертов поцелуй? Я говорила вовсе не об этом, я вообще о нем забыла! — И пулей выскочила из столовой.
Гвен медленно шла по направлению к конюшням. Ей очень хотелось проехаться верхом. Но поедет она без Джейка. Она прикажет ему оседлать Сюзи и заняться чем-нибудь другим, правда, она еще не придумала чем. Все равно, она поставит его на место.
Привязанная к забору гнедая лошадь с белым пятном на лбу внимательно следила за приближением Гвен. Сюзи щипала траву на другом конце пастбища.
Рядом с гнедой, прислонившись спиной к забору, стоял Джейк Стоунер.
— На ранчо не принято так долго спать. Становится жарко.
— Вы специально стараетесь быть неприятным, мистер Стоунер? Или это ваше естественное состояние?
— Зови меня Джейком, лапуля.
— Я назову вас безработным, если вы не прекратите называть меня «лапулей». Мое имя — Гвен. Гвен!
— Тогда я буду называть тебя «моя сладкая». Твои волосы медового цвета, а мед, как известно, сладкий. Кто-нибудь из твоих мужчин говорил тебе об этом?
— Я пепельная блондинка, мистер Стоунер. Но никому не приходит в голову называть меня «золой». А теперь приведите Сюзи, чтобы я могла поехать наконец.
— Этому мерину восемь лет. — Джейк кивнул на гнедого. — Он очень спокойный. Берт знал, как тренировать лошадей. Все доставшиеся вам лошади в хорошем состоянии и хорошо выдрессированы. Я думаю, вы подружитесь с Вегасом.
— Я не поеду на Вегасе, я поеду на Сюзи, — решительно произнесла Гвен.
— Сюзи не обидится, если по делам вы будете ездить на Вегасе, а на ней — время от времени кататься.
— Я поеду на Сюзи.
Джейк по-прежнему стоял, прислонившись спиной к изгороди. Он пожал плечами и скрестил руки на груди. J — Как скажете, босс.
— Отлично. Я жду. — Гвен даже ногой притопнула.
— Чего? Если собираетесь ехать — в добрый час.
— Мне нужно ее седло.
— Вон оно. — Джейк небрежно кивнул через плечо.
Гвен сосчитала про себя до десяти.
— Я хочу, чтобы вы привели Сюзи и оседлали ее для меня.
— Не-а.
— Что значит «не-а»? Вы должны выполнять мои приказы.
— А ты уверена, лапуля, что имеешь право отдавать приказы?
— Послушайте меня внимательно, мистер Стоунер. Это — мое ранчо, моя земля, мои лошади и мои седла. Они — моя собственность. Вы — мой наемный работник. Когда я приказываю оседлать лошадь, то вправе рассчитывать на то, что она будет оседлана.
— Индейцы говорят, что земля не может никому принадлежать, и я с ними согласен. Кроме того, я не уверен, что человек может владеть и лошадьми тоже. Если лошадь верит вам и захочет вас слушаться, она станет это делать, если нет, то никто ее не заставит, — Тогда, мистер Стоунер, я уволю непослушную лошадь точно так же, как увольняю вас.
— Опять двадцать пять! Лапуля, когда же ты поймешь своей очаровательной головкой, что не можешь меня уволить?
— Прекратите, наконец, называть меня этой отвратительной «лапулей»! Конечно же, я могу уволить вас.
— А ты прекрати называть меня мистером Стоунером и хорошенько усвой, что не можешь меня уволить, потому что я тебе нужен. Иначе бы меня здесь не было. И как только ты прекратишь вести себя как избалованная маленькая девочка, мы наконец сдвинемся с мертвой точки. Урок первый — лошади.
— Я не боюсь лошадей.
— Разве я сказал, что ты боишься? Просто большинство хозяев ранчо рождаются уже в седле, а ты не отличишь коня от мерина, а корову — от телки. Я ни за что не поверю, что тебе не было страшно, когда ты снялась с насиженного места, бросила хорошую работу и перебралась сюда с маленькой девочкой. Доведись мне прийти в костюме в роскошный офис, сесть за компьютер и попытаться разобраться в вопросах налогообложения, я бы умер со страха. Но я точно знаю, что стал бы учиться. Точно так же и тебе надо многому научиться. — Джейк на минуту замолчал, потом добавил:
— Но если ты намерена и дальше упрямиться и лелеять свое невежество, скажи мне сейчас. Я не хочу тратить время и силы на слабаков.
Гвен ухватилась за перекладину изгороди.
— Почему вы не хотите сказать, что на самом деле думаете? Что думают обо мне все вокруг? Что я круглая идиотка, потому что оставила высокооплачиваемую работу в просторном офисе, с кондиционером, в центре города, ради призрачной фантазии, годной разве что для Голливуда? Что скорее Сюзи станцует на Бродвее, чем я преуспею в ведении дел на ранчо? Вы думаете, что я просто безответственная дамочка, в поисках приключений накупившая ради забавы дурацкой ковбойской одежды и притащившая ребенка в никуда?
Носком «дурацкого» ковбойского сапога Гвен пнула ком грязи.
— Да, вы правы, — согласилась она, хотя Джейк не произнес ни слова. — Поступок мой рискованный, тем более для женщины с ребенком на руках. Но я не глупая и не ленивая, я хочу и буду учиться. У Крисси должно быть то, чего никогда не было у меня, — нормальное детство и дом.
— С белым забором, — иронично добавил Джейк. — Для этого не надо было бросать работу и кидаться в неизвестность.
Гвен знала, что вовсе не обязана что-либо объяснять ему, и тем не менее заговорила:
— Я всегда была первой по математике. Все, что касалось цифр, давалось мне без труда.
Пойти учиться на бухгалтера было вполне закономерно для меня. Налоги были, есть и будут, а значит, у меня всегда будет работа. Мне было не в тягость целыми днями просиживать у компьютера. Но когда появилась Крисси, все изменилось. В периоды квартальных и годовых отчетов я работала с семи утра до десяти-одиннадцати часов вечера. При таком графике я не смогла бы ее воспитывать. Я поняла, что должна уволиться, но не представляла, чем заняться и как жить дальше. А потом умер Берт, оставив мне это ранчо. Здесь, как бы трудно мне ни пришлось, мы с Крисси всегда вместе, а это очень важно для меня. И для нее. — Гвен сжала деревянную перекладину. — Я не отступлюсь. Я здесь навсегда. Я не сбегу в Денвер с поджатым хвостом.
— Сбежишь. Устанешь от грязи и пыли, от тяжелой работы от зари до темна, от одиночества. Затоскуешь по ресторанам, супермаркетам и театрам. Тебе надоест играть в ковбоя, и ты вернешься в город, которому принадлежишь.
Гвен покачала головой.
— Я принадлежу этому месту. А поскольку вы так не думаете, значит, это вы ему не принадлежите. Прошу вас собрать свои вещи, мистер Стоунер, и уехать с ранчо.
— Лапуля, ну сколько можно повторять? — Джейк опять перешел на развязный тон, который Гвен успела возненавидеть. — Ты зациклилась на этой мысли, как корова, учуявшая воду после восьмичасового перегона. Я уже сказал, что уеду, когда настанет время.
— Приятель, у тебя проблемы со слухом?
Мисс Эштон велела тебе убираться. Скатертью дорога.
Гвен резко обернулась.
— Гордон, я не слышала, как ты подъехал. Дородный шатен лет тридцати, неприятно ухмыляясь, ткнул пальцем в Джейка.
— Что это за хмырь? Где Род?
— Род сбежал. И это не хмырь, а мой новый работник Джейк. — Затем, обращаясь к Джейку, представила:
— А это Гордон Пиз, племянник Берта.
— Джейк Стоунер, — произнес Джейк. Ни один из мужчин не подал другому руки. Гордон засунул руки в карманы брюк.
— Получилось так, что я услышал часть вашего разговора, Гвен. Я сразу понял, что дядюшка Берт впал в маразм перед смертью, раз оставил это ранчо тебе.
— Если бы ты затруднил себя и навещал его хоть изредка, ты бы понял, что у Берта было много болячек, но голова его была в полном порядке, — заметила Гвен.
— Да, ты права. Навещай я его почаще, не видать бы тебе ранчо как своих ушей.
— Что тебе нужно, Гордон? — не выдержала Гвен.
— Что и всегда. То, что принадлежит мне, а ты нагло присвоила. Через год-два ты все равно разоришься, так что продай лучше ранчо сейчас. Я дам тебе хорошие деньги, на которые ты с девчонкой прилично устроишься в Денвере. Дядюшка хвастался, что ты хороший бухгалтер, значит, без труда найдешь работу. Пойдем в дом и подпишем документы прямо сейчас.
— Ты прекрасно знаешь, что ранчо не может быть продано, пока завещание не будет утверждено. Даже если бы я решила продать его тебе, то не смогла бы. Кроме того, я не хочу и не стану этого делать. — Гвен растянула губы в дежурной улыбке. — Спасибо, что навестил меня, Гордон. А сейчас я вынуждена попрощаться с тобой, у меня много работы.
Глаза молодого человека сузились, в них полыхнула неприкрытая ненависть.
— Думаешь, что победила, мисс Эштон? Как бы не так! Это ранчо принадлежит мне по праву. — Крутанувшись на каблуках, Гордон направился к своей машине.
Гвен пошла вслед за ним, чтобы удостовериться, что он уехал. Джейк следовал по пятам за ней. Завернув за угол, Гвен увидела Крисси, играющую на ступенях веранды с Мэком. Девочка робко помахала Гордону. Гвен не услышала, что тот ответил, но увидела, как улыбка сползла с лица малышки. Мэк зарычал, шерсть на его холке вздыбилась, пасть ощерилась в оскале. От страха сердце Гвен сбилось с ритма, а сама она бегом бросилась к дому. Краем глаза она заметила, как ее обогнал Джейк. Гордон со всех ног бежал к своему темно-зеленому пикапу, а по пятам за ним несся Мэк.
Когда Гордон схватился за дверцу, Гвен поняла, что беда миновала, и замедлила бег. Но негодяй успел изо всех сил пнуть пса ногой в грудь так, что тот отлетел на несколько метров, заскулив от боли. К нему, громко крича, бросилась Крисси. Ноги отказались повиноваться Гвен, и она, уже шагом, пошла к племяннице.
В это время машина Гордона с диким ревом резко подала назад, а потом рванула вперед прямо на Крисси, которая, громко рыдая, крепко прижимала к себе собаку. Гвен не сомневалась, что вот сейчас Гордон увидит девочку и свернет в сторону, но… Гвен закричала изо всех сил, когда увидела выражение ужаса на лице девочки и неумолимо приближающуюся к ней машину. Метнувшийся прямо под колеса Джейк выхватил малышку, оттолкнул Мэка и отскочил в сторону за миг до того, как прямо по этому месту, громко сигналя, пронеслась машина. Засмеявшись, Гордон сделал неприличный жест в сторону Гвен, развернулся, подняв облако пыли, и вылетел за ворота.
На непослушных ногах Гвен доползла до ступенек и рухнула.
— Он плохой. Он сделал больно Мэку.
— Детка, с тобой все в порядке? — Гвен схватила племянницу и крепко прижала к себе. Девочка вывернулась из объятий.
— Я пойду к Мэку. Ему плохо.
— С Мэком все в порядке. — Джейк сел на ступеньку рядом с Гвен.
Пес подошел и лег у их ног. Крисси сползла на землю и поцеловала его в нос.
— Мне не нравится этот человек.
— Мне тоже, партнер, мне тоже, — серьезно ответил Джейк.
Гвен обняла колени, чтобы унять дрожь, сотрясавшую все ее тело.
— Он не собирался сворачивать или останавливаться. Наверное, он не видел Крисси и не слышал моего крика. Если бы не вы, Джейк… — Гвен впилась ногтями в колени. Меньше года назад Дэн и Моника погибли в автокатастрофе всего в квартале от квартиры Гвен. Синие вспышки мигалок, крики полиции и врачей, запах горелой резины — все это всплыло в ее памяти.
Крисси вскарабкалась ей на колени и, заглядывая в лицо, спросила:
— Тебе плохо?
Обняв ребенка, Гвен отогнала страшные воспоминания. Она должна быть сильной и смотреть в будущее, должна вырастить и воспитать Крисси.
Положив подбородок на шелковистую макушку, Гвен уверенно сказала:
— Он хотел их задавить.
— Господи, о чем только думал Берт, оставляя тебе ранчо? — в сердцах спросил Джейк. — Ты теряешь присутствие духа от любой ерунды. Если ты думаешь, что я тебя пожалею и позволю отлынивать сегодня от работы, ты ошибаешься.
Гвен медленно подняла голову и недоверчиво посмотрела Джейку в лицо.
— Вы на самом деле такой жестокий и грубый или притворяетесь?
— Давай решим так, лапуля. Если ты хочешь сохранить ранчо, слушайся меня, если разориться и сбежать, то его. — В холодном взгляде Джейка читался вызов.
Гвен медленно спустила Крисси на землю и встала. Слава Боту, нот вновь стали послушными. Посмотрев Джейку прямо в глаза, она произнесла, четко выговаривая слова:
— Мистер Стоунер, давайте проясним ситуацию. Да, мои кости превратились в желе, когда я увидела, как Гордон направил автомобиль прямо на Крисси, и я на миг потеряла самообладание. Но я не трусиха и не боюсь жизненных трудностей. Я собираюсь остаться и учиться. Отныне наш с Крисси дом здесь, черт вас побери!
— Плохое слово! Она сказала плохое слово!
— Знаешь, что я придумал, партнер? Давай за каждое плохое слово я буду целовать Гвен. Посмотришь, как быстро она отучится ругаться. Ну, как?
— Да! — Малышка захлопала в ладоши. — Поцелуй ее, Джейк!
Гвен уставилась на нахала.
— Только попробуйте, — прошипела она.
— Отлично, лапуля. У тебя есть шесть секунд, чтобы принять решение. Или ты быстренько несешь свою чудесную попку на конюшню, или я не только поцелую тебя…
На полпути к конюшне Гвен обернулась.
— Беги-беги, — рассмеялся он, следуя за ней по пятам. — Ты не представляешь, какое я получаю удовольствие, наблюдая сзади, как покачивается…
Гвен возмущенно фыркнула и пошла еще быстрее. Сзади доносились болтовня и смех Крисси, которую Джейк нес на плечах. Гвен не могла представить, что будет делать ребенок, пока они с Джейком будут скакать по просторам.
Какие просторы?! Гвен со стоном опустилась на деревянную скамейку на веранде дома. Интересно, сколько раз за то время, пока Джейк издевался над ней, она подняла тяжелое седло, положила его на лошадь и закрепила по всем правилам, а затем сняла? Зато Крисси просмотрела великолепное шоу и насмеялась досыта, сидя на деревянной изгороди бок о бок с Джейком.
Джейк опустился рядом на скамейку, коснувшись Гвен плечом и бедром. Гвен отодвинулась на самый край.
— Я с вами не разговариваю, — выпалила она.
— Это уже прогресс. По крайней мере, ты не грозишься меня уволить.
— Не заноситесь. Вы спасли Крисси от неминуемой… Господи, даже выговорить страшно! Короче говоря, после сегодняшнего происшествия я многим обязана вам. Я не поблагодарила вас сразу, но благодарю сейчас. Я бы не успела добежать вовремя.
— Кстати, о сегодняшнем утре. Я должен извиниться перед тобой.
— Должны. Вы знали, что я хочу поехать верхом, но заставили меня заниматься черт знает чем. Берт никогда не заставлял меня делать всю эту ерунду. Он приказывал оседлать для меня Сюзи, и мы скакали по…
— Ты не скакала, — возразил Джейк. — Ты сидела на Сюзи, как на скамейке, а она возила тебя, как мешок с зерном. Знаешь, почему Берт не сажал тебя на других лошадей? Не хотел их обижать. Сюзи же самая покладистая и необидчивая. Она очень любила Берта и доверяла ему. Раз он приказал везти, она и везла, а что это — Гвен или мешок, — ей было безразлично.
— Ну, спасибо, — с сарказмом поблагодарила Гвен.
— Пока не за что. Пройдет еще много времени, прежде чем ты научишься понимать свою лошадь. Почему она прядает ушами, почему машет хвостом, почему пугается.
— Благодарю за содержательную лекцию по зоологии. Я вышла на веранду, чтобы отдохнуть в одиночестве, но, поскольку это стало невозможно, разрешите откланяться.
— Не разрешаю. Ты уйдешь, когда я скажу все, что собирался.
Гвен отодвинулась на самый край скамейки, а Джейк в это время встал. Как и следовало ожидать, Гвен шлепнулась на пол, а скамейка — сверху на нее.
— Как ты там, лапуля? — спросил Джейк, снимая с нее скамейку.
Гвен с трудом поборола желание высказать этому невыносимому мужлану все, что она о нем думает. Вскочив на ноги, она выхватила у него скамейку и выставила ее перед собой, как щит, всеми четырьмя ножками вперед.
— Прочь с дороги! Ты нарочно сделал это! И прекрати смеяться. — Гвен пнула его ножками скамейки в грудь.
Джейк легко увернулся и расхохотался.
— Ну и характерец у тебя, лапуля.
В ответ на ненавистную «лапулю» Гвен пнула его скамейкой еще раз, направив удар пониже.
— О-о! — взревел Джейк. Видно, удар попал в цель. — Отдай мне эту чертову скамейку, пока ты себя не убила!
Он дернул скамейку за ножки, но Гвен вцепилась в нее еще крепче.
— Не смей мне приказывать!
— Какая же ты упрямая! — Джейк потянул скамейку еще сильнее. — Неудивительно, что ты не замужем.
— Оставь свои дурацкие комментарии при себе. — Не осознавая, что делает, Гвен выпустила скамейку из рук.
Джейк не ожидал этого. Невольно сделав шаг назад, он оступился и, пересчитав ступеньки, рухнул на землю. Сверху, прямо ему на голову, упала скамейка.
Торжество на лице Гвен сменилось испугом, потому что из-под скамейки не доносилось ни звука.
— С тобой все в порядке? — (В ответ ни звука.) — Джейк? Джейк, прекрати свои игры и сейчас же ответь мне!
Тишина.
Сердце Гвен ушло в пятки, ноги отказывались повиноваться. Она с трудом сползла со ступенек и склонилась над поверженным неприятелем. Тяжелая деревянная скамья лежала прямо на голове Джейка. Наверняка он без сознания. Оттащив скамейку, Гвен опустилась рядом с ним на колени.
— Джейк, ты слышишь меня? Отвечай, черт тебя побери! — Она наклонилась к самому его лицу, чтобы послушать, дышит ли он.
Словно стальные наручники, длинные загорелые мужские пальцы сжали ее запястья.
— Что ты хотела мне сказать, лапуля? Что ты сумасшедшая? — В голосе Джейка слышалась мягкая угроза. — Или что нарочно сводишь меня с ума? — Отпустив ее руки, он взял в ладони лицо Гвен и приблизил вплотную к своему лицу. — Но я знаю способ, как объяснить тебе, что к чему, получше, чем разговоры.
Глава 4
Гвен могла встать и уйти. Могла заявить Джейку, что не целуется с наемными работниками. Могла… но не сделала. Вместо этого ее колени сами собой подогнулись, и она упала на Джейка сверху.
— Если ты собираешься меня поцеловать, то это не самая лучшая идея. — На всякий случай Гвен поставила локти на его твердую, как скала, грудь, чтобы увеличить дистанцию между их телами.
— Ты права. — Очень нежным жестом Джейк убрал с ее лица прядь волос.
— Ты работаешь на меня, поэтому не должен целовать.
— Не должен, — тихо рассмеялся Джейк, — но поцелую. — Он пальцем очертил контур ее пухлых губ.
— Я твой босс. — Гвен подумала, что ему наверняка тяжело и неудобно, когда она вот так лежит сверху. — А если я прикажу тебе не целовать меня?
— Я буду очень разочарован. — Теперь большие пальцы нежно поглаживали ее скулы, щеки и подбородок. — Вы действительно намерены приказать мне не целовать вас, босс?
Несмотря на сгустившиеся сумерки, Гвен разглядела его белозубую улыбку.
— С моей стороны было бы глупо хотеть твоих поцелуев. Ведь я тебя совсем не знаю. Не знаю даже, женат ты или нет.
— Нет. — Большая рука Джейка скользнула ей на спину и стала легко поглаживать. — И никогда не был.
Рука по позвоночнику спускалась все ниже и ниже, пока уютно не устроилась на ягодицах. По телу Гвен прокатилась жаркая волна.
— Я тоже. — Зачем она это сказала? Ведь Джейк ни о чем не спрашивал.
— Я знаю. — Он стал играть прядью ее выбившихся из хвостика волос. — Поэтому я и хотел извиниться. Пока ты укладывала моего партнера в кроватку, я помогал Дорис убрать на кухне, и она рассказала о твоем брате и его жене. Дорис сказала, что ты держала брата за руку, когда он умирал в искореженной машине. Теперь я понимаю, насколько испугала тебя сегодняшняя выходка Гордона.
Гвен крепко сцепила зубы, чтобы не расплакаться.
— Должно быть, это Берт рассказал Дорис.
Он слишком много болтал.
— Дорис сказала, что переживает за тебя. — Было видно, что Джейк колеблется. — Я тоже потерял брата, но я хотя бы не видел его смерти.
— Мне жаль. Вижу, эта потеря до сих пор причиняет тебе боль.
Джейк развел в стороны локти Гвен, и ее голова удобно устроилась на его широкой груди.
— Это было давно. — Его большая ладонь продолжала поглаживать ее спину. — Извини за мою грубость этим утром. Если бы я был женщиной, я бы тоже расплакался.
— Слезы вовсе не признак слабости, — глухо пробормотала Гвен ему в рубашку.
— Сила бывает разной. Я знал женщин, которые по силе духа не уступали самому храброму мужчине.
Сердце Гвен кольнула ревность.
— Не моя вина, что я маленького роста и тощая.
Джейк хмыкнул.
— Поверь, не найдется мужчины, который посчитал бы такую великолепную фигурку тощей.
Парадоксально, но от этого прямолинейного, грубоватого комплимента Гвен захотелось свернуться у Джейка на груди и замурлыкать, как кошка.
— Я должна встать.
— Угу. — Две большие ладони легли на ее ягодицы и стиснули их. — Должна.
— Ты не должен делать это с моей… гм…
— Попкой? — услужливо подсказал Джейк. Гвен прыснула.
— Ну и манеры у вас. А уж язык!..
— Старое техасское слово. Могу лишь добавить, что твоя попка очень мягкая и аппетитная.
— Ее мягкость свидетельствует о том, что я пока еще новичок в верховой езде. Стоит мне побольше поездить, и она станет жесткой, как старая мозоль.
Гвен никогда не думала, что Джейк умеет так смеяться — громко, от всей души.
— Лапуля, если бы я хоть на минуту заподозрил, что твоя чудесная попка может превратиться в мозоль, я бы не пустил тебя в конюшню.
На задворках сознания мелькнула было мысль напомнить Джейку, что здесь она принимает решения, но быстро угасла. Все завтра — споры, ссоры, выяснение отношений. Сейчас у нее ни на что нет сил — так бы и лежала, распластанная на широкой мужской груди.
— Я прямо чувствую, как в этой маленькой головке копошатся разные мысли, — протянул Джейк, ероша ее волосы.
— Я думаю о нас, о тебе и обо мне. Мы не любим друг друга. — Гвен подняла голову и посмотрела Джейку в глаза. — Я считаю тебя несносным и неотесанным, а ты считаешь меня слабой и никчемной.
Джейк взял ее руку в свою и стиснул пальцы.
— Я не считаю тебя ни слабой, ни никчемной. Ты взяла на воспитание племянницу, ты стремишься дать ей дом и семью, сделать жизнь малышки счастливой. — Джейк развернул ее ладошку и нежно поцеловал. — Мужчина, который завоюет твое сердце, будет счастливейшим из смертных. Жаль, что я не смогу с ним познакомиться.
— Пожалуй, мне лучше встать, пока нас кто-нибудь не увидел. — Мысль о том, что кто-то может их застать в столь двусмысленной позе, впервые пришла в голову Гвен. Скатившись с большого, теплого тела Джейка, Гвен встала на ноги. — Извини, что из-за меня ты упал с веранды.
— Падение — ерунда. А вот что мне причиняет настоящую боль, так это то, что ты оставила меня без поцелуя, леди-босс.
— Ты и сам мог меня поцеловать, — выпалила Гвен и прикусила язык. Джейк засмеялся.
— В следующий раз я именно так и поступлю, леди-босс. Я буду целовать тебя до тех пор, пока ты не станешь податливым пластилином в моих руках и не начнешь молить о большем.
Его самонадеянные слова развеяли все чары.
— Следующего раза не будет. — Развернувшись, Гвен стала подниматься по ступеням. — Ты ведь перекатиполе, не забыл? — бросила она через плечо.
— Поверь, я не уйду, пока не поцелую тебя, как говорил. Обещаю. — И вдруг крикнул во весь голос:
— Ты слышишь меня, Гвен?! Обещаю!
Гвен открыла дверь, примеряясь громко ею хлопнуть. В этот момент открылась дверь гостиной и раздался голос Тома:
— Что случилось?
— Ничего. Просто змея. Но она уже уползла в траву. Это змей. Это была большая змея мужского пола.
Гвен стала подниматься по лестнице, когда услышала, как Том говорит Дорис:
— Все в порядке. Джейк снова поцеловал Гвен. Думаю, ей понравилось. Поверь моему опыту, Дорис, этот парень умеет обращаться с женщинами. Но с нашей крошкой он не оберется проблем.
Первым желанием Гвен было ворваться в гостиную, затопать ногами и закричать, что Джейк Стоунер больше здесь не работает, что никакая она не крошка, что этот негодяй так ее и не поцеловал, а она этого вовсе и не хотела… Но она поборола в себе это желание, зашла в спальню и плотно притворила дверь.
Прислонившись пылающим лбом к холодному латунному столбику кровати, Гвен попыталась привести свои чувства в порядок. Как такое могло произойти? Валяться на земле в обнимку с Джейком Стоунером! Да она терпеть его не может. Заносчивый, самонадеянный, нахальный субъект! Перекатиполе! Совсем не такой мужчина ей нужен, если когда-нибудь она решится завести семью.
Джейк вертелся в кровати с боку на бок и проклинал свою порядочность. В своем воображении он видел, как срывает с Гвен рубашку и джинсы. Ее кожа нежна, как шелк. Он гладит ее круглую, мягкую попку… Далась она ему! Нет, в следующий раз он даст волю своим желаниям, иначе так и умереть недолго.
Порядочность. Странное слово в лексиконе такого преступника, как он.
Он всегда был нормальным мужчиной с теплой кровью. В свое время он был готов уговаривать Мэриан отдаться ему до свадьбы, но вдруг Джейк с удивлением понял, что никогда не жаждал Мэриан так, как он жаждет Гвен. Теперь он окончательно понял то, о чем всегда подспудно подозревал, — он не любил Мэриан, чувствовал, что за ее красотой скрывалась мелкая, расчетливая натура.
Тело Джейка напряглось, когда он вспомнил, как Гвен лежала на нем. И никакая она не худая. Все женские выпуклости у нее в положенных местах. По пышности форм она хоть и уступает его бывшей невесте, но волнует его намного больше. В его представлении именно Гвен — воплощение настоящей женщины. Женщины, на которой он хотел бы жениться и от которой хотел бы иметь детей. Каждый ребенок, рожденный Гвен, будет желанным и любимым. Здоровым и веселым.
Когда-то Джейк мечтал, что у них с Мэриан будут дети. Он был бы хорошим отцом, как когда-то его Па. Он мог бы многому научить своих детей, не прибегая к хлысту или розгам, как это делал его отчим.
Джейк никогда не рассказывал Мэриан, как отчим безжалостно избивал его хлыстом, как потом к нему тайком пробиралась мать и говорила, что ему лучше уехать. Он понимал, что его Ма была слишком слабой, чтобы защитить его, но так и не смог простить ее. Перед тем как покинуть дом, он пообещал, что, если когда-нибудь понадобится ей, он приедет. Джейк до последнего надеялся, что она решится оставить своего мужа и уехать с ним. Но спустя годы она лишь попросила Джейка позаботиться о брате Лютере.
Мэриан убеждала его, что он должен проигнорировать просьбу матери, ничего не предпринимать, а потом сообщить ей, что не нашел брата. Все равно она жила за тридевять земель, в Техасе, и никогда не узнала бы правду. «Но мы-то будем знать», — ответил тогда Джейк своей невесте. Он не мог отказать матери, особенно после данного однажды обещания.
Вот теперь он пообещал Гвен, что не уедет, пока не поцелует ее снова…
Ведь он мог поцеловать Гвен сегодня, а может, и не только поцеловать. Но что-то подсказало ему, что сделать это сегодня было бы ошибкой. Сначала извиниться за нанесенную обиду и тут же поцеловать? Джейк усмехнулся, вспомнив разочарование на ее милом личике, когда он все-таки не поцеловал ее.
Нет, надо было все же ее поцеловать. В следующий раз он не станет колебаться.
Чертов Майкле! Зачем он послал Джейка именно сюда? Вечером, когда Гвен благодарила его за спасение Крисси, он чуть было не сказал ей, что особой опасности не было. Он осознал это только спустя какое-то время после происшествия. Если бы Майкле послал его на землю, чтобы спасти маленькую Крисси, Джейка здесь бы уже не было. Его десятая миссия считалась бы выполненной, и он обрел бы обещанный покой, положенный давно умершему человеку.
Кроватка Крисси была пуста. Через открытые окна Гвен слышала, как малышка болтает на кухне с Дорис.
Уверенная, что Дорис ни на минуту не спустит глаз с девочки, Гвен приняла душ и оделась. Распустив по плечам влажные после душа волосы, она стала спускаться по лестнице на кухню, откуда доносились восхитительные запахи и несмолкающий щебет Крисси. Гвен не могла разобрать слов, но на сердце у нее потеплело. Неожиданно хрипловатый мужской смех, перекрыл детский голосок и улыбка сползла с ее лица. Она уже хорошо знала этот смех. Джейк.
У двери кухни Гвен заколебалась. Она рассчитывала, что Джейк уже позавтракал и отправился на работу. Гвен надеялась не увидеть его по крайней мере до ленча. Да, он спас Крисси и она будет ему благодарна до конца жизни, но это не дает ему права обращаться с ней как со своей игрушкой.
Она распахнула двери кухни.
— Доброе утро.
— Мы с Джейком завтракаем, — прозвенел голосок Крисси.
Джейк бросил на Гвен многозначительный взгляд поверх детской головки.
— Хорошо спала?
— А с чего бы мне плохо спать? — воинственно поинтересовалась Гвен. Улыбка Джейка изменилась. Из приветливой и дружелюбной она стала по-мужски самоуверенной. Улыбка, призванная напомнить, что он — мужчина, а она — женщина.
Кровь бросилась ей в лицо, и она еле удержалась, чтобы не прижать к щекам ладони. Просто на кухне слишком жарко, успокоила она себя, Дорис затеяла печь ореховые булочки. Гвен схватила горячую булочку и откусила большой кусок.
— Ммм… как аппетитно! — Под немигающим взглядом Джейка она слизнула с нижней губы кусочек карамели. — Просто потрясающе.
— А парады бывают потрясающими, а, Джейк?
Вернее, партнер.
— Бывают, партнер, — протянул Джейк. — Потрясающим бывает множество вещей.
— Мы с Джейком идем на парад, — выпалила Крисси. — Ты тоже пойдешь с нами.
— Парад?
— На этой неделе в Роки-Форде проходит ежегодная ярмарка. Дорис сказала нам с Томом об этом сегодня утром. Это самая известная ярмарка в Колорадо начиная с 1878 года. Сегодня там большое шествие и аттракционы. Дорис сказала, что они с Бертом никогда не пропускали ярмарку. — Джейк бросил на Гвен выразительный взгляд. — И как нам быть?
— Лично я не пойду ни на какую ярмарку.
— Обязательно пойдешь, — без тени сомнения ответил Джейк. — И ты, и я, и Дорис, и партнер — мы пойдем все вместе. Дорис уже собирается.
— А кто останется присматривать за хозяйством?
— Том. Он сказал, что слишком стар для подобных мероприятий. Крисси, беги наверх и собирайся на парад, — скомандовал он.
— Она не… — Джейк стремительным жестом заткнул ей рот булочкой. Выплюнув ее, Гвен прошипела:
— Что ты себе позволяешь?
Джейк закрыл кухонную дверь и с невозмутимым видом обернулся к Гвен.
— Не надо, чтобы Крисси слышала наш спор.
— Я с тобой не спорю. Будет так, как я сказала.
Джейк сел, развалившись на стуле и вытянув длинные ноги.
— т Отлично, — протянул он с мягкой угрозой в голосе. — А теперь, лапуля, объясни мне настоящую причину, почему ты хочешь испортить ребенку праздник.
— Я ничего не собираюсь портить. Я уверена, что ей не понравится это шоу.
— Наверняка. Ведь большинство детей терпеть не могут лошадей, клоунов, воздушные шары, карусель, сладкую вату, — с сарказмом ответил Джейк.
— Я хочу сказать тебе, Джейк Стоунер…
— ..что ты зла на меня.
— Именно. Прежде чем что-то обещать Крисси, ты должен был поговорить со мной.

Аллан Жанна - Чудеса встречаются => читать онлайн электронную книгу дальше


Было бы отлично, чтобы книга Чудеса встречаются автора Аллан Жанна дала бы вам то, что вы хотите!
Если так получится, тогда можно порекомендовать эту книгу Чудеса встречаются своим друзьям, проставив гиперссылку на данную страницу с книгой: Аллан Жанна - Чудеса встречаются.
Ключевые слова страницы: Чудеса встречаются; Аллан Жанна, скачать, бесплатно, читать, книга, электронная, онлайн
 Никольский Николай Михайлович